Милый Така-чан

Проблемы – это такая зараза, совершенно парадоксальная. Вроде бы, все говорят, что самостоятельно решать их – могилу себе копать. Но с другой стороны, а как попросить о помощи? Проблемы – это что-то личное и сокровенное, как подростковый возраст, который просто нужно пережить. Вот только никто не говорит, что пережить пубертат это как пройти все девять кругов ада. А в конце ты станешь куском ледышки, ну или тебя кто-нибудь убьёт на пути к последнему кругу. То же самое и самостоятельное решение проблем: тут или удача тебе улыбнётся, ты выйдешь сухим из воды, припевая: «Ох, жизнь удалась, всё заебись». Ну… или тебе самый настоящий пиздец во всех оттенках и красках, которое это слово может передать. А когда кто-то рядом с тобой, не так грустно этот пиздец переживать. А если люди компетентные в вопросе решения проблем, то вообще сказка. Как пойти к врачу, а не заниматься самолечением. В любом случае хуже не будет, если за твоей спиной будет кто-то стоять и подталкивать на путь истинный и тернистый. Мицуя, хоть и был умным парнем, но до конца эту истину так и не осознал. Да как вообще можно это осознать, когда тебе с самого детства говорят, что на тебе ответственность почти за всё в этом мире? Когда ты с детства привык быть один? Быть самым ответственным и не таким безрассудным как одногодки? Он просто ребёнок, который мыслит слишком взросло. И Мицуя думает, что это его сила. Только вот настоящая сила в том, чтобы признать свою беспомощность и косяк. Чтобы подойти к человеку, который умеет решать проблемы профессионально и сказать: «Мне нужна помощь, я не вывожу». А Мицуя все ещё взрослый ребёнок. Да и не такой сильный, как ему кажется. Поэтому его руки так трясутся, когда он с телефона Хаккая пытается набрать Доракена, который может решить проблему Мицуи в раз. А может и не враз, но всё же это лучше, чем ничего. А ещё Доракен сохранит всё в тайне. Но всё равно, сука, страшно! Как он ему будет после этого в глаза смотреть? Впервые в жизни Мицуя по-настоящему не знает, что ему делать. Он до конца не может осознать, что ему не справиться одному. Он чувствовал себя зверем в капкане. Как найти сестёр и не попасть в ещё больший пиздец самому? Зачем Ран настолько изводит его? Чего он хочет? Мицуя зарывает окровавленные пальцы в волосы и смотрит на грызущего ногти Хаккая, который ходит вдоль стены своего дома. Он специально попросил его отойти, потому что паника Хаккая на него очень губительно действует. Вообще, он очень сильно волновался за Мицую, потому что никогда не видел его в такой истерике. Это было, как что-то из разряда страшного сна. Сам Мицуя сидит на холодном бордюре и не может найти в себе силы встать. Последние недели его жизни слишком вымотали его, высосали всю кровь и жизнь. Он вообще был похож на хрупкую куклу. С большими стеклянными глазищами и его сейчас так легко сломать. Мицуя сплёвывает на пол и набирает номер Доракена. Ради сестёр он проглотит свою гордость к чёрту, потому что он больше не знает, что ему делать. На самом деле, Доракен просто был единственным выходом из ситуации. Рану звонить смысла не было, потому что телефон Мицуи разбит, а запоминать номер этого уёбка мозг отказывался. В полицию звонить опасно, у Рана там могут быть свои связи. А ещё Мицуя не доверяет полицейским, но это так, мелочи прошлой жизни. Звонить Майки – почти что самоубийство для всех. Он слишком эмоционально нестабильный. Желание становиться причиной войны между бандами у Мицуи нет никакого. Маме смысла звонить тоже нет. Только зря переволнуется. Хотя, на самом деле Мицуя просто боится её слов. «Как ты за ними не доглядел, Такаши? Какой же ты