The Chronicles of the Wondercolts

      — Почему мы не прихватили с собой Эпплджек? — с толикой возмущения в голосе, что совсем не удивительно, учитывая сложившиеся обстоятельства, произнесла Сансет Шиммер.       — Ну уж извините, что я не могу чинить фургон ночью и в снежную бурю, — буркнула Твайлайт в ответ. Что ж, замечание вполне себе резонное.       — Ничего, с утра починим, — сказал я, орудуя зажигалкой. Дрова в камине оказались сухими, хотя я ожидал найти разве что отсыревшую древесину, которая гореть не будет, как ты ни пытайся заставить огонь делать свое дело.       Так уж получилось, что двигатель фургона, на котором наша компания из трех возвращалась обратно в Кантерлот, решил забарахлить и дать сбой прямо по дороге. А тут еще и метель, которую днем не предвещало, без преувеличения, ничего.       — Хотя, Эпплджек бы что-нибудь придумала, — я улыбнулся, глядя в огонь, который удалось, после минутного усилия, разжечь. Теперь бревна уютно потрескивали, давая нам тепло и свет. — Она мастер на все руки.       Я поймал, краешком глаза, взгляд Твайлайт и на секунду мне стало не по себе.       Нам очень повезло найти хижину в лесу Эверфри, совсем рядом с трассой. Еще больше нам повезло, конечно, обнаружить помещение пустым, незапертым. А еще дрова оказались вполне сухими. В общем, наш удачный день. Или ночь, точнее. Уже ночь.       — Все в порядке, — решила, наконец, Сансет Шиммер. — Если подумать, то нам предстоит провести ночь у камина в хижине, слушая свист ветра и потрескивание бревен. Как будто сцена из фильма. Не та уж и плохо.       — Согласен, — я кивнул, представив, будто мы, в самом деле, очутились в фильме.       Что ж, я тоже решил, что, в принципе, все могло быть хуже.       Инструменты мы оставили в фургоне, с собой прихватили рюкзаки. У меня в моем, впрочем, не осталось ничего, кроме романа в жанре хоррор, который всегда при мне. Лучше уж занять себя чтением, чем сидеть без дела. При условии, что делать совсем нечего.       — Чем займемся? — спросила Твайлайт после того, как наша компания разложилась близко к камину.       — Можем поговорить о чем-нибудь, — предложила Сансет и положила руку на плечо подруги. Обычный дружеский жест, так ведь? Или нечто большее. У меня подозрений всегда хватает, жаль лишь, что о подобных вещах, как правило, вслух не говорят, посему предположения предположениями остаются.       Я пораскинул мозгами и, под аккомпанемент огня в камине, уютного и успокаивающего свечения, из глубин памяти выплыла игра, которой меня научили еще в средней школе. Задолго до того, как я попал в Кантелот Хай.       — Не хотите поиграть? — спросил я.       — Во что? — спросила Шиммер.       — Я не знаю, как это игра точно называется. Но мы ее всегда называли Игрой в правду. Смысл в том, что каждый участник или участница пишет вопрос на листке бумаги. Можно поставить ограничения, а можно играть без ограничений, зависит от желания участников.       — Кажется, я знаю, — произнесла Твайлайт.       — Необходимо составить, — продолжил я. — Как можно больше вопросов. Затем перемешать их. А потом…       — …по очереди отвечать, — догадалась Сансет. «Догадалась», впрочем, громкое слово, ибо это стало очевидно.       — И предельно честно, — кивнул я. — Ну что, никто не против?       Девушки переглянулись. По выражениям их лиц я догадался, что, скорее всего, играть они готовы. В любом случае, как-то время провести нужно, а то, что предложил я, довольно весело. К тому же, это поможет нам лучше узнать друг друга. Мы и так были хорошими друзьями и знали достаточно друг о друге, но все же.       — Давай, — согласилась Твайлайт.       — Играем с ограничениями или без? — спросил я.       — Я думаю, какие не надо вопросы мы и так писать не будем, — сказала Шиммер. Судя по выражению лица, на ум ей пришел довольно любопытных вопрос, который ей не терпелось перенести на бумагу. Знаю я такое выражение лица. У меня оно тоже бывает, порой, когда я остаюсь в одиночестве.       — Твайлайт, не пожалей для нас тетради и ручек, — попросил я.       У Спаркл, в отличии от меня, в рюкзаке имело гораздо больше принадлежностей. Книги, тетради. Знания в голове и за собственной спиной тоже. Знания для нее — это все. Как и друзья.       — Сейчас.       Девушка достала тетрадь-черновик, оторвала несколько страниц, вручила каждому по ручке. Таким образом, настало время начинать нашу игру.       Я не думал, что составить вопросы будет столь непросто. Я старался избегать неприличных тем, впрочем, поглядывая на Сансет и понимая, что вопросы, которые заставят щеки покрыться румянцем, все-таки, будут. Куда же без них. Что ж, можно дать волю и самому себе, в таком случае. А за окном продолжало свистеть. Словно стая снежных волков устроила в грандиозный концерт в лесу, то ли в нашу честь, то ли чествуя морозную зимнюю ночь, полную тайн и загадок. Что ж, хижина и камин — наше счастье.       — Что-то мне жарковато, — сказала Сансет и стянула с себя красный свитер, подарок от Бабули Смит, между прочим, оставшись в одной лишь белой футболке. Вернулась к написанию своих вопросов. Я тоже.       Листы бумаги мы разделили на шестьдесят частей. На это тоже ушло какое-то время. По двадцать кусков каждому. Я сочинял вопросы почти четверть часа. Раньше всех закончила Твайлайт. В конечном счете, мы были готовы начать нашу игру. Я тоже почувствовал желание стянуть с себя синюю толстовку с логотипом вандерколтов школы Кантерлот Хай, но сдержался. В хижине стало на удивление очень тепло. Даже слишком.       — Готово, — чуть ли не с триумфом объявила Сансет Шиммер. После чего мы сложили листы в центре нашего небольшого треугольника, а Твайлайт перемешала их. Понять, где чьи вопросы, стало невозможно, а значит, игра в правду, пока что, шла по плану.       — Никто не хочет чай? — спросила Твайлайт.       Эта девушка еще и взяла с собой термос. Что ж, никто не мог отказаться. Мы передавали чашку-крышку друг другу по очереди, наслаждаясь теплом напитка и паром. Правда вот, мое жаление остаться, как и Сансет, в одной лишь футболке, усилилось после пары глотков.       — Начнем, — сказала Сансет Шиммер. — И так, кто первый?       — Твайлайт, — сказал я. — Бумага и ручки твои.       — И чай тоже мой, — улыбнулась девушка. — Тогда ты следующий. Идея-то твоя.       — Идет, — согласился я. Порядок не так важен, достанется всем.       Твайлайт протянула руку в кучу исписанных вопросами кусков бумаги. Взяла в руки первый кусок, поднесла его к глазам.       — С кем был твой первый поцелуй? — прочитала девушка. Румянец появился на лице, хотя и не густой. — Кто это написал? Эмп, это был ты?       Это был не я.       — Пускай это останется секретом, — ответил я подруге.       Девушка пожала плечами. Кажется, она догадалась, кто автор. Вариантов не так уж и много.       — Мой первый поцелуй… — заговорила Твайлайт. — Что ж, это был Тимбер. После того нашего свидания в планетарии.       — А ты говорила, что ничего не было.       Сансет легонько ткнула подругу локтем в бок. Твайлайт раскраснелась заметнее прежнего. И не думаю, что виной этому чай из термоса. Кстати о чае. Желания стянуть с себя толстовку прибавилось. Вперед, Вандерколты.       — Твоя очередь, — Твайлайт перевела тему.       — Так… — проговорил я и, протянув руку в кучу, схватил кусок бумаги.       Девушки внимательно смотрели на меня.       — Первая прочитанная книга. Я знаю, кто это написал.       Догадаться не сложно, впрочем.       — Я точно не помню, сколько мне было лет… кажется, пять. Мне подарили книгу про детей, которые боролись с воздушными пиратами. Я не помню названия и автора, честно. Это было так давно.       Вопрос вернул меня в десткие воспоминания. Давно, действительно. Мне было пять. Прошло уже двенадцать лет, целый цикл. Удивительно. Будто не двенадцать лет минуло а, по ощущениям, целых сто двенадцать.       Сансет тянула свой жребий следующей.       — Наименее интересующий предмет в школе, — прочитала девушка. — Да кто так вообще пишет? В общем, откровенно говоря, я не большая фанатка ходить на географию. Удивлены?       Мне уже доводилось замечать. Похоже, пока что никто не вытянул мой вопрос.       — Вы остались на необитаемом острове в компании друзей и ящика с ромом. Каковы ваши дальнейшие действия?       Твайлайт без проблем поняла, чей именно вопрос. Я почесал затылок.       — Разве это по правилам? — спросила девушка. — Как я могу ответить честно, когда вопрос настолько гипотетический?       — Да, виноват, — признал я. — Но, все же, отвечай.       — Известно расстояние до ближайшего более-менее крупного участка суши?       — Не знаю, — покачал головой я.       — Вариант с постройкой лодки или плота вполне уместен, — продолжила Твайлайт. — Но неизвестно расстояние до крупной суши. Вполне возможно, что плыть слишком далеко и тогда проблемой станет голод. В таком случае, отправляться в плавание на лодке не вариант. Можно устроить огромный костер для привлчения внимания. Поджечь ром и…       — Только не ром! — вырвалось у меня, а потом мы дружно искренне рассмеялись.       Через раунд мне попался вопрос от Твайлайт.       — Микроскоп или телескоп? — прочитал я. — Что ж, это просто. Я всегда мечтал увидел Большое Красное Пятно на Юпитере своими глазами.       — Мы можем это устроить, — сказала Твайлайт.       — Правда? — просиял я.       — С Твайлайт возможно все.       Сансет получила свой же вопрос. И, похоже, это ее немного разочаровало. Она хотела, чтобы ее вопросы доставались нам с Твайлайт.       — Идеальное место для первого свидания. Что ж, это интересный вопрос.       Чай продолжал пермещаться между нами. Можно сказать, мы пустили его по кругу. Я не сдержался и снял, таки, толстовку, по пути едва не стянув с себя еще и футболку, но обошлось.       — Крыша. Звезды. Я думаю, звучит довольно романтично.       Сансет сделала глоток. Щеки ее покрылись румянами. Она выглядит прекрасно. Я смотрел на нее не отрываясь, пока не прогнал мысли. Мы ведь друзья, друзья не думают о подобных вещах.       Крыша и звезды. Звучит и в правду неплохо. Звучит романтично.       — Лес, горы или берег океана. Лучшее место для лагеря?       Спустя три раунда Твайлайт, наконец, снова достался мой вопрос. Я всегда был поклонником отдыха на природе. Хотя и не так часто выбирался в своей жизни. Довольно нечасто, если уж быть до конца откровенным.       — Горы, я думаю. Впрочем, остальные варианты тоже звучат неплохо.       — Пляж, — мечтательно сказала Сансет, глядя в окно и видя неослабевающую метель за стеклами. — Сейчас он покрыт снегом. Лодки стоят на причале, покачиваясь на волнах. Холодный ветер в ночи.       — Ты никогда не пробовала написать что-нибудь? — спросил я. — Хотя бы рассказ.       — Я сочиняла комиксы, — ответила Сансет. — Забыл?       — Точно, — я вспомнил, как Шиммер демонстрировала мне коллекцию своих работ. Девочки-супергероини, спасающие мир. Всегда очень любил такое.       Я взял следующий вопрос. Треск бревен в огне и завывания ветра в ночи уже стали привычными. Внутри хижины тепло, даже жарко.       — Первое, что вы делаете с утра, — писал это точно не я. — Что ж, слушайте. Я просыпаюсь под крик будильника, борюсь с ним пару минут, потом валяюсь еще минут десять, не в силах подняться с постели. Потом, все-таки, встаю, отжимаюсь двадцать раз, делаю двадцать приседаний и качаю пресс. Тридцать раз. А вы еще удивляетесь, откуда у меня столь внушительная мускулатура.       Если уж быть до конца откровенным, то у Эпплджек и Рейнбоу мускулатура повнушительнее.       Время шло. Я не мог точно сказать, как много его прошло. Нам было весело. Я чувствовал себя здорово и был даже благодарен фургону за столь неожиданную поломку на шоссе. Завтра с утра Твайлайт и Сансет непременно починят автомобиль, и мы вернемся в город. Будет что вспоминать потом. Думаю, у Пинки Пай, заказав несколько коробок пиццы.       — Три вещи, которыми вы бы хотели заняться в библиотеке.       