тот март, когда я влюбился

Сонхва вымотан, его ноги еле передвигаются, таща медленно своего хозяина в холодную, пустую квартиру, где единственным живым существом будет он сам. Тело ломит жутко, на запястьях наливаются цветом синяки, ребра болят от множества ударов по ним, и Сонхва медленно покидает реальный мир, что полон боли и разочарований, пока растянутая футболка спадает с плеч, оголяя бледную кожу. Пак привык, что ему никто уже не поможет, что единственный, кому он может доверить себя – это он сам. Тёмные волосы липнут к спящему лицу, заставляя парня морщиться сквозь дремоту. Он грязный, использованный и никому не нужный. Его тело годится только для удовлетворения животных потребностей каких-то отморозков в подворотне. Ему это ясно дали понять. Сонхва сворачивается калачиком на слишком широкой для одного человека постели, и тихо еле слышно срывается на слёзы, что горячими каплями стекают по прекрасному лицу, что совсем недавно озаряла солнечная улыбка. ^^^ Пак счастлив, он идёт со своим драгоценным возлюбленным домой после тяжёлого дня. По асфальту прыгают и разбиваются крупные, но редкие капли дождя, образуя небольшие лужицы вдоль бордюра. Минги держит его крепко за руку, сворачивая за темный угол, дабы защитить своего парня в случае чего. Так верит Хва, пока крепкие руки на толкают его на холодную мокрую землю. Бабочки в животе сменяются на неприятное покалывание и расползающийся по телу противной патокой страх. Юноша смотрит снизу вверх, как над ним склоняется Сон и ещё один – неизвестный Сонхва мужчина. Удар в лицо прилетает, стоит ему открыть рот, а Пак слишком шокирован, чтобы защититься. Крепкие руки бывшего, кажется возлюбленного поднимают вверх, пока на лице второго расползается гадкая ухмылка, а сам мужчина стягивает с него совсем новые, широкие джинсы. Грязно, противно и больно. Хва плачет, прося прекратить, когда чувствует чужой орган упирающийся в собственную задницу. Минги давит на плечи, поворачивая к себе спиной, пока его соучастник держит тонкие запястья за спиной. В лицо брюнета утыкается ещё один стоящий член. А дальше как в тумане. Хва не чувствует ни боли, ни обиды, он в слезах давится, пока его тело используют грязно, будто игрушку для подобных занятий, в нем угасает каждую секунду вера в то, что у Минги хоть какие-то чувства были. Он дышит тяжело, когда мужчины уходят. Щёки красные, как и глаза от количества слез, волосы спутались, всё в грязи и сперме, в уголках губ кровоточащие ранки и уже запекшаяся кровь, одежда стянута, местами растянута или порвана. Пак лежит, пытаясь найти в себе силы, чтобы подняться, набрать полицию или хотя бы такси, но он уже не в состоянии. ^^^ Задницу саднит больно, потому что юноша опять неудачно перевернулся на кровати в куче одеял и подушек. Он не выходит из дома уже несколько дней, потому что знает, что не сможет ходить в университет, где, вероятно, уже каждая собака знает о случившемся. Он не обращался в полицию, не писал заявление, он потратит много сил, времени и денег впустую, а если его не докажут, что он жертва, то ещё и штраф платить придется. Хва просматривает общий чат их группы, где ранее написал, что не сможет посещать занятия в связи с болезнью. Пак же и не учится толком, а осведомил лишь для приличия, поэтому его и там искать не будут. В холодной квартире пусто и одиноко, тишина разъедает, кажется, мозг, заставляя сонхва прислушиваться с стуку собственного сердца, еле слышным ударам дождя по зашторенному стеклу и собственному дыханию. Резкий стук в дверь вызывает неизвестный испуг, стоит ему отлететь от стен. Стены картонные, так что сразу ясно становится, что не к нему стучат, возможно, в квартиру напротив, но не в его. Звук был бы громче. Интерес от чего-то поселяется в сердце тягучей патокой, заставляя подняться с кровати и подойти к двери. Хва на голову натягивает одеяло, кутаясь в него. По ногам холод бежит из открытых окон, мокрые волосы падают на лицо, он наконец-то нашел в себе силы сходить в душ. У квартиры напротив Пак видит парня, со спины не скажешь, сколько ему, но по широким джинсам и свитеру можно сделать вывод, что он молод. Новый жилец? Не может быть. Там живёт добрая женщина, не такая старая, так что помереть не могла, а выезжать никогда не планировала. Тогда сын? Или внук. Вполне возможно. Сонхва ловит себя на мысли, что хотел бы познакомиться с этим парнем, вот только разговаривать с кем-либо нет и капли желания. Ему все ещё мерзко и противно от самого себя, чтобы показаться кому-то. Проходит минута, две. Юноша по-прежнему смотрит в глазок, не замечая, что дверь напротив уже открыта, женщина обнимает гостя, указывая после на квартиру Сонхва, кажется, она хочет их познакомить. И верно. Он поворачивается, делая несколько шагов вперёд, и стучится в дверь. Рука Хва сама тянется к замку чтобы повернуть оставленный там несколько дней назад ключ. Парень вне квартиры тянет на себя дверь, распахивая ту, а Пак готов умереть на месте от чужой яркой улыбки во все тридцать два. - меня зовут Ким Хонджун, здравствуйте! – и это выбивает Сона из колеи окончательно, что он падает, не успевая за что-то схватиться. ^^^ – «я буду у тебя к пяти» Сонхва переслушивает голосовые, сообщения от своего бойфренда улыбаясь широко. – эй! Сегодня моя очередь готовить! Ким смеётся на возмущение возлюбленного, ставя поднос с едой старшему в постель. – смотри сколько звёзд! Они все отражаются в твоих глазах. Хонджун указывает в небо, после сцеловывая капли воды с чужих красных щек. – я люблю тебя и попкорн. Младший поднимает все ещё худого Сонхва, усаживая на подоконник на кухне их общей квартиры, под светом жёлтых огоньков висящей гирлянды целуя нежно. – давай на новый год поедем кататься на лыжах? Сонхва лежит на чужой, крепкой груди, вырисовывая узоры на той, пока чужая рука нежно перебирает собственные розовые пряди волос, а лба касаются чужие теплые губы. – я скучал. Губы касаются чужих, аккуратно целуя, но стараясь передать как можно больше нежности и трепета. Хонджун наконец-то вернулся из командировки, что длилась мучительно долгие две недели. – ты станешь моим мужем? И Сонхва роняет из дрожащих как в лихорадку рук букет разноцветных гипсофилов, когда младший встаёт на одно колено, склоняя голову немного в бок, в руках держит открытую бархатную коробочку с колечком из белого золота.