всё-таки… всё-таки». Чёрт. Оставался только Доракен. Человек с холодной головой и трезвым взглядом на ситуацию. Не зря его назвали сердцем Майки. А ещё Мицуя доверяет Доракену, как никому другому. У Мицуи уже глаза стекленеют от того, как перед ними всё плывёт, когда в телефоне раздаётся тихий грубый голос: −Хаккай? У Доракена была странная особенность. Его голос звучал так, как будто он тебе сейчас ебало бить будет, но при этом успокаивал. Мицуя даже прозвал его «нежный палач». Бьёт тебя по лицу и говорит, что всё будет хорошо. Так сразу спокойнее. −Доракен, это я. – у Мицуи совсем голос осип от слёз. Горло ужасно болит. Наверное, выглядит он не лучше. −Такаши? – удивлённо переспрашивает Доракен. В трубке слышится отборный мат и рёв байков. − Ты чего с номера Хаккая звонишь? −Не важно. – голос Мицуи дрожит. Он стискивает зубы и отдирает запёкшуюся кровь с костяшек. Боже, он не сможет. −Баджи, завали ебало! – орёт Доракен, и Мицуя жмурится от этого крика. Зря он позвонил, нужно придумать другой выход. – Такаши, что случилось? −Мне нужна твоя помощь! – выпаливает Мицуя и сжимает кулаки. Хаккай даже оборачивается к нему, но ничего не говорит. Продолжает ходить вдоль стены и грызть ногти. Доракен резко замолкает. Видимо, не ожидал, что Мицуя, впервые, за всё время знакомства, попросит помощи самостоятельно, а не потому что его заставили. С Мицуей он познакомился ещё в младшей школе, когда тот в первый и единственный раз сбежал из дома. Тогда он рисовал дракона на стене. Теперь этот дракон красуется у Доракена на виске. И за всё время их знакомства Мицуя ни разу не попросил помощи сам. Ни тогда, когда на него налетела какая-то мелкая кучка парней и избила до полусмерти. Ни тогда, когда Мицуя падал в обморок от того, что не успевал спать и есть. Ни тогда, когда начал себя странно вести и зависать с Хайтани. Во всех случаях Доракен приходил сам: он с Майки избил тех мелких говнарей; забрал на себя обязанности Мицуи на день, заставив отсыпаться; мониторил Хайтани, когда Майки обмолвился, что Мицуя как-то подозрительно интересуется ними. Но Мицуя об этом не знает, да и знать не обязан, ведь будет чувствовать себя бесполезным и неполноценным. А друзья на то и нужны, чтобы помогать безвозмездно. −Подожди, я отойду. – тихо говорит Доракен. В трубке слышится хруст асфальта, а маты позади становятся тише. Всё это время Мицуя закусывает губу и жалеет о своём решении. Но он действительно бесполезен в этой ситуации. – Давай, говори. −Луна и Мана. Их… их похитили. Ран Хайтани их похитил. − Мицуя нервно усмехается, а после проводит окровавленной ладонью по лицу. На глазах снова собираются слёзы – Блять, Доракен, я не знаю, что мне делать. −Что блять? Какого хуя он их похитил? Когда? – слышатся шаги. Доракен видимо идёт к своему байку. −Чуть меньше часа назад. Он забрал их из школы. −Они просто так пошли с ним? −Нет… − Мицуя замолкает, думая, как об этом более удобно сказать. Но потом плюёт на это дело, он и так слишком много увиливал. − они знакомы. −Всмысле? Как блять? Ёбанный в рот… Мицуя, ты… Ладно, я спокоен. – Доракен выпаливает всё это на одном дыхании. А потом слышится глубокий вдох. И в голосе Доракена снова спокойствие. − Где ты? −Возле дома Хаккая. – Мицуя бегло оглядывает очередную многоэтажку. −Жди меня там, буду через десять минут. И, блять, Такаши, не вздумай ничего делать, пока я не приеду, пожалуйста. В трубке разносятся гудки. Рука падает вниз, а Мицуя стискивает зубы и опускает голову. Где Луна и Мана могли быть? Просто ждать Доракена и позволить ему решить проблему? Мицуя просто не может стоять в стороне. Почему он такой бесполезный? Почему он не может