Дорогой сводный брат...

И придумал.

Сал храбро овладел его губами и властвовал над ними, увлекая в жаркий танец. Его руки сняли пиджак и галстук, он осторожно кинул их на диван, Салли расстёгивал его рубашку не прерывая этот влажный поцелуй. Фелпс слабо улыбнулся. Руки Фишера нагло блуждали по его телу. Не прекращая наглеть, рука спустилась вниз к штанам, в той области находились украденные драгоценные часы.

И какое же удивление Салли, когда их там не оказалось.

Фелпс тихо посмеялся ему в губы и отстранился, наблюдая за его удивлённым лицом. — Да, я погляжу, твоя надежда умирает последней, — сказал он, с довольной ухмылкой. — А... Они же... Когда ты успел? Фелпс вновь тихо посмеялся, но ничего не ответил. Понимая, что на этот вопрос он не отвечает, Сал задал следующий. — Зачем тебе они? Задание Стэнли? Если это так, то это глупое задание. Совратить богатенького дяденьку, а потом украсть часы. Такое себе конечно... Пахнет ложью. — Это часы не только из драгоценных камней и дорогого метала. Во первых, внутри них находилось кое-что важное для настоящего владельца, у которого этот хорошенький дяденька нагло украл их. Моё задание было забрать и отдать коллеге. Уж как я это сделаю, босса не волнует, как и меня дальнейшая судьба этих часов. — Понятно... Трэвис, а... Что будет, если тебе захотят мстить? Это ведь вполне реально. Ты связался с криминалом, и я уверен, что врагов у тебя немало, — немного встревоженно спрашивает Сал. — Пока никто из них не собирался мне насолить. Всё хорошо шифруется, и я бы не стал рисковать вашими жизнями. — Зато ты рискуешь своей. На каждом задании. И что, неужели это того стоит? Это из-за денег? — Рисковать жизнью - это одно, а поступить необдуманно и напрасно лишиться своей жизни - совсем другое, глупо, бессмысленно и нелепо. Это моё собственное желание и мой выбор, деньги тоже не плохо, но я остался не из-за них. Осуждаешь? — Нет, не осуждаю. Разве я вправе что-то изменить? — Мы не вправе изменить прошлое, но вправе изменить наше будущее. Прошла неделя. Новогодние праздники быстро пролетели, как и прилетели долги с учебным процессом. Сал не раз замечал, что у него берутся оценки из ниоткуда, даже по тем предметам в которых он был слаб - стояли пятёрки. Сдача сессий прошла на отлично, и тут чувствовалось вмешательство Трэвиса. Сал вспомнил слова, что он желает хоть денёк забить на учёбу и встать на место Трэвиса. Похоже, так оно и случилось, но за хорошим всегда стоит и плохое. Верно? Большие носы любопытных студентов не смогли не вмешаться в личную жизнь авторитета университета. Они вынюхали, что между Трэвисом и Салли, кажется, есть отношения. Эта новость задела и повлияла на Салли, в него сыпались угрозы от девчонок, на которые он часто закрывал глаза, но чем чаще парни контактировали, тем жёстче становились соперницы. Дело доходило до ссор между двумя и ещё большим скрытием отношений. Терпение Трэвиса рвалось, и в один учебный день, он не сдержался... Это была вторая пара, первый этаж. Многие шли в столовую, просто гуляли или искали свою аудиторию, как обычно их компания была в центре внимания. Парни оживлённо и беззаботно что-то обсуждали. В их окружении находились партнёры мужчин, пожалуй, каждая девушка, а может даже и парень мечтал стоять рядом с ними. Салли шагал к доске с расписанием и взглянул на эту компанию, замечая на себе их взгляды. Сал повернул голову и мысленно сказал себе, что больше не смеет туда смотреть. Фишер изучающим взглядом смотрел на доску, но вдруг услышал резкое молчание и массовый шёпот сзади себя, он повернулся назад и увидел перед собой Трэвиса. Парень находился так близко, что пришлось уткнуться в стенку, чтобы держать хоть какую-то дистанцию. Ладони Салли вспотели, зачем он это делает? Подливает масло в огонь? — Что ты делаешь... — решился он спросить у него на прямую. В эту секунду на них смотрели сотни глаз и снимали на камеру своих чёртовых телефонов. Фишер уже знал, как во всех пабликах фанатики сделают из этих кадров целую свадьбу и напишут сто фанфиков за одну ночь. — Мне кажется, пора перестать шифроваться. И так всё очевидно, нет? Сделаем половину работы фанатикам и перестанем скрывать, кто мы на самом деле. Или ты боишься, а может стесняешься? — тихо спрашивал Фелпс. Он прижал его к стене и посмотрел чётко в глаза. Кажется, его совсем не волновали теперешние события. – О нас и так говорят, а теперь заговорят больше... Я никого не боюсь и не стесняюсь, — строго говорил Салли. Его совсем не радовало то, что сейчас происходит, он попытался вырваться, но безуспешно. Фелпс посмотрел на окружающую их толпу, слабо улыбнулся, он вновь вернулся к своему собеседнику и посмотрел на его горячие губы. — Докажи, — с улыбкой произнес Трэвис.

