Домовики и мороженое

15 апреля

Весь понедельник Драко то и дело вспоминал про экзамен Гарри и кусал губы. Ему начало казаться, что он рассказал недостаточно, неточно и не то. Тогда Драко глубоко вздыхал и морщил нос, заставляя Гермиону встревоженно коситься в его сторону. Когда она спросила в порядке ли он, Драко только неразборчиво что-то пробурчал про занятия и пожаловался на то, что в аудитории слишком душно. Он смог придумать, чем отвлечь себя, только ближе к вечеру, когда кончились занятия в Академии. Гермиона, наконец, разобрала все свои наработки из Мунго и передала их Драко. Теперь он должен был соотнести их с информацией из книг и сформулировать тезисы для проекта. Поэтому вечером, попросив у Тимси чашку крепкого травяного чая и обложившись пергаментами, исписанными ровным убористым почерком Гермионы, он с переменным успехом пытался вникнуть в проблемы нервной системы домовых эльфов и забыть уже, наконец, про экзамены Гарри. Он задумчиво нахмурился и почесал за ухом пером, когда в окно домашней библиотеки постучала клювом сова. Едва не подскочив на месте, Драко поднял взгляд наверх. Это была сова Гермионы. Быстро отдав записку, птица выпорхнула обратно в окно и оставила Драко в одиночестве. Пока он читал записку, его губы растягивались в счастливой улыбке.

«Драко! Вы очень большие молодцы! Гарри только что зашел ко мне и рассказал, что он справился! Он получил «хорошо» по зельеварению и от радости до сих пор не может даже присесть. Наверное, ты бы хотел получить записку от него лично, но тогда тебе пришлось бы очень долго ждать. Я думаю, мы должны отметить вашу победу! Гарри и Рон тоже согласились со мной, поэтому завтра после занятий мы все вчетвером идем в Косой переулок праздновать. Отказ не приму, потому что это ты помог Гарри. Мы все будем тебя ждать. Увидимся завтра на занятиях! С большой любовью и благодарностью, Гермиона.»

16 апреля

Все занятия Драко не мог усидеть на месте. Он одновременно хотел скорее встретиться с Гарри и боялся того, как пройдет эта встреча. Последняя встреча с золотым трио была вынужденной, когда он, позорно сбежав от отца, приходил ночевать к Гермионе, но теперь они… Сами позвали его? И если на счет Гарри или Гермионы Драко не сомневался, то Уизел вряд ли был в восторге. Если они поссорятся, то Гарри наверняка займет сторону Уизела, он ведь его лучший друг. И Гермиона тоже. Вместе с тем Драко кусал губы от нетерпения и пытался успокоить панически-восторженную бурю в груди.  — Знаешь, — сказала Гермиона Драко, когда он в очередной раз повернулся на стуле и нервно дернул плечами. — Мне кажется, я знаю о чем ты думаешь. Я попросила Гарри поговорить с Роном, чтобы он не цеплялся к тебе. Но и тебя я тоже прошу… Просто дай ему шанс тебе понравиться, пожалуйста. Он хороший. Драко натянуто улыбнулся. — Верю. С каким-нибудь придурком ты бы встречаться не стала. Получив острый тычок в бок, Драко немного успокоился. Когда они выходили из здания Академии, около ворот их уже ждали Уизел со странным выражением лица и улыбающийся Гарри. — Привет! — он в два шага приблизился к ним. Не переставая широко улыбаться, Гарри крепко и порывисто обнял Гермиону и, не прекращая движения, развернулся к Драко, но вдруг странно дернулся, пошатываясь и чуть не упал. Густо заливаясь краской Гарри протянул руку. — Привет, Драко. Драко, пытаясь уследить за бегающим из стороны в сторону чужим взглядом, усмехнулся, кивнул в знак приветствия и пожал руку. Не в силах побороть свою слабость, Драко задержал руку Гарри в своей чуть дольше положенного. — Поздравляю… Ты отлично справился, я не сомневался. Гарри, все еще краснея, улыбнулся Драко, на секунду встретился с ним взглядом и осторожно убрал свою руку. Уизел коротко чмокнул Гермиону в щеку и, хмурясь, развернулся к Драко. — Уизел, — поздоровался Драко чопорно, как он отлично умел. — Хорек, — не слишком убедительно копируя его тон, буркнул Уизел. Несколько секунд поколебавшись, они пожали друг другу руки. Гермиона тяжело вздохнула. — Мне кажется, вы могли бы называть друг друга по именам? — Драко тут же сморщился, а Уизел издал нечленораздельный возмущенный звук, и Гермиона всплеснула руками. — Ну ладно-ладно! Можно по фамилиям! Драко скрестил руки на груди, не переставая морщить нос. Он мельком глянул на Гермиону и она, заметив это, посмотрела на него многозначительным взглядом. Теперь вздохнул Драко. Она ведь попросила его… Он может постараться, верно? Медленно, собираясь с силами, чтобы сказать каждое слово, Драко начал: — Ладно… Можно попробовать по фамилиям… Наверное… — он набрал в легкие воздуха, чтобы, наконец, произнести «Уизли», как увидел промелькнувшее выражение искреннего ужаса в глазах Уизела. В этот же момент Драко услышал полузадушенный смешок со стороны Гарри. «Предатель» — подумал он. — Боггарт раздери, Гермиона, нет! Ты не заставишь нас это делать! — Драко вдруг все стало ясно. Он поступал правильно. На этот раз гораздо тверже и увереннее он шагнул к Уизелу, взял его руку и крепко пожал. — Я за то, чтобы объявить между нами вечное перемирие! Уже давно пора было это сделать. Надеюсь, мы подружимся. Но при всем моем уважении, Уизел, ты так и останешься для меня Уизелом. Не воспринимай это как оскорбление. Обычно друзья придумывают друг другу идиотские прозвища, и это будет одно из них, — чуть погодя, Драко добавил. — Я не против, чтобы ты называл меня Хорьком. С каждым словом Драко видел, как выражение лица Уизела меняется с ужаса на облегчение. Наконец, тот глубоко вздохнул, опустил напряженные плечи, пожал руку в ответ и даже улыбнулся. — Да… Пожалуй, так мне нравится больше, чем предлагала Гермиона. Не сговариваясь, они развернулись к Гермионе. Та стояла, недовольно хмурясь и явно думая о том, соглашаться ей с таким извращенным принятием примирения или нет. — Да ладно тебе, — вдруг сказал Гарри. Он встал с ней рядом и положил руку на ее плечо. На секунду Драко показалось, что Гарри повернулся и посмотрел на него улыбчиво-одобрительным взглядом. — Они согласились не цапаться, и это уже хорошо. Пусть называют друг друга, как хотят. В конце концов, это ведь их имена… Ну, прозвища. Оставь это. Потратив еще секунду на то, чтобы обдумать слова Гарри и взвесить все «за» и «против», Гермиона все-таки улыбнулась и кивнула. — Отлично! — Гарри хлопнул в ладоши. — А теперь мы идем праздновать мою победу! Драко совершенно не удивился, когда для празднования они аппарировали в Косой Переулок. Длинная извилистая улица была заполнена людьми, шумела и двигалась, будто живая. Все магазины — Драко каждый раз неуютно дергал плечами, но облегченно вздыхал — снова работали и гордо выставляли на своих витринах лучшие товары. Драко двинулся вперед вместе с золотым трио, чувствуя внутри странное приятное ощущение сопричастности. Гарри вел их куда-то, двигаясь на шаг впереди, а Драко даже не спросил куда. Хотя по правде говоря ему было почти без разницы, он в любом случае был доволен. Гермиона шла почти совсем рядом с ним, и Драко заметил, как она морщится, поправляя сумку. — Тяжелая, — пожаловалась она в ответ на вопросительный взгляд Драко. — Тогда тебе помочь? — спросил Драко и уже почти было протянул руку, как между ними втиснулся Узел. — Еще чего! — воскликнул он. — Это я помогу! В конце концов, ты можешь таскать ее сумки на учебе, дай мне поухаживать за Гермио… Ох! И правда тяжелая. Зачем тебе столько учебников? — Точно! — Гермиона взмахнула рукой и, стукнув себя по лбу, забрала у Уизела свою сумку. — Учебник! Гарри, я совсем забыла! Гарри вопросительно развернулся. — Ты просил у меня одолжить его, и я как раз взяла с собой, — продолжила Гермиона, шаря рукой в сумке. — Вот он, держи. Она протянула Гарри учебник, и Драко успел разглядеть бледно-розовую обложку и очертания белых букв с черным контуром. — О, спасибо, — пробормотал Гарри. Он выглядел сбитым столку и однозначно уже забыл про эту книгу. — Общая магическая юриспруденция и основы уголовного права? — спросил Драко, узнав книгу. — Ага, — рассеянно кивнул Гарри, подстраиваясь под темп шагов Драко, который почти