Будет жарче...

Сцена. Адам. Адам. Пол. Сцена. Фанаты. А вы уже все поняли?

Певец падает на колени, удобно откидываясь назад и до жути сексуально проезжаясь по сцене. Я с трудом сдерживаю рвущийся из груди низкий стон, крепче цепляясь в гитару и с напрягом дергая за струны. Хорошо, что это движение выработано у меня до автоматизма, но, блять, какой же он гибкий! Я не могу остановиться, ноги сами несут меня к сидящему на полу Адаму, который, откинувшись назад на руки, так возбуждающе мотал головой из стороны в сторону, высовывая язык. Я встал над ним, продолжая играть на гитаре, а тот, словно и не замечая меня, продолжал выделывать разнообразные кульбиты языком. «Развратник» - усмехнулся я, наконец, отходя в другую сторону сцены. А Ламберт, когда ему уже надоело ползать по полу, поднялся и направился в другую сторону. Боже, что он вытворяет на сцене! Поставив левую ногу на колонку, а правую оставляя на полу сцены, он пошло развел ноги пошире, и стал показательно толкаться вперед-назад. Черт, как же захотелось тут же подойти к нему и трахнуть, вот так, резко и сильно войти, без подготовки. Как мне захотелось, чтоб так же, как он сейчас подается назад, певец толкался мне навстречу, сильнее насаживаясь и прося большего. «Еще немного, и я сорвусь! Что же ты делаешь, чертов Адам?!» Музыка слегка замедлилась, тем не менее, не теряя своего возбуждающего настроя. Сексуально виляя бедрами, даже несколько чересчур, мужчина поднялся по ступеням, а я же, не сумев сдержать столь манящей близости любимого человека, тряхнул головой, кинув на лицо белую челку, и поспешно отвернулся, смотря в пол. Но это удавалось мне не долго. Вскоре на моей щеке почувствовалось жаркое дыхание, а в ушах прозвенел мелодичный голос, пропев «хэй» так рядом со мной. Невольно обернувшись, я практически сразу ощутил мягкое прикосновение губ к моим, снова черным. Я опасно решил подразнить нас обоих после минувшей ночи, на следующий же день снова накрасившись черной помадой. - Адам… - Еле заметно простонал я, когда он провел языком по моим губам, заставляя их приоткрыться. Я закрыл глаза, и, подаваясь напору певца, опустился спиной на жесткую сцену. Сегодняшний концерт был особенно жарок, и когда Ламберт, наконец, вспомнил про меня, я, кажется, забываю играть, первые несколько секунд влажно подаваясь языком навстречу своему… парню? Странно, наверное, так называть его, ведь наши отношения не афишируются. Но я хочу считать его своим. Наконец, вспомнив, что моя обязанность – еще и играть, я, спохватившись, цепляюсь за струны заученным аккордом, однако Ламберту это не нравится. Глубже целуя меня, вновь пытаясь съесть помаду, певец мешает мне играть, проводя микрофоном по грифу гитары. И я зажимаю струны, словно хватаясь за них в спасительном жесте, а свободной рукой тянусь чуть вверх, пытаясь обнять мужчину, но тот, еще пару раз проведя по струнам моей малышки, резко разрывает поцелуй, под восторженные аплодисменты зрителя откидываясь назад. **** - Хей, а в буфет не пойдете? – Кидает нам Монти, когда, резко свалив со сцены, Адам утаскивает меня вслед за собой, пошло облизываясь. А я, впрочем, и не против. - Присоединимся к вам позже. – Кричит в ответ Ламберт, сходу заталкивая меня в свою гримерку и закрывая дверь на замок. Не давая ему даже обернуться, я сам наваливаюсь на него со спины, прижимая к двери и впиваясь в шею укусом. Мужчина несдержанно стонет, ловко меняясь со мной местами. И вот уже я прижат лицом к двери, выгибаясь навстречу горячему телу позади меня. Сегодня Адам необычайно жарок. Его лицо искажает возбуждение; я уверен, хоть и не вижу этого, будучи прижатым лицом к стене. Но я могу чувствовать жар, исходящий от его тела. Он плотно прижимается ко мне, не давая даже шевельнуться, ласкает руками все тело, практически сразу же нащупывая ремень моих брюк ловкими пальцами. Его зубы на моей шее; я закатываю глаза от удовольствия, даже не замечая, как ширинка с позором сдает свои позиции, а брюки вскоре падают к ногам. - Адам… - Неосознанно стону я, когда проворные руки жадно сжимают возбужденную плоть через ткань трусов. - Тише, котенок, тише. – Нежно выдыхает он мне на ухо, до безумия ласково поглаживая мой стояк, заставляя приоткрывать пухлые губки в