Салли засуетился... Ему хватило меньше минуты, чтобы решиться на этот отважный шаг. Он фривольно поцеловал его.

Вспышки камер, вопли студентов и преподавателей. Трэвис улыбнулся, он не ожидал, что Сал действительно сделает это и признается на публику о своей ориентации. Фишер коснулся его щеки, а Фелпс взял инициативу в свои руки и углубил горячий поцелуй. Парням не хватало воздуха, но оба не хотели отрываться. Весь шум, возгласы перешли на второй план. Только когда лёгкие начали гореть от нехватки кислорода, они разорвали поцелуй тяжело дыша, но их губы все ещё легко соприкасались. Парни вновь спустились на землю, вокруг происходило полное шоу, не это ли любил Трэвис? За такой спектакль их запросто могут отчислить. Этого боялся Салли больше всего. — Нам конец... — прошептал Салли. Фелпс хмыкнул, он ровно встал и посмотрел на толпу. — Всё, цирк закончился. Узнаю, если прозвучит жалоба от него на кого-то из вас - голову оторву, — холодно процедил он, толпа начала быстро расходится, словно ничего и не случилось. Преподаватели стояли в стороне и лишь шептались, обсуждая данное неподобающее поведение. Они продолжали оглядываться на парней, их телефоны начали взрываться от сообщений и упоминаний в социальных сетях. Фелпс привёл его в свою компанию, там он был в безопасности. — Да-а... Навалил ты шума, Фелпс, —промолвил его друг, который наблюдал за событиями и группами в интернете. Фелпс довольно усмехнулся, он лишь прижал к себе Салли ближе и смотрел в телефон приятеля. Салли просто сгорал от стыда и эмоций внутри него, он так много хотел сказать, но не смог. Поэтому просто молчал. Молчал и терпел эти взгляды, разговоры, смешки... Это было тяжело, но теперь он не скрывал, кто он есть на самом деле и не стеснялся этого. Ему было трудно, но теперь с Трэвисом они всё пройдут. Сейчас должна была быть последняя пара, и как только она началась, парням пришлось разойтись. Фелпс шагал уже по пустым и тихим коридорам, в них отбивались его приглушённые шаги, но и в одну минуту заполнились ещё одной парой шагов. Фелпс обернулся, но было уже поздно. Его к стене прижала Эшли. Девушка храбро смотрела ему в лицо и злобно улыбалась как чёрт, который вылез из преисподни и жаждал крови. — Белоснежка... – прошептала она. – Ты зашёл слишком далеко... Ты отобрал у меня друга и дурманишь его. Пора остановить это. — Чокнулась что-ли? — усмехаясь, произнёс блондин, он попытался убрать руку младшей со своего плеча, но понял, что у той хватка была и посильнее некоторых мужчин. — Теперь ты потеряешь то, что забрал у меня. Нагло отнял... Я не прощаю такого и объявляю тебе войну, она будет очень жестока, я обещаю тебе, но ты можешь это опередить и расстаться с ним. Я даю тебе неделю. Салли не достоин тебя, слышишь? — Тебе по чём знать, что достоин он, а что нет? Я сам решаю, что мне делать, поняла? — фыркнул Фелпс. Его глаза засверкали холодом и начали проникать девушке в душу, он грубо оттолкнул её от себя. — Может, потому что... Я знаю его больше? У тебя есть неделя, Фелпс, ибо вмешаюсь я... — Удумала свой длинный нос в чужие дела совать? Мне не привыкать, я быстро отучу тебя от этого. Объявляя мне войну - ты подписываешь себе смертный договор. Ты не знаешь, с кем связываешься и не знаешь, на что я способен. – Ох... Знаю. Ты маньяк и псих. Я знаю о тебе больше, чем ты себе представляешь, и я достану туз из колоды и приму самые жестокие меры, чтобы выиграть эту войну. – Ты смотри, пока доставать будешь, будь внимательнее, а то вдруг и без пальцев останешься, – улыбаясь, ответил он, отпуская её и уходя в аудиторию. Он чувствовал на себе тяжелый взгляд и прекрасно слышал, как Кэмпбелл на него тихо рычала.