незаметно улыбнулся, заметив это. — Зачем тебе? — Ну, знаешь, у нас тоже есть основы юриспруденции… — Гарри мучительно сморщился. — Скука смертная. Но по ней будет экзамен. Гермиона посоветовала эту книжку, сказала, что в ней хорошо структурирована информация. Гарри неопределенно махнул рукой с зажатой книгой, и Драко усмехнулся: — И с каких это пор ты стал приверженцем структурирования информации? Закатив глаза, Гарри только толкнул Драко в бок. — А ты знаешь эту книгу? — вдруг спросил он. Драко кивнул. — Практически выучил ее в первом семестре. Она, правда, хорошая, хотя и дает только основы, — он окинул Гарри оценивающим взглядом. — Для аврората самое то. Получив еще один тычок, Драко даже не стал дослушивать возмущения Гарри. Он вдруг замедлил шаг, его взгляд зацепился за слишком знакомую вывеску со сверкающими буквами. Они проходили мимо кафе-мороженого Флориана Фортескью. — Хочешь зайти? — вдруг услышал Драко и едва не вздрогнул. Гарри замедлился вместе с ним. Неопределенно качнув головой, Драко ответил: — Не знаю… Мы ведь пообещали ему рассказать, как пройдет твой экзамен. — А, это… — Гарри неловко переступил строги на ногу и подозрительно отвел взгляд. — Знаешь, эм… Мы могли бы сходить и рассказать ему завтра… Э-э. вдвоем, если ты не против? Драко вдруг заметил, как у Гарри покраснели кончики ушей. Пытаясь убедить себя, что совершенно не хочет, чтобы это звучало как приглашение на свидание, Драко ответил: — Думаю, это неплохая идея. Мы будем не заняты, и сможем… Полнее обсудить твой экзамен. — Точно, — поспешно согласился Гарри. — Тогда мы можем встретиться в то же время, как сегодня? Гарри пошел чуть быстрее, догоняя Уизела с Гермионой, и обернулся на Драко так, что ускорился, чтобы оставаться ближе. — Да, — ответил Драко и улыбнулся. Гарри привел их на ярмарку. Немного покопавшись в своей памяти, Драко даже смог припомнить, что, кажется, видел какую-то заметку в «Пророке» о ее открытии несколько дней назад. Скептически поджав губы, Драко огляделся. Его теперь не особенно привлекали такие мероприятия, и он с гораздо большим удовольствием отдохнул бы в каком-нибудь пабе или кафе… С другой стороны, сегодня праздновал Гарри, и он был волен выбирать такое развлечение, которое только захочет. Когда они пошли через ворота, Драко перевел взгляд на Гарри и на секунду забыл, как дышать. Он выглядел таким счастливым. Напряженно сжимал губы, стараясь не улыбаться слишком откровенно, но светящиеся радостные глаза выдавали его с потрохами. Распахнутая куртка немного перекосилась в плечах и теперь вполне сочеталась с фирменным хаосом на голове. Драко показалось, что Гарри готов в этот самые момент нырнуть в какофонию из звука, света и волшебства и раствориться в ней навсегда. Хотя, возможно, так и было. Нехотя отвернувшись, Драко попытался посмотреть на ярмарку глазами Гарри. Было шумно. Волшебники и ведьмы поодиночке, в компаниях или вместе с детьми сновали туда-сюда в бесконечном движении. Яркие, пестрые, громкие, они все время смеялись и что-то радостно выкрикивали. Куда бы Драко ни посмотрел, он везде видел сверкали вспышки магии. Ярмарочные палатки и павильоны стояли друг к другу так плотно, что, казалось, вот-вот срастутся воедино. Драко подумал, что они похожи на странные грибы, вдруг выросшие на земле после дождя. Если присмотреться, начинало казаться, будто здесь продавалось все, что только можно было придумать. Еда — обычная, волшебная, пылающая, прыгающая и даже ухающая вкусно пахла, а бесконечные сувениры лежали, бегали по прилавкам и даже летали вокруг, не давая ни единого шанса сосредоточиться хоть на чем-то одном. Проследив взглядом за шоколадным снитчем, который совершил пируэт вокруг фонарного столба и приземлился прямо в корзинку одной ведьме, Драко почувствовал, как глубоко в груди зашевелилось какое-то теплое забытое чувство. Однако вместе с тем Драко стало почему-то крайне неловко. Он смущенно опустил взгляд, такое место было однозначно в стиле Гарри, не в его. Вдруг кто-то потянул его за его рукав. Драко посмотрел вперед и увидел Гарри, за спиной которого уже маячили пышные волосы Гермионы. Уизел тоже успел окунуться в ярмарочный шум и склонился над каким-то прилавком. Кажется, Драко безбожно отстал от остальных. — Ты идешь? — спросил Гарри, выжидательно глядя на него. Драко кивнул. Он старался следовать за Гарри нога в ногу, чтобы не потеряться в толпе. Отделяться от единственного оставшегося ориентира — Гарри — ему не хотелось. Он предпочел бы перемещаться по ярмарке не в одиночку. Далеко они продвинуться не успели. Драко и сам не понял, как, но в разномастном гомоне он смог различить уизеловское «Да ладно?! Мерлиновы штаны, я не знал, что их еще делают!» и тут же повернул голову в ту сторону, откуда, как ему показалось, кричал Уизел. Гарри сделал то же самое. Почти сразу они смогли различить высокую рыжую макушку и двинулись к ней. Рядом с восхищенным Уизелом они натолкнулись на Гермиону. Осторожно, но настойчиво распихав остальных локтями, Драко остановился. — Что там, Рон? — спросил Гарри. — Вы представляете? Это же мое любимое лакомство из детства! Я уже тысячу лет такого не ел! Драко проследил взглядом по прилавку, но ничего необычного там не обнаружил — шоколадные лягушки, конфеты берти боттс, искристые ириски и еще целая куча сладостей, которые легко можно было найти даже во время войны. — Рон, ты ел половину всего этого только на прошлой неделе! — сквозь шум услышал Драко возмущенный голос Гермионы. Она стояла по другую руку от Уизела, скрестив руки на груди и рассматривая то же сладкое разнообразие, что и Драко. Рон закатил глаза: — Это потому что ты не туда смотришь! Вон там! — он поднял руку и ткнул в сторону полок внутри палатки. Драко охнул. — Драклл раздери, это же!.. — Да! Он, не веря, перевел взгляд на Уизела, тот поймал его взгляд своим маниакально-счастливым. Теперь Драко понял! — Да что там? — воскликнула Гермиона. — Я не понимаю! Какие-то банки… Гарри, ты то понимаешь, о чем они?! Гарри неразборчиво что-то пробурчал и, кажется, пожал плечами. — Я бы все отдал за них сейчас! — мечтательно протянул Уизел. — И у тебя только что появилась отличная возможность для этого! — усмехнулся Драко, чувствуя иррационально счастливый прилив энергии. Он зашарил руками по карманам. Ему срочно нужен был бумажник. Жестом он позвал продавца поближе и махнул в сторону полок. — Нам… — Драко оглянулся на золотое трио. — По две порции на каждого! Получив по две средних размеров жестяных банки с одноразовыми ложечками, все четверо под подгоняющие восклики Уизела оторвались от прилавка и поспешили найти место, в котором было бы не так много людей. — Теперь то вы расскажете, что это?! — сварливо воскликнула Гермиона, когда они нашли свободный уголок ближе к ограде. Драко и Уизел взволнованно переглянулись. Драко усмехнулся, кто бы мог подумать, что у него когда-то будет общая страсть с Уизелом… О которой к тому же совершенно не будет знать Гермиона! — А ты открой и попробуй! — улыбнулся Уизел, Гермиона нахмурилась и уже хотела ответить что-то возмущенное, как ее прервал хлопок открывающейся банки. Это был Гарри. Вместе с хлопком на воздух вырвался легкий зеленый дымок, который почти сразу развеялся. Чуть наклонившись, чтобы заглянуть внутрь, Драко увидел знакомую и любимую с самого детства зеленую субстанцию. — Даже не представляю, где они нашли рецепт! Выглядит так же, как раньше! — услышал Драко возглас Уизела и молча согласился, но не развернулся к нему. Он смотрел на то, как, принюхиваясь, недоверчиво сморщился Гарри. Гермиона тоже заглянула внутрь. — Что это? — уперевшись взглядом в Драко, Гарри, казалось, скривил лицо еще сильнее. Тот устало вздохнул. — Это лучшее лакомство не только волшебного, но вообще всего мира. А в детстве меня за него можно было заставить сделать что угодно. Это слизьливое желе. — Фу! — Какая гадость! Оно что, из слизи?! — одновременно воскликнули Гарри с Гермионой. Рон обиженно поджал губы. — Не обзывайтесь, пока не попробовали! Драко хмыкнул, опустив руку Уизелу на плечо: — Ну из слизи, и