Butcher of Seoul / Мясник Сеула

Впервые за несколько недель дождь омыл Сеул. Просыпаться под шум дождя, который сначала словно мягко шептал у окон, а затем становился все громче и громче, — даже как-то исцеляло. Целых два дня подряд Чимин не видел и не слышал Тэхёна в доме, и, прежде чем пойти осматривать остальные комнаты, убедился, что Кима нигде так и не было. Поначалу Чимину показалось, что занятость Тэхёна в качестве босса — благословление, поскольку теперь ему будет некогда, но неделю спустя Пак осознал, что без Тэхёна ему невыносимо скучно. Но даже когда Тэхён вернулся, Чимин не попытался найти его в этом большом доме. Это была война упрямства, война из разряда «кто сломается первым». И Чимин намеревался победить. Но что-то такое было в дожде в пасхальное воскресенье, что заставляло менять нравы. Или, возможно, это был дух богини языческой пасхи, Остары, который поощрял празднование плодородия и секса. Конечно. Это было именно оно. Хотя даже без этого духа Чимин просыпался с утренним стояком, справиться с которым можно было только мыслями о Тэхёне. Перед тем, как войти в тэхёнову спальню, Чимин вспомнил хорошие манеры и постучал в дверь. Услышав разраженное ворчание, Чимин открыл дверь и вошел. На кровати творился хаос из одеяла, подушек и простыни, а в изножье кровати виднелась синяя макушка. — Так, значит, ты превращаешь кровать в хаос, когда тебе ночью некого обнимать, — подметил Чимин и, притворившись, будто не заметил, сел прямо Тэхёну на голову. — Ой, ну хватит, — проворчал Тэхён, сталкивая Чимина с себя. Все еще сонный он поднял голову из-под спального месива: глаза опухли от сна, а губы надулись, как у ребенка. Чимин улыбнулся и протянул палец, чтобы тыкнуть в нижнюю губу Тэхёна: «Я и забыл, как по-детски ты выглядишь после сна». Тэхён пробормотал что-то невнятное и укусил Чимина за палец, отказываясь отпускать. В угрюмой тишине он взглянул на потолок, глаза его с каждым разом открывались все шире и шире. Чимин поцеловал его в лоб, а затем фыркнул, чтобы Тэхён, наконец, отпустил его палец. По непонятной для самого себя причине он тут же поднес палец к носу и понюхал, после чего скорчил недовольное лицо: — О, боже, утренний запах алкоголика. Вонючка. — Теперь каждая официальная встреча — это повод выпить. Меня это уже подзаебало, — голос Тэхёна сейчас был низким, гулким и грудным. А затем, подозрительно сощурившись, Ким добавил: — А чего это ты такой милый, ручки распускаешь? Ты что-то сделал? Ты ранил Хролло? Чимин пожал плечами: «Полагаю, одиночество наполняет сердце нежностью. Не думал, что без тебя будет так скучно. И кто такой Хролло?». — Мой щенок питбуля. — Ты думал, что я причиню вред собаке? Какого хуя? — на последнем слове Чимин ударил Тэхёна по руке, глаза его округлились от негодования. Тэхён перевернулся на живот и положил голову на подушку. Сопротивляться тому, чтобы не потрогать синюю копну волос было крайне сложно, поэтому Чимин с улыбкой на губах запустил в нее пальцы и поворошил. И что удивительно — это не была фальшивая улыбка. Возможно, так проявлялся эффект плацебо, к которому нашел выход его мозг, чтобы хоть как-то сохранить здравый ум. Или душа Чимина была поистине спокойна теперь, зная, что Чонгуку не причинят вреда. Чем бы это