Смерть без выстрела

Чистая белая рубашка, заправленная в джинсы, более менее вписывается в стиль студенческой формы. Волосы небрежно растрепаны, а на глазах подводка и тени, помогающие воссоздать образ студента. Пройти в здание универа получается без проблем, чему даже Намджун удивляется. А как же специальный пропуск и охрана? Видимо, у них такого нет — видят студента и ладно. Именно так и появляются несчастные случаи: терроризм, массовые расстрелы, возникновение поджога. Но сегодня он пришел не за этим. Есть же еще целый месяц, куда торопиться? В кабинете ректора он любезно представляется новым студентом. Ему удается узнать, что определенные занятия, такие, как лекции и семинары, будут проводиться в одной аудитории с Сокджином. Конечно, посещать пары он не будет, но эта информация будет полезна для кое-чего другого. Например, чтобы пересечься с ним после пары. Нужно выведать время окончания учебы Сокджина, а затем перехватить после универа. Ломать кости или избивать он не собирается. Ему бы поиграться, понять, что за плод этот паренек с пухлыми губами. И заодно «одолжить» телефон, чтобы пробить информацию. А пока Намджун направляется к стенду расписания, доставая телефон из кармана джинс. Этим миром правят технологии, было бы неразумно не воспользоваться этим. Досье с информацией о парне есть в электронном виде, поэтому нет нужды ехать домой. Это досье наконец нашло свое применение.

***

Будь сейчас выходной день, Ким мог бы валяться в постели и сейчас, когда время близится к обеду. Но на деле он сидит на паре по английскому и силится не заснуть прямо сейчас, пока глухой голос преподавателя монотонно отбивает по стенкам мозга. Прилежным учеником он никогда не был, но и полным раздолбаем тоже. Но сегодня явно не его день, он предпочел занятию просмотр фильма. На экране всплывает уведомление, загораживающее обзор, и Джин смахивает его, но, немного подумав, возвращается и вчитывается в сообщение. Папа вновь напомнил быть осторожнее. После вчерашнего переполоха Хонджун поставил своих людей в известность, а также приставил к младшему сыну трех охранников, которые должны ждать его на выходе из университета. Так никакие выстрелы не смогут его задеть, и Джин даже догадывается, почему пуля должна была прийти именно по его душу. Он сынок влиятельного человека, это многое решает. На простых смертных никто не станет затевать охоту — нет смысла. Мрачные мысли почти не мешают весь оставшийся день досматривать фильм и без зазрения совести пропускать информацию преподов мимо ушей. На выходе из аудитории он случайно врезается в чью-то грудь и тут же извиняется, пока отстраняется от незнакомца, сжав широкие плечи напротив. Тонкий шлейф мускусного аромата врезается в легкие, Джин на секунду наслаждается им, прикрыв глаза, и даже не замечает, как из заднего кармана джинс пропадает телефон. Вспомнив, в каком он положении, Сокджин резко разворачивается и спешно удаляется в сторону выхода. Не хватало еще в открытую разнюхивать парней. Да он с неожиданности даже взгляда на студента не поднял. Но его пропорции тела явно крупнее обычных студентов, — то, что Джин мысленно отметил у себя в голове. Появилось чувство, словно он встретится с этим парнем не один раз. На следующий день их встреча повторяется, чему Сокджин в некоторой степени рад. Приятный мускусный запах