Всё равно ты будешь со мной

«Раз мы ненавидим что-либо, значит, принимаем это близко к сердцу»

Мишель де Монтень

      Рассказ немного затянулся. И когда возлюбленные осознали, что потеряли слишком много времени, быстро собрались и направились в сторону заднего двора — девушка чувствовала, что именно там сейчас находились её старший брат и любимые малыши. Заприметив их, молодая заклинательница тихо подбежала к ним со спины и, обняв обоих сразу же и поцеловав в макушки, с теплотой посмеялась.        — Простите, — проговорила она, — мы немного задержались.        — Юйла-ань!.. — Цзинь отвёл взгляд в сторону, ощущая на своих щеках горящий румянец.        — О чём это вы там так долго болтали? — в свою очередь, поинтересовался самый младший Лань.        — Ах… — Проклятая заняла место между своими любимчиками. — Мо Сюаньюй рассказывал мне, как извинялся перед тобой, А-Лин. Надеюсь, его извинение вышло сносным и искренним, и ты его простил.       Девушка краем глаза посмотрела на возлюбленного, что снова занял место напротив неё, рядом с Хангуан-цзюнем, и в её светлых, почти прозрачных глазах промелькнула хитрая искра. Вэй Ин не смог не заметить этого, и потому, хоть и желая обиженно надуть губки, помахал кистями рук и неловко посмеялся.        — Простил, — спокойно, хоть ещё немного и смущённо, сказал молодой господин Цзинь. — Его слова были немного нелепы, однако от них веяло искренностью.        — Вот как? — младшая Лань кивнула, довольная ответом. — Я рада это слышать. К слову, А-Лин, я хотела с тобой кое о чём поговорить.        — Что? — удивился юноша. — Со мной?..        — Да. Послушай, мы сегодня в ночь уходим по делам.        — Ты говорила об этом, да… — парень менее уверенно кивнул, понимая, к чему может клонить его наставница.        — Я очень хочу, чтобы ты остался в Гусу подольше, но пойми и меня правильно, ладно? Брат Сичэнь почти постоянно занят из-за поста главы ордена, Ванцзи уходит со мной, а дядюшка уже не в том здоровье, чтобы заниматься вами, — несмотря на спокойность голоса, в нём всё же были слышны нотки сожаления. — Ты, конечно, можешь позаниматься вместе с Сычжуем и остальными ребятами, вот только…        — …обязанности следующего главы оставлять сами на себя нельзя, — на выдохе произнёс Цзинь. — Я прекрасно тебя понимаю, Юйлань. Всё хорошо.        — Прости, А-Лин…        — Всё в порядке. Но! — он серьёзно, с лёгкой обидой в своих светлых глазах посмотрел на наставницу. — Как только ты вернёшься, сразу же заберёшь меня в Гусу и позанимаешься со мной!       Проклятая тепло и с огромной любовью улыбнулась, обняла своего малыша, поцеловав того в лоб, и погладила его мягкие и послушные волосы.        — Обещаю тебе, А-Лин, так и будет.        — А обещания ты свои сдерживаешь.        — Всё так, — она кивнула. — Веришь мне?        — Верю.        — Тогда я вызову Чэна, чтобы он вечером за тобой зашёл…       И тут же, выпрямившись, положила два пальца в рот и свистнула. На её зов прилетел сокол, осторожно заняв место на её надплечье. Птица держала в клюве чистый свиток, кисть и баночку с чернилами, что висела у него на верёвочке. Девушка погладила сокола по голове, взяла предметы и принялась за письмо. Многого писать Проклятая не стала, лишь то, что необходимо, коротко и ясно. После чего скрутила свиток и специальной верёвочкой обвязала его вокруг лапки птицы. Похлопав её по боку и дав вкусняшку, она вновь свистнула, отдавая тем самым просьбу отнести письмо в Юньмэн Цзян.        — Всё-таки поражаюсь тому, как ты легко общаешься с животными и как они тебя понимают… — прошептал Цзинь, с восхищением наблюдающий за данной картиной.        — Ты тоже сможешь это делать, — заметила девушка, — как только начнёшь понимать природу и разговаривать с ней на «ты».        — Папа… тоже так умел?..       Проклятая погладила своего малыша по волосам, кивнув.        — Да… Цзысюань тоже так умел, — она томно выдохнула, подняв взгляд к небу. — К слову, этот сокол принадлежал твоему отцу. Именно Цзысюань в первый раз прислал мне письмо с помощью него.        — Когда папа умер, сокол стал жить с тобой?        — Можно сказать и так.       Молодой господин Цзинь улыбнулся, несмотря на противоречащие, кричащие от боли чувства внутри груди.        — Я рад… — он поднял взгляд на наставницу. — Рад, что папин друг из природного мира теперь с тобой.       