ни было, это работало. Парень словно выкурил пару косяков во время дождя: в голове приятная завеса, но мыслей в голове никаких. Чимин калачиком свернулся рядом с Тэхёном, носом утыкаясь в его волосы и глубоко вдыхая запах. — Вопреки прежним личным убеждениям, мафиозные синдикаты не вращаются вокруг придумывания мерзких способов пыток и причинения вреда врагу, как я изначально предполагал, — Тэхён звучал приглушенно, но понятно. — Синдикат — это бизнес, поэтому это скучно. В основном даже легальный бизнес, поскольку лазейки в законе позволяют крупным игрокам избежать тюрьмы, но бизнес этот на стероидах. Максимум прибыли, минимум усилий и жестокие акционеры. — Ты учишься играть в эту игру? — пробормотал Чимин. Он сжал крепкие плечи Тэхёна, а затем провел вниз по спине, заставляя Кима слегка вздрогнуть, и поцеловал его в шею. — Я позволил Минсу взять на себя большую часть ответственности. Он лучше все это понимает. — Ты его марионетка? — Не знаю. Наверное. — Ты сам захотел этого или тебя заставили стать марионеткой? — Я попросил его о помощи, чтобы совершить внезапный госпереворот в империи Матери. Так что, я его должник. — Но ты не должен давать ему полный контроль над самой могущественной организацией в Сеуле. Тэхён, который уже полностью отошел ото сна, повернулся и нахмурился: «Хочешь ему это лично в лицо сказать?». Чимин широко улыбнулся, однако серьезность Тэхён никуда не исчезала, поэтому чиминова улыбка быстро сползла с лица. Пак перевел взгляд на потолок и устало вздохнул: — Без разницы. Мне как-то пофиг. Я тут, чтобы ты не прикончил Чонгука. — Точно, твоего парня, — усмехнулся Тэхён. — Конечно… парня, — насмешливо хмыкнул Чимин. Тепло постели убаюкивало, несмотря на то, что между парнями снова возникло такое уже привычное напряжение. Но колючки обоих исчезли, когда Чимин закинул ногу на талию Тэхёну и притянул к себе ближе. Тэхён наклонился, но Чимин тут же замотал головой, прикрывая рот старшего: — Нет, не целуй меня. От тебя все еще воняет, — прошептал он и захихикал, когда Тэхён закатил глаза. Чимин убрал свою руку и подвинулся ближе, укладываясь своей щекой на щеку Тэхёна так, что тот уткнулся Паку в шею. Когда-то такая близость с Тэхёном всегда вела к сексу. Но сейчас, даже когда Чимину в бедро начал упираться стояк, а тэхёновы поцелуи на шее становились все напористее, парень просто продолжал лежать. Просто лежать с закрытыми глазами, вдыхать аромат кондиционера для белья, сигарет и остаток одеколона и погружаться в состояние жамевю. А все потому, что такое уже происходило. Кровать, Тэхён, — но все теперь казалось не таким, как прежде. Это было что-то абсолютно иное — словно ты плаваешь в воде после шторма и теперь ощущаешь лишь мягкое обволакивающее тепло, а там вдалеке, на суше, тебя ждет белый песчаный пляж. Это дарило ощущение дома, если бы дом мог быть таким правильным и неправильным одновременно. Хотя, по такой логике, это больше ощущалось как незаконное проникновение в дом, но даже несмотря на это, Чимин влюблялся в это место. — Так, ты что-нибудь будешь делать с моим утренним стояком, который тычется тебе в ногу, или продолжишь меня душить? — пробормотал Тэхён. Чимин хихикнул, слез с Тэхёна и легко спрыгнул с кровати: «Иди, чисти зубы, здоровяк».

