Дневник моей девушки

Воскресное утро никогда ещё не было таким тяжёлым. Бремя, которое упало на мои плечи, я не в силах нести. Мой мир рухнул, сердце сжалось в груди, и кажется, будто оно больше не бьётся. Я чувствую невыносимую боль последние пару суток, ещё никогда мне не было так плохо. Эти два дня я ничего не ел, у меня еле хватает сил, чтобы подняться с постели, но сегодня я обязан быть сильным. Сегодня.. Я чувствую, что возненавижу этот день до конца своей жизни. Сегодня хоронят мою любимую, хоронят меня самого. Она умерла два дня назад, 2 декабря, в день нашей годовщины, покончила с собой. Той страшной ночью мне позвонила её мама, я полусонный поднял трубку, и от услышанного впал в ступор. - Она умерла. Слышишь меня? Она умерла! Покончила с собой. Я нашла её в набранной ванне со вскрытыми венами. - Чт..что? Как умерла? - Ты оглох? Она убила себя! - кричала в истерике мать моей возлюбленной. - Когда похорон? - спросил я дрожащим голосом. - 5 декабря. К обеду её привезут домой, приходи попрощаться. - После этих слов раздался телефонный гудок, и я понял, что на том конце линии бросили трубку.      Я ещё долго не мог прийти в себя. Неужели это правда произошло? Моя милая, моя светлая, с большими детскими глазами и самой прекрасной улыбкой, милыми щёчками и рыжими волосами, убила себя.. Чем больше думаю об этом, тем хуже мне становится, словно кто-то пережимает горло, не давая воздуху поступать, и я задыхаюсь, задыхаюсь от этой боли.      Той ночью я так и не заснул, всё думал о том, что виноват в её смерти, что мог предотвратить это. Мог, конечно мог, но не сделал. Я ведь знал, знал что это может случиться. За два года наших отношений у неё были попытки самоубийства, но всё как-то обходилось, она ведь не умирала, она ведь была со мной. Всегда была рядом. Где же она сейчас? Почему не со мной?!  Я хочу чтоб она была рядом, хочу вдыхать её запах волос, обнимать её, прижимать к себе, пока она греет свои холодные руки об мою спину. Просто дайте мне её! Дайте мне её обнять, я обещаю быть самым лучшим, я всегда буду рядом, я никогда её не обижу, просто верните мне её... Меня сильно трясло, так обычно дрожат от холода, но тогда ни одно одеяло не согрело бы меня.      Всё то же клятое воскресное утро. Проснувшись я не вставал с кровати. Мне страшно. Я понимаю, что пройдёт ещё несколько часов, и я окажусь на кладбище, на коленях у свежей могилы, не в силах подняться.      На часах уже 11:00. Пора одеваться. Я надел свою чёрную рубашку, брюки, подошёл к зеркалу, и взглянув на своё отражение снова заплакал. Урод, чёртов урод, что не смог уберечь свою девочку от гибели. Не смог защитить даже от самой себя. Мне ненавистно собственное отражение. Ненавистны губы, которые она целовала, глаза, в которые она смотрела с нежностью, мне ненавистна каждая клеточка моего тела, я просто омерзителен. - Чем больше я рассматривал своё отражение, тем больше изъянов видел. Красные, опухшие от слёз глаза, тёмные круги под ними от недосыпа, грязные неуложенные волосы, отросшая щетина - всё это добавляло мне ещё большей омерзительности. В один момент гнев начал переполнять моё тело настолько, что я не выдержал, и ударил в зеркало кулаком. Тело пронзило жаром, затем острой болью, пока я не понял, что разбив зеркало повредил руку. Некоторые осколки вонзились в мою кожу, от чего были болючие раны. Кровь стекала с кулака, и капала на пол. На какое-то мгновение мне неожиданно стало легче. Хаха, чёрт возьми, я чувствую боль, но она другая. Не та, ноющая, травящая душу боль, а другая, такая живая, такая приятная. Повытаскивав осколки из руки, и забинтовав её, я понял что сегодня за руль не сяду, и нужно будет идти пешком, так что пора выдвигаться. 12:00 Подходя к её дому у меня начали трястись колени, но сцепив зубы я всё же осмелился зайти. В зале была убрана практически вся мебель, самые близкие родственники стояли по кругу комнаты, оставив место по центру для гроба. Я не выдержал, и решил выйти на перекур. От курения на голодный желудок меня затошнило, от чего стало ещё хуже. Малознакомый мне человек, что стоял рядом и тоже курил, заметив моё состояние предложил присесть. Во дворе их дома стоял столик и скамья, на которую я присел с незнакомцем. По прошествии пяти минут к воротам подъехал катафалк. В груди всё замерло. Четверо крепких ребят занесли закрытый гроб в дом, я понимал что самое время вернуться туда, но делать этого не хотелось.      