Психология моей души

Улыбнись мне, дитя. Как радостно смеётся этот малыш, стоит завертеться на ветру погремушке. Сколько наивности и незнания в нём сейчас, в эти минуты и дни. Смотри, гость мой! он больше никогда не будет таким. Однажды лис спросил меня, что есть настоящее счастье. Ответом ему стало моё долгое молчание и туманная задумчивость. Множество картинок пронеслось перед моими глазами, прежде чем я заметил растерянность рыжего собеседника. И тогда я понял. Его такой простой, по-детски наивный вопрос был вызван именно замешательством; испуг — причина непонимания. Я сразу догадался, что не первый раз он задаёт подобный вопрос случайному человеку, но ожидаемо, что всегда он получал разные ответы и пояснения. Глупый лис. Я потрепал огненно-рыжую макушку и задумался. — Сегодня я проснулся поздно. Время было давно за полдень, надо было работать. Но я позволил себе наглость лениться и потратить время на томный отдых. С одной стороны, это было эгоистично по отношению к моей семье: сегодня я заработаю меньше, а значит — в будущем не смогу позволить себе большего, ограниченный своею возможностью. С другой стороны, может быть такое, что пропущенная работа позволит мне сохранить здоровье и работоспособность дольше. Пусть даже кирпич должен был упасть мне на голову, но этого не случилось, потому что я спал. В итоге, никто не смеет меня судить, ведь теперь никто и не смеет знать, что 'было бы'. И, о! какая радость, семья встретила меня улыбками. Заботливыми руками матери был накрыт обеденный стол, отец выполнил часть моих обязанностей по хозяйству, а тётушки уже хлопотали над приготовлениями к скорому празднику, которому должно состояться на следующих выходных. Горячий суп и пирожки с печки насытили меня силой, утолили голод. Осознание чудесного решения проблем, которых удалось избежать, вызвало во мне глубокую признательность родным, особенно отцу, который отбыл по работе. Несмотря на своё позднее пробуждение, я выехал с матерью в город, чтобы пополнить запасы и, заодно, выбрать одежды на осень — прогнозы погоды не сулили ничего хорошего. Умиротворение царило в толпе бредущих неизвестно куда людей. У каждого свои дела, кто-то свободен, кого-то обременяет цель. Пока мать пробегала по магазинам, я отдался бренному созерцанию, погрузившись в задумчивость. Но скоро мы отправились обратно, встречаясь по ходу с отцом. Именно в этот момент я впервые улыбнулся. Улыбнулся осознанно, складывая этот момент в воспоминание, пряча в обрамлённую золотом папку, где хранят лишь самое ценное. Прямо как наша домовая книга! Совместный ужин только разогрел мою вспыхнувшую романтичность, отчего я задержался на кухни дольше всех. Мать с отцом стало быть давно уже спали, пока я с горящими глазами обсуждал с тётушками предстоящее праздненство. Я был безумно рад. Нет. Я был безумно счастлив! И когда ощутил тепло приветствие близких после пробуждения, и когда посвятил время помощи моим близким, и, конечно, когда испытал трепещущий момент семейного воссоединения. И даже когда остался, наконец, один одинёшенек в гостиной, наблюдая, как кривой диск луны плавает в танцующих облаках. Разве не это есть счастье? Лис, слушавший, поглощающий мои речи до этого, теперь вздохнул. Определённо, он не мог меня понять, но я только улыбнулся его обидному разочарованию и одновременно энтузиазму внимания. Он кивнул головой, не осознавая, что вопрос мой был риторический, что я говорил даже уже больше не с ним, сколько с самим собой. — Для каждого «счастье» — это своя крупица, которая будет составлять общее понятие и определение. Но никто не сможет совместить это всё и сразу. Знаешь ли, это непосильная задача для людей. Ты не верь философам и психологам, чёрт бы их побрал! Их хлёсткие и жестокие речи убивают всю красоту личности и личного… Теперь лис кивнул, разумно, соглашаясь. И это тоже заставило меня улыбнуться. Нас по-прежнему освещал только бледно-жёлтый диск луны, молчаливый и отрешённый.