безудержном стоне и закатывать глаза от удовольствия. - Ах! - Я выгибаюсь и стону, когда Адам настойчиво толкается в меня своим стояком. Странно, что при таких обстоятельствах еще вся группа не донимает нас тем, что мы вместе – сложно было бы не заметить. - Потерпи, малыш, сейчас все будет. – Он закусывает мочку уха, перебирая ловким язычком сережки, и слегка отстраняется, видимо, расправляясь со своими брюками, потому что в следующую минуту я уже чувствую меж своих ягодиц, хоть и через ткань, жар обнаженного тела Адама. Его руки вновь возвращаются на свое законное место, то есть – на мой член, постепенно стягивая трусы вниз. Певец помогает мне избавиться от брюк и нижнего белья, теперь уже неприкрыто елозя своим членом по впадинке ягодиц. Меня бросает из жара в холод; не выдержав, я выдавливаю из себя звуки, отдаленно напоминающее слова. - Адам, блять, давай уже! – и сразу ощущаю, как сильная рука, запутавшись в волосах, тянет меня назад, сжимая корни до боли. - Давай же, расставь ножки пошире, ради меня, Томми. – Мелодичный голос коснулся слуха, и сразу же жаркий поцелуй обжег щеку, сильнее сжимая волосы. Рвано выдохнув, я как можно шире раздвинул ножки, выпячивая попу и потираясь об Адама ягодицами. Ждать долго не пришлось: смазанный чем-то слизким, прохладный палец мужчины коснулся расслабленной дырочки, резким движением вводя в меня один, заставляя подавиться воздухом от нахлынувших ощущений. – Да, вот так, молодец… - Наконец, отпуская мои волосы, выдыхает Адам мне на ухо, старательно смазывая пальцем стенки ануса, а вскоре уже и двумя. Я выгибаюсь, требуя большего и насаживаясь на пальцы, ощущаю усмешку брюнета на своей шее. Брюнет разводит пальцы ножницами и одновременно жарко выдыхает мне в шею; от этого тело пробирает легкая дрожь, а глаза прикрываются в предчувствии скорого удовольствия. - Ммм… - Я мычу, прижимаясь щекой к прохладной двери, когда пальцы выскальзывают из покрасневшего отверстия и быстро сменяются членом брюнета, постепенно проникающим в меня. Хочется рычать от неутолимой жажды секса и возбуждения, но Адам не дает мне даже возмутиться, внезапным толчком погружаясь полностью. Я вскрикиваю, теряя голову от заполняющего разум возбуждения, мужчина же, рыча, тянет меня за волосы чуть назад, резким толчком бедер вдавливая в прохладную дверь. Новый вскрик, и снова толчок. Губы Адама на моей шее; руки Адама в моих волосах, оттягивая назад и создавая тонкую грань между тянущей болью и наслаждением. - Адам! – Вскрикиваю я, уже сам откидывая голову ему на плечо, чем певец тут же пользуется, дотягиваясь до уголка моих губ и с силой прикусывая нижнюю. Из прокушенной губы идет кровь, но певец не останавливается, с каждой секундой все сильнее ускоряясь и чуть ли не в бешенном темпе вколачиваясь в мое тело. Мне не хватает воздуха: горло давно пересохло от жары, охватившей нас, а губы припухли из-за ранки. Язычком я дотягиваюсь к подбородку, слизывая скатившуюся туда капельку крови; жаль, Ламберт не видит этого, ведь наверняка выглядит очень возбуждающе, хотя, казалось бы, куда уж больше? Постоянные толчки и безудержные стоны, скрип двери и шорох одежды под ногами заполняет помещение. Кажется, любой, кто ненароком окажется по ту сторону двери, сможет даже различить в бесконечной череде ахов и охов мелодичное рычание Адама и мои, сдавленные вскрики. Но мне уже не важно. Я больше не боюсь быть ущемленным в чем-то из-за осуждения другими. Я – бисексуал, и больше не страшусь своей ориентации. И после сегодняшнего секса я намерен поговорить с Ламбертом о том, чтоб публично объявить фанатам, что мы - пара. - Да! – Я зажмуриваюсь, шумно дыша через рот, а губы брюнета прикусывают пульсирующую жилку на шее, в момент, когда, неестественно выгнувшись, мужчина глубоко и сильно толкается в меня, извергаясь глубоко внутри. Я хочу последовать за ним, но, под мой разочарованный стон, мужчина прихватывает мой член у основания, несильно сжимая, но достаточно, чтоб не дать кончить. – Ну, Адам…. – жалобно хнычу я, на что тот хрипло смеется, выходя из меня с пошлым хлюпом. - Давай сюда. – Он тянет меня за руку, наскоро скидывая с небольшого диванчика, стоящего в помещении, подушки и усаживает меня на него, настойчиво толкая за плечи. – Ложись