ничего сделать? −Что сказал Доракен? – тихо спрашивает Хаккай, присаживаясь рядом на холодную бордюру. −Через десять минут будет. – хрипло отвечает Мицуя и закусывает губу. −Угу. – тихо мычит Хаккай. Ветер завывает где-то над многоэтажками. Небо сегодня совсем пасмурное, а в воздухе тягучий запах сырости. Душно. Кажется, пойдёт дождь. Кажется, этот день Мицуя будет переживать вечно. Это будет его бесконечным кошмаром, пока он поймёт, что сделал не так. Это плата за грехи и ошибки. −Мне кажется он следит за нами. – резко начинает Мицуя, поднимая заплаканные глаза. Многоэтажка становится огромным серым пятном. − Или уже всё продумал, он знает, что я буду делать… Я боюсь, что он сделает что-то с Луной и Маной. Если… если… −Така-чан, посмотри на меня. – твёрдо говорит Хаккай. Мицуя невольно оборачивается и смотрит своими уставшими пустыми глазами. В Хаккае они прожигают дыру, которую он потом не сумеет ничем заполнить. Поэтому его губы так дрожат. − Я не думаю, что он такой ублюдок, чтобы что-то сделать с девочками. Тем более, он тоже брат. Поэтому прекрати параноить, всё будет хорошо. Мицуя просто кивает, а Хаккай на это еле заметно улыбается. Если быть честным, то ему не хочется думать о плохом, но мозг сам сводит всё к самым ужасным последствиям. Он представляет, как на телефон Хаккая придёт фотография с двумя маленькими трупами. Как Ран начнёт шантажировать его сёстрами. Луна и Мана в опасности из-за того, что он не прекратил. И тут к Мицуе приходит страшное осознание, из-за чего всё началось. От этой мысли он широко раскрывает глаза, а телефон Хаккая падает на землю. Ран же сказал, что он сделает всё, чтобы Мицуя приполз к нему на коленях. А Мицуя всё не ломался, продолжая гнуть свою линию. Если бы всё это закончилось тогда, и Мицуя сломался, поддавшись ему? Всего этого кошмара не произошло бы? А если он сделает вид, что сломался? Сделает вид, что он сделает всё что угодно, лишь бы Ран больше не трогал его семью? К чему это приведёт? Мицуя не знает. Он вообще ничего не понимает. Да и вообще, почему девочки пошли с Хайтани? Ладно Мана, она ничего не знала и не понимала. Видела в Ране большого дядю, которому можно заплести косички. Но Луна… Она бы так просто не пошла. Мицуя её слишком хорошо знает, они слишком похожи. Чтобы Луна пошла за Раном ей нужно было угрожать чем-то. И Мицуя сейчас вспоминает эти огромные напуганные серые глаза с фотографии. Да, Ран определённо ей что-то наговорил. Возможно, угрожал, что что-то сделает с Мицуей. И Мицуя сейчас злится не на девочек, а на себя. Как он мог проглядеть? Хаккай аккуратно касается его руки и переплетает пальцы. −Ты слишком много думаешь, Така-чан, прекрати. Мицуя хотел что-то ответить, но телефон на земле вибрирует, из-за чего мгновенно застывают оба. Мицуя долго пялится на него, пока Хаккай поднимает его с земли и смотрит на пришедшее сообщение. Шрам над губой подрагивает, а в его глазах поселился ужас и какое-то непонятное сожаление, которое Мицуя не может понять. И ему от этого страшно. −Ран? – тихо спрашивает Мицуя, всё ещё сжимая руку Хаккая. Тот заторможено кивает, из-за чего сердце начинает болезненно стучать. Мицуя стискивает зубы и вырывает свои пальцы из хватки Хаккая. – Чёрт возьми. Дай сюда. Мицуя уже тянет руку к телефону, но Хаккай её перехватывает, крепко сжимая чужое запястье. Да ладно, блять?! Мицуя сверлит Хаккая тяжёлым взглядом, который делал всегда, когда тот в чём-то проёбывался. Но Хаккай в этот раз не ведётся. Крепче сжимает запястье, из-за чего Мицуя шипит и ругается под нос. −Пообещай мне, что ты никуда не поедешь, пока не приедет Доракен. – твёрдо говорит