Мара королевских кровей

***

Когда уже перестаю видеть из-за нахлынувших воспоминаний, я останавливаюсь и начинаю мотать головой, отгоняя совершенно ненужные мне мысли. Кажется, мужчина замечает мою остановку и оборачивается ко мне. Я вспоминаю о том, что просила меня Адриана и оглядываюсь. Мы уже достаточно отошли от кабинета и вокруг я не вижу больше ни единой души. В коридоре уже довольно темно, но свечи справляются со своей задачей и я все вижу. — Нам нужно поговорить. — я наконец поднимаю взгляд на брюнета и встречаюсь с его изумрудными глазами, кажется, я вижу в них себя, а точнее, когда я смотрю в зеркало я вижу ровно тоже самое. Такие же зеленые глубокие омуты. Мужчина хочет возразить, но я его опережаю. — Я не знаю, кто ты, но, видимо, хорошо знаком с Адрианой. Именно она просила меня поговорить с тобой. — Думаю, сначала тебе следует отдохнуть. — фраза звучит незаконченной, в конце должно было прозвучать имя, он должен был обратиться ко мне по имени, но складывается ощущение, словно оно приносит ему дискомфорт или ему просто неприятно его произносить. — А я думаю, не стоит откладывать. — Ладно, — мужчина мнется, но все-таки соглашается, не ждет и продолжает свой путь. Мы поднимаемся на третий этаж, где идем уже не так долго, пройдя всего два коридора он останавливается около одной из дверей и так же открывает и сначала пускает меня, а сам заходит следом. В комнате полумрак, горит лишь несколько затухающих свечей, которые позволяют не споткнуться о мебель. Кажется, комната в светлых тонах, но какой именно это цвет пока сказать не могу. Двуспальная кровать с тремя подушками, два больших окна почти от пола до пола, шкаф для одежды, зеркало и роскошная люстра, которая не особо хорошо вписывается в интерьер. Эта комната не похожа на гостевую, здесь уже давно кто-то расположился, да и брюнет ведет себя слишком по-хозяйски, чтобы это была чужая комната, значит она принадлежит ему. А у него неплохой вкус, подмечаю я про себя, пока он зажигает больше свечей, чтобы мы могли нормально друг друга видеть. Закончив со светом он показывает мне на небольшое кресло, а сам присаживается на край кровати ровно напротив. Я не отказываюсь, молча сажусь. — Раз ты сама так настаивала на разговоре, могу спокойно задать все интересующие меня вопросы. — Все ответы здесь. — я не дослушиваю его, расстегиваю кафтан и достаю письмо, что отдала мне Адриана перед нашим отъездом. Он скептически смотрит на бумагу, но берет, разворачивает и читает. На первых словах хмурится, но потом в его глазах вижу лишь неподдельный интерес. Он читает недолго, но подходя к концу, не торопится отрывать взгляда от слов и продолжает смотреть. То ли думает, то ли пытается понять смысл. Я сама не знаю, что в этом письме, не открывала и не читала, мне оно и не нужно. — Так ты у нас принцесса Серата? Алексия Ласнецова. — наконец поднимает на меня свои глаза Аарон и смотрит за моей реакцией. Мне определенно не нравится, что она рассказывает кому-то о моем происхождении и у меня все больше вопросов, кто же он такой. Да и теперь он произнес мое имя совершенно спокойно, словно убедился в том, что оно действительно принадлежит мне. — Кто ты такой и почему она так тебе доверяет? — я расслабленно облокачиваюсь на мягкую спинку, наклоняя голову чуть в бок, показывая искренний интерес. — Тот, кто будет сопровождать тебя еще долгое время. — такой ответ вызывает лишь больше вопросов, но я не успеваю задать ни один из них. — В книгах о тебе почти ничего не говорится, лишь то, что ты была самой красивой из всех Мар и если королевские семьи просили вас о помощи, этим всегда занималась ты. Но раз ты принцесса Серата, почему не остановила все то, что произошло? — Потому что все не так просто, как кажется. Я может и королевских кровей, однако воспитана была как Мара, а не принцесса. Мы были глупы и стали пешкой в политических играх, а я по простой случайности во время конфликта не была в храме и вся информация от меня была скрыта. — меня начинает трясти от воспоминаний, но я стараюсь сохранять спокойствие и невозмутимость в голосе, хотя руки меня заметно выдают. — Раз вы с Адрианой так близки, ты должен знать, что Ариан стал лишь жертвой заговора. Юлий Рахманов самостоятельно вонзил кинжал мне под ребра, так же, как сделал это с Анной. — Мне все известно. — мужчина чуть поддается вперед и берет мои дрожащие руки в свои, продолжая смотреть ровно мне в глаза, меня удивляют такие теплые жесты, учитывая то, что знакомы мы меньше часа. — Вы с Агатой очень похожи, ни одна из вас не успела отойти от пережитого шока. — Отведи меня к Агате. — моя маска спокойствия дает трещину, когда он напоминает мне о моей сестре, голос начинает подрагивать, а я уже не могу отгонять воспоминания с того вечера, для меня прошло всего лишь две недели с момента, как я узнала, что моя родная семья была оболгана и она же убила мою вторую семью — всех Мар. Я вижу в его глазах сочувствие и такую теплоту, которую последний раз видела в глазах своей наставницы — Ирины перед своим отъездом. Кажется, пребывание в этом дворце станет для меня очень мучительным. Аарон ждет, пока