Что же девушка задумала, и о каких тузах она говорила?

Эта ситуация напрягла Трэвиса, но ему пришлось о ней позабыть, когда после работы, Фишер устроил ему приятный, неожиданный сюрприз. Парень стоял на лестнице в своём белом, шёлковом халате с бокалом вина в руках, он со слабой улыбкой смотрел на удивлённого Трэвиса, который клал ключи от машины на место и снимал куртку. — Что-то случилось? — спросил Фелпс, всовывая руки в карманы и неспеша подходя к Салли, он с опаской посмотрел по сторонам. — Не волнуйся, сегодня дом на нашем хозяйстве. Мама уехала на встречу в другой город с коллегой, а домработницам я сделал выходной на этот вечер. Фелпс вскинул брови, не понимая до конца, что сейчас происходит. Он начал подниматься по лестнице, как вдруг на лице Салли засверкала хитрая улыбка, он поставил бокал на ступеньки и побежал на второй этаж. Фелпс ухмыльнулся и погнался за ним. Младший скрылся в одной из комнат и тихо поджидал старшего там. — Ты куда делся..? — спросил Фелпс, открывая не одну дверь. Его рука вновь потянулась к следующей деревянной двери, она приоткрылась, это была очередная пустующая спальня, как показалось Трэвису, но он ошибся. Моментально Фишер хватает парня за одежду и запихивает в спальню, закрывая за собой дверь, он прижимает к ней брата и одаряет наглой улыбкой. — В первой нашей встрече, ты был не таким наглым, — прошептал Трэвис. — У тебя научился. А ты желаешь вспомнить нашу первую ночь? — Желаю, — ответил блондин. Он кратко осмотрел спальню и приметил, что Салли готовился к этой встречи. Комната была романтично украшена свечами. Они смотрели друг другу в глаза, мило улыбаясь. В их сердцах горела страсть и счастье, пульс участился, сливаясь в один быстрый такт. Желание Трэвиса в этот момент было лишь одно: повалить Фишера на кровать и жадно впиться в его горячие губы, которые дурманили его и мотивировали на сумасшедшие поступки. Фелпс провёл пальцем по его груди и дохошёл до плеча, оголяя его от халата, он взял парня за талию и притянул к себе, Фелпс нежно целовал его шею, стеля дорожку поцелуев до ключицы и его груди. — Почему бы... Не вспомнить вместе прямо сейчас? — прошептал Салли, он расстегнул ширинку Фелпса и нежно погладил стоячий член брата. Сал присел на колени, спустил штаны и обвёл языком его головку, а затем медленно, но уверенно заглотил его до конца. Фелпс тихо постанывал, Фишер был профессионалом своего дела, он играл с ним своим ловким язычком, затем быстро начал двигаться вверх-вниз, он иногда выпускал его изо рта, а затем вновь заглатывал полностью. Фелпс тяжело выдохнул, он посмотрел на парня и от этого вида, желание нагнуть его усиливалось. Рука Фелпса зарылась в его волосы, а затем подняла немного голову за подбородок, устанавливая зрительный контакт, Сал поднялся. Парень взял его за руку и потянул к кровати, Фишер стянул с него всю одежду, с кармашка халата достал запечатанный презерватив, он держал его зубами и мило ухмыльнулся, он пригласил его на кровать, Трэвис навис над ним, он целовал его тело, каждый сантиметр и каждый миллиметр. Салли покраснел, он откинул голову назад от удовольствия и тихо простонал. Фелпс вернулся к его личику, он потянулся к нему и забрал то, что находилось у него в зубах, Фелпс быстро его открыл и надел. Он резко вошёл в парня, от боли у Фишера навернулись слёзы, он кое-как сдерживал себя, чтобы