Хаккай. −Ты, блять, серьёзно? Отпусти меня, Хаккай! – Мицуя дёргает рукой, но хватка усиливается. – Блять, ладно! Обещаю! Рука Хаккая больше не сжимает запястье. Мицуя сразу же выдёргивает телефон из его пальцев и пялится в экран. Ему хватает только пять секунд, чтобы прийти в себя. Он долго пялится в телефон, а потом резко подрывается, но Хаккай хватает его под руку и тянет назад. −Стопе! Ты пообещал мне! −Какой, нахуй, стопе?! – громко кричит Мицуя и резко дёргает рукой. Хаккай только немного колышется, всё-таки весил он намного больше него. − Ты, сука, совсем издеваешься?! −Успокойся, твою мать! – кричит в ответ Хаккай, и Мицуя на секунду теряется. Хаккай, пользуясь моментом, притягивает его ближе к себе. Он обхватывает Мицую поперёк торса и крепко держит, чтобы точно не сдвинулся. − Что ты собираешься с ним сделать в таком состоянии?! −Мне похуй, убью этого мудака! – Мицуя упирается в плечи Хаккая и пытается оттолкнуть от себя, но тот только крепче сжимает руки вокруг него. – Я, блять, тебя ударю, если не отпустишь! −Така-чан, прекрати! Слышится рёв мотора, на который Мицуя не обращает внимания. Он продолжает кричать на Хаккая и отталкивать его. Не успокаивается даже тогда, когда кто-то окликает его. А вот когда чужие руки сомкнулись вокруг его груди и начали оттягивать от Хаккая, то он на время запнулся. −Такаши, ты какого хуя вытворяешь?! – слышится грубый голос над ухом. И Мицуя узнаёт его. Доракен. −Они в Раппонги! Как я, блять, раньше не догадался, что этот убюдок их туда и повезёт? −Да, господи, блять, успокойся. – Доракен резко встряхивает его, из-за чего Мицуя на секунду задыхается. – Я тебя вообще не узнаю. Где твоя собранность? Мицуя стискивает зубы, но всё же убирает руки от Хаккая. Он вдыхает три раза, а перед глазами плывут пятна и непонятные фигуры, которые никак не могут собраться воедино. Его нервная система была взвинчена настолько, что казалось одна осечка и вырвется весь тот табун эмоций, которые Мицуя так старался подавить. Сука, да что с ним творится? Он видимо в край ебанулся. −Хаккай, что произошло? – можно перефразировать в «Какого хуя он такой дёрганый?». Хороший вопрос, Доракен, просто прекрасный. Доракен всё ещё не отпускает его, а вот руки Хаккая исчезают. Он забирает у Мицуи телефон и тычет в лицо Доракену. В этот момент Мицуя хмурится, потому что не хочет видеть эту фотографию ещё раз, у него нервов не хватит. На фотографии Мана бегает на батутах в детской комнате торгового центра Роппонги. Откуда Мицуя это знает? Оттуда, что он периодически ездил туда за интересными тканями вместе с девочками, а потом водил их в этот игровой зал. И всё вроде бы нормально, девочки просто развлекались. Но всё портило следующее сообщение. «У тебя есть время до восьми».

***

−Об этом больше никто не знает? – спрашивает Доракен, затягиваясь сигаретой. −Нет. – мотает головой Мицуя и нервно щёлкает зажигалкой, которую забрал у Доракена, чтобы хоть чем-то занять руки. Они всё ещё в крови. Доракен кивает и набирает кому-то сообщение. На кухне что-то гремит. Хаккай громко ругается и что-то продолжает греметь дальше. Мицуя прижимает к себе ноги и щёлкает зажигалкой в который раз. Огонёк медленно трепыхается и постепенно угасает. Мицуя щёлкает зажигалкой ещё раз. С похищения Луны и Маны прошло полтора часа. С момента приезда Доракена прошло ещё двадцать минут. Времени до восьми ещё полтора часа. За эти полтора часа им нужно найти девочек, пока ничего не произошло. И Мицуя от этого нервничает сильнее, чем в последние недели. Он то и дело косится на незакрытые шторы. Хаккай проходит в зал и ноет про то, что из его дома снова устроили курилку. Доракен смеётся под