Домовики и мороженое

28 апреля

Всю субботу Драко провел перед пергаментами с работой, переписывая, исправляя и сверяясь с фактами из книг. Он чувствовал себя очень продуктивным, и несмотря на запястье, ноющее от бесконечного письма, и затекшую спину, был очень доволен собой. В воскресенье он навестил Гермиону, и они работали вместе, все приближаясь и приближаясь к завершению своего проекта. После выходных дни потекли единым едва различимым потоком учеба-работа-дом. По утрам Драко завтракал в компании Нарциссы и аппарировал в Академию, чтобы успеть сделать еще немного для исследования. Дальше следовал учебный день, самая простая часть в расписании. Драко старался не расслабляться и исправно конспектировал каждый предмет. Едва заканчивались занятия, он прощался с Гермионой и отправлялся в Косой Переулок, чтобы провести вечер за кассой Кафе-Мороженого Флориана Фортескью или в его кабинете, разбираясь в документах и бухгалтерии. Ближе к семи часам к нему присоединялся Гарри. Ненадолго, только на время перерыва, но для Драко это время стало любимой частью дня. Закусывая губы, он ждал, когда в дверях кафе покажется Гарри, чтобы с чувством облегчения он смог стянуть с себя форменный фартук и предупредить Флориана, что в ближайшую половину часа он будет занят. После работы Драко возвращался домой, чтобы продолжить работу над исследованием. В один из таких дней Гарри зашел в кафе и, улыбаясь, сразу пошел прямиком к витрине. В этот момент Драко левитировал партию чистых креманок на место. Заметив Гарри, он усмехнулся, чувствуя, как улыбка тронула уголки губ. — И что ты принес мне сегодня? — спросил он. Гарри скорчил ему лицо и открыл рот, чтобы сказать какую-нибудь шутку вроде «Вообще-то я рассчитывал, что сегодня меня кормишь ты», но передумал, когда увидел Флориана, и только вежливо поздоровался. — Я подменю вас, Драко, — сказал он, занимая его место. Конечно, проницательный волшебник уже давно выучил — Гарри стал верным знаком того, что Драко уходит на перерыв. Впрочем, Флориан не возражал, когда однажды Драко спросил его об этом. Наоборот, он только лукаво улыбнулся и сказал что-то про лояльность к клиентам, явно подразумевая что-то еще. С каждым днем Драко все больше и больше проникался симпатией к Флориану. И хотя он больше любил работу в кабинете, где он чувствовал себя в своей стихии, способным принести больше пользы, он с радостью помогал мороженщику в зале, когда это было необходимо. — Я принес нам по кебабу и тушеных овощей из классной маггловской закусочной, — сказал Гарри, когда они привычно заняли место на скамейке во внутреннем дворике. Драко притворно поморщился, и Гарри закатил глаза. — Что? Они вкусные! Если тебе не нравится, я съем все сам, я тоже не ужинал. Теперь закатил глаза Драко: — Давай уже, я умираю с голода. Гарри усмехнулся, расстегивая рюкзак. Пространство вокруг тут же заполнилось восхитительным запахом мяса и овощей. Драко набросился на свою порцию молча и молниеносно, он жутко проголодался, смотря на посетителей, аппетитно уплетающих мороженое. Какое-то время оба сидели в тишине, только скребя вилками по пластиковым контейнерам. — Как продвигается ваш проект? — спросил Гарри, когда оба уже утолили основной голод и не спеша доедали ужин. Дожевывая, Драко промурчал что-то удовлетворительное. — Неплохо, мы почти на финишной прямой, — пояснил он, когда проглотил еду. Гарри улыбнулся, наклонив голову. — Ты вроде бы рассказывал мне что-то про приз в министерстве, да? Драко кивнул. — Да, если наш проект заинтересует людей в министерстве и победит, то нам выделят грант на его осуществление и рабочее место после конца учебы. — Вау, — Гарри впечатленно покачал головой — Это… Очень круто. Думаешь, вы победите? — Мы не можем не победить, — самодовольно хмыкнул Драко. — Как ты вообще можешь в нас сомневаться? — опустив вилку в контейнер, он рассеянно посмотрел на остатки овощей и добавил уже без былого запала. — Это отличная возможность для меня устроиться на достойную работу, помнишь? В другом случае я никогда не увижу нормальной должности. Гарри открыл было рот, чтобы что-то сказать, но передумал. Он в сомнении посмотрел на Драко, когда над ними повисла неуютная тишина. — А как тебе работа у Флориана? — спустя несколько длинных мгновений спросил он. Драко замер, раскрыв рот. Он никогда раньше не задумывался об этом. Как будто работа в кафе-мороженом никогда не пересеклась бы с должностью в Министерстве, словно они существовали в разных версиях жизни Драко. — Я… — неуверенно начал Драко. — Мне… Мне нравится здесь… Флориан отличный работодатель, но… Я… Ладно, Гарри, я честно не знаю. На самом деле я никогда не думал об этом, — что-то внутри Драко смущенно подсказывало, что он знает ответ, но не хочет озвучивать его вслух. Нахмурившись, он выдернул это чувство откуда-то из задворок сознания, чтобы рассмотреть поближе. Он обещал не врать самому себе. Обещал. — Возможно, я бы с радостью остался с ним в качестве юриста или бухгалтера. Из меня получается очень плохой мороженщик, знаешь ли. Но вот вести его дела… Драко иронично усмехнулся, снова опуская взгляд в контейнер у себя на коленях. — Знаешь, — тихо сказал Гарри, вдруг наклонившись к Драко ближе. В его голосе вместе с заботой отчетливо звучали шутливые бесята. — Что-то мне подсказывает, что он сам ненавидит всю бумажную волокиту и хочет заниматься только своим творчеством. Возможно, вы нашли друг друга, как думаешь? Драко чуть не прыснул от смеха. Хмыкнув, он локтем ткнул Гарри в бок. — Отвали, Поттер, — выдавил он, улыбаясь. Гарри засмеялся, и Драко почувствовал, как отголоски его смеха касаются его волос теплым дыханием. Гарри замер на мгновение, пристально рассматривая Драко, и покачал головой: — Черт, Драко, ты знаешь, — Драко вопросительно приподнял бровь, — что пахнешь мороженым? Если бы Драко сейчас жевал, то от такой резкой смены темы наверняка подавился бы едой, но он только шумно втянул носом воздух. — Я? Что? Глупости, — попытался отмахнуться он, чувствуя, как начинает гореть шея и щеки. — Нет, правда, пахнешь сладким мороженым. Тебе идет, — какие-то смешные радостные искорки плясали в зеленых глазах, которые смотрели на Драко так внимательно и ясно, что захватывало дыхание. Непослушные волосы падали на лоб, виски и уши Гарри, но Драко все равно заметил, как самые кончики его ушей горят красным. Гарри широко улыбался ему, оперевшись щекой на руку, а рукой на спинку скамейки. Вечернее солнце красиво золотило его кожу, и в его свете она казалось, смешно сказать, какой-то волшебной. — А еще ты очень сильно смотришь, — добавил Гарри тихим вдруг совсем другим, более глубоким голосом. Драко неровно выдохнул, сначала потерявшись от тембра произнесенных слов, и только после различив, что они значат. — В смысле? — спросил Драко, даже не пытаясь отвести взгляд в сторону. — Ну… — Гарри смутился и первым посмотрел вниз. Драко заметил, как дрогнули уголки его губ в попытке не улыбнуться. — Как сейчас. Эм… Очень… Сильно. — Ты уже говорил это, — усмехнулся Драко. — Да, я не знаю, как бы еще это описать, — Гарри на секунду снова поднял взгляд на Драко и тут же поспешно его отвел, теперь он краснел не только ушами, бледно-розовый румянец расползался и по его щекам. — Твой взгляд очень чувствуется. Гарри кашлянул, и Драко коротко негромко рассмеялся, отодвигаясь. — Хорошо, ладно, — улыбнулся он. — Допустим, я понял. — Ничего ты не понял! — вскинулся Гарри. — Возможно, но у меня хватило такта не развивать неловкую ситуацию, которая показала бы, что ты не умеешь говорить ртом, но ты сам сейчас вырыл себе яму! — Драко громко рассмеялся, за что получил легкий шлепок по плечу, но на самом деле он был не то, чтобы против. — Зато это не я пахну мороженым! — передразнил его Гарри. — Не пытайся делать вид, что тебе это не нравится, ты сам только что сказал обратное! — Неправда! — Правда! Замерев на мгновение, оба снова громко рассмеялись. Теперь, когда Драко думал о Гарри, и у него в груди разливалось щекотное тепло, а губы сами собой растягивались в улыбке, он все меньше сомневался в том, что не может нравиться Гарри. Это случилось ночью, когда Драко пытался уснуть. Он долго ворочался, перекатывая в голове мутные мысли и специально зажмуривая глаза, чтобы быстрее провалиться в сон, когда кристально ясная очевидная догадка не прошибла его мысли. То, как Гарри смотрел на него, пока он работал, ел или рассказывал интересную историю, то, как он искренне ловил каждое его слово или осторожно касался рук, говорило только о том, что Драко не одинок в своих чувствах. Драко распахнул глаза и долго всматривался в серый потолок, гадая, прочитал ли Гарри его так же, как и он сам только что. Он думал о том, что хотел бы каждый день смотреть в глубокие зеленые глаза, учиться различать в них каждую эмоцию, каждое изменение, запомнить все искорки в них, чтобы они отпечатались в сознании навсегда. Драко почувствовал, как мурашки пробежали вдоль позвоночника, когда мысли привели его к будоражащему желанию снова и снова ощущать объятия Гарри, его руки, которые касались бы его талии, спины и шеи, и возможно даже — ох — зарывались бы пальцами в его волосы и долго долго ласково их перебирали. Драко показалось, что Гарри был бы не против. Драко очень хотелось бы, чтобы Гарри был не против. И с каждой новой мыслью он убеждался в этом все прочнее.

