Лёд и Пламя

{Чёрт... упустил момент} Так думал Эрен, лёжа на спине и переводя дыхание. Он ненадолго закрыл глаза и вздохнул. Лёгкий ветерок обдувал лицо, пока он пытался прогнать в голове свои ошибки, понять, что именно он сделал не так. Хоть это и было тщетным занятием: Эрен прекрасно знает, что навыки рукопашного боя Энни гораздо совершеннее, чем его, но упорно продолжает практиковаться с ней в надежде, что когда-нибудь добьётся чего-то помимо синяков и ссадин. Услышав её шаги, Эрен вернулся к реальности и увидел эти снисходительные глаза-льдинки. Энни гордо стоит выше, глядя на Эрена, видимо, всё ещё озадаченная его настойчивостью даже после года тренировок. В свете заходящего солнца, покрытая тонким слоем пота кожа Энни будто излучает... сияние, кажется лежащему горе-ученику. А раз уж это тренировка, он жадно спрашивает: "Эй, готова к ещё одному раунду?". Та самая печально известная настойчивость парня, торопящегося умереть. Энни опускает голову и возвращается в стойку, медленно сгибая спину, поднимая кулаки на высоту лба и крепко упираясь ногами в землю, придав стойке совершенную форму. После месяцев тренировок рукопашного боя с ней Эрен понимает, что это единственные разы, когда он видит искру жизни в ней, она словно сияет, когда ловит его в захват или наносит последний удар. Эрен снова собирается и, как всегда, успокаивает себя мыслью, что в этот раз... он победит. Энни делает выпад вперёд, видимо, собираясь ударить слева. Эрен видит обманку и наклоняет торс принять пинок. Удар почти сокрушительный, он хватает ногу Энни обеими руками. Его лицо полностью открыто, и она пытается нанести прямой удар правой, но Эрен отклоняет голову в сторону, чувствуя подбородком лишь поток воздуха от скользящего удара. Глаза Энни загораются от удивления. Он хватает её руку, собираясь придавить её к земле. Одним быстрым движением, она меняет своё положение и обхватывает голову Эрена ногами вокруг его шеи. Эрен пытается разжать её ноги, но быстро бросает эту затею, поднимает легкое тело Энни и со всей силы бросает вперёд, освобождаясь от захвата. Он падает на колени прямо над Энни. Их лица всего в дюймах друг от друга. Оба не пытаются шевельнуться. Эрен не может поверить в это. Впервые он не был повален наземь или не получил увечья. Он не победил, но усталая поза Энни говорила об обратном. Её медленное дыхание обдувает его влажную кожу. Эрен теряется в мимолетной победе. Она выдувает воздух ему в лицо, возвращая к реальности. Понимая, в каком положении он находится, Эрен, тяжело дыша, отклоняется назад. Энни наклоняется вперёд, оба, сидя, не спеша переводят дыхание. Оба, по меньшей мере, удивлены. Шепот нарушает тишину. Эрен и Энни ненамеренно собрали зрителей для своего представления. Изобилие выражений лиц из беспокойства, шока и замешательства. Насмотревшись, Жан со злобной гримасой отворачивается и тянет за собой за униформу своего партнера по тренировкам. Райнер отворачивается с ухмылкой на лице, коротко одобрительно кивая. Остальные постепенно расходятся и возвращаются к своим тренировкам. Они не замечают их, мнения других их не беспокоят. Их взгляды сосредоточенны только друг на друге. - Это... ничья..., - Эрен всё ещё пытался восстановить дыхание. ... ... ... - Тебе не кажется, что ты слишком жёсткий с такой хрупкой девушкой, как я? Привыкнув, наконец, к её сарказму, Эрен отшутился сам: - Без шансов... Я начинаю думать, что тебе нравится пожёстче..." Энни, хихикнув, опускает взгляд, чего Эрен раньше никогда не слышал. Теперь, узнав её получше, Эрен понимает, что Энни выражает