нос и затягивается снова. Хаккай протягивает Мицуе стакан с какой-то подозрительной коричневой жижей. Запах немного резкий. Мицуя морщится и чихает. −Это, чтобы нервы не шалили. – хмыкает Хаккай, присаживаясь на диван рядом с Мицуей и по привычке закидывает ему руку за спину. −Да пошёл ты нахуй. – обиженно бубнит Мицуя, но содержимое всё-таки выпивает. Валерьянка. Этот вкус слишком хорошо знаком, Мицуя постоянно пил её, когда нервы были готовы вот-вот сдать. Доракен откладывает телефон на быльце кресла и тяжело вздыхает. Он зачёсывает выпавшие пряди назад. −Короче, у меня есть вариант, но он вам может не понравиться. Такаши, ответишь на пару вопросов? – Мицуя кивает и сжимает пальцы на стакане. Он же не будет рыться во всём этом дерьме? – Ран знает про твою связь с Драконами? −Знает. – угрюмо говорит Мицуя и дёргает головой, когда чувствует, что Хаккай касается ёжика на затылке. Тот обиженно сопит. − Про Майки так уж точно. −Как он нашёл тебя? – тихо спрашивает Доракен, выкидывая сигарету в чашку, которую нарекли пепельницей. −Ты думаешь я ебу? – болезненно усмехается Мицуя, перебирая пальцы на стакане. − Я даже не ебу хули он ко мне пристал. Доракен хмурится и забирает у Мицуи зажигалку. Щелчок. В комнате снова тягучий запах табака. −Значит они не выехали из Роппонги. – задумчиво тянет Доракен, выпуская дым вверх. − Искать будет легче. −С чего ты взял, что они останутся там? – скептически спрашивает Мицуя, выпрямляя ноги и упираясь в острые колени локтями. −Потому что его там не достанут. – пожимает плечами Доракен. −Пошлём туда Драконов? – тихо спрашивает Хаккай. −Нельзя. – мотает головой Доракен. − У нас с ними что-то вроде мирного соглашения после того случая с Санзу. Мы не суёмся на их территории, а они на нашу. −И Майки согласился? – Мицуя вскидывает бровь. −Нет конечно. Ты же знаешь его. – улыбается Доракен. – Я надавил. Скандал тогда был… Но Драконам пиздец, если свяжутся с группировкой, которую крышует якудза. Роппонги у них что-то вроде рабочей силы, которая следит за порядком. Да и Санзу тогда, если честно, очень сильно проебался... Ран, походу, на это ставку и сделал, поэтому из квартала он не сунется… Но не ссыте, у меня есть вариант. Такаши, помнишь Рицуко? −Та сестра той девчонки, которую ты от передоза спас? −Она самая. По гроб жизни мне должна. Думаю, ей не составит труда выслать несколько девочек, чтобы район прочесали. −А если он решил запереть их в квартире или вообще выехать из района? −А ты ещё не понял, Такаши? – удивляется Доракен. − Он играет с тобой, поэтому и маячит на виду. Не ебу правда зачем, но делает он это отлично. Никогда не видел тебя в настолько хуёвом состоянии. Мицуя поджимает губы и стучит пальцами по чашке. Чёрт возьми, не хотелось в это дело впутывать проституток. Но выбора, похоже, у него нет. Он смотрит на Хаккая, который непонимающе хлопает глазами и смотрит то на Мицую, то на Доракена. −Других вариантов нет? – угрюмо спрашивает Мицуя, ставя стакан на стол. −Никаких. – чисто ради приличия отвечает Доракен. Кажется, он всё давно решил. Да и Мицуя не в праве отказывать, если это единственный вариант. −Тогда звони Рицуко, а мы едем в Роппонги. – Мицуя встаёт и проходит по комнате к выходу. – Одолжишь свой байк, раз тебе нельзя ехать туда? −Вы ещё мою малышку угробить хотите?! – громко спрашивает Доракен, выкидывая сигарету в чашку. – Нахуй пошли, я с тобой поеду, разберусь как-то, если и доебутся. Байк один на троих. Это значит, что Хаккай остаётся здесь. Снова брошенный и ненужный. Перед уходом Мицуя обещает, что позвонит. Хаккай кивает и больше ничего не говорит. Для Мицуи это окончательный поворот в никуда.