что? После долгой обработки она становится очень вкусной, а если ее подсластить, то совсем невероятной! — Я не стану это пробовать! — заявила Гермиона. — И совершенно глупо поступишь. Уизел, мы съедим ее порцию пополам. Уизел, разрываясь от противоречивых чувств, кивнул. — Эм. Драко… А чья это слизь? — спросил Гарри, в сомнении хлопая своей ложечкой по зеленому желе. Драко скрестил руки на груди. Сейчас он скажет, и Гарри тоже не станет это есть. — Флоббер-червя. Но она, правда, прошла столько магических обработок, что совершенно безопасная! Гермиона икнула от отвращения и прикрыла рот рукой. Рон в ответ демонстративно открыл свою банку, отмахнулся от зеленого дымка и с остервенением вонзил ложку в желе. Тяжело вздохнув, Гарри поднял страдающий взгляд на Драко. Тот, чувствуя легкую обиду, подчеркнуто равнодушно пожал плечами. — Не хочешь, не ешь. Еще немного поколебавшись, Гарри зачерпнул себе немного желе. С полным ужаса лицом поднес ее ко рту и съел. — Ну как? — спросила Гермиона. Ничего не отвечая и смотря ровно перед собой, Гарри резко вытянул руку в сторону и ткнул Драко в грудь банкой. Сочувствующе качая головой, Гермиона вытянула из своей сумочки бутылку с водой и отдала ее Гарри. Выглядел он почему-то испуганно, подняв плечи и как-то странно зажавшись. — Вы просто ничего не понимаете! — буркнул Уизел. — Отлично, тогда мы с Хорьком разделим обе порции. Драко кивнул и поудобнее перехватил банку Гарри: — Зато представь, как мы наедимся. — Наедитесь какой-то небезопасной гадости! — хмыкнула Гермиона. Гарри по прежнему молчал. — Неправда! Если бы ты ела это с детства!.. — Уизел возмущенно замахал руками, но Гермиона только скорчила ему лицо и покачала головой. Желе уже почти забытым сладковато-кислым вкусом расползалось по языку, слегка пощипывая. Драко облегченно вздохнул и прикрыл глаза. Он уже слишком давно не чувствовал этого странного сочетания. Оно сразу отнесло его куда-то в детство, когда была только добрая и заботливая мама, сильный и всемогущий отец, огромный дом, в котором можно было каждый день открывать новые и новые невероятные комнаты и приключения, а еще теплое солнце в саду и долгие прогулки по извилистым дорожкам. Драко почему-то подумал о том, что представил себе Уизел, когда ел желе. Когда он открыл глаза, то первым, что увидел, были пронзительные зеленые глаза, которые смотрели на него, кажется, все это время. От неожиданности Драко застыл, не зная куда деть себя. Через несколько секунд губы Гарри изогнулись в легкой улыбке. — Ну что, мы пойдем дальше? Только не говорите мне, что собираетесь съесть это все прямо сейчас. Судорожно вздохнув, Драко отвел взгляд: — Да, думаю, я хочу растянуть удовольствие подольше. Уизел? — Ох, ну ладно, — нехотя согласился он, напоследок набив рот слизьливым желе из второй банки, которую успел опустошить наполовину непонятно когда. Следующая остановка случилась около палатки со сладостями, где под одобрительные кивки Гермионы Гарри купил для всех засахаренные яблоки. Они напоминали большие леденцы, крепясь на плотной небольшой палочке и сверкая на солнце ровным слоем карамели. Передав по одной штуке Гермионе и Уизелу, Гарри развернулся к Драко. Он держал яблоко за палочку и, посмотрев на его пальцы, плотно сжимающие дерево, Драко вдруг почувствовал, как под ребрами у него защекотали тонкие щупальца паники. Почему-то именно сейчас, на глазах всех, особенно Гермионы и Уизела, коснуться пальцев Гарри показалось самым страшным испытанием на свете. Драко представил, как все сразу понимают, о чем он думает, и случается настоящая катастрофа. Прокашлявшись и буркнув что-то похожее на «как-то душно сегодня», чтобы хоть как-то оправдать намечающийся румянец, Драко протянул руку. Он постарался взять свое яблоко так, чтобы не коснуться пальцев Гарри и чуть не уронил его. — Черт, Драко, держи крепче, — проворчал Гарри. Драко только отмахнулся, мысленно сгорая от стыда заживо. Вкуса яблока он не чувствовал, механически пережевывал его и шел за остальными, переводя взгляд от едва ли не поющего от счастья Уизела к Гарри, который шел, сунув свободную руку в карман, и обратно. — Ой, это что? — спросила Гермиона, когда все в очередной раз повернули за цветастой палаткой. — О! Это настольный квиддич! Настоящая вещь! Ты не пробовала? — широко улыбнулся Уизел. Не спрашивая никого, он прибавил шаг и поспешил к четырем столам, стоящим небольшим ровным рядом. Усмехнувшись, Драко пошел за ним одновременно с Гарри, и Гермионе не осталось ничего другого, кроме как последовать за ними. Рядом со столами крепился автомат для приема монет и выдачи ключей активации, которые вставлялись в боковую створку игрового стола. На нем стояло небольшое поле с высоким куполом, а по всему периметру из деревянных панелей торчали рычажки. Застывшие игроки обеих команд висели на своих местах над полем, но мячей нигде не было. — Ого! Я только слышал о нем, но никогда не играл, — воскликнул Гарри, наклонившись над столом. — Думаете, мы можем поиграть? — Да, почему нет, — пожал плечами Уизел и, скользнув взглядом по Драко и кивнув себе, многозначительно посмотрел на Гермиону. — Если остальные не против. Гермиона только хмыкнула: — Если ты хочешь поиграть, Рон, то ты не обязан просить у меня разрешения! И Уизел, издав странный возмущенный звук, подошел к автомату и купил несколько ключей. — Правила тут на самом деле простые, Гарри. Почти, как в настоящем квиддиче, но без тонкостей. Когда Уизел просунул ключ активации в скважину, поле загудело и немного засветилось, а игроки ожили и стали двигаться небольшими кругами на своих местах, Драко заметил, как восторженно зажглись глаза Гарри. Уизел с азартом взялся за один из рычагов и наклонил вниз. Ближний к нему вратарь сделал пируэт и переместился к центральному кольцу. — Вау, — выдавил Гарри. — Это… Круто. Я хочу сыграть! Он дернул еще пару рычагов, и загонщики пришли в движение, облетев за секунду почти половину поля. Уизел угукнул и принялся объяснять работу рычагов и маленьких игроков. Гарри сосредоточенно кивал, улыбаясь все шире. Он весь собрался и было видно, что он готов сам ворваться на это игрушечное поле, оседлать метлу и сыграть. На краю сознания Драко мелькнула мысль о том, что праздновать сдачу экзамена стоило не на ярмарке, а на квиддичном поле. — Интересно, как этот автомат работает? — спросила Гермиона. Драко повернул к ней голову, она стояла, нахмурившись, и к удивлению остальных внимательно вслушивалась в объяснения Уизела. Тот выпучил глаза. — Тебе интересно, как работает настольный квиддич? — переспросил он, и Гермиона закатила глаза. — Да, представь себе! Это… Довольно изобретательная магия, мне было бы интересно в ней разобраться, — она задумчиво обошла оживший стол, разглядывая его. — Ты знаешь что-нибудь о том, как это работает? Уизел замялся: — Ну… Эм… — он задумчиво почесал щеку. — На самом деле я не то, чтобы сильно интересовался устройством… Но эти автоматы часто заедает, так что обычно рядом всегда остается механик. Если хочешь, мы можем его поискать? — Да, — Гермиона улыбнулась и обернулась к Гарри и Драко. — Вы не против, если мы ненадолго уйдем? Гарри покачал головой, и счастливая Гермиона схватила Уизела за руку. Драко с трудом сдержал смешок — тот выглядел, как будто вот-вот разорвется на две части: одну мечущуюся в ужасе от перспективы скучного разговора о теории магии, а вторую счастливую от того, что останется с Гермионой наедине. Еще немножко помявшись, они скрылись за ближайшей палаткой, и оставили Драко с Гарри одних. Драко едва не закатил глаза — как это было предсказуемо — в тот момент, когда он остался с Гарри один, его как будто выдернули из привычного тела и дали взамен набор бревен. Он снова не знал, куда деть руки и в какую сторону посмотреть. Ругая себя, он просто продолжил стоять, нервно кусал губы и смотрел боковым зрением, как топчется на месте Гарри. — А ты умеешь играть? — услышал он и вдруг будто бы ожил. Дышать сразу стало легче, Драко почувствовал, как снова может двигаться. — Еще бы. Ты хочешь? — Драко хмыкнул, разворачиваясь