2 мая

В пятницу, за неделю до защит проектов, Гермиона и Драко приняли решение оставаться в библиотеке так долго, как только смогут, чтобы вылизать почти готовую работу до идеального состояния. Поэтому с сожалением, тенью промелькнувшем на ее лице, Гермиона отменила традиционную встречу Золотого Трио в пользу усиленной подготовки. Когда Драко не удержался и прокомментировал это, она скорчила гримасу. — Не называй нас так, — сказала она. — Как? — усмехнулся Драко. — Золотым трио? — Да. — Но это правда! Гермиона метнула уничтожающий взгляд поверх двух ровных стопок пергаментов с работой. — Что? Все так говорили! — веселясь, Драко притянул к себе одну. — Ни разу не слышала. И где это так говорили? — На Слизерине, разумеется. Гермиона усмехнулась краем губ и покачала головой. — Ну и глупо делали, — сказала она. Драко задумчиво пожал плечами. Ему было весело. — На самом деле вы правда очень подходите под это описание. Гермиона фыркнула: — Нет. Никакое мы не трио. Мы лучшие друзья, но при этом отдельные личности. А еще у нас есть Невилл и Полумна. И… И ты тоже, между прочим! Разве это трио? Постаравшись скрыть смущенную улыбку за смешком, Драко опустил взгляд. — Ладно-ладно, как скажешь, — пробормотал он. Драко не нашел ничего лучше, кроме как перевести тему. — Ты уже проверила цитирования в третьей главе или всю грязную работу, как обычно, выполняю я? — Смотри не замарай свои чистые аристократичные ручки в этой ужасной грязи, пока я ношусь по всему Мунго с домовыми эльфами на перевес, — фыркнула Гермиона, и Драко рассмеялся. Они работали до самого закрытия библиотеки, а после еще упросили библиотекаря посидеть немного, пока он собирал вещи и выключал свет. — Мы неплохо потрудились, — сказала Гермиона, когда они шли к выходу по полутемным коридорам. Драко удовлетворенно кивнул. — Еще немного, и сможем отдохнуть. Гермиона мечтательно потянулась, подняв руки и наклонив голову. Драко посмотрел на нее, и она устало улыбалась. Он был рад, что она больше не паникует. Вместе с этим он был искренне рад их проекту. Он давно не получал такого удовольствия от учебы с кем-то, это оказалось правда… Очень приятно. На краю сознания Драко проскользнула мысль о том, что если бы он не был таким придурком в Хогвартсе, то ощутил бы это чувство гораздо раньше. — Хочу поскорее лечь в кровать и уснуть, — протянула Гермиона. — Я так вымоталась за неделю. Никогда бы не подумала, что скажу так, но я устала учиться. Драко иронично хмыкнул. Когда они вышли во двор, уже темнело. Небо темно-синим потусторонним полотном висело над ними, а фонари подсвечивали землю желтым. Воздух был свежим, и по спине Драко коротко пробежали мурашки — он совсем разомлел в тепле библиотеки. Под одним из фонарей оказался силуэт, который, едва они вышли из здания, покачнулся и направился к ним. Через мгновение Драко узнал в силуэте Гарри. Он выглядел очень недовольным. — Боже, я уже думал, что вы решили там ночевать! Гермиона, ты, конечно, говорила, что вы задержитесь допоздна, но я и так пришел почти к закрытию! — еще продолжая бурчать, Гарри не смог удержать хмурый взгляд. Посмотрев на Гермиону, а потом на Драко, он заметно расслабился. Его плечи опустились, губы перестали напоминать бледную тонкую полоску, а глаза заблестели. Гарри чуть дольше задержал взгляд на Драко, будто бы заново разглядывая его, а он сам вместе с удивлением от внезапной встречи почувствовал, как животе вспорхнула стая самых банальных и клишированных на свете бабочек. Драко едва не закатил глаза, но эти бабочки были такими приятными… — Что ты здесь делаешь? — спросил Драко. — О, — Гарри, который уже было спустил с одного плеча рюкзак и, не снимая, развернул его и расстегнул молнию, удивленно посмотрел на Драко. — Я думал, Гермиона сказала тебе. Я пришел вернуть «Общую маго-юриспруденцию» или как там ее? Помнишь, я одолжил ее, она мне больше не нужна. Гермиона слишком понимающе поджала губы, а Драко хмыкнул: — Ты имеешь в виду «Общую магическую юриспруденцию и основы уголовного права»? Гарри мельком взглянул на книгу и, прочитав, название, кивнул: — Ага. — Драккл раздери, — Драко закатил глаза. — Ты вообще ее читал? Гарри усмехнулся, протягивая книгу Гермионе. — Немного. Спасибо большое, Гермиона. — Обращайся, — она улыбнулась. Втроем они двинулись к воротам, за которыми кончалась антиаппарационная зона, и остановились. Теперь-то Драко совсем не хотелось отправляться домой! Гермиона встряхнула головой. — Гарри, я, конечно, была очень рада тебя видеть, и спасибо, что вернул книгу, но я так устала, что сейчас же возвращаюсь домой, чтобы хорошенько поспать. Вы, конечно, можете еще немного погулять с Драко, если хотите. На лице Гарри промелькнуло сразу множество эмоций, большинство из которых Драко не успел считать, но ему показалось, что среди них оказалась и доля облегчения. — Эм… да, конечно. Спокойной ночи, Гермиона. Быстро попрощавшись с Драко, она аппарировала домой, и он остался с Гарри один. Тот стоял рядом, неловко держа руки в карманах и кусая губы. Гарри повернулся и посмотрел на Драко: — А ты, наверное… Тоже хочешь? — Гарри неопределенно мотнул головой, обозначая аппарацию. Драко мягко усмехнулся. — Я бы прогулялся немного, если ты не против. — О, — Гарри неловко улыбнулся. — Да, я не против. Драко кивнул, и… Оба остались на месте. Драко захотелось засмеяться, он чувствовал себя нелепым подростком, но почему-то вся его решительность растаяла. — Эм… А куда ты хочешь? — спросил Гарри. На его лицо падала тень, но Драко показалось, что он покраснел. — Гарри, мы хотели пройтись, но вокруг маггловский Лондон. Я редко бываю в маггловских местах, так что я не знаю. — А! — Гарри многозначительно вскинул подбородок. — Ладно. Тогда я выбираю место. Да? — Драко кивнул. — Ты голоден? — Не особенно. — Ладно. Тогда пойдем. Качнувшись на пятках, Гарри развернулся и, Драко был уверен, пошел в совершенно случайном направлении. Сначала Драко чувствовал себя крайне неловко. Он подумал, что возможно не был готов к этой встрече и потому растерялся и просто шел рядом с Гарри по пустеющим улицам, иногда сворачивая вправо или влево. Драко старался незаметно поглядывать на Гарри, он видел, как он кусал губы и как его взгляд не останавливался ни на чем слишком долго. Драко показалось, из его ушей вот-вот пойдет пар, так судорожно работали шестеренки в растрепанной голове. Рассудив, что хоть в неловком молчании тоже есть своя романтика, Драко решил, что ему больше нравится спокойный Гарри, который шутит, рассказывает интересные истории, обменивается с ним колкостями и чувствует себя комфортно. Драко на мгновение ускорил шаг, чтобы идти вровень с Гарри, и спросил: — Как прошел твой день? Гарри вздрогнул, не ожидая, что Драко заговорит. — Ээ… Хорошо? — Драко расслышал в его ответе вопросительные интонации и усмехнулся. — Расскажешь? — предложил он. Гарри криво улыбнулся и кивнул. Он уже было открыл рот, чтобы начать рассказ, как Драко сделал то, чего совершенно не ожидал от себя. Опустив взгляд на руку, он осторожно пододвинул ее и взял ладонь Гарри в свою. Гарри вздрогнул, но не стал одергивать руку. Драко улыбнулся. Он поднял свой взгляд в тот момент, когда это же