Младшая Лань подмигнула юному заклинателю, улыбнувшись шире.       Остальные, сидящие за столом, наблюдали и внимательно слушали их разговор, чувствуя внутри себя сожаление. В особенности эти чувства ощущал Старейшина Илин. В его серых океанах читались боль, страх и неприязнь, спроецированная на себя самого. Всё-таки… даже если Лань Юйлань и Цзинь Цзысюань верили, что Вэй Усянь не был виновен в том происшествии, именно Призрачный Генерал убил отца его племянника, а Призрачный Генерал был его прямым подчинённым.       Умело сведя разговор в другую сторону, Юйлань начала рассказ о своём последнем путешествии. Не о том, что именно она делала. А о том, что девушка видела на пути. Чаще всего, эти истории касались жителей природы, и каждая из этих историй несла в себе какой-либо поучительный урок. Её малыши не могли этого не понимать, поэтому всегда слушали Проклятую внимательно, иногда даже задавая какие-то уточняющие вопросы, однако всегда запоминали её маленькие истории, что, помимо всего прочего, были увлекательны. И всё благодаря умению девушки их рассказывать.       Вечером того же дня Облачные Глубины вновь посетил глава ордена Юньмэн Цзян. Как и в прошлый раз, парень держался прямо и гордо, строго, хоть и с кричащей любовью в глазах, смотря на младшую Лань, что встретила его самой первой.        — Значит, уходишь по делам? — поинтересовался Цзян.        — Да. Есть неотложные дела. И мне нужна будет помощь Ванцзи.        — Значит, позаниматься с А-Лином будет некому.        — Как видишь.        — Я тебя понял, — парень кивнул, выдыхая. — Я заберу его и займусь им. Однако, если я правильно тебя понимаю, как только ты вернёшься, сразу же заберёшь его в Гусу Лань.        — Всё верно.        — Хорошо. Как скажешь, — и перевёл взгляд на племянника. — А-Лин.        — Да, дядя… — вот только прежде, чем подойти к своему опекуну, молодой заклинатель остановился перед наставницей и посмотрел в её светлые, почти прозрачные глаза. — Юйлань…        — Время за делом пролетит незаметно, вот увидишь, — она взяла его лицо в свои ладони и поцеловала в кончик носа. — Оглянуться не успеешь, как я вернусь, и мы примемся за наши любимые совместные тренировки.        — Буду с нетерпением ждать! — юноша кивнул, тепло улыбнувшись.        — И помни: независимо от того, как я занята, я всегда приду на твой зов помощи, — и подмигнула ему.        — Я помню, да.       Проклятая потрепала паренька по волосам, после чего перевела взгляд на друга, однако в светлых, почти прозрачных глазах не было и капли тех теплоты и любви, которые лучились в её очах при взгляде на своего племянника.        — Чэн.        — Не бойся, я помню твои угрозы, касающиеся А-Лина и Пристани Лотоса, — хмыкнул глава ордена Юньмэн Цзян. — Я не настолько глуп, чтобы совершать подобные ошибки. В конце концов, ты из тех людей, что держат своё слово.        — Рада, что ты до сих пор помнишь этого.        — Подобного сложно забыть.        — Сочту за комплимент.       Парень в ответ лишь хмыкнул, прикрыв глаза. Этот жест означал, что он готов отправляться. И все присутствующие прекрасно это поняли. Именно поэтому младшая Лань обняла на прощание юного господина Цзиня, вновь поцеловала его в кончик носа и тихо прошептала: «Иди». Молодой заклинатель кивнул, также тихо попрощался и подошёл к своему дяде, вновь обернувшись к наставнице и, прежде чем взлететь на своём мече, помахал ей и всем остальным.       Как только представители орденов Юньмэн Цзян и Ланьлин Цзинь исчезли из поля зрения, девушка тяжело выдохнула, после чего повернулась к своему второму малышу. Проклятая подошла к Лань-младшему и, тепло улыбнувшись, взяла его лицо в свои ладони, слегка наклонив голову набок.        — Будь умницей, Сычжуй, — с любовью проговорила она. — Следи за остальными. Продолжайте тренировки и постарайтесь сильно не трепать нервы дядюшке, ладно?        — Ха-ха, Юйлань… — молодой заклинатель не смог не улыбнуться в ответ, кивнув. — Единственная, кто трепет дядюшке нервы, в нашем ордене — это ты.        — Ох… ну, зачем ты так при госте Ванцзи?.. — чуть тише сказала девушка, при этом посмеявшись. — За меня не стоит волноваться. Тем более, в этот раз я отправлюсь не в одиночку. Ни Ванцзи, ни, думаю, Мо Сюаньюй, не дадут меня в обиду. Я буду на поводке.        — Давай смотреть правде в глаза? Ты всё равно сделаешь так, как считаешь нужным, даже если Хангуан-цзюнь будет против.        — Как же ты меня хорошо знаешь, Сычжуй.        — Ещё бы, — он вновь отвесил кивок. — Будь осторожна, хорошо?        — Конечно.        — Если понадобится помощь, вызывай нас. Может, мы, молодёжь, ещё слабы, но подсобить своим старшим точно сможем.        — Хорошо, — младшая Лань привстала на носочки и поцеловала своего сына, потерявшего память много лет назад, в носик. — Я запомню это.       Лань Сычжуй, улыбнувшись шире, крепко обнял свою наставницу, сжав на её спине белые одежды, и тихо-тихо прошептал:        — Буду скучать…        — И я, мой маленький, — она погладила его по волосам, после чего, спустя несколько секунд, выползла из объятий парня. — Нам пора, Сычжуй.       Молодой заклинатель кивнул и, повернувшись к Хангуан-цзюню и Мо Сюаньюю, поклонился.        — Хорошего пути и… будьте тоже осторожны.       Средний Лань улыбнулся уголками губ, прошёл мимо ученика своей сестры, потрепав того по волосам, и встал рядом с девушкой.        — Не беспокойся! — на весёлой ноте проговорил Старейшина Илин. — С нами ведь Хангуан-цзюнь, так что ничего не случится. А деву Лань в обиду точно не дадим! — и, проходя мимо, он похлопал парня по лопаткам, занимая место по другую руку своей возлюбленной. — Отправляемся?        — Да.       Отвесив кивок и помахав своему малышу, Проклятая вызвала чёрную холодную дымку, с помощью которой они втроём переместились в нужное им место. По крайней мере, приближённое к тому, куда им следовало направляться.        — Значит, Цинхэ Не, — заметил Вэй Ин.        — По крайней мере, пока что рука Не Минцзюэ указывает туда, — проговорила младшая Лань. — Будем следовать её указаниям.        — И всё-таки… можно было отправиться и с утра, — хмыкнул её старший брат, первым начиная путь.        — Ничего страшного, — с лёгкой улыбкой на устах сказала девушка. — Немного прогуляемся в ночи, — и подняла взгляд вверх. — Ночное небо так же прекрасно, как и рассветное.        — С этим я поспорить не могу.        — Вот видишь.        — Интересно, кого же нужно благодарить за это? — наигранно с удивлением прошептал Старейшина Илин.       Представители ордена Гусу Лань посмотрели на заклинателя. Девушка посмеялась, а вот парень недовольно хмыкнул.        — Несмотря на всё, я всегда считал, что ты плохо на неё влияешь.        — Юйлань всегда была проказницей, — заметил Вэй Ин. — Ещё до нашего знакомства. Я лишь помог ей раскрыться, словно цветку под весенним солнышком. Не более.        — За это я тебе благодарен. За остальное — не от всего сердца. Один её сбитый режим чего стоит.       — Каким ты всё-таки становишься разговорчивым, Хангуан-цзюнь, когда речь касается Юйлань.        — Хмв…       А вот Проклятая засмеялась в голос, совсем не прикрывая рот ладошкой.        — Прошло тринадцать лет, а вы всё так же припираетесь друг с другом, когда дело касается меня, — проговорила девушка, хихикнув в конце.        — А я всё так же боюсь облавы старших братьев девы Лань, — заметил, усмехнувшись и подмигнув девушке, Старейшина Илин.        — Не беспокойся. Облавы со стороны старших братьев не будет.        — Точно-точно?        — Можешь быть в этом уверен. Ведь так, Ванцзи? — и посмотрела на старшего брата, а в её светлых, почти прозрачных глазах пробежала так любима им искра озорства.        — Да, — он кивнул, вновь хмыкнув. — Всё так.       Переглянувшись, Проклятая и Старейшина Илин посмеялись, правда, стараясь делать это как можно тише, чтобы не смущать своего старшего товарища ещё сильнее.       Их путь сопровождался лёгкими и непринуждёнными разговорами. Казалось, троица заклинателей вышла на обычную прогулку, а не на расследование дела, что помогло бы раскрыть им очень много тайн, вытащив на поверхность всю правду. Только вот разговоры закончились, как только в районе Цинхэ Не рука, всё это время ведущая их куда-то, неожиданно изменила своё положение. Это означало, что их цель находилась где-то поблизости. Где-то в Цинхэ Не. Как, собственно, и предполагала младшая Лань.       «Ну что ж… — пронеслось в голове Проклятой, как только её взору открылся небольшой городок. — Кажется, наше путешествие наконец началось», — а в груди вновь разгорелся огонёк, означающий лишь одно — добраться до всей правды, чего бы это ей ни стоило.