Девять строчек на бумаге

Осмелев, кажется, Сюичи не предупредил Кокичи, что планирует позвать Рантаро в какую-нибудь кофейню. И даже навязчивые мысли, что это фактически свидание не отпугивали Саихару от его цели. Рантаро нравится чай с тапиокой, знает Сюичи. Рантаро довольно романтичный парень. А Сюичи осознает, что он неожиданно глуп. — Саихара-кун, у меня сейчас совсем нет свободного времени. Как, чёрт возьми, он не сопоставил факты, которые ему известны? Сюичи не винит Рантаро абсолютно ни в чём, не настаивает и всё понимает. Однако от внимания Кокичи затянувшееся молчание и грустные глаза никак не могли ускользнуть. Кокичи не спрашивает, обнимается и жмётся ко всему Сюичи как к кусочку льда, ведь наступила летняя жара. Объятия не способствовали охлаждению, но Оуме контакт был важнее. — Саихара-чан, от выражения твоего лица у меня скулы сводит, — недовольно и тихо бурчит Кокичи, тычась носом куда-то в надплечье из-за разницы в росте. Сюичи не тактильный, к такой близости не привык, потому медленно отстраняется. — Я как будто лимон съел. На лице его нет и капли шутливой издёвки. — Прости, — даже слабая улыбка Сюичи была тем, чего Кокичи добивался. Хрупкая, странная и неизвестная Сюичи доселе атмосфера между ними рушится от возгласа Оумы как карточный домик. — Я так хочу пить! Холодные молочные коктейли пусть и дорогие, и слишком сладкие, но такие спасительные. Сюичи не жалеет, что хотел позвать в эту кофейню Рантаро. Сидеть здесь с Кокичи, однако, тоже чудесно. ...Неудача.