сделал Гарри, и понял — тот тоже посмотрел на их руки. Драко почувствовал, как загорели его уши. — Эм… если ты не против? — спросил он просто, чтобы спросить. Если бы он промолчал и сделал вид, что ничего не случилось, то чувствовал бы себя неловко до конца прогулки, если не всей жизни вообще. — А… да, хорошо, — Гарри не смог подавить улыбку, и она просто сделалась неровной. Он чуть развернул запястье и перехватил руку Драко, переплетая их пальцы, чтобы было удобнее. Драко сделалось очень тепло. — Так что там у тебя сегодня было хорошего? — спросил он, когда понял, что Гарри совершенно забыл, о чем собирался рассказать. — О, сегодня у нас было одно из заключительных занятий по зельям, и этот придурок просто не сможет поставить мне плохую оценку! Ты бы видел его лицо, когда я отвечал на его вопросы!.. Слегка наклонив голову, Драко начал слушать Гарри. Его голос звучал очень мягко, позволяя ему растворяться в себе, но все еще улавливать суть рассказа. Горячая ладонь сжимала ладонь Драко, и ему казалось, что все нервные окончания из его тела сбежали к руке — так сильно он чувствовал прикосновение. Драко захотелось обнять Гарри и прижаться к нему всем телом, но он подумал, что тогда Гарри может решить, будто Драко не интересно. Но ему было интересно. Ему, правда, было интересно. Они дошли до Даунстон роуд, когда окончательно стемнело. Теперь небо казалось угольно-черным, а темноту на узкой набережной развеивали фонари вместе с квадратными окнами зданий, создавая глубокие неровные тени на лице Гарри. Почему-то у Драко не получалось думать об уместности того, как он смотрел на него. А он смотрел очень внимательно, вглядываясь в потемневшие глаза, ресницы, тени от которых узкими полосками падали на скулы, на темную макушку с настоящим бардаком из волос, в которые хотелось запустить пальцы, чтобы расчесать. Драко заметил, что Гарри тоже смотрит на него. Он кусал губы, когда находил взглядом в нем что-то новое, хотя Драко не смог бы даже предположить, что в нем можно найти нового. Драко почти не замечал, как гудят его ноги, до тех пор, пока Гарри не спросил: — Устал? Драко пожал плечами, прислушиваясь к себе. Мерлин, он ведь правда устал, хоть и провел почти весь день за столом в библиотеке. На улице было прохладно, и морозный воздух то и дело пробирался под джемпер Драко. У него устали ноги, а в животе тянула слабая усталость. Только голова на удивление оставалась свежей. — Немного, — сказал он. — Хочешь домой? Они остановились с краю тротуара, ближе к забору, отделявшему пешеходную часть дороги от узкой реки. Гарри все еще держал руку Драко в своей, почти касаясь локтем локтя Драко через одежду. Он смотрел на Драко своими лучистыми глазами, а в стеклах очков отражались окна из противоположного здания. Драко был рад остановиться, тем более, что теперь он смог шагнуть поближе и уже, наконец, плотнее коснуться рукой Гарри. Но ему совершенно не понравилось предложение Гарри. На секунду он наморщил нос. — Нет. Гарри тихо усмехнулся. — Зачем ты скорчил лицо? — А зачем ты мне предлагаешь такие скучные вещи? Гарри улыбнулся в ответ и замолчал на несколько секунд. Он опустил взгляд, но тут же его поднял его обратно. Протянув руку, Гарри завел одну из выбившихся прядок Драко за ухо, осторожно касаясь кожи кончиками пальцев. — Ты очень красивый, — сказал он. — Даже когда морщишься. В груди в Драко что-то ярко вспыхнуло. Он отлично знал, как выглядит, он умел получать комплименты, но почему-то именно сейчас он почувствовал себя слишком уязвимым перед простыми словами. Он почувствовал себя уязвимым и вместе с тем особенным. Драко поднял свою руку вслед за рукой Гарри, оставшейся у его уха, прикоснулся к костяшкам пальцев, а потом провел вниз по запястью и предплечью. — Мм, — неразборчиво промычал он. — Ты тоже. Несмотря на свою прическу. — Спорим, она тебе нравится? — в глазах Гарри промелькнуло что-то азартное. — Нет, — просто ответил Драко. — Почему? — Потому что я не вижу смысла спорить, если совершенно точно знаю, что проиграю. Гарри поймал ответ со всем вниманием, а потом тихо рассмеялся и качнулся вперед, обвивая руки вокруг талии Драко и обнимая его. О, Драко так много хотелось ему сказать. О том, как ему тепло и хорошо рядом с ним. О том, как он встает каждый день и заставляет себя учиться и работать, чтобы вечером провести немного времени рядом с ним. О том, что иногда по ночам ему снится теплый запах растрепанных волос, и после таких ночей Драко всегда просыпается, улыбаясь. О том, что он бы хотел и дальше учить Гарри зельеварению, потому что он — замечательный ученик и том, как он радуется Пломбиру, когда Гарри берет его с собой. Драко показалось, что сейчас он лопнет от переполняющих его чувств. Они бурлили в нем, находя силы в твердом теплом теле, прижимавшемся к нему. Драко был уверен, что если не дать им выход прямо сейчас, то он точно разорвется на миллион счастливых сопливых сердечек и обязательно обляпает ими всего Гарри. — Драко? — вдруг позвал Гарри. Он немного отстранился, только для того, чтобы заглянуть ему в глаза, оставаясь все еще очень близко. — Да? — спросил он. Драко почувствовал, как пальцы обеих рук слишком сильно стиснули его бока, но решил не упоминать об этом. — Хочешь поцеловать меня? Драко замер. На несколько мгновений все в нем заледенело, взгляд скользнул к губам Гарри, и Драко будто только сейчас заметил, что они были мягкими, обветренными и… Драко не мог перестать смотреть на них. Он сглотнул. Теперь руки на его талии ощущались сильнее, Драко вдруг всем телом почувствовал, как близко находится к Гарри. — Ты так долго молчишь, что я начинаю волноваться, — услышал Драко. Его взгляд тут же скользнул вверх, останавливаясь на темных зеленых глазах. Гарри не выглядел испуганным. Драко знал, что ответить, и осознание этого обжигающим током било в груди. Он протянул руку, чтобы коснуться скулы Гарри и провести чуть ниже. — Хочу, — сказал он. Руки на его талии сомкнулись плотнее, а сам Драко наклонился ниже. Он успел почувствовать на своей щеке горячее дыхание прежде, чем его губы коснулись губ Гарри. Гарри шумно выдохнул, прижимаясь к Драко сильнее, одна из рук скользнула Драко на затылок, зарываясь в волосы, а вторая перехватила за талию со спины. Он почувствовал себя слишком беспомощным, ему показалось, что он начал таять под сильными руками. Губы Гарри были мягкими и теплыми, Драко едва подавил стон, когда обхватил нижнюю своими. Поцелуй получался таким осторожным и нежным, и Драко осторожно гладил Гарри большим пальцем по линии челюсти, надеясь, что вот-вот и он притянет его к себе еще и еще ближе. Драко сильнее зажмурился, когда влажный язык Гарри скользнул между его губами, и сразу же разжал челюсти. О, он был совершенно не против. На мгновение Гарри остановился. Испугавшись, что тот просто растерялся, Драко сам первым скользнул языком вдоль его. Он услышал сдавленный ох, и после Гарри двинулся дальше. Мир качался под ногами Драко, ему критически не хватало воздуха, но он не мог думать об этом, когда в его руках был Гарри, такой отзывчивый, смущающийся и, кажется, так же совершенно безнадежно влюбленный, как и он сам. Гарри целовал его немного поспешно, крепко