Бомжатские приключения

Спустя два часа они всё же припёрлись к вокзалу, Галька осмотрелась и повела их компанию к будке охранника. Там сидела тучная женщина, чуть младше проститутки, но увидев свою сестру она слишком резко для своего веса поднялась со стула и с радостными криками кинулась обнимать Галину. Женщины о чём-то долго болтали, пока бомж Николай не прервал их очень интересную дискуссию, ведь им нужна вода, а не пустая трата времени. Пока шли все эти разбирательства, Рома любовался поездами, которые то и дело мелькали перед ним. Когда Сиплый был совсем маленьким, он мечтал стать водителем поезда, но жизнь решила иначе. От этих воспоминаний Сиплый загрустил, осознавая то, как же судьба жестока к нему. Омега положил руки на свой беременный живот, легонько погладив его, сын (а Ромка почему-то был твёрдо уверен в том, что у носит мальчика) начал пинаться, как будто тоже пытаясь приободрить папу. Роман почувствовал это и улыбнулся, осознавая то, как сильно он любит этого ребёнка. От дальнейших раздумий Сиплого отвлёк Валентин, он позвал кореша, они взяли несколько бутылей воды и самогона, а теперь смело могли отправляться в путь. Но не всё было так просто, как потом оказалось, вся бомжатская компания успела нехило так накидаться самогона и теперь всё шли в приподнятом настроении. А потом они вообще умудрились потерять Рому, да и при том самым глупым способом. Когда они в очередной раз проходили мимо культурного центра, Сиплый смотрел по сторонам, обращая внимание на красочные афиши, висящие на стенах огромного театра. Омега даже специально остановился возле одной, совершенно позабыв о том, что не помнит пути назад. На яркой бумаге были нарисованы актёры, которые должны были играть в какой-то пьесе, именно этот плакат Сиплый оторвал и по-тихому положил себе за пазуху. Но каково же было удивление бомжа, когда обернувшись, он не увидит своей компании. В тот момент он чётко ощущал себя брошенным, забытым, Рома стал бегать по всему району, ища своих. Увы, но их след уже давно простыл. Уставший Сиплый уселся на ближайшей скамейке, дабы отдышаться, как неожиданно почувствовал то, как что-то начало стекать по его ляшкам, а потом резкая боль в животе затмила свет. Тогда Ромка к своему ужасу осознал, что рожает. Бомж лёг на спину, приложив худые кисти рук к нижней части живота, как будто пытаясь остановить процесс. Один из редких прохожих заметил омегу и вызвал ему скорую. Так и представляю себе, как диспетчер берёт трубку, а оттуда: «Здравствуйте, тут бомж рожает, приедьте и разберитесь.». Ржавая Газель примчалась туда на удивление быстро. Выскочили врачи и, осмотрев Рому, немедленно забрали его с собой. Одним из фельдшеров оказался добродушный старичок, он положил Сиплого на кушетку и разговаривал с ним: -Как ваше имя, молодой человек? -Ромка Сиплый. -Какая интересная фамилия…а документов у вас собой нет? -У меня их сроду не было, — бомж повернул голову к фельдшеру, хоть тот и старался улыбаться, было видно, что ему неприятно находиться рядом с Сиплым. Дорога Роме казалась очень длинной, но вскоре они приехали к городской больнице. На удивление омеги, его не заставили слезать с кушетки и идти до дверей больницы пешком. Строгая бабулька, сидевшая в регистратуре странно посмотрела на бомжа, но врачей к нему прислала. Для Сиплого всё происходило будто в тумане, он смутно помнил то, как его отвезли в палату, помыли и переодели в больничный халат, опомнился бомж лишь тогда, когда его живот начал трогать другой какой-то врач. Он попросил Романа приподнять халат, что Сиплый и сделал. Взору доктора открылся чудесный вид на огромное пузо, полностью покрытое растяжками. Врач потрогал его, а затем послушал сердцебиение через свой холодный стетоскоп. На удивление врача, с ребёнком Ромки всё было хорошо, только вот весил кроха достаточно мало, всего-то полтора килограмма. Дальше акушер куда-то ушёл, оставив Сиплого на едине с сильными схватками. Но потом вместе с тем врачом пришли ещё и медсестры, доктор зачем-то засунул пальцы в зад бомжа, а затем чётко сказал роженику: -Рома, слушай меня внимательно, у тебя полное раскрытие. Как только я говорю тебе тужиться, ты делаешь это, понял? -Вроде да. -Отлично, сделай глубокий вдох и тужься со всех сил, — Сиплый вдохнул и сделал то, о чём его попросили. Потужившись так несколько раз, из задницы Сиплого достали его ребёнка. Это действительно был пацан, только омега, которого положили папе на живот. Счастливый бомж сразу же положил его на свою грудь, намереваясь покормить. Всё закончилось хорошо, теперь Ромка может спокойно выдохнуть.