Граница

«Цветы уже почти облетели, деревья грустно свесили свои ветви, уже не пели птицы, а земля совсем посерела от тоски по ушедшему лету. Роза бродила по саду, ища последние не завядшие бутоны любимых фрезий, которые всегда увядали последними. Дедушка-садовник как раз стоял над цветами и задумчиво чесал нос. Седина слегка выглядывала из-под соломенной шляпы, которую он снимал только с первым снегом, а так всегда она была на его голове. Роза улыбнулась и подошла ближе, мужчина тут же поприветствовал младшую госпожу. — Они такие красивые, — мягко проговорила девушка, присев к бутонам. — И почему они так долго цветут, несмотря на холода? — Никто не знает, миледи, — садовник снял шляпу и, как всегда, робко начал разговор. — Почва уже совсем холодная, ветер сильный, но ни один лепесточек не слетел с цветка. — Вы, кажется, как-то упоминали о том, что их посадил первый барон Розиген? — Все именно так, — кивнул мужчина. — Выбрав титул простого барона, он посадил фрезии и приказал художнику нарисовать герб семьи с этими цветами. В честь них он назвал и свою дочь… — он замолчал и, будто совершив ошибку, наклонил голову. — Вы верно знаете все это?.. — Эта история звучит, как сказка, — улыбнулась Роза, аккуратно наклонив к себе желтый цветочек. — И в тоже время она такая грустная. — Император каждый год предлагает хозяину титул герцога, но он все отказывается. О поступках Ее Высочества, госпожи Фрезии, помнят до сих пор. — Действительно легендарная личность, — Роза поднялась и слегка наклонила голову в знак уважения. — Спасибо за усердную работу, дедушка Роб. — Это честь для меня, миледи. Младшая госпожа медленно шла обратно к дому, не обращая внимания на прохладный вечерний ветер. Ее совсем не волновало то, что няня опять будет ругаться, что она вышла без накидки или хотя бы шали. Здоровье у девушки было крепкое, но женщина все еще видела в ней маленькую девочку, которая громко плакала, разбив коленку, а ведь скоро состоится церемония совершеннолетия и первый дебют в высшем обществе. Вспомнив об этом, Роза устало вздохнула. Ей всего шестнадцать, а она уже взрослая девушка, и уже на следующее утро после дебюта стол ее отца будет завален письмами и предложениями о браке. Пусть девушка и была дочерью простого барона, но к ней и ко всем ее родным относились так же, как к самому Императору. Великую и известную всем Империю Фрез основали три человека: первый Император Люциус, герцог Робершт и барон Розиген. Последний попросил дать ему самый незначительный титул и уехал из столицы следить за северной границей. Его товарищи не очень понимали решение их друга, поэтому первый Император пожаловал ему небольшой особняк и кусочек земли на окраине столицы, чтобы время от времени тот приезжал навестить их. После рождения дочери, барон Розиген согласился вернуться в столицу. Первая баронесса Фрезия Аль Розиген была цветком высшего общества и светской львицей, которая создала новую фракцию в поддержку ни аристократии, ни императорской семьи, а в поддержку простым гражданам — простолюдинам. Ее идея заключалась в том, чтобы заботиться и обеспечивать граждан Империи теми же знаниями и возможностями, что и аристократов с голубой кровью. Ее действия поддерживал и первый Император и барон Розиген, частично соглашался и герцог, который больше предпочитал нейтралитет. В качестве подарка на совершеннолетие юная леди попросила Императора построить академии для простолюдинов по всей Фрезии. Этот поступок уже оставил ее имя в истории, но окончательно она завоевала имя великой личности после того, как участвовала наравне с мужчинами в подавлении восстания порабощённого королевства. Три года хрупкая девушка с железной волей провела на поле боя, тайком покинув отчий дом, оставив лишь пряди отстриженных волос. Утаив свое происхождение и взяв новое имя, она надела доспехи и взялась за меч. Через полгода Фрезия Розиген получила серьезное ранение и пролежала больше месяца в палате доктора. По многочисленным просьбам ее тайна была сокрыта ее товарищами. За время подавления восстания она ни раз была на границе жизни и смерти, один раз командир отряда не выдержал и отправил гонца в столицу с известием о местонахождении дочери барона. После раскрытия настоящей личности леди Фрезии, Император потребовал, чтобы девушка вернулась домой, но та отказалась и продолжила скрываться на поле бой до конца восстания. В день парада юная наследница барона шла в первых рядах наравне с героями и отважными воинами