прижимая к себе, Драко подумал, что он делал это от неловкости, но ему так сильно нравилось. Они дважды столкнулись зубами, двигаясь шире и глубже, а рука Гарри перебирала волосы Драко, заставляя его млеть от ласки и чувствовать, как что-то щекотное и будоражащее собирается внизу живота. Потерявший счет времени, Драко на мгновение оторвался от Гарри, чтобы вдохнуть воздуха. Чужие губы растянулись в улыбке, и Драко не удержался, тут же коротко поцеловав чуть выше верхней губы, а потом так, как нужно, а потом еще и еще, пока зубы Гарри не поймали его за нижнюю губу и не вернули в полноценный поцелуй. Когда они снова остановились, то просто стояли рядом, уткнувшись лбами друг в друга и счастливо дыша. Драко опять бессознательно водил большим пальцем по линии челюсти Гарри. — Ты… — Гарри прокашлялся. — Ты классно целуешься. Драко усмехнулся: — Ну разумеется, — Гарри несильно ткнул Драко в бок, так, чтобы он не стал разрывать их объятий. Драко посмотрел на Гарри, который ласково обнимал его и тяжело дышал в шею, и на его языке начали жечь слова. Драко вдруг жутко захотелось сказать Гарри что-нибудь приятное. — Мне нравится, когда ты меня обнимаешь. Гарри вскинул на него глаза: — Правда? — Да. Гарри ненадолго замолчал, обдумывая то, что сказал Драко. Пока Гарри думал, Драко решил поддаться слабости и, наклонив голову, зарылся носом в непослушные волосы, вдыхая теплый запах. — Мне тоже нравится тебя обнимать. Гарри задвигался в объятиях, и Драко подумал, что он снова хочет его поцеловать, как ночной воздух рассекло яркой синей вспышкой, и совсем рядом с ними образовалась сияющая светлым голубым светом куница. О, она была до боли знакома Драко, в груди у него вспыхнула тревога. Эта куница не предвещала ничего хорошего. Оглядевшись вокруг, она быстро нашла взглядом Драко и обратилась к нему. — Драко, — заговорила она голосом мамы. — Ты мне нужен. Твоего отца только что арестовали. Его письмо проверило Министерство, и в наш дом тридцать минут назад ворвалась толпа авроров. Пожалуйста… Не договорив, куница исчезла. Нет, Драко понял, что не договорила его мама. Самое важное она донесла. Да, точно донесла. Драко не заметил, как впился пальцами в плечо Гарри, а сам застыл после того, как патронус исчез. — Драко? — Драко вздрогнул от голоса Гарри. Он на мгновение забыл где и с кем он был. Гарри казался встревоженным. — Я… Мне нужно идти, прости. Ты… ты слышал, — глухо сказал Драко, отцепляясь от Гарри. — Я могу чем-то помочь? — Гарри перехватил руку Драко, но он быстро сбросил ее обратно. — Не думаю. Не прощаясь, Драко аппарировал в Мэнор. Его сердце билось бы где-то в пятках, но Драко казалось, что оно замерло. С каждой секундой ужас холодными липкими лапами накрывал его сознание все больше и больше. В голове вертелись сотни вопросов, и каждый из них Драко боялся сформулировать полностью. Не только боялся, но еще и не мог, к горлу подкатил сухом ком. Почти бегом он пересек кованую ограду и дорогу к крыльцу дома, распахнув двери, он позвал Тимси, чтобы она сказала, в какой комнате была его мама. Она оказалась в той самой гостиной, из которой отец отправил то злосчастное письмо, стояла у окна, прямая, как палка, и пристально смотрела на улицу. Драко не был уверен, видит ли она хоть что-то. — Мама! — воскликнул он. Нарцисса вздрогнула и обернулась. — Мама, что случилось? Какой глупый вопрос. Он уже знал, что случилось, но не мог просто молчать. — Они посадят его в Азкабан, — то ли спросила, то ли сказала Нарцисса. Выражение ее голоса было таким нечитаемым, что волосы у Драко на затылке встали дыбом. Ее лицо было бледным, глаза тусклыми, а губы совсем белыми. — Я… — Драко оборвался. Смотря в глаза маме, он не знал, что сказать. Он не мог успокоить ее, сказав, что все будет в порядке, потому что он думал, что ничего в порядке не будет. — Они оставили нам что-нибудь? Какой-нибудь протокол или ордер? Они не могли забрать его просто так. Нарцисса указала рукой на столик в другом конце комнаты. На нем лежало несколько пергаментов. В глубине души радуясь, что ему не придется смотреть на маму, Драко поспешил к столику. Может быть, он мог бы что-то сделать? — Суд назначили на понедельник, — сказала Нарцисса. Драко едва не выронил листы из рук. — Так скоро?.. — Не думаю, что они хотят по-настоящему разбираться. Тем более… — Нарцисса влажно вдохнула воздух. — Тем более, что Люциус сам… — Она замолчала, яростно глядя в стену, будто бы от силы взгляда зависело не рухнет ли она. Резко сменив тему, Нарцисса сказала. — Это будет первый рабочий день после выходных. — Я попробую что-нибудь придумать, — сказал Драко, хотя строчки перед его глазами начали разъезжаться. — Мама, тебе нужно отдохнуть. Нарцисса только резко покачала головой и снова всхлипнула. Будто бы даже съежившись, она поднесла одну руку к груди, а другой попыталась закрыть рот и глаза одновременно. Драко вдруг стало очень больно смотреть на нее. Обычно такую сильную, решительную, умную и красивую. В детстве Драко всегда думал, что его мама может справиться с любой проблемой. Но за время войны он понял, что это не так. Сейчас Нарцисса просто устала. Она устала до такой степени, что отчаянные слезы катились из ее яростно зажмуренных глаз. Она не заходилась рыданиями и не шмыгала носом, но молча тряслась так, что Драко стало страшно. Он посмотрел на пергаменты в своей руке и едва удержался, чтобы не сжать их. Молясь, что делает правильно, он подошел к Нарциссе и обнял ее. — Мама, — хрипло прошептал он. — Мама, ты чего?.. Все… Все наладится, мы все исправим. Мы не дадим посадить отца в Азкабан, — на этих словах Нарцисса вздрогнула, и Драко зажмурился, заставляя себя продолжить. — Но даже если и так, то подадим апелляцию. А потом еще одну, если не поможет. И еще. Мы его вытащим. Но… Но даже если мы останемся одни… На время, мама… То мы с тобой все равно справимся, да? Мы сильные. Ты… Ты можешь договориться с кем угодно, ведь, правда? А у меня есть работа. Если будет нужно, я приостановлю учебу, я доучусь потом, а Флориан возьмет меня на полный день… Мы не пропадем… Он продолжал болтать несвязные утешающие вещи, осторожно гладя Нарциссу по голове, пока она не перестала вздрагивать. Драко тяжело выдохнул в ее волосы и сказал: — Пойдем напоим тебя чаем, а потом ты ляжешь спать, а я немного поработаю с тем, что оставили авроры? Наконец, Нарцисса выпрямилась. Ее глаза опухли и покраснели, но лицо снова приняло независимое выражение. — Ты сможешь сейчас отдыхать? Зная, что твой отец вот-вот окажется в тюрьме? — Драко отрицательно мотнул головой. Это была правда. Как много бы отец ни делал ему больно, он не мог… Просто так оставить его. — Тогда почему ты предлагаешь это мне? Драко закусил губу, принимая поражение. Как бы ему ни хотелось, Нарцисса не позволит Драко взять на себя всю ответственность. — Тогда давай вместе выпьем чаю и потом посмотрим, что можем сделать? Нарцисса кивнула и повернулась к выходу. Уже около дверей она сказала: — То, что ты учишься в Юридической Академии, не делает из тебя единственно знающего человека, Драко. Я тоже… Могу предложить тебе что-то. — Хорошо, — ответил он вслед ушедшей Нарциссе и поспешил догнать ее.

