***
— Добро пожаловать, мистер Линдстрём. — Продавец поприветствовала Лили будто он здесь был завсегдатаем. — Вы сегодня с другом? — Да. С коллегой по работе. — Линде сжал руку на плече здоровяка и беспрекословно отвёл американца вглубь шоурума. — Посоветуйте нам что-нибудь на ваше усмотрение. — Боюсь, — девушка покраснела, — большинство вещей вам не подойдут. К тому же, они в единственном экземпляре. У нас попусту нет таких больших размеров. — Возьми с меня слово, что я буду жить вечно, потому что мои родственники разорятся на покупке гроба. — Питер усмехнулся. — Тогда давайте всё, что попадает под нужный нам размер. — Интересно, что она подумает про щуплого парня, который явился в магазин в компании мордоворота? — Вряд ли ей придёт в голову мысль, что я тебя снял. — Линде злорадно рассмеялся. — Нет, эти брюки слишком короткие. Давай попробуем что-то другое. — Он протянул Питеру следующий комплект. — Как тебе этот? — Зато этот намного дороже, поэтому сразу нет. — Задолбал, бл. — Линде снова ткнул в Питера костюмом. — Примеряй давай. — Слушай, а неплохо. — Питер даже рискнул убрать волосы с лица, чтобы рассмотреть себя куда более внимательно. — Нет, серьёзно. — Не думал, что это будет настолько просто. Только здесь явно чего-то не хватает. Например, часов? — Это уже слишком! Я не собираюсь носить Тиссот за полтора миллиона. Съебись, пожалуйста, с глаз моих. — Могу отдать тебе одни из своих. Я всё равно их не ношу. — Ладно. — Стил согласился через силу. — Так уж и быть.***
Питер расстался с Линде у ворот компании. Раут начинался через несколько часов, поэтому Стил решил убить время за прогулкой по набережной. И на сей раз он хотел сделать это в полном одиночестве. Побродив по мостовой, он кинул взгляд на свой автомобиль, представляя, как все огорчатся, узнав, что акционер ездит на такой колымаге и живёт в подвале. Умора. Но и Йонне, если подумать, всегда стоял в стороне от бизнеса своего отца. Это делает их с Питером похожими друг на друга в какой-то мере. Будет очень жаль, если его подозрения кто-нибудь развеет. — Прежде всего, нужно быть ебанутым на всю голову для того, чтобы хотеть работать в офисе. Деньги — говно, но вот власть… Я не понимаю, почему здравомыслящий человек так рьяно стремится к безграничной власти. Нереально всем угодить, и, что бы вы не делали, все равно кто-то да оскорбится. — Парень покосился на прохожих, замечая, что они смотрят на него. — Я что-то не так сказал? Видимо, выражение его лица было слишком вызывающим. Гуляющие прошли мимо, ускорившись.***
К вечеру уже стало понятно, что ему абсолютно плевать на всех и вся. Припарковавшись возле Айокки, он привлёк внимание гостей тем, что сбил мусорный бак, который, пролетев на приличной скорости через подъездную дорожку, врезался в раздвижные двери, рассыпая своё содержимое. Аарон, выходивший в тот самый момент из здания в компании какой-то девушки, вскинул бровь, перепрыгивая через гору мусора. — Я, конечно, слышал в прогнозе погоды о надвигающемся циклоне, но никогда бы не подумал, что он будет состоять из банановой кожуры и пластиковых бутылок. Привет. — Решил выйти из укрытия? — Питер посмотрел на пару с толикой недоверия. — Что-то в этом духе. Решил показать дочери миссис Майерс окрестности. Она у нас впервые. — Йонне насупился. — Кстати, я рад, что ты не уподобился рауту и не надел на себя превосходный костюм. — Твой брат потратил на меня порядочно времени в плане выбора образа. Надеюсь, он не пристрелит меня, когда увидит в том, в чем я обычно привык передвигаться по городу. Ты же ещё вернёшься, да? — Конечно. — Йонне вздохнул. — Рита хочет, чтобы я составил ей компанию, ведь мы не виделись чуть больше месяца. — Хорошо. — Стил кивнул. — Тогда… я буду внутри, если вдруг решишь провести своё время в моей компании. — Ага. — Аарон надел очки и, потянув за собой Майерс, скрылся за ближайшим поворотом. В помещении собралось более сотни человек. Питер поискал глазами Линде и, встретившись с ним взглядом, не придумал ничего лучше, чем спрятаться за пальму в горшке. Правда, та прикрывала лишь ½ его тела, поэтому молодой человек оставил попытку стать незамеченным. Линде же прикрыл глаза, выражая своим лицом ангельское смирение.