***

Рёв мотора в ушах оглушающий. Сердце уже не так бешено бьётся даже от скорости, с которой Доракен несётся по дорогам Токио. Валерьянка начала действовать. Но, даже с ней, Мицую не отпускает непонятное чувство. Оно жжёт, колется, ломает всё рёбра изнутри и устраивает хаос в нём самом. Мицую не отпускает чувство, что случится что-то плохое. Он крепче сжимает руки на поясе Доракена и утыкается щекой в спину. Рицуко выслала семь девочек. Одна из них сейчас в торговом центре Роппонги, другие прочёсывают район. До восьми остался час. Мицуе, кажется, что до восьми его сердце остановится. −Нам ещё пять минут ехать! – сквозь шум мотора кричит Доракен. Мицуя стучит ладонью по его торсу, мол услышал, принял к сведенью. До Роппонги они доезжают без происшествий, но как только Мицуя ступил на землю, то это непонятное чувство начало драть сильнее. До тупой боли в груди. Ещё и в глазах темнеет. Мицуя упирается рукой в байк и пытается прийти в себя. Чёрт возьми. −Такаши, ты как? – аккуратно спрашивает Доракен, кладя руку на его плечо. Он наклоняется рядом с ним и внимательно смотрит на зажмурившиеся глаза и хмурые брови. −Нормально я. – тяжело произносит Мицуя, пытаясь унять дрожь. Он выпрямляется и совсем незаметно пошатывается. В ушах звон, от которого Мицуя жмурится. Доракен достаёт телефон и немного отходит, всё равно наблюдает за ним. Мицуя не слышит о чём он говорит. Звон в ушах мешает. Откуда такая паника? Откуда такой страх? Действительно, что с ним творится. −Твоя мама звонила. – говорит Доракен и подхватывает Мицую под плечо, когда тот пошатывается. – Бля, не раскисай. Смотрю тебя от варева Хаккая разъебало совсем. −Что она хотела? – тихо спрашивает Мицуя, прикусывая щеку из внутри. −Дозвониться до тебя не может. Звонила Хаккаю, он трубку не взял. Решила мне позвонить. Не ссы, я сказал, что мы у тебя, а у тебя телефон разрядился. Сказала, что сегодня её дома не будет. −Как всё удачно складывается. – хмыкает Мицуя. – Про девочек спрашивала? −Да, сказал, что ты их развлекаешь и почти не соврал. – Мицуя переводит на Доракена непонимающий взгляд и в ответ получает улыбку. − Не смотри на меня так, знаешь сколько раз я Майки от деда отмазывал! −Да я не про это, но похуй. И снова зазвонил телефон. На этот раз Доракен широко улыбается и принимает вызов. Когда Мицуя слышит имя Рицуко, то напрягается и старается прислушаться к разговору. Но всё равно ничего не слышит. −Дай этой девочке мой номер и пусть смотрит за ними. Если соберутся куда-то, то пусть звонит. Да, спасибо тебе, Рицуко. – Доракен оборачивается к Мицуе и треплет по волосам, при этом широко улыбается. У Мицуи как заведённое колотится сердце. – Нашли. И вновь слёзы капают из серых глаз. Мицуя закусывает губу и прячет лицо в изгибе локтя. Господи, нашлись. Улыбка сама появлялась на губах, только вот слёзы с ней не вязались. Доракен выдыхает и похлопывает его по плечу. Мицуя не прекращая шепчет: «Спасибо». В ответ слышит только тихий смешок. До парка какого-то жилого комплекса они ехали пятнадцать минут. Вокруг проносились куча огней и яркие высотки небоскрёбов. Мицуя смотрит на них сквозь слёзы и улыбается как дурак. Хочется кричать Доракену, чтобы он ехал быстрее, но это неправильно. К тому же в запасе у них ещё почти полчаса. Доракен тормозит возле новых стеклянных высоток. Мицуя сразу спрыгивает с байка и бежит по аллее. Доракен его окрикивает, но он не слышит. Хочется быстрее найти сестёр, обнять их, а дальше уже не важно. Главное, что с ними всё хорошо. Мицуя не разбирает дороги из-за слёз, пару раз даже сбивает людей и спотыкается. Но когда он видит два ярких фиолетовых пятна, я рядом с ними высокую чёрную фигуру, то голос сам срывается на крик: −Ран! – надорвано кричит Мицуя. Чёрная фигура застывает, а