не закричать. Ноги парня Трэв закинул себе за спину. Такая поза давала возможность ему полностью управлять процессом, контролировать глубину и скорость движений внутри него, он двигался в медленном темпе, постепенно переходя в грубый, резкий... Он поднял обе его руки над головой и сжал запястья, крепко фиксируя их на месте, совершая очередной резкий толчок, он наслаждался его сладостными стонами. — Ну же, Салли, я знаю, что ты можешь громче... — в его голосе слышалась власть, похоть, жажда и что-то на границе любви и ненависти. Он сжимает его руки сильнее и кусает его тонкую шею, оставляя кровавые следы, он тут же зализывал их и целовал. Фелпс тянет зубами его кожу на шее и топит в ощущениях невозможности. Сал неподвластен контролю своих эмоций, громкие стоны рассеиваются по всему дому. Эти стоны запомнятся навечно и забыть их уже будет невозможно... Фишер тянется к тумбочке и достает оттуда строгий ошейник. Фелпс удивился. — Желаешь почувствовать новые ощущения? — Мгм... У меня ещё есть кое-что интересненькое... Скрежет металла и на тонкой шейке красуется громоздкий "аксессуар". — Умеешь удивлять, он тебе чертовски подходит, но что-то мне подсказывает, что это не всё. Салли слабо улыбнулся, Фелпс потянулся к волшебной тумбочке. Он находит там игрушку, но её он оставляет её на сладкое и решает закончить начатое. Парень вновь входит, заставляя своего партнёра выгнуться от ощущений, и тут же пожалеть об этом. При каждом движении, железные прутья вонзаются в нежную кожу. И... Это приносит ещё большее удовольствие. На небесно-голубых глазах появляются хрустальные слезы, а на лице блондина сверкает слабая ухмылка. Темп ускоряется, и почти одновременно парни кончают. Фелпс приближается к нему и нежно целует в губы. — Передохни немного, котёнок. Я сейчас приду, и мы попробуем нашу вишенку на торте, — сказал Фелпс. Он уходит избавился от презерватива и оставил Фишера одного. Парень тоже не терял времени, он убрал свои следы и потянулся, пытаясь снять эту чёртову штуку на шее, которая царапала и давила его. – Куда мы лезем? – внезапный приход Трэвиса заставил его вздрогнуть. Старший накинул на себя свой черный халат и взял вибратор, изучая его поближе и знакомясь с инструкцией. Прибор управлялся с помощью телефона. На лице Трэвиса засияла коварная улыбочка. Громкие стоны младшего продолжают разноситься по всему дому. Приятными вибрациями игрушка внутри него вызывает целое море оргазмов. Трэвис с наслаждением наблюдал за его сладостными мучениями в дверном проёме. Он нажимал на кнопочку максимальной скорости и минимальной. Фишер выгибался в пояснице, когда очередной прилив слабой вибрации ударял внутри него, Сал сжимал одеяло, но Трэвиса не удовлетворяла реакция брата. Он поступает по-другому, нажимает на максимальный режим и подходит к Салли. Метал продолжал царапать шею, та уже знатно покраснела и на ней было немало царапин, по щекам Салли текли слёзы, не так как от боли, как от чертовского головокружительного оргазма. В окружении громких стонов, блондин подходит к Салли и сбавляет режим к минимуму. — Ладно-ладно. С тебя хватит, умничка, — прошептал он, доставая игрушку и убирая её в сторону, он поцеловал в лоб парня и погладил его волосы. Салли восстанавливал своё сбитое дыхание, сердце бешено билось и, казалось, что вот-вот оно выпрыгнет из его груди. Однозначно, это было