к Гарри. Пока он знал, что делать, его наполняла уверенность. — Не боишься? Гарри рассмеялся. — Только не тебя в квиддиче. Не обижайся, Драко, то ты ведь так ни разу у меня и не выиграл. Драко снова хмыкнул. Что ж, он был азартным. Особенно сейчас, чувствуя, как внутри распаляется огонь и облизывает его грудь изнутри щекочущим жаром. Вскинув брови, Драко многообещающе улыбнулся и сказал: — В таком случае не жди, что я стану тебе поддаваться, — и, резко наклонившись, нажал на кнопку рядом с ключом активации, и на поле вырвалось два шара — снитч и квоффл. Тут же затрепетав, снитч дернулся и полетел под самую верхушку купола. Когда Гарри недоуменно заморгал, Драко небрежно опустил руки на рычаги и добавил: — Кажется, Уизел забыл объяснить тебе, что здесь нет бладжеров. Вместо них используют квоффл. Гарри коротко рыкнул, и Драко сразу нажал два рычага, квоффл влетел прямо в боковое кольцо за вратарем Гарри. Счетчики над полем показали 10-00. — Эй! Мы еще не начали, это нечестно! — воскликнул он. — Давай, соберись. Ты ведь никогда не проигрывал мне в квиддич, или мне это послышалось буквально минуту назад? Гарри фыркнул и включился в игру. Он быстро разобрался в механике и, почти не путаясь в управлении загонщиков и охотников, начал охоту за квоффлом. Драко, отвлекшись на снитч, пропустил один из мячей и тихо выругался, возвращая внимание к основной команде. Гарри сосредоточенно пыхтел над столом. Мельком взглянув на него, Драко усмехнулся. Он практически видел, как крутятся шестеренки внутри растрепанной макушки. Внезапно его осенило. Это могло сработать. — Знаешь, я на самом деле очень рад, что ты сдал зельеварение, — сказал он, прокручивая рычаг. — А? — вскинулся Гарри. На секунду их взгляды встретились, и в этот момент загонщик Драко сбил одного из чужих охотников. — Черт! — Я говорю, что рад за тебя, — повторил Драко, снова опуская взгляд на поле. — А… Спасибо, — рассеянно ответил Гарри. Он все пытался не отвлекаться от игры, и Драко стало почти смешно от того, как он нервно прокручивал рычаги. — Знаешь, я ведь на самом деле думаю, что ты замечательный… Дракклов.! — в этот момент, не дав Драко договорить, охотник Гарри забил гол. Драко цокнул. — Что? — напряженно спросил Гарри, замерев над полем и уставившись на Драко. — А? — быстро переспросил он, дернув пару рычагов. — Ты сказал, я замечательный? — А, да! — воскликнул Драко. — Замечательный ученик, я не договорил. Нужно дослушивать перед тем, как делать выводы. А что? — Драко поднял взгляд на Гарри, и его сердце сделало кульбит в груди даже посложнее, чем игроки в настольном квиддиче. Гарри стоял, закусив губу, и выглядел так растерянно, как будто его только что кто-то ударил сзади по голове. Неровный румянец пятнами поднимался по его шее, а странный будоражащий взгляд был направлен прямо на Драко. Ему вдруг сделалось жарко и всего на секунду он подумал том, что ему никогда до этого не приходило в голову. Возможно, что Гарри на самом деле тоже… — Черт, тогда не пугай меня больше и договаривай сразу! — возмущенно или смущенно, Драко не разобрал, воскликнул он. — Ой, а что это? Он ткнул рукой на застывших игроков, и Драко, усмехнувшись, протянул ему руку через поле, которую Гарри автоматически растерянно пожал. — Поздравляю тебя! — улыбаясь, сказал он Гарри. — С первой победой в зельеварении и первым проигрышем в квиддич! Пока ты хлопал глазами, я поймал снитч. — Ты! Подлый предатель! — закричал Гарри, но на его лице расползлась улыбка. Драко рассмеялся: — Всего лишь слизеринец. Из окошка сбоку стола со стороны Драко вдруг высыпалось несколько конфет в золотых обертках в форме снитчей. «Награда лучшему игроку!» — торжественно провозгласило откуда-то из стола. Собрав конфеты, Драко обошел стол. — Хочешь? — спросил он, глядя на Гарри. — Да уж, давай! — притворно обиженно хмыкнул он. Драко осторожно отсыпал в подставленные ладони половину своих конфет и, случайно коснувшись своим плечом плеча Гарри, почувствовал, что именно сейчас ему спокойно и хорошо, как никогда. Драко жутко гордился своей победой. Он вдруг вспомнил, что до этого, действительно, ни разу не выигрывал у Гарри в квиддич. Конечно, его настольная победа в большей степени означала то, что Гарри играет впервые… Однако, когда Драко взглянул ему в глаза, то не увидел ни намека на обиду или решительную ярость, которая раньше всегда сопровождала его во время игры. Гарри улыбнулся ему и запихнул в рот сразу две конфеты. — Я еще немного потренируюсь и тогда посмотрим, кто будет победно делиться ими. — сказал он и многозначительно пошуршал фантиками. Что ж, Драко был бы не против сыграть еще раз. Еще много раз. Гермиона с Уизелом нашлись очень быстро. Они стояли рядом с подвыпившего вида мужчиной. Уизел лениво ковырял носком землю, а Гермиона стояла, раздраженно скрестив руки на груди, и пыталась вслушаться в унылую речь механика. Когда она заметила Драко с Гарри, то воодушевленно выпрямилась и воскликнула: — Ах вот вы где! Отлично, пойдемте дальше! — она обернулась к механику и натянуто ему улыбнулась. — Спасибо вам за рассказ. — Что, твои надежды об академической лекции от простого работяги разбились в прах? — усмехнулся Драко, когда они немного отошли. — Да уж точно!.. — Гермиона фыркнула. — Он сам ничего не понимает! И как только чинит эти автоматы! Знаешь, я сама потом разберусь с ними. Всегда так делала. Драко ободряюще похлопал ее по плечу, и Гермиона быстро расслабилась. Ярмарка оказалась гораздо больше, чем рассчитывал Драко. Здесь явно были замешаны чары незримого расширения. После того, как он ожидал увидеть несколько сувенирных палаток и пару мобильных аттракционов, целые ряды павильонов, большое колесо обозрения, комната страха, качели и даже летний каток привели его настоящее замешательство. После яркой победы в настольный квиддич Драко даже в голову не пришло строить из себя взрослого и серьезного человека. Не особенно задумываясь о том, что он делает и как выглядит, он с готовностью забрался вместе с остальными в прозрачную кабинку колеса, взизгнул от неожиданности, когда Дракон из комнаты страха едва не ткнулся в него мордой со спины, даже ненадолго залез на качели, а потом до отвала объелся хлопающим попкорном. Он искренне улыбался в ответ, когда видел, что ему улыбается Уизел или Гермиона и старался унять бунтующее сердце, когда встречался взглядом с Гарри. Драко почти не заметил, как день сменился вечером, и только когда Гермиона посмотрела на часы и ойкнула, понял, что их праздник подходит к концу. Прислушавшись к своим ощущениям, Драко удивленно вскинул брови — он почти не жалел об этом. Сегодня он был счастлив и почему-то ему казалось, что он может сам управлять этим чувством и может быть счастливым не из-за кого-то другого, а из-за того, что заслужил и сам хочет этого. Драко подумал, что завтра обязательно проснется с этим ощущением и постарается хранить его так долго, как это будет возможно. — Уже так поздно! — воскликнула Гермиона. Драко согласно кивнул. — Наверное, нам уже пора! Гарри! — она развернулась и ласково и гордо посмотрела на него. — Я еще раз тебе скажу, что ты большой молодец! И Драко тоже! Вы оба отлично справились, и я горжусь вами! Гарри смущенно улыбнулся, и Гермиона кивнула. Они быстро выбрались из значительно поредевшей толпы и снова оказались в Косом Переулке. Быстро отправив в кампус Рона и Гарри, Гермиона крепко обняла Драко, и они оба аппарировали по своим домам. Дома Гермиона удовлетворенно выдохнула. Умываясь, а потом расчесывая волосы, она улыбалась. После двух недель в Мунго ей была совершенно необходима такая встряска. Жизнь снова возвращала свои краски, а проделанная муторная работа не вызывала острого чувства тошноты. Рон обещал ей партию в настольный квиддич, чтобы на практике показать устройство игры, а Драко на днях должен был перенять учебную эстафету, рассортировать и сопоставить с книжными заготовками наработки из Мунго. Упав на кровать, Гермиона скользнула взглядом по недочитанной книге и закусила губу. В конце-концов, она не читала ее уже почти две недели, и если