***

После небольшого чайного перерыва они поднялись в библиотеку. Драко все еще чувствовал в груди натянутое трясущееся напряжение, которое угрожало лопнуть в любой момент, но старался не обращать на него внимание. Теперь строчки из протокола, составленного аврорами, хотя бы не плясали у него перед глазами. Голова Драко гудела и не хотела соображать — он сильно вымотался еще пока работал над проектом о домовых эльфах, но, каждый раз поднимая взгляд на часы, Драко думал о том, что до понедельника остается всего два дня, и возвращался обратно к документам. Как и ожидалось, авроры обвиняли Люциуса в нарушении судебного запрета о продолжении деятельности Пожирателей. Главной уликой служило проверенное письмо, и этого было достаточно, чтобы принять решение о заключении в Азкабан. В письме кристально чисто были видны намерения Люциуса — найти оставшихся на свободе Пожирателей Смерти и организовать новое собрание для обсуждения возможных стратегий. Не было сомнений, что теперь авроры приложат все усилия, чтобы поднять прежние переписки не только Люциуса, но и Драко и Нарциссы с кем бы то ни было. Драко знал, что ни он, ни мама не отправляли никому подобных писем, но отец успел отправить еще несколько. Совсем немного, меньше пяти, но теперь каждое из них имело слишком большое значение. Кроме этого, Драко знал, что ни на одно из своих писем Люциус не получил ответ, и это вселяло самую маленькую надежду. Без ответов его нельзя было обвинить в организационной деятельности Пожирателей, только в попытках. А за попытки… Что ж, за попытки к такой деятельности Люциусу Малфою все равно светил только Азкабан. Опустив дрожащими пальцами пергамент с протоколом, Драко поднялся на ноги. Нужно было проверить, были ли прежде прецеденты подобных дел, и можно ли было использовать их для защиты. Заодно он забрал с полки несколько юридических справочников, которыми пользовался во время послевоенных судов. Нарцисса сидела за столом рядом с ним и помогала штудировать книги на предмет случаев, хоть немного похожих на их. Только ближе к пяти часам утра она подняла голову от книг. Драко давно заметил, что она пришла в себя настолько, насколько это возможно в их ситуации, и теперь, как и обычно, начала мыслить расчетливо и рационально. В глубине души Драко ощутил облегчение, теперь он, действительно, мог рассчитывать на ее помощь. Отметив нужную страницу закладкой, Нарцисса закрыла книгу и повернулась к Драко. — Теперь нам, действительно, пора отдохнуть, — сказала она. — Ты иди, я еще немного посижу, — пробормотал Драко, не отрываясь от справочника. — Драко, — голос Нарциссы стал стальным. Драко вздрогнул и тут же поднял взгляд. О, он знал этот голос. Когда его мама говорила так, благоразумнее всего было покорно послушаться. — Нам пора отдохнуть. Мы сможем поработать завтра, но для этого нам нужно хоть немного поспать. — А… — Драко еще раз опустил взгляд на справочник, вздохнул, и тоже вложил в него закладку. — Хорошо. Он поднялся на затекшие ноги и потянулся. В те несколько часов, что они отвели себе для сна, Драко почти не сомкнул глаз. Его мысли беспорядочно и вязко, словно переваренная каша, смешивались в голове, которая пухла с каждой новой минутой. Это было похоже на бред или очень плохой сон. Драко снова видел, как Люциус отправляет письмо, перед глазами мелькали строчки из справочника, смешиваясь со строчками из его исследования с Гермионой. Он вспоминал плачущую Нарциссу и изо всех сил отгонял мысли о Гарри. Нет, он не позволит себе за одну ночь испортить то самое счастливое, что случилось с ним в последние несколько лет. Он лежал и глотал злые слезы. Он думал о том, за что Люциус так наказал их семью. Сжимая кулаки, Драко то и дело дергал плечом, пока перекатывал в голове мысли о том, чтобы бросить все и не пытаться защитить отца от Азкабана. «Он совсем не думал ни о маме, ни обо мне. Он же беспокоился только о себе! О себе и своем уязвленном эго! Мы живем уже в совсем другом мире, но он не хочет это видеть! Не хочет! Он. Поступает, как обиженный ребенок! Сколько раз он сделал нам больно! Блять…» — пытался убедить себя Драко, а потом утыкался лицом в подушку от бессилия. Даже так он не мог бросить отца. Люциус все еще оставался частью семьи. Слабой, тормозящей все, но все же частью. Драко знал, если бы их семья развалилась, то мама бы не выдержала этого, и он не мог этого допустить. Он знал, что будет чувствовать себя последним ублюдком, если не поможет отцу выбраться. Он почти не верил в то, что Люциуса можно изменить, но отчаянно этого хотел.