лучше чем первый раз, хоть Трэвис был менее груб, как в первый раз, но такие новые ощущения и мучения от старшего пришлись ему по вкусу. Он разглядывал Трэвиса и не в силах был ответить что-либо. — Устал, бедненький... — с сочувствием произнёс Трэвис. — Ты был как всегда невероятен, я водички тебе принесу, хорошо? Сал лишь слабо улыбнулся, он потянулся к нему за поцелуем, и нежно, с любовью прильнул к его губам, затем неохотно отпустил его и кое-как навёл порядок в комнате, хоть это давалось ему с великими усилиями. На утро всё тело болело. Любой шаг или малейшее действие приносили адскую боль для Салли. Его шея была покрыта царапинами и парочкой засосов. Да здравствуют свитера с длинным воротником! Половину ночи парни лежали рядом друг с другом в комнате Трэвиса и смотрели фильм. Трэвис то и делал, что целовал царапинки Сала и гладил его руку, под такими нежностями обессиленный Салли быстро вырубился. Парень ощутил на себе пронзающие, слабые лучи солнышка на лицо, он нахмурился и утыкнулся личиком в грудь Фелпса, пытаясь спрятаться от настойчивого света, этим он случайно разбудил Трэвиса. Парень разглядывал его со слабой улыбкой, он смотрит на каждый сантиметр тела и радуется этим сонным моментам. Его мысли улетают и достигают пушистых облаков, от чего он слабо усмехается. — Чего ржешь? — Да ничего, задумался я, — прошептал Трэвис, нежно убирая пряди волос с личика Сала, еле касаясь, поглаживает нежную кожу, будит своими ласками Салли. Парень поднимает голову и ловит взгляд Трэвиса. — Я чувствую запах кофе, — прошептал Сал. — Девчонки пришли скорее всего. Хочешь кофе? Мне сходить? — Да, пожалуйста. Трэв кивнул, он спустился вниз и столкнулся с Миртой, девушка была очень занята, видно было, что Диана наградила её кучей работы. — Ой... Доброе утро, господин! Я сделала для вас и юного господина кофе! — Спасибо Мирта, очень признателен тебе. — Господин, хозяйка просила передать вам, что задержится на работе, она не хотела вас будить. И ещё одно, — девушка достала с кармашка своей формы белый конверт и передала своему хозяину. — Спасибо за информацию, Мирта, — поблагодарил с улыбкой Трэвис, Мирта кивнула и двинулась по своим делам. Фелпс повертел белый конверт в руках, он взял поднос и поставил туда чашечки ароматного кофе с круассанами. Через несколько минут, этот чудный аромат распространился по его светлой и большой комнате. Сал кое-как присел. Фелпс вручил ему завтрак прямо в постель. — Ух-ты! Спасибочки! — Я пойду покурю, да? — спрашивает Трэвис, накидывая свой халат. — Что? Нет! Куда пошёл? Ты забыл, что мы договаривались? — возмутился Сал, он нахмурил свои брови и с детской злостью и беспокойством посмотрел на того. Трэвис, не слушаясь, шагал к балкону. — Если я не могу сейчас двигаться, это не значит, что я не буду мстить! — И как же ты мне отомстишь? – с ухмылкой спросил Трэвис. — В следующий раз останешься без секса, – злобно улыбнувшись сказал Салли. Это возмутило Трэвиса, было видно, как он пытался определиться. В итоге, он открыл дверь балкона и шагнул туда. — Ах, вот как? Променял меня на сигареты? Ну, хорошо! Я запомнил, — кричал Фишер ему в след. Фелпс закурил сигарету, делая очередную затяжку, он смотрел на заснеженный вид. Трэвис потянулся к конверту и открыл белый лист, там его ждало два приглашения на вечеринку в приватном клубе через несколько недель.