один раз лечь попозже, ничего страшного не случится… Мир транфигуративной историографии увлек Гермиону за собой слишком быстро. Она не заметила, как прочитала десять страниц, пятнадцать, двадцать… На двадцать второй странице ее прервал резкий стук в дверь. Гермиона вздрогнула и едва не выронила книгу из рук. Взглянув на часы — они показывали без двадцати час ночи, — Гермиона потянулась за палочкой. — Нормальные люди в такое время спят. Кому еще пришло в голову бродить по чужим домам?! — буркнула она, подходя к двери. Чуть приоткрыв ее, Гермиона ахнула, замерла на секунду и тут же распахнула дверь. На пороге стоял Драко. Он был одет так же, как сегодня днем, кажется, даже мантию не снимал. Он плотно сжимал бледнеющие губы, но они все равно дрожали. Взгляд Драко загнанно бегал по прихожей Гермионы, ее рукам, шее, но никак не останавливался на ее глазах. Растрепанные волосы лежали совсем не по-малфоевски, а на щеке краснел свежий след, плавно перетекающий краской на ухо. Он сжимал и разжимал руки, в одной из которых опасно качалась палочка, а его тело била крупная дрожь. — Привет… Еще раз. Можно остаться на ночь у тебя? — сквозь зубы спросил Драко, и его плечи дернулись еще сильнее. Ничего не отвечая, Гермиона быстро отступила назад, чтобы Драко смог войти. Когда Драко аппарировал к воротам Мэнора, то скорее поспешил домой. Ему вдруг очень сильно захотелось поделиться с мамой всем произошедшим сегодня. Она однозначно захотела бы услышать о том, что с ним случилось так много хорошего. Возбужденная улыбка, которая, казалось, навечно закрепилась на его лице, слишком быстро увяла, едва он перешагнул порог дома. — Это подвергает всю семью опасности! — отчаянный крик Нарциссы в миг выбил землю из-под ног Драко. Нет. — Это возвратит семье честь! — Нет. Только не сейчас. Драко почувствовал, как в его груди сжался холодных ужас. С трудом подавив желание убежать, как будто он не возвращался, Драко быстро зашагал в ту сторону, откуда доносились родительские голоса. Через холл и прямо по коридору — только из одной комнаты с полуприкрытой дверью свет ровной полоской падал на стену коридора. За ней что-то громко стукнуло. Драко схватился за ручку двери и быстро шагнул внутрь. — Мама! Нарцисса так резко обернулась к нему, что прядь волос мазнула по щеке. Нарцисса вся была бледнее обычного. Она с силой сжимала губы, а темные глаза казались слишком яркими и светились гневом и тревогой. Она стояла неестественно прямо, а ее грудь тяжело вздымалась. На другом конце комнаты, рядом с распахнутым окном, стоял Люциус в скосившейся на плечах расстегнутой домашней мантии, но гладко причесанный, будто перед официальным приемом. Высоко вскинув подбородок, он прожигал Нарциссу взглядом, а ноздри его носа свирепо раздувались. — Что случилось? На несколько секунд в комнате повисла такая плотная и тяжелая тишина, что Драко почувствовал ее вес на своих плечах. — Твой отец, — наконец, ответила Нарцисса и посмотрела на Люциуса. — Не хочешь рассказать? — Нет ничего такого, что я собирался бы рассказать Драко, — холодом в голосе Люциуса можно было замораживать адское пламя. Нарцисса дернулась, как от пощечины. — Ты отправил!.. — Это не касается! — закричал Люциус, не дав договорить. Драко вздрогнул. Он все еще не привык, раньше Люциус никогда не кричал. — Это не касается ни тебя, ни Драко! — Ты сам только что сказал про семью, Люциус! Это касается нас! Ты подвергаешь опасности не только себя, но и меня и Драко! Я больше не позволю тебе самому решать… — Нарцисса оборвалась, так и не договорив, когда Люциус схватил палочку Нарциссы, которая лежала на кресле у окна. Не успев задуматься, Драко схватил свою палочку и вытащил из кармана. Встретившись взглядом с Люциусом, он вдруг слишком отчетливо ощутил, что только что сделал. На секунду Драко показалось, что сейчас разрушится весь мир. Разве это было возможно? На комнату снова тяжелым занавесом опустилась тишина. — Что случилось? — повторил он. — Он отправил письмо, — ответила Нарцисса. — Что-то на счет возрождения Пожирателей. Нотту во Францию или Долохову в Бельгию, я не видела, — вдруг она заломила руки и уперлась взглядом в стену. — Я не успела, не успела забрать. Драко осторожно положил руку маме на плечо. Он не мог утешить ее сейчас. — Зачем? — спросил он, повернувшись к отцу. Тот надменно сморщил нос и ответил. — Потому что я единственный среди Малфоев, кто пытается вернуть семье прежние имя и власть! — Нет! — воскликнул Драко, сделав несколько шагов к отцу. — Какое имя ты пытаешься вернуть?! Имя ненавистников магглов или слуг Темного Лорда?! Ты притворяешься слепым и пытаешься только воплотить свои старые амбиции, которые не только глупые, но и опасные, и всегда ими были! И ты тащишь за собой нас! Не пора ли признать, что ты просто облажался?! От звонкого шлепка кожи о кожу Драко чуть не задохнулся. Только спустя мгновение он понял, что это его ударили по щеке. — Ты не посмеешь говорить со мной в таком тоне! — зарычал Люциус, поднимая палочку. — Ты достаточно взрослый для того, чтобы понимать, что твои слова несут за собой последствия! Драко вскинул палочку одновременно с ним. Его изнутри разъедало неконтролируемое чувство злости и обиды. В его глазах жгло, а горло болезненно сдавило, но он не позволил руке с направленной палочкой дрогнуть ни разу. Драко хотелось кричать, ломать вещи, творить темные заклинания, и заставить своего отца прекратить! — Я бы сказал, что ты можешь заниматься чем угодно и отправлять письма кому угодно, если бы наших сов не проверяло Министерство! Если они решат открыть это письмо, то пострадают все, и виноват будешь ты один! Ты хочешь для нас именно этого?! Тогда не забудь забронировать в Азкабане семейную камеру! Прежде, чем с обеих палочек сорвалось хоть одно заклинание, между ними возник защитный барьер. Драко обернулся и увидел, как Нарцисса решительно сжимала побелевшие кулаки, а рядом с ней стоял перепуганный Гобзи и удерживал невидимую стену. — Хватит! Вы оба, прекратите! В этом доме вы не будете направлять палочки друг на друга, — Нарцисса положила руку на грудь, тяжело переводя дыхание. — Драко бесконечно прав. Ты подвергаешь всю семью опасности оказаться в Азкабане до конца наших жизней, Люциус. Нам остается только молиться Мерлину, чтобы это письмо не попало в выборку для прочтения… Нарцисса оборвалась и покачала головой. Прикрыв глаза не несколько секунд, она развернулась к Драко. — Драко… Что сделано, то сделано, мы ничего не можем изменить сейчас. Но я не хочу, чтобы ты оставался в одном доме с Люциусом этой ночью. Это будет небезопасно для тебя и для него. Драко только замотал головой из стороны в сторону. — Ты хочешь, чтобы я ушел? Я не оставлю тебя одну рядом с ним. Ты!.. Ты видела, что он собирался сделать? Нарцисса криво изогнула губы в подобии улыбки: — Не думай, будто я не могу справиться сама, Драко, — Нарцисса серьезно заглянула ему в глаза. — Я не хочу прогонять тебя, но нам всем… Нужно остыть. Ты знаешь, что я на твоей стороне. Мы обсудим все, что ты хочешь, но позже. А сейчас я хочу, чтобы вы с Люциусом разошлись и успокоились. Нам нужно мыслить трезво. Пожалуйста, Драко. Драко вздрогнул. Вот теперь у него задрожали руки. Он опустил глаза вниз, не в силах выдерживать пронзительный взгляд матери. Ему с отцом необходимо успокоиться… Ему с отцом. Они что, действительно, настолько похожи? — Хорошо. — Отлично. Я уверена, что Гермиона Грейнджер сможет принять тебя на ночь еще раз. Драко еще раз бросил взгляд на отца, который оставался по ту стороны барьера, сжимая губы и тяжело дыша. Его домашняя мантия перекосилась еще сильнее. На негнущихся ногах Драко развернулся и пошел по направлению к двери. Он вдруг почувствовал, как сильно у него жжет щеку и ухо. Уже почти выйдя из комнаты, он услышал голос Люциуса: — Отлично. Отправляешь своего сына прятаться под юбкой у грязнокровки. Драко тут же вскинулся, оборачиваясь, но жесткое непреклонное «иди, Драко» Нарциссы заставило его сделать последний шаг в коридор и закрыть за собой дверь, сгорая изнутри от злости и бессилия.