3 мая

Драко встал даже раньше, чем прозвучал темпус. Его голова была мутной и тяжелой, а в желудке одновременно ныло от голода и воротило от тошноты. Только бодрящее зелье, припрятанное в тумбочке, смогло привести его в минимальный порядок, и тогда Драко попросил Гобзи о завтраке. Драко почти усмехнулся — его домовой эльф выглядел так напуганно и встревоженно, будто в его жизни случилось самое невероятное несчастье. Крутя своими огромными тревожными глазами, он поставил перед Драко тарелку с хрустящими тостами и небольшую розетку с джемом. Драко тоскливо взглянул на завтрак. Да, что-то более влажное или сытное вроде каши или пирога сейчас он не смог бы даже проглотить. Гобзи сочувственно посмотрел на него, и Драко усмехнулся: — Почему ты так грустишь? Ты все равно не любил отца, и у тебя все еще есть я и мама. Эльф пискнул, схватившись за огромные уши: — Это потому, что хозяин Драко и хозяйка Нарцисса грустят из-за того, что хозяина Люциуса забрали! Гобзи не может смотреть, как они страдают! Ох! Гобзи не может плохо отзываться о своем хозяине Люциусе! Испуганный эльф вскочил было на табуретку и потянул себя за уши в разные стороны, когда Драко отмахнулся: — Все в порядке, ты можешь так думать. Гобзи удивленно посмотрел на него, даже немного расслабив хватку маленьких пальчиков на ушах. — Мама еще спит? — спросил Драко вместо того, чтобы продолжать говорить о наказаниях. — Хозяйка Нарцисса уже проснулась и скоро спустится к вам. Драко кивнул и воткнул вилку в тост. В голове все еще гудело, мысли были вязкими и неповоротливыми, а за вчера они практически не продвинулись. Если они смогут найти хоть что-то, что помогло бы освободить отца, это будет настоящая победа. Когда в комнату вошла Нарцисса, Драко только кивнул ей. Завтрак они провели в полном молчании, а после, не сговариваясь, встали и прошли в библиотеку. О, Драко даже не помнил, сколько книг успел прочитать — за рабочим местом царил настоящий хаос. Не пригодившиеся книги лежали неровной кучей рядом со столом. С другой стороны от него стояли две аккуратные стопки книг, которые Драко хотел просмотреть, а на самом столе остались сваленными юридические и исторические справочники вперемешку с пергаментами с пометками, карандашами и перьями. Драко усмехнулся — справочник, на котором он прервался, аккуратно лежал на свободном месте с заложенной между страниц закладкой. «Как педантично!» — едко пошутил он у себя в голове. Стараясь выглядеть не слишком разочарованным, он прошел за свое место, снова открыл справочник и тупо уставился в него. Драко хотелось грязно ругаться, он снова не мог сосредоточиться ни на одном слове. — Все в порядке? — Нарцисса подошла к Драко и положила руку ему на плечо. — Ты выглядишь совсем подавленным. — Я… — Драко сглотнул. — Я не уверен. Мне кажется, как будто мы ничего не найдем. Как будто мы застряли на одном месте, ищем не там, где нужно… Нарцисса понимающе кивнула, теперь она опустила ладонь на голову Драко и успокаивающе погладила его. Драко захотелось забраться в кресло с ногами и прижаться к маме так, чтобы она сказала, что все будет хорошо, и продолжила гладить его по голове. Если бы он был ребенком, то все было бы проще. Хотя бы для него самого. — Но ты сможешь придумать, где мы найдем решение. Ты ведь весьма умный, я знаю, — услышал Драко голос Нарциссы. Он все еще смотрел на расплывающиеся строчки из справочника и не был уверен ни в чем. — Я… — Драко оборвался, не зная, что сказать. Он так не хотел никого подводить! Ни свою семью, ни отца, ни — особенно — маму! Но он делал именно это! Он чувствовал, что все, чему он учился, было бесполезным, просачивалось ненужными историями, датами и фактами через пальцы и исчезало в небытии. Драко должен был ответить маме хоть что-нибудь, но в голове была совершенная пустота. Он закрыл и открыл рот, когда в комнате раздался хлопок и последовавший за ним писк. Вздрогнув, Драко повернул голову. Рядом с ним только что появилась испуганная Тимси. — Хозяин Драко! Эта коробочка запищала в вашей комнате! Тимси подумала, что хозяин Драко знает, что с ней делать! Она протянула к Драко ладони, в которых лежал его телефон. Едва Драко взял его, как Тимси в ужасе отпрянула назад, будто боялась, что телефон проклянет ее. Драко посмотрел на дисплей — на нем рядом с мигающей кнопкой вызова высвечивалось имя Гермионы. — Я сейчас буду, это Гермиона, — только сказал Драко перед тем, как вылететь из комнаты. — Драко! Драко, ты в порядке? Как это случилось? Авроры объяснили причину ареста? — запищал телефон электронным голосом Гермионы, стоило Драко ответить на звонок. — Что они сказали? Боже мой, это так ужасно! Драко вышел из библиотеки, по инерции пройдя несколько шагов, и остановился, смотря в конец коридора. Он слушал Гермиону и не мог ответить ни на один из вопросов, будто его горло перехватило железным обручем. Стискивая телефон в пальцах, он зажмурился. — Драко? Ты здесь? — голос Гермионы казался очень встревоженным. Драко вдохнул воздух. — Сколько времени? — спросил он. — Почти девять… — в замешательстве ответила Гермиона. Драко кивнул, забыв о том, что она не может его видеть. В трубке на несколько мгновений повисла тишина, пока Гермиона снова неуверенно не сказала. — Я… Мне Гарри вчера рассказал, что случилось… Драко снова кивнул. — Драко, — теперь голос на другом конце трубки звучал тверже. — Я позвонила тебе сказать, что скоро буду. Драко мысленно запнулся. — В смысле? — Что? Как в смысле? — возмутилась Гермиона. — А кто еще тебе сейчас поможет? Это очень срочное дело, и я просто должна… Драко показалось, что земля уходит у него из-под ног. Он подавил желание прислониться к стене, чтобы не показаться себе еще слабее, чем он есть на самом деле. Потерев свободной рукой лоб и прикрыв глаза, Драко попытался сформулировать внятный ответ: — Гермиона, ты совершенно не должна… Это… Это же так неправильно. Это только мои проблемы. Мои и моей семьи. А ты, спасающая моего отца из Азкабана, это так… Это не… — Не неси чепухи! — резко воскликнула Гермиона, перебив Драко. — Единственная причина, по которой я все еще не у тебя — это потому что я жду Гарри и Рона! Все мысли вылетели у Драко из головы. — Но как же наша работа… Если мы оба будем работать над другим, то… — Драко. Никакая работа не стоит человеческого счастья. Да, я считаю, что твой отец — плохой человек. Но я, совершенно очевидно, безо всяких сомнений, между тем, чтобы закончить работу, и тем, чтобы спасти твою семью, выберу второе. Я знаю, как это для тебя важно. Для тебя и… Ну, твой мамы тоже. Тем более, я проверила… Мы практически закончили с домовыми эльфами, нам осталось только подготовить защитное слово, так что, возможно, мы даже сможем побороться за место в Министерстве. Драко криво усмехнулся. И как он мог усомниться, что Гермиона не все предусмотрела. Он плотно сжимал подрагивающие губы и стискивал телефон — если Гермиона правда придет помочь ему… Может быть, тогда он сможет собраться. Драко вдруг почувствовал в себе еще немного сил. Еще немного, чтобы рассказать Гермионе о том, что он уже успел найти и о какой стратегии думает. И тогда она обязательно скажет что-нибудь умное, и у Драко появится еще немного сил. Драко подумал о том, как раньше ему было тяжело существовать без этой всеобъятной поддержки. Гермиона появилась почти сразу, Драко едва успел спуститься к главному входу. Ее уже встретил повеселевший Гобзи, он вел ее через аллею, а рядом с ней быстро шагали Гарри и Уизел. Сердце Драко пропустило удар, когда он заметил растрепанную макушку. О, Гермиона ведь упомянула о том, что ждет их. Он вчера так поспешно ушел сразу после… Он даже не попрощался. Драко закусил губу, стараясь придать лицу нейтральное выражение, хотя ему показалось, что это получается из рук вон плохо. — Драко! — воскликнула Гермиона, едва увидела его. Она тут же бросилась к нему и крепко обняла. — Ты ужасно выглядишь! Все будет хорошо! Драко усмехнулся, ему даже не хотелось знать, насколько плохо он выглядит. Он тоже крепко обнял Гермиону в ответ и быстро отпустил. — Эм… Привет, — неловко поздоровался Уизел. Он протянул