Тату под кольцом

- Всё, хватит. Ты уже в стельку, - начал бормотать Мин, тащя Хвана в отель рядом с морем. - Я хочу обратно туда. Там весело, - оглядывался тот назад. - Хёнджин! - бросил на него злой взгляд. - Лан, - вздохнул Джин и обнял Кима. Зайдя в номер Хёнджина, он бросил пьяное тело в кровать. - Я к себе. Лежи спокойно и попытайся уснуть, - предупредил Мин и вышел из номера. Их комнаты были по соседству. Напротив друг друга. Шанс того, что Хёнджин припрется к нему были очень вероятны. Поэтому он на всякий случай запер дверь, чтобы тот не ворвался в момент принятия душа. Сынмин уже принял охлаждающий душ. Был свеж и чист. Но в мыслях всё ещё бродил тот ребёнок, что старше его самого. Он долго не медлил, решил проверить спит ли он мирно или сносит номер. Открыв дверь, он отлетел на пару метров. Потому что испугался. С другой стороны, прямо внутрь номера рухнуло тело. Хёнджин. - Ты! Ты что здесь делаешь?! - проговорил тот, пытаясь восстановить дыхание. - Оо, Сынмооо, - протянул руки, сжимая ладошки. - Идиот, - внутри он сто раз успел пожалеть о том, что согласился поехать с ним на курорт. Но настраивать друзей и тем более Хёнджина не хотелось. Поэтому он поднял парня и положил к себе в кровать. - Сынмо, мне холодно, - начал дрожать тот, актёр из него кнш не выйдет, но Ким типо повёлся. - И? - Согрей меня, - опять протянул руки. Даже если тот был пьяным, выглядел он все равно мило. Ну и немного (чертовски🙃) красиво. Сынмин лег рядом. Старший сразу же охватил его всеми конечностями. Они недолго смотрели друг другу в глаза. Губы Джина сорвались на сыминовых. А дальше? Что было дальше? А дальше Хёнджин проснулся один, в огромной, испачканной постели. Он был голым?! Как так получилось? У Хёнджина, которого и так не наградили хорошей памятью, внутри было пусто, прям как в Сахаре. Он принял душ и прилично оделся. Трудность ситуации была не только в том, что он ничего не помнит. Так еще и в том, что он с утра не видел Сынмина. Его нет ни в своём номере, откуда только что вышел Хван, ни в его номере. Стой! Он не проверил ванную в сынминовой комнате. Зайдя внутрь, он постучался в дверь в ванной. - Сынмо, ты там? - в ответ последовала тишина и скрип двери. Действительно, Мин был в ванной. И Бог знает, сколько он там просидел. - Что с тобой? - взволнованно спросил Джин, увидев опухшие и покрасневшие глаза младшего. Тот удивлённо посмотрел на него. - Ничего, - холодно отозвался парень. - Сынмо, так не пойдёт, скажи мне, - схватил парня Хван. Тот протянул того за шею и переплёл их губы. Сказать, что Хён в шоке, это ничего не сказать. Но он ответил на поцелуй. Спустя немного времени они оторвались, из-за нехватки кислорода. - Вот... вот что случилось, - сказал Ким с отдышкой. Хёнджин сорвался с цепи. Он грубо впился в губы Мина. Надвигался прямо на него, от чего второй шагал назад. И когда Сынмин упёрся об кровать, его толкнули прямо туда. Обоим не хватало воздуха и друг друга. Ощутить, прикоснуться, любить. Пальцы младшего зарылись в волосах Джина, чуть оттягивая их назад. Хван одной рукой упёрся об кровать, а другой стал расстёгивать атласную рубашку на Сынмине. Он так хотел полюбоваться младшим. Взгляд бросился на багровые пятна. Скорее всего это были засосы. Следы от укусов. В этот момент Хенджин вспомнил, что буквально только вчера, он возможно сделал больно Сынмо. Именно из-за него у него такое состояние. Покрасневшие глаза, укусы, отметки, царапины. Больно было представить, что дальше? Хёнджин без слов остановил свои действия. Он медленно слез с Кима и сел на край кровати. Мин кажется все понял, поэтому встал вслед за ним и обнял со спины. - Почему не остановил? - тихо и виновато спросил Хван. - Я пытался, но... - Я такой мерзкий, - обвил голову руками. - Но ты мне нравишься! - поцеловал того в шею. У старшего мурашки по телу пробежались. - Я так не могу Сынмо! Я буквально тебя изнасиловал! - Нет. Я не был против. Ты не помнишь, но я не был против этого, - стал поглаживать его волосы. - Сынмо? - М? - Ты и вправду любишь меня? - Да, - промурлыкал ему в ухо и слегка прикусил мочку. Хёнджин обернулся и посмотрел прямо в душу младшего. Он такой красивый. Сынмин решил не тянуть время и сам потянулся к Хвану. Они целовались нежно и медленно. Сминая губы друг друга, пробуя на вкус. Джин опускается на шею. Он уже не оставляет там новые метки. А наоборот он оставляет на них мягкие поцелуи. Как бы извиняясь за свои ранее проделанные действия. Ким лег на спину, а Хёнджин навис над ним. Дыхание обжигало тело младшего и заставляя его задыхаться от такой близости. Джин снял с него брюки вместе с боксерами и один палец проник в пульсирующую и слегка набухшую дырочку. Поцелуи были словно успокоительное, от боли внутри. В низу живота образовался приятный узел, что больше возбуждало его. Следом добавились второй и третий. Они активно стимулировали его узкую дырку, растягивая. Сынмин невольно стонал. Он не был в силах сдержать их. А Хвану это только приносило удовольствие. Стоны младшего для него было усладой для ушей, самой прекрасной музыкой. - Джинни пожалуйста... пожалуйста, - Ким скулил и извивался под напором Хёнджина. Ему хотелось большего. Хотелось ощутить его твёрдую плоть в себе. Старший разделся полностью и поудобнее расположился между ног. Медленно он вошёл в Сынмина, от чего тот вскрикнул. Хёнджин закатил глаза и тихо рыкнул. - Потерпи малыш, - поцеловал его в лоб. Он не двигался для того, чтобы дать им обоим привыкнуть. Мин от смущения закрыл лицо руками, чем явно не был доволен Джин. - Не закрывай лицо. Ты особенно красив сейчас. Я хочу видеть тебя, - шептал тому на ухо. От слов Хёнджина тело покрыло мурашками. А после удовольствием, потому что Хван начал набирать темп. Он был слишком нежен с Мином. Он слишком любил его...

*** Они кончили одновременно, с громкими стонами. Хван бессильно плюхнулся на тушу младшего. Это была приятная тяжесть. Тяжесть любимого человека. - Я люблю тебя, - сонно пробормотал Хёнджин, вдыхая аромат парня. Он чётко слышал его быстрое сердцебиение, чувствовал его тепло. - Я тоже, - теперь он чувствует счастье. Своё счастье...