и получай удовольствие. – Смеется он, не позволяя мне коснуться жаждущего ласк члена, и параллельно успевая залезть в тумбочку, вскоре извлекая оттуда прозрачно-голубоватый фаллоимитатор, с небольшими пупырышками. - Адам, ты же не собираешься… - Наблюдая, как уверенно он размещается между моих согнутых ног и смазывает смазкой искусственный член, вопрошаю я. - Именно это я и собираюсь делать, Китти. – улыбнувшись самой обольстительной из своих улыбок, он, наклонившись, впивается в мои губы поцелуем, параллельно вводя секс-игрушку в мой растянутый проход. Я отчего-то улыбаюсь, обхватывая его руками за шею, и прогибаюсь навстречу, вновь ощущая приятную наполненность. Ламберт отрывается от моих губ, смотря глаза в глаза, и, нащупав что-то рукой, усмехается. Я шокировано распахиваю глаза, едва ощущаю нарастающую частоту вибрации в заднем проходе, а с губ слетает восхищенный стон. - Нравится? – проводя рукой по моему члену, Ламберт убирает за ухо несколько упавших на лицо черных прядей, заставляя невольно молиться богу, чтоб этот темноволосый демон наконец сжалился надо мной и позволил кончить. – Нет-нет, потерпи, детка, еще рано. – Словно прочитав отражение мыслей в моих глазах, певец хрипловато смеется, слегка двигая вибратором в моей заднице. - Шантажист… - Выдыхаю я, на выдохе прикрывая глаза, а когда открываю, Ламберт уже нависает надо мной, стоя на четвереньках, заводит руку под себя, цепляется пальцами за какую-то серебристую ниточку, тянущуюся из ануса, которую я, к великому моему удивлению, заметил только сейчас, и тянет на себя. Я широко раскрываю глаза, не сводя взгляда с этого зрелища, а ракурс у меня как раз идеальный: одним за другим из раскрасневшейся дырочки брюнета выскальзывают сцепленные веревочкой анальные шарики, тут же отброшенные прочь за ненадобностью. - Ого! – Только и могу воскликнуть я, подивившись такой подготовке, - И ты был с ними с самого начала? - Еще до концерта, и только ради тебя. – Улыбается брюнет, уже направляя мой стояк в себя. - Это же неудобно… наверное. – Я забываю, как дышать, когда он резким движением опускается на меня. – Ебать! – Вскрикиваю я, откидывая голову; ощущения нереальные. Плотно обхватывающая мой член задница брюнета и вибратор в моей собственной заставляют терять не то что голову, но и вообще всякие мысли. Я не ощущаю своего тела; все сливается в единую вспышку удовольствия, когда мужчина настойчиво поднимается и опускается, быстро устанавливая ровный темп. - Ах! – Адам стонет, откидывая голову и яростно толкаясь мне навстречу. Я возбужден до предела уже давно, и мне хватает всего пары движений члена внутри певца, чтобы, с силой изогнувшись и закидывая руки за голову, невольно сжав обивку дивана, кончить. - Адам! – Выкрикиваю я, содрогаясь в удовольствии, мутным взглядом отмечая, как певец, не останавливая своих движений, обхватывает свой все еще стоящий колом член, яростно надрачивая его рукой. Я отталкиваю его руку, и, обхватив уже своей, ускоряя темп до максимума. Долго ждать не приходится: брюнет, с протяжным хрипом-стоном, блаженно закатив глаза, кончает мне на руку и живот, оседая на меня, и останавливается, не спеша слазить с моего члена. Мужчина тяжело дышит, упираясь руками мне в грудь и блуждая рассредоточенным взглядом по моему лицу. Его ротик приоткрыт, а из горла рвется жаркое дыханье. Усмехнувшись, я подношу ладонь, испачканную в его же сперме к своим губам, и, под жаркий выдох брюнета, облизываю пальцы, поочередно засасывая их в рот. - Развратная киса. – Шепчет Ламберт, склонившись ко мне и оставляя легкий поцелуй на губах, едва я заканчиваю с облизыванием пальцев. - Так меня еще не называли. – Я глупо улыбаюсь, притягивая мужчину к себе за шею для более глубокого поцелуя. И он поддается мне, ловко соскальзывая с моего члена, а я вдруг понимаю, что вибратор тоже больше не работает. – Когда ты успел выключить его? – Разорвав поцелуй, интересуюсь я. - Это надо уметь, малыш. – Смеется брюнет, и я понимаю, глядя в бездонно-синие глаза: вот оно, мое счастье. ___________________ Бессовестно задержавший проду автор решил таки ее написать и выставить О.о Ну что, покидайтесь в меня тапками чтоль... а еще лучше - шоколадками АЗАЗАЗАЗ)))))))) Дыыаааа, я сладкоежка;)