руку, и Драко запоздало пожал ее. — Честно говоря, я не большой знаток во всей этой юридической ерунде, так что я здесь в основном для поддержки. О, ну еще я могу испечь сахарное печенье, оно у меня замечательно получается, а вы… Ну все равно ведь рано или поздно сделаете перерыв? — Конечно. Благодарю тебя, — сказал Драко. — Ох, не за что, дружище. Тут вы с Гермионой сейчас главные. Драко неловко улыбнулся и развернулся к Гарри. В животе у него все перевернулось, когда его глаза встретились с пронзительным зеленым взглядом. Гарри стоял, спрятав руки в карманах толстовки. Он переступил с ноги на ногу, несмело улыбнулся Драко, и тот почувствовал, как тяжелый камень, весом, наверное, в несколько тонн, валится с его плеч. Гарри не обижался на него. Наоборот, он выглядел понимающим. Драко подумал, что если бы не Уизел и Гермиона, то Гарри обнял бы его. Вернув улыбку в ответ, Драко заставил себя отвернуться. — Ты сейчас расскажешь мне все, что у тебя есть, и мы вместе подумаем!.. — Гермиона приступила сразу к делу, уже двигаясь по коридору. — На лестнице налево! — только и успел воскликнуть Драко ей в спину, и тут же прибавил скорости, чтобы догнать ее. — То есть, ты решил сделать ставку на существующие прецеденты и исходить из них? — хмурилась Гермиона, стоя над заваленным пергаментами столом. Она быстро поздоровалась с Нарциссой, нетерпеливо вздохнула на неловких приветствиях Гарри и Уизела и потом развернулась к Драко. Он рассказал ей о том, что успел найти за ночь работы. — Думаешь, это не лучшая стратегия? — спросил Драко и потер пальцем подбородок. — Не знаю, — Гермиона задумчиво вздохнула. — Мне кажется, наш случай слишком исключительный, чтобы действовать так… Люди нечасто оказываются в подобных ситуациях. Драко только кивнул. Он думал об этом. Строго говоря, это было первое, о чем он подумал, но за неимением других идей, не позволил себе отвернуться и от этой. — Какие у нас еще есть варианты? — Драко слегка вздрогнул, услышав голос Нарциссы. Он совершенно забыл о ее присутствии. Когда он работал с Гермионой, все остальное исчезало, и оставалась только напряженная работа двух умов. Гермиона закусила губу и переглянулась с Драко. Он пожал плечами. — Мне нужен какой-нибудь справочник, — решительно заявила Гермиона и обернулась в книжным полкам. — Хочу настроить мозг на нужную волну. Драко, у тебя есть?.. Даже не дослушивая ее, Драко наклонился к стопке неиспользованных книг. Он был уверен, что именно сможет лучше всего подтолкнуть ее мысли. — Ты можешь взять «Области магического права и волшебные уловки», — сказал он, и Гермиона благодарно улыбнулась. — Тогда попытаемся найти новое решение? Нарцисса задумчиво нахмурилась. — Я думаю, нам лучше разделиться. Сейчас у нас нет ничего, кроме надежды на существующие прецеденты, поэтому, пока вы с мисс Грейнджер ищете новое решение, я все-таки продолжу работать с судебными хрониками. Драко кивнул. Это было хорошим решением. Он посмотрел на Гермиону, она уже нашла для себя свободное кресло и, опустив с него на пол несколько пергаментов, уселась и принялась за чтение. Драко хотел было тоже найти книгу для себя, когда услышал негромкое «Драко?». Он поднял взгляд на Гарри. Тот выглядел совсем немного растерянным, будто не мог найти для себя место, и Драко подумал, что, скорее всего, так и было. — Да? — Эм. — Гарри закусил губу. — Как мне тебе помочь? Драко улыбнулся краешками губ. На самом деле Гарри не мог помочь практически ничем. Он и сам это понимал, но с другой стороны… Задумавшись, Драко опустился на корточки перед той стопкой, откуда достал книгу для Гермионы. Он выудил оттуда общий сборник необычных судебных разбирательств, и протянул Гарри. — Попробуй это. Если найдешь что-то похожее на наш случай, то позови меня, я скажу, отметить его или пропустить. Гарри кивнул. Забирая книгу, он коснулся своими пальцами пальцев Драко и слегка сжал их. — Все будет хорошо, — шепнул он, и Драко едва заметно кивнул. Убедившись, что и Уизел не чувствует себя потерянным, Драко выбрал книгу для себя. Он читал главу о добровольной передаче ответственности магического административного права, когда в его голову вдруг пришла идея. — Гермиона, — негромко позвал Драко. Гермиона тут же подняла голову, как и все остальные в библиотеке, но Драко почти не заметил этого. — Посмотри сюда. Она поднялась со своего кресла и присела на подлокотник кресла Драко, наклонившись ближе к тексту. Несколько мгновений ее глаза напряженно двигались по строчкам, пока она не нахмурилась. — Ты думаешь?.. — спросила она, и в ее голове чувствовалось большое сомнение. — Если перевести это в уголовное право? Гермиона подняла на него тяжелый взгляд и покачала головой. — Но это не рассматривается в законе… — Точно так же, как и не запрещается, — хмурясь, они смотрели друг на друга и перебирали в голове аргументы. — И ты предлагаешь передать ответственность Люциуса другому лицу… — … Наказание для которого за это же преступление было бы легче. — Или даже условным! — Гермиона резко вскинулась. — Если мы найдем того, кому можно передать ответственность и кто бы не привлекался к уголовной ответственности, то при первом нарушении можно будет побороться за смягчение наказания! Гермиона подняла горящий взгляд на Драко и пораженно покачала головой. — А это может сработать. Драко хмыкнул: — Если мы сможем подвести доказательную базу. Гермиона открыла рот, чтобы сказать что-то подбадривающее, когда ее прервал тихий кашель. Она растерянно обернулась. Это был Уизел. — А теперь, может, расскажете непосвященным? Драко усмехнулся и покачал головой. Гермиона тоже коротко улыбнулась, но быстро приняла обратно серьезное выражение. Драко увидел, как в ее голове закрутились шестеренки. Спустя некоторое время, она сказала. — Конечно, Рон, не переживай. Думаю, — теперь она обращалась ко всем. — у нас возникла идея. Теперь каждый из вас сможет помочь. Нам нужно подготовить две доказательные базы, — она мельком взглянула на Драко, чтобы он понял, что сейчас прозвучит что-то важное. — Одна — для того, чтобы суд согласился рассмотреть дело с нашей точки зрения, а другая — чтобы мы смогли с этой точкой зрения добиться своей изначальной цели. Рон непонимающе хмурился, Гарри напряженно смотрел куда-то в угол стола, явно стараясь не отвлекаться, а Нарцисса выглядела очень сосредоточенной. Драко подумал, что сейчас она понимает, о чем хочет сказать Гермиона, больше остальных. Гермиона прервалась, скептично оглядывая компанию, и тяжело вздохнула. — Хорошо, давайте сначала. Рон, слушай внимательно. Драко нашел закон, по которому при взаимном согласии провинившееся лицо может передать ответственность за свой проступок другому, невиновному лицу. Мы хотим использовать этот закон. Но для этого есть несколько препятствий. Во-первых, мы должны доказать суду, что для передачи ответственности есть веские основания. Это традиционная процедура. Во-вторых, обычно этот закон используется в административном праве, для гораздо более мягких проступков, вроде мелкого воровства в магазинах или расписывания сборов. И мы должны доказать еще и то, что в нашем случае закон тоже имеет силу, а также добиться помилования или смягчения наказания для нового лица. Рон, напряженно закусил губу, когда Гермиона закончила говорить, но все-таки кивнул в знак понимания. — И как мы это докажем? — спросил он. Гермиона успела открыть рот, чтобы ответить на этот вопрос, как ее определила Нарцисса. — Важнее будет вопрос — кто станет тем лицом, которое возьмет на себя ответственность? Гермиона захлопнула рот, потупив взгляд. Нарцисса пронзительно смотрела на нее, сжав губы в тонкую лицию. От этого взгляда стало не по себе даже Драко, он подумал, что мама испытывает ее. Краем сознания Драко заметил — он надеется, что так Нарцисса не пытается намекнуть на то, КТО должен стать этим самым лицом. В любом случае, у Драко был готов ответ на этот вопрос. — Это буду я. — Нет! — Драко, ты не можешь! — тут же одновременно возмущенно воскликнули Гермиона и Нарцисса. Гермиона едва не подпрыгнула на месте, задев Драко плечом. — Это исключено, — мгновение