Собрав волю в кулак, я всё же вошёл в дом. Родственники плакали, работники ритуальных услуг открывали крышку гроба. И тут я увидел её... В прекрасном свадебном платье, она лежала в этом гробу, словно живая, словно просто спит. Я плакал. Она прекрасна даже в гробу. Господи, какой же красивой невестой она была бы. Помню как мы вместе мечтали о свадьбе, о том, как будем жить вместе, и всё у нас было бы хорошо. Но не будет...      Тонкое круживо рукавов немного просвечивало, от чего было видно её недавние порезы. Она часто причиняла себе боль, а я дурак не обращал внимания. В последнее время не реагировал ни на что. Её истерики, порезы, панические атаки, скандалы дома - ко всему этому я привык. Я был уверен, что ничего не изменить, и только сейчас понимаю, что даже не пытался. Нет мне оправданий. Молча стоя в углу комнаты, я смотрел, просто смотрел на неё, пока сердце выло от боли. Мне так хотелось её обнять. Такую маленькую, такую холодную, беззащитную. Я бы согрел её, как сотни раз до этого согревал, но больше не смогу. Я никогда больше не прикоснусь к ней, никогда больше её не увижу..      Кладбище. Холодная погода декабря. Людей на удивление было много. На похороны пришло много знакомых из колледжа, некоторые бывшие одноклассники, родственники, друзья...      Когда пришло время прощаться, мы выстроились в ряд, и подходили по- очереди целовать её в лоб. Дошла очередь и до меня. На ватных ногах я подходил к ней, пока слёзы стекали по моим щекам. Склонившись над гробом, я понял что это всё, конец. Моё тело затряслось, словно в припадке, я стоял и плакал над ней, моя любовь лежит предо мной бездыханна, я виновен, и буду винить себя в этом до конца своих дней. Мозг был словно в тумане, я и сам не заметил, как меня увели в сторону, и начали опускать гроб. Я готов был взвыть от горя, лечь в могилу вместо неё, лишь бы она жила. Люди понемногу расходились, но я решил дождаться, пока всё закончится. Не помню сколько сигарет скурил, опомнился лишь когда потянулся за очередной, но в руках была пустая пачка. Помутнение в глазах слегка спало, когда я понял что всё закончилось. Передо мной был небольшой холмик нагорнутой земли, я встал на колени рядом, и молился. Молился, хотя никогда раньше не верил в Бога. Я плакал, кричал, просил прощения, но понимал что любимая меня не слышит. Никогда раньше я не испытывал таких чувств, такой боли от потери близкого человека, я ведь никогда никого не терял. Но сегодня, сегодня вместе с ней я потерял себя.      В полубреду я поймал такси, не помню даже как доехал домой, меня вырубило на диване, было так плохо, что даже не смог дойти до кровати. Но даже во сне я не мог думать ни о чём другом, кроме неё. Её больше нет... ***** 9 декабря. С момента похорон прошло 4 дня. Пару дней назад я наконец-то смог нормально поесть и привести себя в порядок, но легче мне отнюдь не стало. Моя любимая приходит ко мне во снах. Мы с ней гуляем, ездим на море, катаемся по городу, пьём вместе кофе, - делаем всё то, что делали раньше. И всё так хорошо, будто она и не умирала вовсе, будто всё что мне снится - реально, а реальность где её нет - просто страшный сон. Я всё готов отдать, чтобы это стало правдой. Моё сознание путается, иногда мне даже кажется, что я схожу с ума. Сегодня я решил поехать на кладбище, навестить её могилу. Рука всё ещё болит, но я сел за руль. Иногда вождение машины меня успокаивает. По дороге туда решил заехать в цветочный, и купил 16 роз. Красные были её любимыми.           Сегодня весьма холодно, на кладбище стоял такой густой туман, что можно было заблудиться, но узкая тропинка сама вела меня куда нужно. Когда я пришёл, то увидел, как у надгробья стояла большая белая собака, чем-то похожа на волчицу. Я испугался, что она может напасть, но та стояла неподвижно и наблюдала за моими действиями. Я положил букет роз на могилу, и решив закурить присел на корточки. Тогда меня посетила идея, что здесь не мешало бы поставить лавочку, так как приходить сюда я буду часто. Неожиданно собака подошла и села возле меня. Мы долго сидели рядом, смотря на мраморное надгробие. На нём, чёрным по белому было написано: Аннет Майер 15.12.2004 - 05.12.2021       "Моё солнышко немного не дожила но своего дня рождения, ей было бы 17 лет." - сказал я, посмотрев на собаку. Та грустно посмотрела на меня, и слегка заскулила. Начинал моросить дождь, я продрог и решил что пора уходить, хватит на сегодня. Собака пошла за мной аж до самой машины, и когда я открыл водительскую дверь, она запрыгнула внутрь и перелезла на пассажирское сидение рядом. Я решил, что раз так, оставлю её себе, у меня как раз нет собаки. Взглянув на неё ещё раз, кличка придумалась сама собой. - Аляска, теперь тебя будут звать Аляска. Добрая пушистая морда смотрела на меня так, словно всё понимает. Мы приехали домой, я впустил её внутрь, а сам направился в комнату прилечь. В последнее время меня утомляет любая мелочь, сил нет ни на что. Я лежал в полной тишине, и смотрел в потолок, как неожиданно меня осенило, словно кто-то ударил по голове. Я вспомнил о том, что в день нашей годовщины Ана сделала мне подарок, и попросила не открывать его, пока не уйдёт. Ах если бы я только знал, что когда она уйдёт, то больше никогда не вернётся, я бы не выпустил её из дома, я бы сделал что угодно, лишь бы она не убивала себя. Если бы я тогда только знал...      