***

— Лобстер остыл. Чимин несколько минут ковырял омара вилкой, чтобы прийти к такому умозаключению. Тэхён только доел свои спринг-роллы и наклонился к Чимину, чтобы удостовериться. — Хочешь, тебе еще одного принесут? — спросил он. Чимин отрицательно покачал головой: «Я даже лобстеров-то не люблю». — Я тоже. — Тогда зачем ты их заказал? Тэхён пожал плечами: «Не знаю. Просто у богатых обычно нездоровое влечение к морепродуктам». — Да, определенно о ресторане «Red Lobster» ты не слыхал, — ответил Чимин с серьезным видом, хотя очень сильно ему хотелось расхохотаться. Он бросил испачканную вилку рядом с жалким на вид сваренным существом и приступил к жаркому из королевских креветок и гребешков. Они сидели в приватной комнате японского ресторана, огражденные от внешнего шума помещения сёдзи. Большая тень Вонхо время от времени передвигалась перед дверью из стороны в сторону, остальная личная охрана Тэхёна была расставлена по всему ресторану, чтобы следить за всеми входами и выходами. Чимин выбрал этот ресторан, потому что вспомнил, как отец однажды рассказывал, что это лучшее место, где он когда-либо ел. Это была жалкая причина, чтобы выбраться куда-то, поесть, но пока что ресторан оправдывал свою репутацию. И Чимин давненько уже не сидел за столиком чабудай. Тэхён был абсолютно расслаблен: сидел с согнутым коленом, закинув на него руку, и спокойно ел, словно беззаботный монарх. Чимин легко отвлекался за едой, поэтому было приятно есть в компании кого-то, кого не напрягало присутствие Пака рядом. Да в и принципе Тэхёну мало что могло помешать поесть: он всегда ел с надутыми губами, причмокивая и смотря куда-то пустым взглядом. Пару раз Чимин взглянул на Тэхёна и, заметив его выражение, чуть ли не подавился рисом из-за прорывающегося смеха. С инцидента в гардеробной Матери прошла неделя, и Тэхён ничего толком не сказал, кроме «Иисусе, ты почти все разодрал». Чимин тут же сказал, что это неправда: ювелирные украшения, туфли, сумочки, головные уборы, зонтики от солнца — все это осталось нетронутым, не говоря уж о других аксессуарах. И к удивлению Чимина и Тэхёна, они нашли целое отделение только для нижнего белья. Почему-то им даже в головы не приходило, что под всеми остальными нарядами Мать будет носить женское нижнее белье. И оно было таким же красивым, как и все остальные вещи. Чимин несколько минут вертел в руках что-то красное и кружевное, с двумя ниточками, между которых болталась жемчужная нить. Лишь потом до парня дошло, что это открытые спереди трусики. На автопилоте Чимин выдал: «Ты бы отлично в них смотрелся». И он сначала даже не был уверен, к Тэхёну ли обращается, но затем старший протянул руку через чиминово плечо и выхватил белье. Через зеркало Чимин наблюдал, как Тэхён сначала нахмурился, а затем его брови поползли выше и выше, а потом Ким просто пожал плечами и положил трусики себе в карман. Чимин не стал спрашивать, означало ли это, что Тэхён их примерит. Подобие мира воцарилось между ними. Оба не могли терпеть постоянные ссоры, и на одну еще попросту не было сил. Чимин наслаждался такими простыми вещами, как ежедневный душ, хорошая еда и дом с разными удобствами, которые только можно представить. А еще подбором персонального гардероба. Как и прошлый костюм, последний ему сшил Оиси, однако в этот раз мужчина недовольно щелкнул языком, заметив несовпадение нынешних мерок с прошлыми. — Поднабери массу. Мои костюмы плохо на скелетах смотрятся, — сухо сказал Оиси. — То есть, ты не возьмешься их шить? — спросил Чимин. — Я сошью их по твоим прошлым меркам. Это будет тебе мотивацией немного массы поднабрать. И полноценные приемы пищи определенно позволят набрать массу. А до тех пор, пока костюмы Оиси хорошо не сядут, парень прекрасно обходился покупными. Сейчас как раз на нем был один из таких