спустя отрезала Нарцисса ледяным голосом. — Это самый удачный вариант, — ответил ей Драко, встречаясь своим взглядом с тяжелым темным, направленным прямо на него. Он весь подобрался, чтобы чувствовать себя немного увереннее. На этот раз он не собирался отступать перед Нарциссой. — Драко, это опасно, вы оба обвинялись по одним и тем же статьям, — Гермиона опустила свою руку на его. Ее голос звучал твердо, и только неуверенно закушенная губа говорила о том, как сильно ей неловко напоминать о военных событиях. — Да, но с меня сняли все обвинения, потому что я был несовершеннолетним. Это очень весомый аргумент, — Драко встал на ноги и мысленно усмехнулся. Теперь он будет казаться важнее. Внутри у него беспокойно крутило, было проще храбриться перед другими, чем убеждать себя в собственной уверенности. Но Драко чувствовал, что это именно то, что он должен сделать. Он не мог передать это ни своей маме, ни кому либо еще. Это было странно… Но Драко не мог такого позволить. Он усмехнулся, может быть, так обычно чувствуют себя гриффиндорцы? Драко не был уверен, что ему нравится это чувство. Больше он постарается не геройствовать. Вздохнув, он продолжил. — Я — его сын. Доказать необходимость замены ответственного будет просто. В другом случае — практически невозможно. Драко посмотрел на остальных. Его мама холодно смотрела на него, сжав бледные губы в полоску и выпрямив спину. Гермиона встревоженно качала головой, не отводя от него взгляд. Уизел выглядел хмурым, но мрачно решительным, и Драко почти возликовал. Вот кто уже согласился с ним! Когда Драко посмотрел на Гарри, его сердце тревожно екнуло. Он сидел, скрестив руки на груди и нервно дергая ногой. Его тяжелый взгляд из-под нахмуренных бровей пригвождал к полу даже сильнее, чем взгляд Нарциссы. Драко прокашлялся. — Вы не можете отрицать очевидного, — чуть более хрипло, чем раньше, продолжил он. Вдруг Драко заметил движение с той стороны, где сидел Гарри, и стремительно развернулся к нему. Он вдруг сразу понял, что это значит, и он совершенно не мог этого допустить. Даже того, чтобы это предложение оказалось озвученным. — Нет! — рявкнул он. Гарри, успев приподняться на своем кресле, решительно смотрел на Драко, и тот не стал отводить взгляд, а только покачал головой. Он почувствовал, как его гордость что-то неприятно царапает изнутри. Это была уязвленность. Драко не мог оказаться слабым рядом с Гарри, он не мог просто спрятаться за его спиной и подождать, пока Герой сделает всю работу за него. Тогда… Оказалось бы, что сам Драко ничего не стоит. Драко сжал одну руку в кулак. Медленно выдохнув, он сказал так спокойно, как только мог позволить его дрожащий голос. — Нет, Гарри, не ты. Ты не предложишь мне это. Или мне придется попросить тебя уйти. Даже… Даже если мы попробуем сделать ТАК, то суд никогда не признает достаточной весомой любую из причин для передачи, которую мы только придумаем. Тогда весь план не будет иметь смысла. Это буду я, и мы разработаем всю стратегию под меня. Всем понятно? Уизел сразу же кивнул. Гермиона медлила, закусывая губу. Наконец, она взмахнула руками и фыркнула, признавая правоту Драко. Когда Драко повернулся к Нарциссе, то она все так и не переменила своего положения. Драко вздохнул. — Мама, и это не можешь быть ты. Ты сама знаешь, с тебя не снимали обвинения. Мы продумаем защиту так, что я не окажусь в Азкабане, обещаю. Мы справимся. Он подошел, положил руку на ее жесткое плечо и несильно сжал. — В конец-концов, если мы не будем уверены в своих силах, то можем просто принять решение суда, каким оно будет, и подать апелляцию, когда будем готовы, хорошо? Наконец, Нарцисса вздрогнула. Она прикрыла глаза руками и кивнула. Тогда Драко перевел взгляд на Гарри, и тому не оставалось ничего, кроме как обреченно откинуться обратно на спинку кресла. Драко облегченно выдохнул. Самое сложное теперь было позади. Оставалось всего лишь составить хоть сколько-нибудь приемлемую защиту за сутки. Он устало потер глаза пальцами, когда Гермиона поднялась на ноги. — В таком случае Драко будет выступать как участник процесса, и он не сможет самостоятельно вести защиту. Тогда это буду делать я, — сказала она, начав расчищать стол от ненужных пергаментов в книг. — Да, — кивнула Нарцисса. Она уже вернула себе лицо и теперь была готова к работе. — Значит, мы разделимся так. Я буду работать одна и подготовлю защитное слово, потому что выступать придется мне. Будет лучше, если я смогу свободно ориентироваться в нем. А вы все поможете Драко с обоснованием перевода ответственности, — она окинула остальных пристальным взглядом. Рон нахмурился. — Тебе разве не нужна помощь? Драко усмехнулся. За столько лет знакомства Уизел так и не понял, когда Гермионе нужна помощь, а когда ей лучше работать одной. В тот момент, когда ее мозг набирал обороты в работе и действовал на полную, любое вмешательство только сбивало бы ее. Она могла бы согласиться на помощь до, во время поиска нужного пути, или уже после, при редактуре наработок. Покачав головой, Драко оставил Гермиону разбираться с Уизелом и начал готовить второй стол для общего мозгового штурма. Теперь работа пошла быстрее. Нет, работа просто пошла. Драко чувствовал, что на этот раз копает в нужном направлении, что сейчас его действия приведут в результату. Он слушал маму, Гарри и Уизела, их невероятные теории для обоснования передачи ответственности, записывал те, которые казались не слишком безумными, формулировал свои и направлял каждого из них в нужном направлении, иногда посматривая на Гермиону, которая в одиночестве за другим столом то и дело хмурясь, кусала губы и все время черкала что-то на пергаменте. Несмотря на ночной недосып, Драко чувствовал, что его мозг работает на полную. Они прервались лишь единожды — чтобы пообедать, и тогда, не донеся ложку горохового супа до рта, Гарри с ужасом вспомнил, что не покормил Пломбира. Драко только тихо рассмеялся. Он разрешил ненадолго привести его домой, но с условием, что клубкопух будет находиться в другой от них, и особенно от Нарциссы, комнате. По крайней мере — пока они работают. После обеда, не дожидаясь Гарри, все вернулись в библиотеку и прервались в следующий раз только вечером, когда солнце уже окрасило небо в темно-розовый и почти опустилось к низкому горизонту. Отпустив остальных отдохнуть, Драко остался в библиотеке с Гермионой. За целый день напряженной работы он имел примерный, но зато развернутый список обоснований для передачи ответственности, а Гермиона — настоящий хаос из пергаментов и заметок, в которых она, тем не менее, ориентировалась. Когда она пересказала Драко общее содержание нового защитного слова, он нахмурился. Он сразу нашел несколько слабых мест, которые нужно было доработать, но в целом Драко остался доволен. Вместе они остались еще дольше, исправляя стратегию Гермионы. Когда Часы пробили одиннадцать часов вечера, Гермиона устало потерла глаза. — Думаю, на сегодня хватит, — сказала она, поднимаясь с места и потягиваясь. Драко кивнул. — Тогда завтра начнем с того, что расскажем тебе наши идеи. Ты должна во всем ориентироваться, — Гермиона согласно что-то пробормотала и закрыла справочник, положив между страниц один из пергаментов. — Думаю, мы все успеем, — она одобрительно улыбнулась и, подхватив Драко за предплечье, пошла в коридор. — Гермиона, — вдруг позвал он. Та обернулась. Драко почувствовал себя немного глупо. Он должен был сказать это с самого начала, но почему-то подумал об этом только сейчас. Он неловко улыбнулся. — Спасибо за помощь. Драко вдохнул было, чтобы сказать, что ни за что бы не справился без ее помощи и поддержки, что она спасает его, выступая на слушании с защитным словом, и что без ее присутствия он бы уже давно сошел с ума, но почему-то решил этого не делать. Он понадеялся, что она сама смогла понять его чувства. Гермиона ласково улыбнулась: — Всегда пожалуйста. — Знаешь, между прочим, если мы выиграем это дело, оно станет жирным плюсом в твоем портфолио, — усмехнулся он, шагая по коридору, и Гермиона рассмеялась. — Ладно, давай узнаем, в какую комнату мама увела остальных.