после оборачивается. И снова эти фиолетовые глаза и кривая ухмылка. Они так и стоят, смотря друг на друга. Мицуя сжимает кулаки и стискивает зубы. Еле сдерживается, чтобы не налететь и врезать. Первая отходит Луна. Она широко раскрывает глаза и тянет за руку сестру. Мицуя делает пару шагов к ним и едва не падает, когда Луна врезается в него и крепко обхватывает руками. −Такаши. – воет Луна, пряча лицо в куртке брата. – Прости меня. Мицуя облегчённо выдыхает и прижимает её крепче к себе. В глазах застывают слёзы, но он сдерживает их, чтобы не пугать девочек. Мана сжимает в своих руках плюшевого зайку и непонимающе глядит на сестру и брата. А затем тоже крепко обхватывает Мицую за ногу. −Эх, вот бы меня так младший брат встречал. – совсем рядом слышатся удары каблуков о плитку. Мицуя поднимает взгляд, встречаясь с неадекватным огоньком в фиолетовых глазах. − А то всё матом посылает. Ты, кстати, вовремя, восьми ещё нет. Мицуя хмурится. О, он так хочет много чего сказать. Хочет сказать какой он уёбок конченый, что он эти ботинки ему в задницу запихает, а пальто к чёртовой матери искромсает. А потом будет пиздить до восьми, пока брат не найдёт. Да так изощрённо и желанием, что и на опознании его, блять, не узнают. Ран на это только улыбается и подставляет к сжатым губам Мицуи палец в белых перчатках. −Все разговоры потом, не при девочках же. – наигранно дуется Ран. – Мы с ними, кстати, отлично провели время. Луна даже себе кучу брелоков выиграла. Да, Луна? Слышится громкий всхлип, и Луна только крепче сжимает руки. Мицуя испуганно смотрит на него. Что же он её наговорил, что Луна так боится? −Я тебе… − тихо начинает Мицуя, но его тут же прерывают. −Что ты мне? – игриво улыбается Ран, наклоняя голову набок. − Поцелуешь за то, что я твою задницу прикрыл. Не нужно благодарностей, милый, всегда готов выручить. −Такаши! – запыхавшееся кричит Доракен позади. −Ого, да с тобой Доракен! Приветик, Доракен! – широко машет Ран рукой. – Честно, я думал, что ты с Хаккаем. Кстати, Доракен, не нарвался на моих парней? −Не волнуйся, Ран, мы в любом случае отлично с ними поговорим. – отвечает Доракен, поравнявшись плечом к Мицуе. Мана сразу же видит его и улыбается. Она протягивает к нему руки, и Доракен, тяжело вздыхая, сажает её на плечи. Луна так и стоит, прижавшись к Мицуе. −Надеюсь, не так как мы с Санзу? – усмехается Ран. − А то придётся разговаривать уже со мной. −Хватит. – тихо говорит Мицуя. Ран снисходительно улыбается и поднимает ладони вверх. −Девочки, подождите меня с дядей Кеном, хорошо? Мне нужно поговорить с Раном. Луна сразу же замотала головой и сильнее заплакала. Мицуя присаживается перед ней и убирает намокшую чёлку с глаз. У него болит сердце, когда он видит этот испуганный взгляд. Слёзы не прекращают падать из огромных серых глаз, а Луна поджимает губы и кусает изнутри щеки. Мицуя гладит её по щеке и еле слышно шепчет: −Малыш, со мной ничего не случится, пока тут дядя Кен. И я себя в обиду не дам. Ты мне веришь? – Луна нервно закивала головой. – Вот, всё хорошо. Мы скоро поедем домой. Мицуя целует её в лоб и треплет по волосам. Луна шмыгает носом и всё-таки отпускает. Маленькой ладошкой она хватается за руку Доракена. Доракен недоверчиво смотрит на Мицую, но тот только в ответ сдавленно улыбается и кивает. −Мы недалеко. – тяжело говорит он и кидает испепеляющий взгляд на Рана. – Ну что, принцессы, пойдёмте. Когда Доракен и девочки отошли на приличное расстояние, то Мицуя в два шага оказывается перед Раном и замахивается. Ран перехватывает его руку за запястье, прям тогда, когда кулак оказывается в опасной близости к носу. −Справедливо. – хмыкает он. − Но у меня сегодня нет настроения получать по лицу, а твои руки и так много за сегодня повидали. Да и люди