эмоции совсем на другом уровне, чем остальные. Для неё это почти что смех или близко к нему. В этом и заключается пропасть между ними - у одного сердце нараспашку, а у другой его будто и вовсе нет. Впрочем, с каждой тренировкой, Эрен обычно учится чему-то новому. - Кадеты! - прерывает их громкий голос. Инструктор Шадис заходит на помост в дальнем конце плаца. Все прекращают упражнения и собираются возле него. Эрен встаёт и, не отряхнувшись, протягивает руку: - Держи. Она отмахивается и, медленно поднявшись, тут же направляется к толпе. Снова озадаченный её холодным тоном, Эрен следует к остальным кадетам, пока те строятся и "отдают свои сердца" перед Шадисом. Строго оглядев своих студентов, Шадис говорит: - Это последние месяцы вашего обучения. Скоро вы станете полноценными участниками Разведкорпуса, Гарнизона или Военной Полиции, служа человечеству и обеспечивая его выживание. Я хвалю вас за вашу службу, но не надейтесь, что в последние два месяца станет легче! Завтра мы начнем отправку кадетов на север в горы, где начнутся ваши зимняя тренировка по выживанию. Однако этот тест будет проходить без надзора, и будет полностью зависеть от ваших навыков. Вам предстоит преодолеть горы и снега, достигнуть нескольких контрольных пунктов с назначенным вам напарником и финишировать в установленное время. Финиширование после установленного времени отразится на ваших оценках. Если мы обнаружим, что вы бросили задание, вас заклеймят преступниками и посадят в тюрьму. Напарники будут назначены сегодня вечером. Это всё. - Ненавижу снег, - вздрогнул какой-то кадет. Эрен согласился, вспоминая, как работал на участках в лютый снег и холод, вспоминая изнурительные условия работы, пока Военная Полиция попивала ром. Эрен выдохнул и сжал кулак. Энни смотрит на него. - Что? - Что-то не так? - спрашивает она. - Эмм, нет... ничего... Энни отворачивается и уходит. - Удачи, Энни. Она останавливается, но лишь на мгновенье. - Тебе тоже, - мягко отвечает она.

***

Эрен и компания переодеваются в мужской раздевалке. Пока он снимает потную куртку, он может думать только о следующей тренировке. Спарринг, конечно, по-своему прельщает. В конце концов, сегодня он почти выиграл, наконец начал совершать прогресс. Если Эрена и можно описать одним словом, то это "упорство". Однако чем дольше тренировки продолжались, тем мысль о победе над ней становилась всё менее и менее... заманчивой. {Может, это просто образ. Она может быть более человечной, чем многие из нас думают.} - Задумался о чём-то, Эрен? - спрашивает Райнер. - Ага, вроде того... - Я думал, тебе голову оторвут, - усмехается Райнер. Короткая пауза, Эрен смотрит на Райнера. - Я тоже так думал. Она всё повторяет, что она слабая и хрупкая, но я, наверное, был бы сейчас в лазарете, если бы не опрокинул её на землю. Райнер снова качает головой. - Ты слишком импульсивный для своего же блага. Когда она в первый раз опрокинула меня головой в землю, я ничего понять не успел. Тебе стоит быть аккуратнее. Кажется, ей нравится видеть, как ты страдаешь. - Хм-м, она и правда не стала особо сдержанней с тех пор, как мы начали тренироваться вместе. Может, ты и прав. Но в следующий раз я собираюсь выиграть. Не терпится увидеть её лицо. Я должен с ней за это рассчитаться. - Эм-м, я в этом не уверен... - Ты о чём? Почему? - насторожился Эрен. - В расписании больше нет тренировок рукопашного боя, по крайней мере, это то, что я слышал... Бертольд! Когда последние экзамены? - повернулся Райнер. - А? О, через неделю после зимней тренировки. - Эх, жаль, что рукопашка не учитывается в наших оценках. Ты же сегодня чуть голову не потерял. Но, по крайней мере, ты от неё чему-то научился, верно? *крак!