***

Прошло полторы недели.

Тихие и ничем не отличающиеся от других.

Фелпс всё реже посещал занятия и больше уделял время работе, он вновь перестал ночевать дома, загружаясь своей дурацкой работой. Салли это, ой, как не нравилось, но сделать он ничего не мог, ведь все его просьбы прошли мимо ушей.

Но этот вечер подкинул разнообразия в их жизнь, парни пошли на ту самую чёртовую вечеринку, которая сломает всё то, что они так долго строили...

Парни вместе вошли в клуб, и в уши сразу же ударила громкая музыка, и множество голосов, криков. Танцпол был полностью забит народом. Ребятам пришлось силой протискиваться сквозь толпу до барной стойки, а когда цель была достигнута, они заказали алкогольный напиток и с интересом разглядывали толпу. Было много знакомых, а среди них они увидели Эшли, которая подошла к ним. Сал улыбнулся, он был рад увидеть свою подругу, но, кажется, Трэвис совсем наоборот... — Вот же курица, умеет испортить вечер, — подумал Фелпс, наблюдая как её фигура приближается. Девушка поздоровалась с ребятами, но от Трэвиса она получила ледяной игнор. Девушка вновь рассказывала новости своему другу, и от этой компании Фелпса начинало нудить, он прошёлся глазами по присутствующим, и заметил Феликса. — Ну наконец-то, второй нормальный человек нашёлся, — подумал Трэвис, он повернулся к Салли и предупредил, что ненадолго уйдет, но тот был так увлечен диалогом, что даже не услышал его речь. Фелпс лишь фыркнул и ушёл к своему другу, он держал взгляд на Фишере и не позволял себе спустить его. С Феликсом было намного интереснее, парни обсуждали разное... Вот сейчас Фелпс наблюдает, как Сал тянется за очередным стаканом, а затем уходит в толпу танцевать. Трэв напрягся, ведь упускает того со своего поля зрения... Фелпс выпил залпом стакан текилы, жгучий напиток неспеша расходился по всему телу, он ощущал, как алкоголь заполнял каждую его клеточку и дарил своё тепло. Фелпс вернулся к собеседнику и уделил внимание ему. Салли продолжал тусоваться с Эшли, Фелпс то и дело видел парня с ней либо у барной стойки, либо на танцевальной площадке, но через полтора часика, его ни там, ни там оказалось... — Феликс, ты видишь Салли? — спросил Трэвис, настраивая свою внимательность на каждого посетителя. — Салли..? Нет. Фелпс дёрнул щекой, ему не нравилась эта ситуация, а когда подошла к нему сама Эшли, он понял что, что-то случилось. – Трэвис, ты не видел, где Салли? Я его ищу, ищу, а он как сквозь землю провалился. Сказал, что к тебе подойдет, но так и не вернулся... Трэвис выпрямился, он сказал другу, что сейчас придёт и двинулся на поиски Салли. Его мобильный не отвечал, а волнение за него усиливалось, обойдя половину клуба, они двинулись к более тихим местам, и нашли пропажу.

Но не одного...