Настал черед Сансет Шиммер смущаться.       — Так, во-первых, — начала девушка. — Сбросить несколько книг с полок и вызвать гнев у библиотекорши.       — Как ты можешь! — выпалила Твайлайт.       — Второе: испольнить рок-концерт посреди библиотеки.       — Звучит как сцена из фильма, — заметил я, стараясь припомнить, откуда же именно сцена.       — И третье… найти тихий уголок, где тебя никто не сможет увидеть… и поспать.       Что-то мне подсказывало, что в игре в правду прозвучала первая неправда. Доказать обратное, впрочем, не представлялось возможным по ряду причин. Сансет могла бы прочитать мысли, но вот ни у меня, ни у Твайлайт таких способностей не наблюдается.       Твайлайт попался вопрос про рок-концерт, на который девушка ответила тем, что предпочла бы посетить обсерваторию, но концерт тоже неплохо. Сансет более всего хотела бы отправиться в мезозойскую эру, если бы у нее появилась машина времени, и покататься верхом на кетцалькоатле. Я представил себе Сансет верхом на птерозавре и подумал, что она бы смотрелась очень здорово. В кожаной куртке, девушка-рокер, настоящая бисексуальная мечта.       Мысли в голове стали вновь приобретать не самый приличный характер. Черт, да что же со мной не так. Возраст, может быть, так действует, но куда подевался дурацкий самоконтроль? Неужто его не стало вот так, по щелчку пальцев?       — Я бы открыла фонд помощи для всех науждающихся в помощи, — Твайлайт отвечала на вопрос о том, что сделала бы, окажись у нее на руках целый миллиард долларов. — И научно-исследовательский центр.       Типичная Твайлайт. Настала, впрочем, моя очередь тянуть лист. Осталась примернор половина. По моим ощущениям, игра эта заняла полночи, хотя такого, конечно, не могло быть. От силы час, но сказать наверняка трудно.       Я протянул руку и вытащил вопрос. Если я прежде не краснел, то теперь напоминал свежий помидор. Что это за вопрос вообще такой? Кому пришло на ум это написать? Моя фантазия ограничивалась гипетотеческими вопросами в духе чем бы вы занимались в космическом корабле в открытом космосе. Но тот вопрос, что достался мне, вызвал бурю разных эмоций.       Я по очереди оглядел подруг.       — Читай, — сказала Сансет.       Я и прочитал.       — Ваша сокровенная сексуальная фантазия.       Кто-то из сладкой парочки ведь написал это, причем умышленно, сознательно. Но вот кто именно? Наверное, логично было бы подумать на Сансет. Быть может, так оно и есть. Мы условились играть без ограничений. Что ж, без ограничений, стало быть. Хорошо, пусть будет так.       — Я всегда хотел заняться сексом в школе, во время занятий. Найти пустой кабинет и… в общем, вы поняли.       Я поправил голос. Получилось достаточно комично, прямо как в фильмах. Я не договорил, впрочем. Не добавил той части, в которой в кабинете, неожиданно, появляется директриса Селестия, застукав меня. Впрочем, озвученного хватило, вполне.       — Я ожидала чего-то посмелее, — сказала, сдерживая смех, Сансет.       — Ты серьезно? — выпалил я.       — Нет, правда, ты же вроде хочешь книгу написать. У тебя должно быть побогаче с фантазией.       — Ну, знаешь ли, я не эротические романы писать собираюсь, — ответил я, впрочем, эротический роман в своей голове я написал давно, только никто об этом не знает. И не узнает. Разве что кому-то взбредет копаться в моих сокровенных мыслях.       — Ладно, как-нибудь расскажешь поподробнее.       В тот момент Сансет выглядела очаровательно. В белой футболке, с распущенными желтыми и красными локонами, румянцем и улыбкой.       — Сансет.       — Вы подписали себе приговор, мистер Саммер, — абсолютно серьезным тоном сказала Шиммер.       Я хотел ответить, но уютную атмосферу хижины разрезал голос Твайлайт Спаркл.       — Ребята, — произнесла девушка. — Окно.       Она указала в сторону окна. Мы бросили взгляды в ту сторону. Я увидел нечто светящееся, словно яркий прожектор. Холодный, неоновый свет. Пара мгновений, потом это что-то исчезло. Несколько секунд ушло на то, чтобы прийти в себя.       — Вперед, — скомандовала Сансет. — За светом!       В ту секунду мы не сомневались в том, что делаем. Быстро надев куртки, мы все втроем ринулись наружу, в ночь, навстречу метели, бьющей в лицо острыми, словно миниатюрные кинжалы, снежинками. Шар света укрылся между стволов деревьев, исчез за ними. Но мы не собирались отпускать его. Мы побежали. Я будто попал в контрастный душ. Из жаркого и уютного местечка у камина, да прямиком на снежный зимний мороз. Как бы не слечь с простудой потом. Но в ту минуту поймать шар света казалось самым важным.       — Жаль, здесь нет Рейнбоу, — сказала Сансет. Да уж, тяжело поспорить.       Мы бежали всего пару минут, пока не осознали, что потеряли шар. Никаких следов на заснеженной поверхности. Ничего. Кругом снег и деревья. Нам пришлось остановиться, другого выхода не осталось.       — Что это? — Твайлайт задала вопрос, который нас всех беспокоил. Но кто знал ответ?       Мы глядели в лес, но не видели ничего. Чем бы тот шар света ни был, но он исчез. Удрал от нас.       — Мы его потеряли, — буркнула Шиммер, ежась.       — Давайте обратно в хижину, — сказал я, обнимая себя за плечи. — Я сейчас замерзну.       — Придется, — согласилась Твайлайт. — Идемте.       Мы зашагалаи обратно. Поначалу я боялся, что мы заплутали и выплутать не получится. Впрочем, наши следы не успело замести снегопадом, так что, мы, шагая по цепочке углублений в белом полотне, вернулись в теплую хижину. Назад к камину, назад к живительному теплу. Как же все-таки здорово быть в тепле, особенно когда снаружи холодрыга. Непередаваемое ощущение.       — Что бы это ни было… — Сансет Шиммер смотрела в окно. — Оно ушло.       — Оно вряд ли опасно, поскольку, видимо, испугалось нас, — сказала Твайлайт.       — Точно, — я кивнул головой.       После такого продолжать игру желания не было, да и поздновато. Лучше нам приберечь силы и проснуться пораньше. Починить двигатель, если он совсем не замерзнет, а потом отправиться дальше, домой.       — Давайте спать, — предложил я и девчонки были согласны.       Мы легли у камина, подложив куртки под головы, ибо они мягче сумок. Главное, чтобы не загорелись. Легли как можно ближе друг к другу. Твайлайт положила руку на плечо Сансет. Шиммер не возражала. Я мог любоваться до утра, но предпочел закрыть глаза и поскорее провалиться в сон. Мы друзья. Мы лучшие друзья. И больше ничего. Вот так и должно быть.       С этими мыслями я и заснул. Быстрее, чем ожидал. Все-таки, насыщенный денек был. Усталость свое брала.       Мне приснилась Сансет Шиммер в ту ночь. Мы с ней брели по коридору школы Кантерлот Хай. Было как-то темновато. Мы шли вдвоем, я слышал ее голос, но слов не мог разобрать. Самое главное то, что она была рядом. Потом сон закончился, сменился темнотой.       Нас разбудила Твайлайт. Снаружи намело за ночь, но, ближе к утру, погода прояснилась. Снегопад, понятное дело, прекратился. Мы вышли наружу. Очень красиво. Деревья, покрытые снегом. Зимняя синяя свежесть. Пронзительное ясное небо. Я почувствовал себя очень счастливым. Подумал о том, что провел целую ночь рядом с Сансет и Твайлайт, отчего стал еще счастливее.       Девчонки починили двигатель довольно скоро, пока я стоял в стороне, рассматривая белку с пушистым мехом, перемещающуюся с ветви на ветвь. Флаттершай бы очень понравилось. Надо ей рассказать. А лучше сфотографировать. Я потянулся в карман джинсов, достал телефон, но заряд батареи, увы, закончился. Придется без фото сегодня.       — Что бы там ни было в лесу вчера, — сказала Твайлайт. — Может быть, мы увидим его снова.       Что бы то ни было, но я бы хотел увидеть это вновь. Этот загадочный шар света, что исчез среди заснеженных стволов.       Вскоре мы сели в фургон и благополучно поехали в Кантерлот, оставив хижину в лесу, приютившую нас на ночь, и тот загадочный шар свечения, который поймать нам не удалось. Нашим друзьям будет что рассказать, когда мы вернемся, определенно.