* Райнер оборачивается, чтобы увидеть вытянутую руку Эрена и вмятину в дереве, куда впечатался его кулак. - Чёрт возьми... - вздыхает Эрен, внезапно чувствуя тяжесть под собственным весом. Райнер и Бертольд ничего не говорят, оставляя его наедине со своими мыслями. Как и всегда, как хороший друг, Армин направляет к нему, обеспокоенный его самочувствием. Однако прежде чем он подходит к нему, его жестом останавливают. - Пожалуй, тебе стоит дать ему немного времени, - советует Райнер. Эрен садится, тупо уставившись на кровоточащие костяшки. Красная струйка стремится вниз и капает на пол. Эрен просто смотрит и слушает непрерывно падающие капли, даже не пытаясь позаботиться о руке. Ритм капель прерывает Армин, передавая ему бинты, пересекаясь взглядом всего на секунду-другую. Холод поднимается по позвоночнику, пока ошеломленный Эрен переваривает эти ужасные новости. Он глубоко вздыхает и чувствует, как волосы встают дыбом. Он выпрямляется и начинает тщательно заниматься ранами, вытаскивая застрявшие занозы. - Что не так с Эреном? - спрашивает Армин. -Тц, я сказал, что тренировок по рукопашному бою больше не будет, - отвечает Райнер. - И с чего ему расстраиваться? Большую часть времени мы просто наблюдаем, как он лежит на земле, когда тренируется с Энни. - Не сегодня, в этот раз он её почти одолел. Йо, Жан! Надеюсь, ты готов к следующей схватке с Эреном! - усмехается Райнер. - Отвали. Эрен заканчивает бинтовать руку, но продолжает ёрзать на стуле, сжимая и разжимая травмированную руку, погруженный в собственные мысли. {Я ещё не закончил... Мы ещё не закончили.} - Жан это видел. Эрен не выглядел особо уставшим поначалу, но ты же его знаешь. Всегда давит на себя, пока не пострадает. Похоже, в этот раз это окупилось. - Хмм, может его интересовали не только тренировки? - вопросительно приподнимает бровь Армин. Райнер поднимает брови в ответ и смотрит на Эрена, задумавшись на мгновенье. - Нее, без шансов, - качает он головой.

***

Компания собирается и направляется в столовую. - Интересно, как они решат распределить напарников для этой экспедиции. Они делали пометки во время подсчета очков, так что думаю, они разобьют нас по парам так, чтобы сбалансировать наши сильные стороны, - интересуется Армин. - В чём вообще смысл тренировки в горах? Бандиты не водятся в снежных регионах, - спрашивает Конни. - Насколько мы знаем... Но думаю, это скорее проверка на работу в команде, чем на выносливость. Кадеты занимают привычные места. Микаса находит Эрена и Армина за их столом. Эрен глядит по сторонам, но Энни нигде не видно. Микаса замечает бинты на его руке. - Что случилось с твоей рукой? - спрашивает она. - Эмм... ничего, это я так на тренировке умудрился. - Это сделала Энни, да? - взгляд Микасы становится суровым, пока она осматривает столовую, явно собираясь решить вопрос по-плохому. - Я в порядке, Микаса. Это пустяк. - Если бы это был пустяк, твоя рука не была бы перебинтована. - Это не её вина. А моя, да и я уже в норме. Я почти не чувствую боли. Несколько офицеров заходят в столовую с пачкой бумаг в руках. - О, это, должно быть, распределения, - с облегчением говорит Армин. Офицер смотрит на бумаги и начинает: - Для завершения экспедиции даётся два дня. Вы отправляетесь в разные дни, чтобы мы были уверены, что вы работаете только в назначенных парах. Основываясь на ваших оценках на данный момент, некоторые группы будут состоять из трёх человек. В случайном