костюмов, что стоил неоправданно дорого и был даже вполовину не таким удобным, как костюмы Оиси. Но, каждый раз замечая себя в отражающих поверхностях в темно-фиолетовом костюме, Чимин начинал ощущать тепло внутри. Хороший внешний вид явно помогал почувствовать себя лучше. Когда еда закончилась, и грязная посуда была убрана, на серебряном тисненом подносе принесли саке в небольшом кувшине и две чашечки. — Я такое еще не пил, — сказал Тэхён, наклоняясь к кувшинчику и принюхиваясь. — Ну, тебе нравится соджу, а саке немного легче, так что тебе должно понравиться, — сказал Чимин, разливая саке по чашечкам. Чимин чувствовал, что тэхёнов взгляд был прикован не к кувшину с напитком, а к нему самому, но он не реагировал и поднял взгляд лишь тогда, когда закончил разливать. На губах Тэхёна мелькнула улыбка, и он поднял чашку. Чимин с ним чокнулся и немного отпил. Тэхён же в это время опрокинул чашку и выпил все залпом, вздрагивая. — Но ты должен был… ладно, забей, — замолчал Чимин и еще немного отпил. — Мне нравится. Еще, — Тэхён причмокнул губами и потряс чашечкой перед Чимином, прежде чем тот шлепнул Кима по руке. — Я не твоя личная гейша. Наливай сам. — Ой, ну ладно тебе, пожааалуйста? — Тэхён игриво захлопал ресницами. — Нет… — Если не нальешь, то я хлебну с горла. Ты видел как я неразбавленную водку глыкал, поэтому ты знаешь, что я могу и сейчас так сделать. Чимин решил не удостаивать комментарием это воспоминание, так что он просто покорно взял кувшин. Тэхён протянул чашечку, жеманно опершись подбородком на руку, и широко улыбнулся, когда чашка наполнилась. — Ган Бей! — сказал он насмешливым высоким голосом и выпил залпом вторую чашку. Тэхён не был пьян, совсем нет, потому что для этого ему придется выпить в одного целый кувшин, но, судя по выражению его лица, он обдумывал прошлое, когда подполз ближе к Чимину. Чимин крутил кольцо на пальце и наблюдал, как к нему приближается Ким. Всегда было забавно наблюдать, как Тэхён готовится сказать что-то глубокое: он запинался на словах, несмотря на всю их искренность. Красноречие из него лезет обычно в пылу момента. Но то, что он сказал дальше, застало Чимина врасплох настолько, что безразличие тут же испарилось в воздухе. — Мне жаль, — Тэхён положил свою ладонь на руку Чимина и погладил большим пальцем костяшки, после чего притянул к себе. — О чем ты? — пробормотал Чимин и посмотрел на Тэхёна грустным взглядом. — То, что мой отец сделал с твоими родителями. Он всю твою жизнь испоганил и бросил тебя на произвол судьбы. И раз он мертв, то не может попросить прощения, поэтому это делаю я. Чимин знал, что все это значило: Тэхён пытался загладить свою вину, чтобы облегчить себе жизнь. Он хотел, чтобы Чимин играл с ним в «счастливое семейство», поэтому сделал ставку на то, что нормальный, эмоциональный, человеческий разговор сможет помочь. И даже так Чимин не мог обвинить его в играх разума. На самом деле то, что он так открыто это сказал, — успокаивало. Чимин положил вторую руку поверх тэхёновой, теперь сжимая его ладонь двумя своими, и сказал: «Это не твоя вина. Тебе не надо просить прощения». А затем отпустил его. Тэхён немного замялся и заерзал, стараясь смотреть куда угодно, только не на Чимина. Выглядел он так, будто его только что подстрелили. Все было написано у него на лице. Прежде чем Чимин обдумал, что сказать, чтобы исправить ситуацию, Ким снова заговорил, и стены окончательно рухнули: — Той ночью, когда мы были вместе, когда я похоронил Хосока, ты сказал, что я не убью единственного оставшегося в этом мире человека, который все еще любит меня. — Боже, Тэхён, у тебя реально великолепная память, когда тебе надо что-то в свою пользу запомнить, — пробормотал Чимин, но не смог сдержаться и легонько хихикнул. И, то ли это было саке, то ли обычное воздействие