Салли страстно целовал кого-то с длинными волосами, он явно был выше и крупнее самого Салли. Трэвис пригляделся и в точности узнал своего бывшего лучшего друга. Это был Ларри.. Его нежные и в то же время мягкие, губы сейчас чувствовали Джонсона... Горячие поцелуи скользили по всему телу Салли. Телу, к которому доступ имел лишь Трэвис. Они наслаждались поцелуем, словно хотели сделать это давно. «Алкоголь в моей бешеной крови давал о себе знать, и... Я совсем перестал контролировать себя... Моё сердце обливалось кровью, я просто замер и надеялся, что это сон... Страшный и отвратительный сон, который вот-вот закончится, но он не заканчивался. Я как мумия, смотрел на это и не мог ничего сделать. Почва ушла из-под ног, я словно Земля, которая осталась одна на всей орбите. Я чувствовал себя пустым и пробитым насквозь.. Я не понимал, что я мог сделать не так, я винил себя и не понимал, в чём моя ошибка...» — Салли!!! — крикнула девушка закрывая свой рот от дикого удивления. Голубки поворачивают свои головы, Сал замирает, он выглядел напуганным и в полном непонимании от происходящего. Джонсон храбро смотрел в карие, озверевшие глаза блондина, вот-вот и он произнесет: "Ну что, шлюха и есть шлюха. Шах и мат, козлина." Сердце Фелпса разбилось, он подлетел к Ларри и больше не смог себя сдерживать. Хватая того за шею, он замахивается своей тяжелой рукой и со всей дури наносит удар в челюсть, ломая её. Как котёнка он кидает его в стенку, тот бьется головой и теряет сознание... Разъяренный Фелпс подходит к Салли, он смотрит в его глаза. Эти глаза были не его, они были затуманены, одурманены.. Привычные небесные глаза закрыл чёрный расширенный зрачок, словно он что-то принял. Фелпс грубо прижал его к стене, помотрел в глаза и попытался понять, что он сделал не так... – Трэвис? – в недоумении спрашивает Сал, но он тут же получает удар в лицо. С губы потекла кровь... Фелпс откидывает его в сторону и пулей вылетает с клуба, он садится в свою машину и мчится. Мчится туда, куда глядят его глаза, он выезжает с города и приезжает в лес. Руки тряслись как ненормальные... Он судорожно достает пачку, садится на капот своего авто и подпаливает сигарету, он всё ещё видит перед собой эти глаза, этот поцелуй и у него начинает сносить крышу.. Его сердце разбилось на тысячи осколков далеко в горах, его сердце кинули на истязание злым большим кошкам, его сердце стёрли в порошок и развеяли над буйным морем... Его раздирали чувства, он ненавидел его всем сердцем, но так же и чертовски любил... Трэвиса ударила истерика, он кинул сигарету на дорогу, обошёл машину и громко ругался. Очень громко ругался, ему хотелось осудить его, презирать, но он не мог... Фелпс подошёл к дереву и со всей, что есть дури ударил в него, удары неслись один за другим, один за другим, пока физическая боль не перекрыла моральную. – Сука!!! Чёртов Джонсон, чёртов Салли! Я ненавижу вас! – кричал он, продолжая наносить удары. С его глаз потекли горячие слёзы. Острая боль отдавалась в руке, на снег капала его пылкая и алая кровь. Воспоминания вальсом кружились с ним в его голове, он сел на корточки и закрыл руками свои глаза. Всё что они проходили, всё что они прошли вместе - зря? Их столько всего связывало... Эта картина была перед его глазами, он не понимал, что он мог сделать. Он винил себя..

И медленно умирал...

Фелпс давно не позволял пускать себе слабину, но тут он не сдержался. Эта ситуация была большим уколом для него. Нет, не уколом... Ударом, острым и режущим. Он хотел исчезнуть. Исчезнуть со всего мира, уйти навсегда и больше не возвращаться... Фелпс вытирал свои слёзы, он достал свой телефон и писал сообщение своему старому, но верному другу.

Он просил помощи. Помощи исчезнуть.

На следующее утро Фишер проснулся от дикой головной боли, он проснулся не на своей кровати, и не на кровати Трэвиса. Он вообще не был в своём доме. Фишер сел, осмотрелся и пытался понять что происходит... Его губа щипала, он понял что там находится свежая ранка. Внутри него было странное чувство. Чувство тревоги и вины. В комнату вошла Эшли. — Эшли? Где я... — С пробуждением, Салли, — ответила Эшли, выглядывая с дверного проёма. — Кушать будешь? Водички? — А... Почему я у тебя? Что произошло? — спросил Сал, рассматривая уютную комнатку. Эшли быстренько метнулась за водой, она села напротив парня и молчала, кусая свои небольшие губки. Девушка состроила печальную гримасу и не знала как о случившимся доложить своему другу. — Эш? Что происходит? Не молчи. Я чувствую, что что-то произошло, и если я оказался у тебя, то я на 100% прав. Девушка решила не говорить, а показать. Неуверенно взяв свой телефон, она включила ролик, как раз на той измене. Её кто-то заснял, но кто? Это не так волновало Салли, как то, что же он, блять, натворил... Парень ничего не помнил, но знал точно, что от слабоалкогольного не мог такое натворить. Глаза Салли стали стеклянными, а сам он побледнел... Он принялся искать свой телефон, а когда нашел, руки набирали не один раз номер парня, но он был недоступен... Сал закрыл рот, на его глазах навернулись слёзы, они градом посыпались и упали на белую постель... — Эшли, что же я наделал..? Подруга обняла его, и гладила по спине. На её лице появилась злобная улыбка.

