Ты — моя тишина

Сухие листы чуть ли не крошатся в руках, так что с самим фолиантом наверняка приходится обходиться осторожно. Чернила стекают с острого кончика пера равномерно, заполняя новый пергамент строчка за строчкой. Со стороны — прелестная картина: прилежная ученица сидит в библиотеке, старательно переписывая конспект из старой литературы. Только если не присматриваться, а так, глянуть внимательней — кровь в жилах не застынет, но удивиться точно можно. Брови сведены на переносице, а во взгляде — непоколебимая решимость и чертовски много злобы. Он знает этот взгляд, сам видит по утрам в зеркале такой.И вот, приподнять бы старую книженцию, тогда и кожаную обложку можно увидеть, а на ней будет надпись: «Самые разные злые заговоры и тёмные обряды для самых злых волшебников», авторства Злодеуса Злея, перевод Мрака Злодеуса Злея IV, сама книжка — восемнадцатый век, а переводил её в начале двадцатого века потомок Злея. Драко знал все эти подробности, потому что тоже её читал, только вот оригинал, а недавно и книжонку этого предка, сравнивая между собой эти два фолианта и выявляя неточности перевода. Например, староанглийское слово «draca» можно было ошибочно принять за дракона, оно и ясно, ведь… — Не стой над душой, Малфой. Стол занят. — Мне просто интересно, грязнокровка. — теперь его максимум, который он мог получить в ответ на это «обращение» — нахмуренные брови. Задеть её теперь становилось чуть сложнее, но всё ещё можно. Поэтому Драко продолжил, тщательно наблюдая за реакцией собеседницы. Только её реакция ему и оставалась. Потому что она единственная — закрытая книга, чьи мысли так просто не прочесть. Но так даже интереснее, когда не знаешь, куда давить, верно? Но иногда он всё же знал, даже без своего «дара» — зачем ученице понадобилась книга… из-за закрытой секции. Не похоже, что ты пишешь эссе Снейпу. Это бывает утомительно, когда ты знаешь, что тебе скажут и как собираются поступить. В итоге просто подстраиваешься под людей в какой-то мере. — Тебя это не касается. — Гермиона ещё секунду посмотрела на него колючим взглядом, которым она одаривала, как он заметил, исключительно мало людей. Он определенно входил в этот мысленный список неприятных Гермионе Грейнджер людей. Интересно, он там на первом месте? Или может, на втором, после Волан-де-морта. Впрочем, не важно. — Если тебе действительно интересно, то моё разрешение на посещение Запретной Секции у мадам Пинс. Можешь обратиться к ней, может она и тебе выпишет? Драко фыркнул, ему не нужно было ничье разрешение, ему нужна была её реакция. Её острая подколка в ответ. А она даже не подняла головы, продолжая что-то писать. Он подошёл ближе к столу и опёрся на него руками, даже успел вычитать что-то написанное её кудрявым стройным почерком. «Выползок весьма полезен в скорых шепотках на месть, поэтому если вас незаслуженно обидели или обманули, то обидчику на свежие следы можно…» Понятно. Старая книга захлопнулась. Драко смог увидеть название, подтверждая свои догадки. — Максимум, — начал он, усмехнувшись. — что ты сможешь наслать на человека, не читая оригинал, так это чирий на… — Отлично, Малфой, нашлю его на твой член. Для проверки работоспособности, думаю, пойдёт! С ней всё было непредсказуемо. Что-то новое каждый раз, потому что он не знал, что же чёртова-грязнакровка-Грейнджер выкинет на этот раз. — Молодые люди! — библиотекарша, ходившая между полок всё это время, появилась внезапно и прошипела что-то о прилежном поведении и недопустимости разговора на повышенных тонах, после чего пошла дальше. — Боже, — прошептала грифиндорка, а затем стала собирать свои пожитки. — Садись, Малфой, раз твоему особому интеллекту нужны определенные места для лучшей работы, то я уступлю. — Подколка на два из десяти, Грейнджер. Старайся лучше. — Драко сел на её место. Даже теперь, смотря на неё снизу вверх, он всё равно ощущал своё превосходство. За несколько лет он выучил её и знал, куда давить. По крайней мере, он так считал до недавнего времени. Она почти перестала реагировать, так что их мини-перегрызка глоток друг другу сейчас — что-то редкое, но, Мерлин, какое же необходимое. Хотя бы потому что… — Это жалость к выпускникам школ для особо одарённых детей, вас жизнь итак обделила. — Гермиона взяла книгу, чтобы отнести её обратно. — Сама Грейнджер считает меня «особо одарённым»? — его усмешка померкла под ехидным взглядом девушки. — Стоп, что ты имела в виду… Но Грейнджер уже отвернулась от него и направлялась в сторону Запретной Секции. — Что ты имела в виду, грязнокровка?! — почти прошипел он ей вслед. А иногда он ненавидел то, что не может читать её. Вот прям как сейчас, когда он не понимает, был ли это «комплимент» или его только что ткнули в грязь лицом, как умела только она. Наверняка, второе. Появившаяся мадам Пинс заткнулась на полуслове от взгляда слизеринца, лишь предупредительно покачала головой, намекая на тишину в библиотеке, и удалилась, оставляя Драко одного.

***