прочно осел в легких, Ким его запомнил. А потому, когда перед глазами появляется новое лицо и приятным для ушей голосом представляется Ким Намджуном, студент вздрагивает, сердце учащает свой ритм, отчего он прикладывает руку к груди, резко выдохнув. Там неспокойно, непослушный орган так и норовит пробить ребра изнутри. — Ты вчера так сорвался, — мило улыбается, — и телефон выронил. Держи, — он протягивает потерянный телефон студенту, который выглядит рассеянно. Он и вправду так позорно убежал, словно сам дьявол пришел по его душу. Неудивительно, почему выронил телефон, хотя прежде такого не случалось. — Спасибо. — После возникает неловкая пауза, и Джин потупляет взгляд. На дальнейшее предложение прогуляться после тяжелого дня он поднимает голову и удивленно вскидывает брови. Они же знакомы всего ничего. Сокджина преследует чувство, что он может довериться этому мужчине. Прогулка это не так серьезно, всего лишь недолгое времяпровождение. Но дело в другом: недавно появившийся знакомый чересчур обходительный, от него веет вежливостью и ненавязчивой осторожностью с тем, чтобы не быть слишком заботливым в своем желании стать ближе, — это вселяет некоторые сомнения на его счет. Как может сторонний человек так быстро привязаться, требовать к себе внимания? Сейчас уже не тот юношеский возраст, когда можно бегать за объектом симпатии, делать подлянки, лишь бы обратили внимание. Они взрослее этого, и методы у них должны быть другие. Именно поэтому немного подозрительно внезапное внимание мужчины. Но Сокджин не может отрицать, что ему это не нравится. И лестные речи, ласкающие слух, нравятся, и легкие прикосновения к спине, талии, пояснице — тоже. С Намджуном вечер пролетел незаметно, вот уже тучи сгустились над городом, перекрывая закатное солнышко, и день близится к своему завершению. Они забрели так далеко, что даже Джин не имеет понятия, где они оказались. Придется заказывать такси. — Встретимся в следующие выходные? Мы можем сходить в ресторан или же просто прогуляться, — неискренне улыбается Намджун, что больше похоже на кривую ухмылку, скрывает это, когда целует тыльную сторону ладони, поднеся к своим губам. Никакого сопротивления нет, поэтому он мягко тянет руку на себя, и студент оказывается в его объятиях. Они такие же ненавязчивые, как и присутствие здесь Намджуна. Ложное чувство того, что все должно быть так и никак иначе. — Я не против, — Ким пристраивает подбородок на плече мужчины. — Напиши мне время по переписке. У тебя же есть мой номер? — Есть. Спросил у твоих однокурсников, — наперед отвечает на предсказуемый вопрос, увидев сомнение во взгляде студента. Сокджин все еще считает подозрительным факт, что этот парень появился на следующий день после выстрела по колесу и что вообще ошивается рядом. Что же еще ему известно? Но могло быть простым совпадением, а вопрос про номер Ким задал чисто из интереса. Мнительность Кима играет с ним плохую шутку, особенно в связи с покушением на его жизнь, — он уверен, что по-другому это и не назвать. — До завтра, Сокджин, — он вдыхает запах темноволосой макушки, а затем отстраняется. — Буду ждать встречи, — и смотрит в глаза так проницательно, что студент вздрагивает. Табун мурашек проходит довольно скоро, и он берет себя в руки, не дает показать ненужные эмоции. Например, растерянность и опасение.