Она достигла желаемого.

Сал ехал на такси домой, его состояние желало лучшего, но на него было плевать, лишь бы Трэвис был дома... И ему повезло, автомобиль парня стоял перед домом, Фишер забежал вовнутрь и позвал Трэвиса, он полетел к нему в комнату дернул за ручку, но было заперто... Фишер стучался к нему и умолял открыть. Фелпс посмотрел на дверь, его брало раздражение к такой настойчивости, но перебрав себя, он открыл. — Трэвис! Трэвис, я тебя очень прошу, только послушай... – умолял Салли, он взял его за руку и целовал каждый участок. Трэвис молчал, он с диким холодом смотрел на парня. Фелпс был совершенно без эмоций, только молчал и смотрел на Салли. — Солнце, я тебя очень прошу! Это не я? Слышишь? Я не знаю кто это, но не я! Мне что-то подсыпали! Я не помню ничего! Прошу, прости, пожалуйста! Я не люблю его, я тебя люблю! — кричал Салли, по его щекам лились слёзы, он упал на колени и взял правую руку парня, но тут же разбился об острые скалы как птица... Рука вдребезги была разбита, на пальцах не было живого места. Всё ещё живые раны вероятнее всего очень болели. — Трэвис!!! — воскликнул Салли, заливаясь новой истерикой, он знал, что виною его боли послужил он сам, он знал, что разбил ему сердце... Салли целовал его руки и молил о прощении, но Фелпс лишь присел к нему и тихо прошептал: — Не делай вид, что ты сожалеешь об этом, — сказал он, поднимаясь в полный рост и закрывая перед ним дверь. В его глазах была только боль... Он не хотел больше ничего говорить, он боялся самого себя и своих поступков. Блондин запер дверь и подошёл к окну, вглядываясь в даль и сжимая свой перстень, он старался игнорировать крики за дверью, но это не выходило. Не смотря на шумоизоляцию, он всё слышал. Слышал как разрывается сердце Салли, слышал слова судьбы, что между ними всё кончено... К нему подошла Мирта, которая была в комнате до этого и всё прекрасно слышала. — Когда всё заканчивается, боль расставания пропорциональна красоте пережитой любви. Выдержать эту боль трудно, потому что человека сразу же начинают мучить воспоминания, — промолвила рыжая, неуверенно кладя руку ему на плечо. — Я верю в вас, господин, что вы с ней справитесь. И если вы считаете правильным покинуть город на неопределённый срок, то значит так оно и нужно. Я клянусь, что буду беречь его и держать под чистотой, мой господин... – Спасибо, Мирта. Я знал, что ты очень хороший друг. Город поглотила тьма. Время позднее, Трэвис дождался, пока все уснут, он собрал свои вещи и максимально тихо двигался к выходу. Он не хотел сейчас оборачиваться, кому-то что-то говорить. Он молча сел в машину, завёл свой двигатель и мысленно попрощался со всем, что имел. Сегодня день был крайне тяжелым, Сал целый день просидел у его двери, он не желал слушать никого, и лишь под вечер, матери удалось увести его в комнату. Прошлого уже не вернуть...

Машина удалялась. Уезжала и оставляла позади себя самое родное и ценное что имел её владелец, но работа не будет ждать. Он едет за три пизды на новое долгое и опасное задание, так будет лучше не только для него, но и для Салли.

***

Что будет с Салли? С Трэвисом? Они больше никогда не встретятся и не будут вместе? В какую смертельную опасность попадёт Трэвис и как пострадает Эшли?

Ответы вы получите в новой главе.

Продолжение следует...