порядке, ваши распределения: Армин Арлерт и Жан Кирштайн ... Микаса Аккерман и Саша Браус ... ... ... Райнер Браун и Конни Спрингер ... ... ... Бертольд Гувер и Мина Каролина ... ... Имир, Криста Ленц и Даз ... Милиус Зельмски и Нак Тиз ... Марко Бонд и Томас Вагнер Энни Леонхарт и Эрен Йегер. { ! } Эрен в шоке от назначения. Глаза широко открыты, зрачки сужены. Инструктор продолжает зачитывать список, но Эрен может только думать {Ещё один шанс... может, мы сможем устроить ещё один спарринг во время задания... мы обязаны! И где она вообще?!} Эрен почти лихорадочно осматривает комнату, но её нигде не видно. - Скоро мы проинформируем о датах вашей отправки. Многие кадеты пересаживаются к их назначенным напарникам. Эрен немедленно встаёт и садится к Райнеру и Бертольду, в надежде на объяснение. - Ребята, вы Энни нигде не видели? - Я не видел её с тех пор, как мы покинули плац, - отвечает Бертольд. - Извини, Эрен, я тоже её не видел. Она, наверное, спит или вроде того, - добавляет Райнер. - Не терпится снова с ней сразиться? - подтрунивает Бертольд. - Ещё как, - улыбается Эрен, жуя. - Это-то меня и беспокоит, - говорит Райнер. - Почему это? - спрашивает Бертольд. - Не думаю, что Эрену и Энни стоит волноваться из-за диких животных или холода. Скорее всего, вы убьёте друг друга в очередном спарринге, - усмехается Райнер. - Пожалуй, сражение это их призвание. Вы двое - воины... - рассуждает Бертольд. - Хех, вообще я думаю, что мог немного её поранить. Может, мне стоит быть поаккуратнее в следующий раз. В этот момент Эрен себе лжет. Возможность реванша его, конечно, прельщает, но очевидно, дело не только в этом. Очевидно даже для него. Проблема в том, что он не знает, в чём именно. Он узнал от неё почти всё, что мог, и в то же время - ничего.

***

От боли Эрен сложился пополам и с ужасом взирает на Энни. "Ты не сдерживаешься. Я лишь отвечаю тебе тем же. Я не такая сильная, как тебе кажется. Раз ты считаешь себя мужчиной, не стоит ли тебе быть полегче с такой хрупкой девушкой, как я?" "Не смеши меня. Почему это я тогда лежу на земле?" "Я опрокинула тебя не с помощью силы. Я использую приёмы отличные от тех, что здесь учат. Слабым приходится использовать силу противника против их самих же. Тебе не повредит научиться этим приёмам." "Ладно, я понял, дай только сначала перевести дух." ... ... ... "Энни... я сдаюсь! Я сдаюсь!" "Сдаешься? Мне не надо, чтобы ты сдавался..." "...мне надо, чтобы ты научился, как использовать свою силу..." (Её хватка вокруг его шеи сжимается.) "...и как..." *вздох*

Холодный пот стекает по его шее. Вокруг достаточно тихо, чтобы услышать учащенный стук его сердца. Это было бы не впервой, когда он разбудил кого-то. К счастью, мелодия из привычных храпов и вздохов остаётся неизменной. Обрадованный тишиной, он вздыхает, чтобы успокоиться. {Плевать, будь там хоть пурга или лавина... Мы доведём это до конца.} Эрен откидывает одеяло и выходит из барака. Луна ярко светит и отбрасывает лучи на тихую поверхность плаца. Днём это место, напротив, наполнено шумом. Земля дрожит под топотом сотен сапог. Инструктора надрывают лёгкие, пока кадеты кряхтят от нагрузок, ноют от усталости и скулят о следующем обеде. Но не сейчас. У ночи своя мелодия. Своя собственная песня. Тихий и прохладный воздух успокаивает его, но недостаточно, чтобы выбросить её из головы. Как мотылёк, летящий на огонь, он заставляет себя лететь к нему всё ближе. Необъяснимая, очаровывающая жажда близости. Эрен оглядывается по сторонам. На заборе у соседнего общежития сидит фигура и смотрит на полную луну. Золотистые волосы... он и так знал. - Снова ушла в самоволку? - подходит он к ней. - Можно и так сказать. - Где была? - Где потише. - Повеселилась? - А-га. Эрен замечает пятна грязи на её одежде. - Что-то случилось, пока ты была там? - Просто бродила по окрестностям. Нужно было подумать. Всё лучше, чем торчать в этой дыре. - Не возражаешь против компании в следующий раз? Удивлена, она-то думала, что он чему-то научился. - Хмм, помнишь, что я сказала, прежде чем подраться с Микасой? {Да она мои мысли читает...