Чудеса (не) случаются

— Невероятно красивый сорт камелий, в скором времени они должны расцвести нежным розовым цветом. Кстати, этот вид обладает очень хорошей энергетикой… Юнги наблюдал за женщиной средних лет, что заворачивала ему в упаковку миниатюрное растение в горшке и мечтал, чтобы она делала это как можно скорее и не тратила его времени на пустые разговоры. Ему совершенно все равно на то, как, по ее мнению, важно поддержание энергетического баланса, и что каждый цветок по-своему воздействует на человека. Его волновал лишь один человек на данный момент, тот кто с нетерпением ждет его каждый день, и к кому он сейчас опаздывает уже на целых тридцать минут. Он надеялся, что Чимин обрадуется подарку и простит его за опоздание. Женщина наконец закончила свое дело и приняв купюру, напоследок спросила: — Так для кого же эти прекрасные цветы, если не секрет? Наверное, для девушки… Помню, как мне делали такие подарки в молодости… — мечтательно начала она. Но Юнги уже отходил от прилавка с новым приобретением и кинув слова благодарности, поспешил выйти наружу. Не хватало ему задержаться еще на тридцать минут, слушая рассказы продавщицы, такими темпами он и в больницу попасть не успеет.

В Сеуле только-только наступил декабрь и уже давала о себе знать быстро наступающая зима. К вечеру температура понизилась до -10°C и на город медленно опускались белые хлопья снега. Поплотнее запахнув свое пока что осеннее пальто, Юнги побежал в сторону стоящих машин такси, стараясь как можно меньше трясти пакет и не навредить хрупкому растению. В такси, устроившись поудобнее, он наблюдал за людьми, которые не спеша прогуливались по улицам и радовались первому снегу; за проносящимися мимо разными зданиями; магазинчиками, хозяева которых уже расставляли новогодние товары и оформляли помещения согласно тематике. Машина остановилась на светофоре и Юнги смог получше разглядеть державшихся за руки парня и девушку. Он невольно вспомнил, как когда-то они с Чимином точно так же гуляли по городу, не обращая внимания на косые взгляды прохожих. Те беззаботные дни, к сожалению, закончились. И не только из-за начала учебы Юнги на пятом курсе архитектурного вуза. Несмотря на то, что это его выпускной год и ему предстоит сдача важных экзаменов, а самое главное — финального проекта, над которым все студенты усердно трудятся эти годы, Юнги всегда нашел бы свободное время и обязательно провел бы его с Чимином. Но младшему вновь необходимо проходить обследования в больнице, из-за опухоли в головном мозге. Ее диагностировали еще год назад, когда ему было девятнадцать. Затем провели сложную операцию, на удаление больших частей опухоли. И теперь, спустя некоторое время, когда, по словам врачей, организм более менее окреп, нужно провести дополнительное обследование, чтобы определить степень злокачественности и возможность повторной операции. Из-за частого пребывания в больнице вместе с Чимином, где постоянно используют сложные медицинские термины, Юнги кажется, что он и сам скоро станет врачом. Тем не менее, все что касается Чимина, касается и его, и старший с радостью бы взял перерыв в учебе, чтобы всячески поддерживать любимого, но только Чимин был категорически против этой затеи, считая, что ради него не нужно рисковать своим будущим. Вот только Юнги рискнул бы всем и даже своей жизнью.

~~~

Войдя в больницу, Юнги сразу направился в зал ожидания, где пациенты встречали своих родственников и близких людей или же просто отдыхали и общались, сидя на небольших мягких диванчиках. Зная Чимина, он бы ни за что не ушел в палату, не встретив Юнги в этом зале. И в подтверждение своих мыслей, он улыбнулся, увидев, как его парень мирно посапывает на одном из диванов, свернувшись калачиком. Его очки съехали набок, а белая медицинская маска задралась чуть ли не на глаза. — Чимин… — тихо позвал Юнги. Он подошел ближе, и склонившись над ним, аккуратно поправил маску, убрал очки и запустил руку в светлые растрепанные волосы, мягко вороша их. — Чим-чим, малыш, просыпайся. Ты, наверное, устал меня ждать. Чимин медленно зашевелился и наконец разлепил свои сонные глаза. — Ты пришел? — спросил Чимин, потирая глаза, и приподнялся, чтобы сесть. — Пойдем в палату, у меня для тебя кое-что есть. Чимин встал, и прежде чем пойти, обхватил Юнги руками за талию, прижался головой к его груди и прикрыл глаза, все еще не до конца отойдя ото сна. Привыкший к таким действиям, Юнги обнял его в ответ и, как он часто делал из-за разницы в росте, положил подбородок на макушку младшего. — Тебя опять в универе задержали? — пробурчал Чимин где-то на уровне воротника от пальто. — Нет, — усмехнулся Юнги. — Сегодня я купил тебе небольшой подарок, вот и опоздал, извини. — Подарок? Что за подарок? — подняв голову, спросил Чимин со сверкающими от интереса глазами. — Ну вот ты и проснулся окончательно, — засмеялся Юнги. — Пойдем, надеюсь тебе понравится.

~~~

Чимину, как любителю живых растений, а еще всего маленького и милого, подарок пришелся по душе. Хотя, ему бы понравилось что угодно, принесенное или подаренное Юнги. Горшочек с закрытыми бутонами камелий нашел свое место на подоконнике, где ему будет достаточно солнечного света. А о том, будут ли о нем хорошо заботиться, переживать не следует, потому что Чимин теперь своего нового друга без внимания точно не оставит. Он вообще мало что оставлял без внимания и по возможности дарил свою доброту и заботу всем, будь то люди, животные или плюшевые игрушки. Он подолгу мог разговаривать с пожилыми пациентами в больнице и искренне интересовался их здоровьем даже больше, чем своим. Когда его спрашивали, как он себя чувствует, он всегда с улыбкой отвечал: «Мне уже лучше, скоро совсем поправлюсь». Он сам подбадривал Юнги, говоря, что вторая операция пройдет успешно, и он обязательно избавится от этой «штуковины» в голове, как он часто называл опухоль. Все, с кем он общался, сетовали на болезнь, что досталась такому прекрасному юноше в столь ранние годы, оборвав все планы и поставив под угрозу его жизнь. И Юнги был полностью с ними согласен. Зато Чимин, к удивлению всех, никогда не предавался унынию и печали, мыслил позитивно и был твердо уверен, что ему повезет, и операция, шансы успешного проведения которой едва достигали пятьдесят процентов, пройдет в его пользу. Смотря на Чимина, Юнги тоже заражался этой уверенностью, что все будет хорошо, и чтобы убедить себя еще больше, часто вспоминал прошлую, самую первую операцию. Тогда Чимину удаляли лишь часть его опухоли, чтобы облегчить болезненные симптомы. Врач предупреждал, что при любой операции, особенно при операции на головной мозг, есть большие риски, и какими бы опытными ни были специалисты, в любой миг что-то может пойти не так, или организм попросту не справится с нагрузкой. — И потом, сами понимаете, что произойдет, — говорил он. Юнги понимал. И очень этого боялся. Но тогда все прошло отлично и врачи успешно справились со своей задачей. Юнги посчитал это ничем иным, как чудом. Он, который по своей натуре никогда не был оптимистом, всегда ожидал худшего, но в тот раз все обошлось. Поэтому сейчас, решив отойти от старых привычек, он надеялся на лучшее. Надеялся на еще одно чудо.