17 апреля

— Драко, ты позавтракаешь? — Драко мотнул головой. Он старался не двигаться, изо всех сил сжимая в бледных пальцах чашку с нетронутым чаем. Казалось, что если он шевельнется, то что-то ужасное вырвется из него и уничтожит все вокруг себя, и его самого в первую очередь. Или Драко просто рассыплется на осколки и умрет. — Ты все еще не хочешь мне рассказать? — взволнованный голос Гермионы почти окончательно разорвал что-то у Драко в груди. Он закрыл глаза, чтобы случайно не увидеть ее, чтобы не увидеть стола, чашку, своих рук и позорно не расплакаться. Что он мог ей рассказать? Все случилось, как обычно, за исключеним того, что этими самыми руками он… Держал не чашку. Этими самыми руками Драко направил палочку на своего собственного отца. Драко не знал, что он смог бы сделать, если бы мама его не остановила. Вчера он чувствовал такую злость и решительность, что не побоялся бы сделать отцу больно. Драко судорожно вздохнул. Он не мог. Не должен был. Он так не хотел стать похожим на Люциуса. Гермиона встала. Через несколько секунд он почувствовал, как на плечо опустилась ее легкая рука, надавила и прижала Драко к груди. Влажно всхлипнув, он обхватил Гермиону руками изо всех сил и замер. Не плачь, не плачь, не плачь. Гермиона тихонько гладила его по голове. — Может быть, тебе пропустить занятия сегодня? Драко качнул головой. Конечно, для объяснения этого было недостаточно. Сделав над собой самое страшное усилие, он наклонил голову так, чтобы не утыкаться губами в ее плечо и сказал: — Я не могу, — голос его не слушался и предательски срывался. — Сегодня пары у Гумельта, а я… Даже не садился за его задания. Уже почти крайний срок, я должен появиться. С нашим проектом тоже… Мне нельзя расклеиваться. Я соберусь. Не открывая глаз, он отстранился от Гермионы и уткнулся лицом в ладони: — Нужно сказать Гарри, что я с ним не встречусь сегодня. Гермиона тяжело вздохнула: — Нет, — Драко дернул плечом. — Тебе это нужно сегодня. Если что, я могу взять на себя часть твоей работы над проектом и… — Гермиона, я справлюсь, — отрезал Драко. Он, наконец, смог открыть глаза. Они щипали, и Драко подумал, что наверняка болезненно покраснели. Он все еще не смотрел на Гермиону. — Но встречу не отменяй! — Драко почти усмехнулся от непреклонного тона ее голоса. Возможно, ему действительно это было нужно. — Хорошо. — Вы ведь с Гарри… Ну, стали очень близки, да? — Гермиона замолчала на мгновение, подбирая правильные слова, и медленно продолжила. — Знаешь, мне кажется, что Гарри тебе… Ну… — Не надо, Гермиона, — качнул головой Драко. Если бы она договорила, то ему пришлось бы или согласиться с ее словами или опровергнуть их. Но Драко не был готов сделать ничего из этого. — Ладно, — согласилась Гермиона. Конечно, она поняла, о чем он подумал. Драко и не пытался скрыть. — Знаешь, нам пора. Будет лучше прийти немного пораньше. Если Гумельт заметит это, то, может, станет к тебе более благосклонным. Драки кисло ухмыльнулся. Скорее сам Мерлин восстанет из могилы, где бы он ни был захоронен, чем Гумельт станет более благосклонным к Драко Малфою. Весь день Драко не чувствовал ничего кроме желчи, которая медленно, но беспощадно сжигала его изнутри. В груди жгло, он то и дело он зажмуривался и сидел долго-долго, боясь, что если откроет глаза, то не сможет остановить слезы. Драко писал конспекты, но не понимал о чем они. Его записи съезжали вниз, прерывались, но он с тупой упертостью продолжал и продолжал их вести, хотя знал, что все равно потом придется переписывать у Гермионы. Драко даже не заметил, как прошло занятие у Профессора Гумельта. Он вообще не был уверен, что оно было, хотя мог смутно вспомнить визжащий профессорский голос. Когда Драко сбежал в библиотеку, чтобы, наконец, начать свое задание, то мысли так бессильно рассыпались перед ним, что он не смог даже выбрать книгу, по которой он собирался заниматься. Все его сознание крутилось вокруг вчерашнего вечера. Он снова и снова заглядывал в серые холодные глаза отца, видел, как в них зажигается гнев, рука Драко дергалась, будто собираясь выхватить палочку. Как там сейчас мама? Он даже не написал ей сегодня. Нет, она была права, она отлично справится в одиночку. Даже лучше, чем с ним. При мыслях о маме, у Драко начинало беспокойно крутить в груди, он не мог перестать беспокоиться о ней. Криво улыбаясь, Драко почти гордился собой — он смог собраться силами и отправил Гарри сову с переносом места встречи. Он попросил ждать его сразу около кафе Флориана Фортескью, потому что совершенно не выдержал бы многозначительных взглядов Гермионы через его плечо и тяжелого молчания. А Гермиона точно посчитала бы для себя обязательным «незаметно» передать Гарри то, что с Драко случилась беда. Время до конца учебного дня показалось Драко вечностью. Но когда оно, наконец, прошло, коротко попрощавшись с Гермионой, раздираемый болезненно жалящими мыслями, Драко аппарировал в Косой Переулок. — Как ты? — услышал Драко. Он стоял около входа в кафе, тяжело облокотившись боком на стену здания и смотрел так низко, что видел только свои ноги и серую крошку гравия под ними. Он старался не думать ни о чем, бросив все свои оставшиеся силы на отмахивание от навязчивых мыслей. Драко поднял взгляд, рядом с ним стоял Гарри, его взгляд неловко и обеспокоенно метался из стороны в сторону. Под мышкой он держал какую-то коробку. — А, Гермиона уже успела тебе все рассказать, да? — кисло усмехнулся он. — Эм… — Гарри сжал и разжал свободную руку, а потом неловко засунул ее в карман маггловской толстовки. — Ну, да, вообще-то. Она звонила мне пару часов назад, — Драко нахмурился, и Гарри пояснил, — По телефону. Драко только неопределенно кивнул и снова опустил взгляд. Он… Не знал, что ответить Гарри и малодушно решил промолчать. Гарри еще немного помялся прежде, чем кивнуть в сторону дверей. — Пойдем? Драко оторвался от стены и молча поплелся за Гарри. В кафе они оба, не сговариваясь, прошли мимо прилавка и выбрали один из отдаленных столиков. — Закажешь мне что-нибудь сам, пожалуйста? — глухо спросил Драко. — Что-нибудь не очень большое… Гарри кивнул и уже было поднялся на ноги, чтобы сделать заказ, когда посмотрел на Драко и плюхнулся обратно. Тот сцепил руки и, закусив губу, сказал: — Я… Я все меньше понимаю, зачем пошел с тобой. Мы собирались встретиться по радостному поводу, а тут… — Драко не стал договаривать. Гарри и сам все видел. — Эй, — оклик Гарри заставил Драко поднять на него взгляд. Гарри ободряюще улыбнулся. — Даже не думай об этом. Хорошо, что ты пришел. Я рад. Драко кисло улыбнулся в ответ. — Расскажешь, что случилось? Драко закусил губу. Он не собирался. Он же не рассказал Гермионе? Но почему-то что-то в нем само, даже без его разрешения, заставило открыть рот и сказать слова, которые горели на языке. — В нашей семье такой бардак. Мне кажется, она вот-вот рассыплется на части. Даже во время войны мы держались вместе, а сейчас… Оно… Оно все случилось, как в прошлый раз. Это снова был отец. И он снова начал писать. Он хочет вернуть… Ну, ты понимаешь. Если об этом узнают, то случится катастрофа. Забавно, конечно, что я рассказываю это будущему аврору, — Драко судорожно вдохнул. Он изо всех сил надеялся, что это не было похоже на всхлип, и зарылся руками в волосы, низко опустив голову. — Я пытался с ним говорить, но… Я не знаю, чем все кончилось, если бы не мама. Я… Гарри! Он поднял на меня палочку! Мой отец! А самое страшное, я сделал то же самое! Я мог ранить его. А если я хотел ранить его? Драко замер, сказав самое страшное. Когда его мысли обрели физическое воплощение, то внутри все как будто заледенело и взорвалось. Драко стало страшно. Он судорожно поднял голову, чтобы посмотреть на Гарри. Только в самый последний момент Драко ужасом понял, что не выдержит, если заметит во взгляде напротив холод или презрение. К горлу резко подкатил ком — Гарри смотрел на него встревоженно, заботливо и почему-то виновато. Он выдержал долгий цепляющийся взгляд Драко и, наконец, сказал: — Ты бы не стал его ранить, — голос Гарри звучал так твердо и уверенно, что у Драко не осталось сомнений. Он почувствовал, как в голове вдруг стало глухо и пусто, как будто в ней не просто успокоился бушующий океан, но даже исчез, не оставив ни капли, повинуясь голосу Гарри. — Ты отлично знаешь, я не питаю светлых чувств к твоему отцу, но даже если не обращать на это