} - На самом деле, мне только что это снилось... Эрен облокачивается на забор. Она внимательно следит за ним в ожидании следующих слов. - А-а... что-то насчёт того, чтобы использовать свою силу. Она разочарованно вздыхает, но ухмыляется, когда опускает взгляд. Видимо, ещё есть, чему поучиться. - Так что с тобой случилось? Ты испачкалась. - После учений отсюда не так-то просто ускользнуть. Было бы легче, если бы у меня спина не болела... - Ой... извини за это. На мгновение Энни задумывается... Эрен не самый умнейших кадет, но определённо не тупой. Доверчивый, возможно, но не тупой. Она может пойти ему навстречу. А он может начать ловить её на лжи. - Мы занимаемся по обычному расписанию, пока нас не вызовут на зимнюю тренировку, верно? - меняет она тему. - Да, и я твой... - Я знаю. - ...тебя не было на ужине. - Мне Мина сказала, когда я вернулась. *вздох* - Так что, мы завтра идём? - А ты хочешь? - Последнее пару месяцев я только и делаю, что надрываю задницу на тренировках, - так что да. Я с удовольствием. На мгновенье Энни прячет лицо за руками. Но прячет она не ухмылку, а самую настоящую нежную улыбку - такую, которую она должна оставить при себе. Она понимает, что, скорее всего, он хочет ещё один бой, но его намеренья ясны для неё, даже если не ясны для него. Его сердце нараспашку, и всё же он понимает себя так же плохо, как и других. У неё же есть долг, пусть и не приятный. Куда более важные дела... дела, о которых она всё больше и больше сожалеет. Обязанности, от которых она всё больше устает. - Тогда завтра после ужина встречаемся у конюшен. Она слезает с забора. - Энни. Она снова останавливается. Эрен сжимает кулаки, собираясь с силами. Он знает, что она, скорее всего, скажет "нет". Она никогда не делает ничего, что не нужно ей самой. - В расписании больше нет тренировок по рукопашке. И я очень хочу ещё раз сразиться с тобой. Хочу научиться большему. Я так расстроился, когда узнал об этом, что ударил стену. Даже вмятину оставил. Он показывает её руку. Кровь просочилась на наружную часть бинтов. Вокруг костяшек образовалось и запеклось красное пятно. Бинты жалят и обжигают оголённые нервы. Рука опухла настолько, что он не может полностью её разжать. Эрен осматривает её, сожалея о своём безрассудстве. - Она всё еще сильно болит, особенно когда я думаю об этом. Как думаешь, мы может устроить потом ещё один спарринг? Осталось всего два месяца, а потом ты вступишь в Военную Полицию. У нас не будет на это времени, когда я присоединюсь к Разведкорпусу. В ожидании её ответа он снова слышит своё сердцебиение. - ...хорошо... при одном условии. - Всё, что угодно. - Позднее, ты дашь мне обещание... и сдержишь его. Энни смотрит на Эрена с выражением искреннего беспокойства, а её бледная кожа и глаза-льдинки мерцают в лунном свете. Тонкие брови нахмурены. На лице Эрена лишь удивление. Обычно, вне тренировок она ходит с безразличным выражением лица, как будто ничто и никто её не волнует. Впрочем, как правило, всегда есть я что-то, чего Эрен не знает об Энни и чему может научиться.