императорской армии. За отвагу, за совершенные ею подвиги во время битв Император дал ей титул принцессы и предложил войти во дворец в качестве невесты наследного принца, но девушка отказалась. Выйдя замуж за простого рыцаря, она вернулась домой на север, где провела всю свою жизнь, защищая границы вместе со своим мужем и рыцарями земель Розиген. В истории Фрезия Аль Розиген запомнилась первой принцессой и великой героиней не только войны, но и для простых людей. Ее потомки, как и она, и ее отец, не стремились подняться вверх по титулу или войти во дворец, понимая, что это означает. Каждое поколение рода Розиген отличалось особыми умениями или талантами, оставляя след в истории Империи. Юный господин и младшая госпожа являлись десятым поколением рода Розиген. Брат девушки готовился занять место главы рода и продолжить военное дело отца, Роза же решила пойти совершенно другой дорогой. История о великой баронессе Фрезии всегда ее восхищала, но в то же время она казалась ей невероятно грустной. Поэтому вместо того, чтобы оставаться на севере, юная леди дома Розиген решила отправиться в столицу. — Все готово, госпожа. Ночное небо красиво переливалось в серебряном свете. Роза стояла у окна и в последний раз смотрела на горячо любимый сад. После вечерней прогулки у нее ни осталось никаких сомнений. Согласно легенде о Весне и Зиме маленькие цветочки Фрезии стойко защищали спящую Весну от метели, после чего стали символом решительности, достоинства и целеустремленности. Роза знала, чего хочет достичь, и решила приложить для этого все свои силы. — Ты проверила? Точно никого нет? — спросила девушку, не отрывая взгляда от окна. — Точно, госпожа. За восточными воротами уже ожидает карета. Сэр Дитрих вызвался сопровождать Вас до столицы. — Хорошо. Под покровом ночи драгоценная дочь рода Розиген покинула отчий дом, оставив после себя письмо и срезанный цветок фрезии». — Интересно, не правда ли? — довольно спросила Лия, когда я закончила читать главу. — Она войдет во дворец, как принцесса и согласиться стать невестой принца, вот только сможет ли она взять ответственность за свои действия? — Зачем рассказываешь? — возмутилась я, закрыв книжку. — До этого момента я еще не дошла, поэтому молчок. Девушка отвернулась и подлетела к столу. Прошло несколько дней после нашего возвращения с дачи. После того, как я и банши стали одним целым, некоторые привычки Рии перешли ко мне. Раньше я не очень любила читать что-то помимо мифов, а сейчас не могу оторваться от любовных историй и рыцарских романов. Истории героев кажутся мне такими интересными и захватывающими, что трудно передать словами. — Так забавно видеть это выражение лица, — усмехнулась Лия, качая ногами. — И как тебе история банши? — Ее воспоминания еще не передались мне, — ответила я. — Да? — она удивленно подняла брови. — А я думала, что вы уже поладили. Я соврала. На самом деле после той ночи все воспоминания банши собрались в единый пазл, оставив лишь несколько кусочков спрятанными. Потерянные кусочки не сильно меня волновали, а вот момент, когда бедная девушка подошла к границе, все время стоит перед глазами. Теперь я поняла чувства кельпи в полной мере. Пусть банши так и не захотела показать мне моменты проведенные с ним, но я уже давно догадывалась о том, что они были далеко не безразличны друг другу. Теперь понятно, почему кельпи не убил меня при первой же возможности, — во мне он видит ее и поэтому не может причинить мне никакого вреда. Его защита тут же стала чем-то обыденным и естественным, что волновало меня еще больше. — Помню, как Рия была рада каждой новой книжке, — вдруг проговорила Лия, прервав мои размышления. — Историю о «Розе и Фрезии» она перечитывала много раз. Иногда она тайно играла сцены из книги, ее лицо было таким смешным. — Что такого в том, что человек представляет себя героем любимой книги? — А ты сама не понимаешь? — она подлетела ко мне и повисла, слегка приглушив свет лампы. — Потому что человек растворяется в герое и понемногу теряет себя. Притворяясь несуществующим персонажем, пытаясь жить его жизнью, ты никогда не станешь им и не получишь то, что есть у него на этих страницах. — Какая глупость! По-твоему актеры, которые каждый день играют разных героев, тоже теряют себя? Бред и только. — Правда? Ха! — звонкий смех заполнил комнату подобно сотни колокольчикам. Когда Лия снова посмотрела на меня, я почувствовала, как по спине пробежал холодок. — А разве ты сейчас сама не растворяешься в ней?