дрожь в теле не станет меньше и только тогда поднимается и не отпуская правую ладонь, выводит меня из комнаты и куда-то ведет. Чуть ли не роняю свою накидку, останавливаюсь и поправляю ее, прижимая свободной рукой к себе. Он не торопится, ждет пока я буду готова и только тогда продолжает свой путь. Я знаю куда и не знаю, какова будет моя реакция. Коридор темный, почти не освещаемый. но даже так я замечаю, что стены почти не изменились, весь интерьер остался таким же, как двести лет назад. Помню, как я проходила здесь, разговаривая с королевским отпрыском, договаривались о помощи. О помощи, которую оказали бы Мары королевской семье, меня начинает тошнить от воспоминаний, но отогнать их уже не получается. Проклинаю Адриану за то, что не дала пережить мне все это при ней, а оставила меня со своим ужасным прошлым с незнакомыми мне людьми. Хотя, вряд ли это чем-то помогло, этот замок сам навевает воспоминания и я уже не смогу их сдержать. И снова мы идем недолго, проходим два коридора и я вижу множество дверей, кажется, это гостевые спальни и одна из них будет моей, мы останавливаемся и мужчина не стуча распахивает дверь. Теперь уже входит первый он, а я остаюсь снаружи, руку мою он так и не отпускает. Я вижу девушку, красивую, знакомые мне черты лица, но волосы неприятного серого оттенка, а голубые, словно лед глаза покрыты пеленой. Я вижу не знакомую мне Агату, а действительно восставшего мертвеца. Мою Агату, но мертвую. — Сколько раз тебе нужно напомнить о том, что перед входом вежливые люди стучатся? — слышу знакомый мне возмущенный голос и узнаю ее весьма дерзкий характер. Я стою за дверью и увидеть меня нельзя, пока я не пройду ближе, но она должна была заметить, что солдат пришел не один, что так и получилось — Кого ты ко мне привел? — С этого и нужно было начинать. К нам пожаловала гостья и она пожелала увидеть тебя. — я слышу эту иронию в голосе и вижу улыбку на его губах, сейчас он не такой, каким я видела его до этого. Он чуть тянет меня за руку, заставляя пройти в комнату и мы с сестрой встречаемся взглядами. — Алексия. — почти выдыхает девушка мое имя, в глазах я вижу шок и ни капли радости, скорее недоверие. Она делает шаг назад, словно ей угрожает опасность. — Ты. Нет, стой, не может такого быть. Ты не могла дожить и сохранить такой молодой вид. — девушка мотает головой, словно пытаясь проснуться или отогнать галлюцинации. Я невольно усмехаюсь ее словам и начинаю догадываться, под каким предлогом они даже не попытались сообщить мне. — Принц сказал, что все Мары мертвы, что происходит? — Я была мертва еще две недели назад, Агата. — девушка дергается и вновь поднимает свои ледяные глаза на меня, услышав мой необычайно мягкий и теплый голос, именно таким он был всегда, когда я говорила с ней. — Меня оживили, подарили шанс вновь увидеться с тобой. — Никакой Морок не согласился бы на такое! — истерично вскрикивает девушка. — Меня оживил не Морок. — я чувствую, как Аарон слегка подталкивает меня вперед, я не возражаю и делаю несколько шагов навстречу. Сестра уже не отступает, лишь продолжает осматривать меня с ног до головы. Я подхожу почти вплотную и беру ее руки в свои. Прижимаю их к груди, заставляя почувствовать, как мое сердце бьется. — Агата, я совершенно реальна. — Алексия, — со стоном тянет девушка, садясь на кровать, словно, ноги перестают ее держать. Уголки моих губ дергаются вверх и я слабо улыбаюсь, усаживаясь за ней. Отпускаю руки сестры и обнимаю ее, крепко прижимая к себе. На глаза наворачиваются слезы, мне самой не верится, что рядом со мной та, о чьей смерти мне сообщили. Агата утыкается носом мне в плечо и бесшумно плачет, моя рубашка мокнет от слез, а я все сильнее прижимаюсь к девушке, одной рукой поглаживая такие же мягкие серые волосы. Мы находимся в таком положении минут десять, пока ладони Мары не перестают цепляться за мою одежду, как за единственное спасение. Я отстраняюсь и только сейчас вижу радость в голубых глазах, которая вызывает искреннюю улыбку у меня на лице. — Мы с тобой все обсудим, но завтра. — я пресекаю остальные расспросы, когда девушка уже открывает рот. Агата хмурится, ей заметно не нравится такой расклад, но также она знает, что спорить со мной бесполезно, поэтому просто кивает. Я поднимаюсь с кровати и незамедлительно подхожу к выходу, оборачиваюсь на последок, словно увидеть эту девушку мне больше не удастся и одариваю ее слабой улыбкой, после чего покидаю комнату. Аарон что-то еще говорит светловолосой, но я уже не особо разбираю. Встаю недалеко от двери и жду мужчину, он еще должен показать мне мою комнату. Аарон провел меня в несколько комнат на выбор, хотя особой разницы я не увидела, все были похожи друг на друга и различались разве что цветовым решением. По итогу я выбрала комнатку в голубых тонах. Большое помещение с тремя окнами в пол, двуспальная кровать с балдахином, шкаф с одеждой, который был еще пуст, что неудивительно, туалетный столик с большим зеркалом. Сказать честно, я жутко устала, день вышел слишком насыщенный. Я повесила кафтан и накидку на стул, а сама свалилась на кровать, почти сразу провалившись в сон.

***