смотрят, некрасиво выходит. −Нахуя ты это сделал? – угрожающе шипит Мицуя, наваливаясь всем весом. −Даже не знаю, соскучился по девочкам, ты же меня к ним не подпускаешь. −Блять, Ран, я тут не в игры играть пришёл! – Мицуя выдёргивает руку из хватки и хватает Рана за ворот пальто. − Чего ты хочешь от меня? И никакого ответа. Ран странно улыбается и протягивает руку к лицу Мицуи. Шершавая ткань перчаток неприятно касается уголков губ. −Какие же у тебя глаза красивые. – мечтательно говорит Ран, надавливая большим пальцем на губу. Мицуя дёргается, но его челюсть резко сжимает рука. − Ну, не дёргайся. Хочешь знать зачем я это сделал? Я же сказал, что сделаю всё, чтобы ты приполз ко мне на коленях. −Только ради этого? – горько усмехается Мицуя, сжимая пальцы на вороте пальто Рана. – Да ты ёбаный психопат. −Ну-ну, это уже и обидно. – наигранно дуется Ран. – Ты же знаешь, я мог бы взять тебя и силой, но так не интересно. −Нравится ломать людей, да, мудак конченный? −Нравится, скрывать не буду. – мягко улыбается Ран, ослабляя хватку на челюсти Мицуи. − Особенно, когда ломаются такие сильные люди, как ты. −Тебе это с рук не сойдёт. – хмурится Мицуя. −Ты так думаешь? Думаешь Драконы будут защищать тебя? Ну знаешь, что-то я гуляю по Роппонги с пяти, а банду Драконов так и не встретил. А знаешь почему? Хоть ты и друг Доракена, но банда и Майки у него на первом месте. Ты же в курсе про наш договор, да? Санзу тоже дорог Майки, но Доракен не позволил ему. Цепная собака семьи Сано, вот он кто. Не пойдёт он только ради тебя на Роппонги. −Завали ебало. – шипит Мицуя, дёргая головой. Ран отпускает его, а пальцы Мицуи разжимаются на вороте пальто. −Правда не такая приятная, верно? Ты так для всех стараешься, а тебе никто ничего взамен не даёт. −Доракен помог мне. – тихо говорит Мицуя, смотря Рану в глаза. −В этот раз. – фыркает Ран. −Он помог тебе только, потому что должен. Но если ситуация запустит обороты? Будет ли тебе он помогать? Мицуя сжимает кулаки и опускает глаза. В его голове проскакивает мысль, что Ран прав, но он тут же гонит её. Не может быть он прав, Доракен никогда бы так не поступил. Он всегда спасал Мицую, даже если он никогда и не просил. Доракен так просто не оставит его! У него все друзья в равном положении. Ведь так? −Я дам тебе выбор, Такаши. – тихо говорит Ран. − Или ты приходишь ко мне добровольно, или дальше будет только хуже, пока ты не приползёшь ко мне. У тебя будет время, не волнуйся. Мицуя фырчит и нервно дёргается. Ультиматум он ему будет ещё ставит, ты гляди какой смелый. Мицуя бы огрызнулся, но он уже понял главное правило этой игры. Пока он делает вид, что сломлен, то Ран его не трогает. −Почему именно я? – еле слышно спрашивает Мицуя. −Я же говорил: ты слишком красивый, когда страдаешь. – смеётся Ран. Его пальцы касаются подбородка Мицуи и мягко ведут вверх. Мицуя хмурится и поджимает губы, но позволяет собой вести. В этот раз переиграет он. − Заплачешь для меня? −Ебало снесу. – шепчет Мицуя, твёрдо смотря в фиолетовые глаза. −Посмотрим ещё. – улыбается Ран. – Поцелуй от меня девочек и передавай привет маме. И Ран уходит. Без всех этих своих выёбонов, игр и прочей херни. Просто уходит и оставляет его одного. Мицуя недолго смотрит ему в спину, а после разворачивается и уходит. Он понимает, что это всего лишь манипуляции, но чёрт… Вдруг Ран действительно прав. Как только Мицуя заходит за поворот, то оседает на корточки и прячет лицо в ладонях. Он тяжело дышит и глотает слёзы. Считает до десяти. Всего десять счётов, и он снова поднимается на ноги, улыбаясь. Для девочек он будет сильным, даже если он зверёк, загнанный в клетку. Даже если он совсем один. Ведь проблемы — это зараза, которая тебя в любом случае настигнет. И ничто от неё не спасёт.