внимания, то он поступает отвратительно. Я не знаю, что он пишет, но это правда опасно для вас всех. Драко судорожно вздохнул: — Так не может продолжаться. Я не могу терпеть дольше. А если я рассорюсь с ним до конца? Если случится что-то, после чего мы разойдемся окончательно? Гарри, я… — Драко снова вцепился руками в волосы. Тогда он останется один. Он не потащит за собой маму, он не может ничего ей дать. У него не останется ни семьи, ни дома, ни денег. Он не станет вечно жить у Гермионы, скорее переберется в первую попавшуюся канаву. Что с ним будет тогда? Драко почувствовал, что ему стало душно. Паника уже начала стискивать его горло горячими пальцами, когда Драко осенило. — Гарри, мне нужна работа. Он впился судорожным взглядом в растерянное лицо Гарри. Тот вдохнул так, будто собирался что-то сказать, но остановился. — А ведь это выход! — воскликнул Драко, Гарри неуверенно улыбнулся. — Если у меня будет работа, то я смогу обеспечить себя на случай… Ты понял. Ты ведь сам говорил мне об этом! Я хорошо образован, у меня отличные способности, я учусь в достойной академии! — перечислял Драко, пытаясь убедить себя и загибая пальцы на руке, пока его взгляд не упал на бледно-серый выцветший хвост змеи, который выглядывал из-под закатанного рукава водолазки. Он вдруг резко оборвался, воздух вышибло из его легких. — И меня все равно никуда не возьмут. Гарри проследил за его взглядом: — Эм… Драко, я уверен, не все так плохо. Ты наверняка найдешь… — Не будь лицемером, Поттер! — рявкнул Драко, даже не заметив, как перешел на фамилии и раздраженно изогнул губы. — Сейчас я могу устроиться на работу только по знакомству, а все знакомства моей семьи теперь и фальшивого кната не стоят. Гарри пристыженно замолчал. Драко тоже молча опустил взгляд вниз. Теперь ему стало стыдно за эту внезапную вспышку раздражения. — Извини, — тихо выдохнул он. — Ничего страшного. Если я смогу тебе помочь, то обязательно говори, хорошо? Драко угрюмо кивнул. Внутри у него еще бушевали и перемешивались остатки надежды и злости, к которым почему-то вдруг добавилась теплота. Драко недоверчиво посмотрел на Гарри, и тот мягко ему улыбнулся. Они остановились, переваривая то, что только что случилось, им было что обдумать. Над столиком воцарилось сосредоточенное молчание, Драко то и дело сжимал и разжимал пальцы и поглядывал на Гарри, иногда встречаясь с ним взглядом. И лишь когда их молчание медленно стало перетекать в разряд неловкого, над столиком разнеслось громкое: — Добрый день, молодые люди! Я ждал вас сегодня! — Флориан Фортескью стоял рядом с ними, и в каждой руке у него было по креманке с мороженым. Он окинул цепким взглядом сначала Гарри, а потом, более долгим, Драко. — Вы не торопились с заказом на этот раз, и я взял на себя смелость приготовить вам мороженое на свой вкус! Персиково-фисташковый сорбет для вас, Гарри, и пломбир с воздушным топпингом для вас, Драко! Когда закончите, я буду ждать подробный рассказ о вашей героической сдаче экзамена! Под растерянные «спасибо» от обоих мороженщик ловко опустил на стол обе креманки. Театрально взмахнув палочкой, он приманил две десертные ложки. Драко даже тихо усмехнулся от такого представления. Флориан окинул придирчивым взглядом стол, достал из-за пояса небольшую табличку и опустил ее между креманками. Удовлетворенно кивнув, он стремительно и вместе с тем неожиданно легко покинул их, лавируя между другими столиками и посетителями. Драко перевел взгляд на табличку. На ней витиеватыми перламутровыми буквами было выведено «Требуется помощник управляющего. Кафе-мороженое Флориана Фортескью». Драко неуверенно и медленно взял табличку, его пальцы один раз дрогнули. — Вау, — тихо выдохнул Гарри. Впившись взглядом в перламутровые буквы, Драко перечитывал и перечитывал их и пытался найти в объявлении какой-то другой смысл, который бы объяснил эту невероятную «удачу». — Думаешь, — Драко будто со стороны услышал свой в раз охрипший голос. — Он сделал это…? — Специально? — Да. — Не знаю… — Гарри взял табличку из рук Драко и тоже стал ее рассматривать. — Мне кажется, он мог нас услышать. Драко криво усмехнулся: — Я думаю, он слышит вообще все, что происходит в его кафе. Гарри тоже усмехнулся и кивнул. Нахмурившись, он обернулся на другие столики: — Объявлений больше нигде нет, — Драко промолчал в ответ, не отводя взгляда от таблички в руках Гарри, будто боялся, что она исчезнет, стоит ему посмотреть на что-то другое. — Драко, поговори с ним об этом. Драко глухо кивнул, схватившись за ложечку и опустив ее в креманку. Ему было страшно прислушиваться к себе. Казалось, он сейчас должен испытывать такое количество эмоций, которое невозможно пережить, и что если он сейчас обратит на них внимание, то просто взорвется. Что-то толкало его изнутри, что-то похожее на панику, истерику и восторг одновременно. Драко судорожно вздохнул и принялся с особым усилием есть мороженое, лишь бы не сидеть без дела. — А как же твоя учеба? — Спросил Гарри, и Драко поперхнулся. Проглотив слишком большой кусок мороженого и поморщившись от того, как горло обдало болезненным холодом, Драко сказал: — Я не знаю. Сейчас слишком много всего. Мне нужно заканчивать текущие задания по предметам, сдать контрольные задания от… Одного старого мудака, который не хочет допускать меня до экзамена, и закончить свою часть работы в нашем с Гермионой проекте… — Это действительно много, — Гарри еще раз нахмурился, и Драко кивнул. — Думаешь, ты справишься? Драко неопределенно пожал плечами. Ему не хотелось об этом думать. Для его будущей жизни только что появился шанс, и он не мог позволить себе упустить его. Драко был просто обязан справиться, даже если ему придется уместить в сутках двадцать пять, двадцать шесть, хоть тридцать часов. — Да, — сухо сказал он. — У меня много времени занимала твоя подготовка, но раз теперь ты все сдал… — Драко прервался. Вот и был готов его ответ. Теперь, когда ему не нужно было проводить с Гарри почти все свободное время, Драко, действительно, мог устроиться на работу. Единственная проблема заключалась в том, что Драко б ы л о н у ж н о проводить с Гарри время. — Точно, — согласился Гарри в тон Драко. Он опустил взгляд на столешницу и сцепил руки вместе. Выглядел Гарри крайне расстроенным, задумчиво закусив губу. — Пришло время учиться и работать, как проклятому. Ничего страшного, со всеми бывает, — усмехнулся Драко. — Ты совсем не ешь свой сорбет. — А ты свой пломбир почти доел, — буркнул Гарри, берясь за ложечку и подцепляя на нее немного сливочно-оранжевой массы. — Знаешь. Эм… Наверное, это будет звучать немного глупо, но мне правда понравилось проводить с тобой время. Мне будет этого не хватать. Сразу после этого Гарри засунул в рот мороженое и принялся жевать, хмуро смотря куда-то в район шеи Драко, но не встречаясь с ним глазами. Драко закусил губу, чтобы не заулыбаться. Он не станет анализировать свои чувства сейчас — они похожи на неразборчивую кашу. — Мне тоже, — только сказал он и заметил, как Гарри облегченно выдохнул. Пока над их столом раздавался только стук ложек о стеклянные креманки, Драко то и дело незаметно поглядывал на Гарри, почти забыв про свой пломбир. Тот сосредоточенно о чем-то думал. Щурил свои зеленые глаза, много хмурился, задумчиво ел мороженое, странно держа свою ложку. Его пальцы были короче и сильнее, чем у Драко. Свободной рукой он то накручивал, то теребил прядку волос у виска. Его растрепанная прическа отлично вписывалась в задумчивый образ, и Драко усмехнулся, когда эта мысль пролетела у него в голове. Наконец, Гарри посмотрел на Драко и растерянно дернул плечом, когда вдруг натолкнулся на его взгляд. Драко вдруг стало неловко — он подумает, что Драко пялился на него. И неважно, что так и было. Гарри откашлялся: — Знаешь, — сказал он. — Я вроде бы так и не сказал тебе спасибо. Ну, за то, что ты помог мне с зельеварением. И я подумал… Что будет здорово не просто поблагодарить тебя. Нервно усмехнувшись, Гарри опустил ложечку в креманку и сунул руки под стол. Драко заинтригованно выгнул бровь и улыбнулся. Чуть не опрокинув свое мороженое, Гарри достал из-под стола коробку, которую Драко заметил в самом начале. — В общем, это тебе, — сказал он, отодвинув мороженое и поставив коробку на стол. Она была обычная, картонная, заклеена на волшебный скотч и занимала почти половину столешницы. — Я подумал, что ты сильно