Поднявшись с кровати я залез в шкаф, где лежал её подарок. Красивая золотая обёртка и милые ленточки, она всегда красиво упаковывала подарки, даже если это была какая-то мелочь. В этих мелочах она по особенному проявляла себя. Честно говоря, самому себе было страшно признаться, но я не хотел открывать подарок, ведь понимал - что бы то ни было, оно будет напоминать мне о ней каждый день. Пока я разрывал упаковку у меня дрожали руки, и наконец открыв подарок, я увидел перед собой блокнот. Обычный такой, белого цвета, без каких либо надписей и рисунков. Открыв его меня ждала записка, я сразу понял что написана она её рукой - почерк был маленький и аккуратный, буквы круглые и все одинаковые, мне нравился её почерк. Да что говорить, я любил всё в ней, всё что она делала - для меня становилось шедевром. Помню как-то раз сидели мы в кафе на крыше, пили кофе, и пока я отошёл, она успела сделать сердечко из салфетки. Это было так мило, в её руках даже салфетка могла стать чем-то прекрасным..      Я рассматривал записку, боясь её читать, там явно было что-то связано с её смертью, и больше всего мне было страшно узнать о том, что я главный виновник. В некоторых местах бумага слегка поморщилась, как я понял это было от слёз. Сердце бешено колотилось, я начал читать: "Привет Алекс. Если ты это читаешь, скорее всего меня уже нет в живых. Но я бы хотела тебе кое-что рассказать. Тебе кажется, что ты хорошо меня знаешь, но боюсь что это не совсем так. Этот блокнот - мой личный дневник, который я вела на протяжении наших отношений, и некоторое время до них. Здесь много разделов, много мыслей, я писала здесь всё то, что рушило меня изнутри все эти годы, всю мою жизнь. Ты можешь сжечь его, не прочитав и строчки, а можешь прочитать всё, и узнать обо мне то, что возможно не знает никто. Дело твоё.      Этот мой поступок, самоубийство.. Плохой, я знаю. Я не подумала о друзьях, о родных мне людях, о тебе. Но знаешь, я поступила так, как обычно поступаете вы. Никто из вас не думал обо мне так много, как я обычно думала о вас. Мне всем хотелось помочь, быть чем-то полезной, нужной, приносить счастье и радость, но вы понятия не имели, как больно мне было тогда. Никто из вас не знает меня. Никто. Прости что убила себя, но я не могла по другому. Я хочу чтоб ты знал, что я тебя правда любила, и если тот свет существует - то даже находясь там я буду тебя любить. Я доверяла тебе, не так сильно, чтобы раскрыть всю душу, но зато теперь ты сможешь узнать обо мне всё. Этот блокнот - почти что книга моей жизни, и он твой... 02.12.2021. Твоя Аннет."      Дочитав записку я закрыл лицо руками. Щёки горели, глаза слезились, мне хотелось закричать: "Дура! Неужели так сложно было мне всё рассказывать, неужели обязательно было доводить себя до самоубийства! Какая же ты дура, Аннет! Что же ты наделала?! Я же теперь возненавижу себя, и буду ненавидеть каждый день, за то, что виноват, за то, что не уберёг тебя!" Как же мне стало больно.. Конечно я чувствовал вину, а как по другому.      Немного остыв я задумался об этом ещё раз, вспоминал всё, что происходило, анализировал свои действия, как вёл себя с ней, что говорил. Дурак, какой я всё-таки дурак. Сколько раз она мне говорила о смерти, сколько раз приходила ко мне вся в порезах, я ведь не мог смотреть на её раны, а потом привык. Она просила не обращать внимания - я и не обращал. Я свыкся с её шрамами, её ранами. Чёрт возьми, а! Я же вёл себя как скотина последняя, она ведь и решила что мне плевать! Гад, сам себя бы удушил да сил не хватит.      В тот вечер дневник её читать я не решился, был не готов. Подоедав всё, что было в холодильнике, и кинув собаке кусок хлеба, я с камнем на сердце лёг спать.      Ночью я проснулся в холодном поту, мне снилось то, как она убила себя. Её нежный образ, в кровавой ванне, с перерезанными венами, стоял у меня перед глазами, даже когда я протёр их. Я решил позвать Аляску, которая спала в коридоре, и на удивление собака откликнулась мне. Она запрыгнула на кровать, и уткнувшись лицом в её белую шубу я заплакал. Где-то через час мне всё же удалось уснуть, и к счастью больше ничего не снилось...