***

— Ты еще не закончил с этим? — небрежно спрашивает заказчик, постукивая пальцем по золотым часам. — Уже прошла неделя, Намджун! Не думал, что ты будешь возиться с мальчиком так долго. Отчего же я дал тебе месяц? Ах, точно! Ты постоянно в запое. Может, мне передать это дело в другие руки? Более трезвые, мм? Не думаешь? — Не думаю, — холодно отвечает наемник, склоняя голову набок. Тон смягчается, все-таки нелюбимый, но работодатель, и он продолжает спокойнее: — Употребить время от времени Вы тоже можете. Намджун проводит кончиками пальцев по белой аккуратной стопке бумаг и поднимает хищный взгляд драконьих глаз. С ним нельзя играться в «хочу не хочу». Если он взялся за дело, то доведет его до конца. Это его работа, за это платят. Деньги сейчас решают все: достанется ли «взаимность» от человека, достанется ли приглянувшееся тело, да даже обыкновенное положение в обществе. Несомненно, именно высокое положение. Шли дни, и Намджун продолжал видеться с Сокджином. Дни… как же это утомительно звучит. Еще никогда прежде ему не приходилось так долго ходить вокруг да около, чтобы добиться своей цели. Не приходилось так тщательно пытаться завоевать доверие. Может, детство в одном месте заиграло, раз хотелось с азартом вести эту игру. Студент же постепенно подпускал ближе к себе. Но это не настолько близко, сколько далеко. С неприступной крепостью «Ким Сокджин» даже оставить легкий поцелуй на щеке или обнять за талию — уже радость. Тот знает себе цену, не позволяет руки распускать. Намджуну такие нравятся: уверенные, способные постоять за себя и немножко побрыкаться. Разумеется, для вида. Ну, как можно не захотеть его — такого горячего и при деньгах? Раздутое эго не дает о себе забывать, и Намджун не думает, что один из семи человеческих пороков может повлечь его на дно. Немного флирта, и этот красавчик уже соглашается пойти с ним на свидание. Разумеется, с негласным продолжением. На Сокджине ярко-красное пальто с такого цвета шарфом и черными джинсами. Выглядит утонченно, алый цвет привлекает внимание драконих глаз, действует словно красная тряпка для быка, — резко возрастает желание прикоснуться, почувствовать ближе, собственноручно снять лишнюю одежду. — Где обещанный банкет? — вопрошает студент, изогнув бровь, когда его талию крепко обвивают чужие руки, и носом зарываются в макушку. Бесспорно, Сокджину приятно, но он задал вопрос. — Прямо здесь, — хрипло шелестит в самое ухо, оставив на мочке недолгий поцелуй. — Мы пришли. Иногда Сокджину кажется, что его мысли и действия не всегда совпадают. Только недавно он хотел насладиться свиданием и культурно провести время в компании этого мужчины, мило побеседовав, но теперь ему кусочек сочной курицы поперек горла встанет. И все из-за Намджуна и его прикосновений. Голод пропал, появилась другая потребность — в жарком теле напротив. Оно, определенно, таковóе, ибо кто будет наблюдать за тобой, толкая язык в щеку и периодично облизывая губы, демонстрируя свой голод? Животный голод. С каких это пор начало тянуть к Намджуну, он не понимает. Может, с их первого поцелуя? Да у Намджуна просто аура располагать к себе. Милая улыбка, вежливые ухаживания — все, Сокджин готов. Готов расплавиться, но этого никогда не покажет. Лучше спрячет свои эмоции и театрально помотает головой в очередной раз на намджуновский комплимент. Потому что неловко. Потому что смущает. Подозрительность въелась под кожу шипами, предупреждающе колит сердце, когда Джун подбирается к нему все ближе. Но Сокджин игнорирует это, прямо как сейчас, запивает беспокойство терпким вином, поглотив его в два больших глотка. Может некультурно, одна непослушная струйка белого вина змейкой исчезает в вороте темно-алой рубашки, под которой сердце забилось чаще. Лучше заглушить это, слишком больно от колючек, которых он сам для себя возвел. И для чего? Намджун ему никакая не опасность. Второй бокал мягко забирает из тонких пальцев Намджун, откладывает его в сторону и тянет за ладонь, просит подняться. Студент поднимается, льнет ближе и обнимает за шею, пока его ведут на выход. Момент езды прошел как в тумане, Сокджин тихо сидел справа от водителя, в открытую пялясь и даже не удосужившись взглянуть на дорогу. Ну а вдруг его в лес везут? Сейчас вообще не важно куда, если Намджун будет с ним рядом. Все вещи с тумбы и полок нещадно дрожат и грозятся рухнуть вниз, когда Намджун толкает в их сторону парня и следом зажимает его собой. Его тело подкаченное, рельефное, Сокджин ощущает это каждой клеточкой своего собственного тела и ему нравится. Руки лихорадочно бродят куда дотянутся, дыхание стало затрудненным. Воздух вокруг них сгустился в несколько раз, или же это просто помутнение рассудка. За ночь они облюбовали все уголки квартиры, вытворяли невозможное, и Сокджин был необычайно горяч. Не сказать, что он очень опытный, — опыту попросту неоткуда взяться — но горячий это точно. Он жар-птицей окутывал Намджуново тело, просил к себе ласки, осторожными поцелуями взывал к продолжению, раз за разом заставлял своими действиями разливаться тепло внизу живота. Это его первый раз — одна из причин, почему он с таким подозрением относился к Намджуну. Боялся подпустить к себе и боится до сих пор. Вдруг обидит его, сбежит. Весьма предсказуемо. Чего еще ждать после свидания и секса, следующего сразу за этим? Неконтролируемое чувство тревоги накрывает с головой. Что-то явно должно произойти и это что-то очень плохое. Все эти проблемы и переживания настигают Сокджина уже в постели, когда он укладывает голову на грудь мужчины. — Не оставляй… — невнятно бормочет, лицом уткнувшись в крепкую грудь. Намджун, затаив дыхание, слушает, и поглаживает мягкие волосы. — Даже если это только на эту ночь, ты ведь не оставишь меня, Намджун? Не оставишь? — Засыпай, Сокджин-и, ты очень вымотался, — склизко уходит от ответа и заваливает парня на бок, дотягивается до одеяла и укрывает обоих. — Спи крепко. Завтра предстоит тяжелый день. — Почему тяжелый? — сонно хрипит. — Работа всегда сложная, поверь мне, — вздыхает Джун, поглаживая по спине. — Сам ведь знаешь. Универ это та же самая работа, там много ответственности. Не мне говорить тебе об этом. Бархатный голос и вибрация чужого тела усыпляют очень скоро, Джин не пытается сопротивляться сонным объятиям.