поддержал меня, но, может быть, тебе тоже иногда нужна поддержка. — Гарри, что там? — Драко подавил нервный смешок. — Открой, узнаешь, — залившись краской, Гарри махнул палочкой, и скотч исчез. Драко недоверчиво приоткрыл крышку и заглянул внутрь. В одном из дальних углов он увидел что-то белое, круглое и пушистое. Спустя секунду он понял, что это белое шевелится, а еще спустя несколько секунд он увидел блестящие бусинки-глаза. — Это что, клубкопух?! — воскликнул Драко. — Ну да… — пробормотал Гарри и, окончательно стушевались, добавил почти неразборчиво. — Я подумал, белый тебе понравится. Рассмеявшись, Драко опустил руку в коробку и подцепил зверька. Он был совсем крохотным, умещаясь на ладони, и очень теплым. Любопытно разглядывая его, он двинулся по руке, щекоча пушистой шерсткой. — Да уж, клубкопуха у меня еще не было! Он, правда, совсем как клубок. — Знаешь, если тебе не нравится, я могу его вернуть… Наверное, это была глупая идея, — тут же вставил Гарри. — Нет, — отрезал Драко, все еще разглядывая клубкопуха, который уже соскочил с его ладони и принялся бродить по столу. Драко убрал коробку. — Его уже нельзя возвращать. Раз ты купил его, то пообещал ему дом. К тому же, он… Милый. — Милый? — нервно переспросил Гарри. — Ага, — Драко почему-то не мог перестать улыбаться. Клубкопух быстро глянул на Гарри и, Драко был готов поклясться, фыркнул, а потом поспешил дальше. Его вниманием завладела креманка с пломбиром Драко. Она оказалась слишком высокой для зверька, и он, забавно пыхча, пытался забраться на нее. — Как ты его назовешь? — на этот раз мягко спросил Гарри. — Пломбир, — вдруг ответил Драко и сам поразился такому внезапному решению, Гарри усмехнулся. — Он даже белый. Драко закусил губу. — Гарри? — М? — Боюсь, я не смогу принять его. — Почему? Вздохнув, Драко посмотрел на Гарри, а потом на зверька. — Причина совершенно дурацкая. У моей мамы аллергия на зверьков такого рода. Драко потянулся и осторожно провел пальцем по пушистой шерстке Пломбира, и тот замурчал. Гарри молча нахмурился. — А у тебя? — спросил он, когда Пломбир стал играть с пальцем Драко. Не отвлекаясь, тот ответил. — У меня нет. — Тогда давай пока оставим его у меня, но он все равно будет твой. И потом когда-нибудь ты его заберешь? Драко поднял взгляд и посмотрел Гарри в глаза. Он выглядел до щемящей в груди нежности открытым и добрым и смотрел так, что Драко показалось, будто он видит в зеленых глазах отражение души самого Гарри. — Если только тебе это будет не в тягость, — наконец, ответил Драко, и Гарри счастливо улыбнулся. — Ни в коем случае. Драко вернул ему улыбку и наклонился чуть ближе к клубкопуху, который тут же обернулся на него. — Ну тогда добро пожаловать домой, дорогой Пломбир. Пломбир сверкал своими глазками-бусинками и носился по столу из стороны в сторону, изучая салфетницу, скатерть, осторожные руки Гарри, ложки и, главное, мороженое. Драко едва успел схватить креманку с сорбетом прежде, чем клубкопух успел плюхнуться в нее, забравшись по ложечке. — Он слишком активный, — фыркнул Драко. Гарри усмехнулся. Пломбир уже снова успел вернуться к нему и теперь тихонько урчал от того, как Гарри нежно чесал ему спинку. Или бока. Или пузо. Что бы это ни было. На секунду Драко захотелось оказаться на месте Пломбира и почувствовать, как бы заботливые руки Гарри касались его самого. — Зато бодрящий, — усмехнулся Гарри, с нежностью смотря на зверька. Когда мороженое было доедено, Гарри суетливо обернулся в сторону витрины. — Мне кажется, самое время поговорить? — спросил он. Драко кивнул. Как и обычно, едва им понадобился Флориан Фортескью, он оказался рядом. Когда Драко с Гарри подошли к витрине, мороженщик появился будто бы из ниоткуда и широко им улыбнулся. — Как я и обещал, мы пришли, чтобы рассказать об экзамене, — сказал Драко. Флориан кивнул и перевел цепкий взгляд на Гарри, который тут же заметно стушевался. — Ну, эм… Рассказывать особенно нечего не самом деле, — усмехнулся он, ковыряя ногтем прилавок. — Мы с Драко смогли приготовить отличные зелья, их даже похвалили. А задания… Ну, они были сложные. Но я справился почти со всеми… Потому что Драко мне помог. Вот. Гарри посмотрел на Драко и чуть запоздало добавил «спасибо». Драко тихонько улыбнулся. На его потеющих ладонях устроился Пломбир, и Драко беспокойно перебирал пальцами его белоснежную шерстку. — Великолепно, молодой человек! — воскликнул Флориан. — Я очень горд за вас! Когда вы только пришли сюда, то выглядели крайне отчаявшимся. Я счастлив, что вы смогли преодолеть… Кхм, свои академические трудности. Гарри смущенно кивнул, и мороженщик повернулся к Драко. В миг сделавшись серьезнее, но чудесным образом не растеряв при этом своего азартного шарма, он произнес: — Что же до вас, Драко Малфой, то я бы хотел поговорить с вами в кабинете, если вы не возражаете. Драко сглотнул, значит, он действительно, не просто ищет сотрудника. Он решил пригласить на работу именно Драко. Прежде, чем последовать за Флорианом в дверь с надписью «Только для персонала», Драко передал Гарри сонного клубкопуха и чуть не запнулся о собственную ногу, когда увидел на губах Гарри ободряющую улыбку. — Для начала я должен сказать, что предпочитаю, чтобы меня называли Флорианом вне зависимости от того, приходите ли вы ко мне за порцией мороженого или работаете на меня, — сказал Флориан, когда оба устроились на удобных креслах в его светлом кабинете на втором этаже. Большие окна сбоку от них выходили на оживленный Косой Переулок, напротив стоял большой шкаф, а на свободных стенах висело несколько портретов. — Я думаю, что вы отлично знаете, зачем я позвал вас. На самом деле я уже некоторое время думал о том, что мне нужен помощник, и вы встретились мне очень кстати. Я бы не хотел, чтобы к моему делу были допущены совершенно посторонние люди. Драко промолчал. Ему безумно хотелось спросить, почему Флориан решил пригласить в свое кафе именно его и почему он не считал Драко Малфоя совершенно посторонним или даже опасным. Но он совершенно отчетливо чувствовал, что лучше оставить все вопросы при себе и просто принять это щедрое предложение. Дождавшись серьезного делового кивка Драко, Флориан продолжил: — Я хочу, чтобы вы помогали посетителям с выбором мороженого, работали за кассой, убирали со столов лишнюю посуду, конечно… Но мне нужно… Драко, вы ведь учитесь на юриста? Флориан задумчиво потер пальцем подбородок и сосредоточенно посмотрел на Драко, у которого внутри с каждым словом все сильнее затягивался узел неустойчивой надежды. — Да. Мороженщик радостно хлопнул в ладони. — Отлично! Тогда я готов предоставить вам, ко всему прочему, практику чуть ближе к вашей знакомой теме! Я буду рад, если вы поможете мне вести мои дела. После того, как вы основательно в них погрузитесь, мы сможем… Драко вышел из кафе-мороженого, но чувствовал, что на самом деле летел над землей. Гарри ждал его, присев на ступеньки и укачивая в руках Пломбира, и поднял взгляд на Драко, когда тот остановился рядом. Ему показалось, что отчаянное счастье слишком очевидно светилось на его лице, потому что нахмуренные брови Гарри расслабились, как только тот увидел Драко. — Как все прошло? — спросил он. Драко облокотился на перила. — Начинаю со следующей недели. Я буду работать с понедельника по четверг после учебы и помогать Флориану с документами и бухгалтерией, а в свободное время работать в зале. Очевидно, для учебных проектов у меня остается любые из предстоящих чудесных ночей, — взгляд Гарри снова стал обеспокоенным. Драко потер виски. — Ничего, я справлюсь. Не буду же я вечность так жить, верно? Гарри сухо кивнул и поднялся на ноги. — Знаешь, Драко… — он запнулся на полуслове. — Я… Эм… Беспокоюсь за тебя. Если тебе будет нужна помощь, то только скажи, хорошо? Черт, я даже не знаю, как еще тебе это показать… Драко неуверенно кивнул. Еще секунду помявшись, Гарри зажмурился, шагнул вперед и обнял Драко. Его сердце пропустило удар, когда носа коснулся теплый запах чужих волос. Слабыми руками Драко обнял Гарри за спину. Ему в глаза неудобно лезли черные вихры, но ощущение чужого тела, прижимающегося к нему, выбивало из головы любые мысли. Драко, кажется, не до конца понимал, что именно сейчас делает. Ему показалось, что прошло меньше мгновения прежде, чем Гарри отстранился. Щеки у Драко горели, а душа металась внутри тела и заставляла губы улыбаться все шире.