близости Тэхёна, но по телу разносилось тепло, от самой макушки до кончиков пальцев. — Но ты сказал это. Ты, правда, это имел в виду? Действительно ли я имел это в виду? Или причиной этих слов был стокгольмский синдром? Вполне вероятно. Но когда Чимин действительно задумывался об этом, то сказать что-то другое — как удар под дых. Да, Чимин был лжецом, но на этот раз лучше примириться с правдой. Сейчас над ним не висит Дамоклов меч. Чимин звонил в больницу, где был Чонгук, и его убедили, что Чона забрал мужчина, по описанию очень похожего на Намджуна. Тэхён сдержал обещание и не причинил вреда Чонгуку. Наконец, правда не навлечет беду. — Да, наверное, — ответил Чимин со всей притворной беззаботностью молодого человека, который все еще боролся с мыслью, что может поддаться чему-то столь хрупкому, как любовь. И закивал, чтобы ответ не показался вежливым отказом. Тэхён глубоко вздохнул и скрестил ноги. На его лице было написано, что он не поверил в слабое утверждение Чимина. Он снова налил себе в чашечку саке, выдохнул и снова выпил все залпом. А потом протянул руку ладошкой к верху. — Начнем с чистого листа? — сказал он еле слышно. — Я не устрою охоту за Чон Чонгуком, и мы сможем начать все с самого начала. Чимин, прикусывая нижнюю губу, пальцами обводил линии на тэхёновой ладони. Как просто эти длинные пальцы и большая ладонь могли обхватить весь кулак Чимина. Чимин ненавидел быть низким, особенно когда его дразнил Чонгук из-за этого. Тэхён никогда в открытую его не дразнил из-за этого, но каждый раз, когда ему легко удавалось возвыситься над Чимином, глаза начинали сиять от радости. Сейчас они не сияли. — Мы так быстро умрем, если продолжим жить в преступном мире. Не думаю, что чистый лист будет значить то, что должен, — сказал Чимин мягко, его голос было еле слышно из-за живой музыки снаружи. Тэхён нагнулся ближе, чтобы расслышать, и когда ему это удалось, он не стал отодвигаться назад. Чимин закрыл глаза и мягко качнулся, наслаждаясь дыханием Тэхёна на своей коже. — Мы не умрем, — пробормотал Тэхён. — Я уже говорил тебе, что тебе не обязательно умирать, если ты этого не хочешь. Чимин рассмеялся: «Почему? Почему ты говоришь это? Ким Тэхён, не в твоем стиле давать обещания, которые ты не сможешь сдержать». — Думаю, я пьян, — он сжал своими руками ладошки Чимина и поднес их к своим губам. — Ты не принял «чистый лист». Чимин подполз к Тэхёну ближе, и старший разомкнул ноги, чтобы парень сел между ними: «Интересно, каким будет ад для таких, как мы?». — Потерял надежды на рай? — Давно. Мне кажется, — может, я сейчас это из-за саке говорю, — но мне кажется, после смерти адом будет один наихудший момент из жизни на повторе. Снова и снова. Для меня это момент, когда я проснулся в том переулке, а с неба падал пепел из-за пожара. Я увидел вдалеке столб черного дыма оттуда, где горел мой дом, когда вышел на главную улицу. Что будет адом для тебя? — Чимин подпер рукой подбородок и медленно моргнул. Определенно градус ударил в голову. Приятное ощущение. Чимин даже не возразил, когда Тэхён плавно сменил тему. — Тебе нужны татуировки, чтобы влиться. Ты слишком чистый для нашего мира, — сказал он, глазами обводя оголенную кожу шеи парня. — Может что-то здесь… — Тэхён наклонился и губами прижался к месту под ухом, заставляя Чимина задрожать. — Моя мама говорила, что татуировки нужны мужчинам, которые хотят что-то доказать, но могут лишь калякать что-то на своей коже, — беззаботно ответил Чимин, а затем, когда Тэхён повел дорожку поцелуев по шее, усмехнулся и добавил, — хотя, она, возможно, думала о твоем отце, когда говорила это. — Что? — Тэхён поднял на парня глаза. — О, да, они знали друг друга, я разве не говорил тебе? — Чимин расплылся в широкой улыбке, наслаждаясь шоком на лице Тэхёна. — Юнги показал их совместное детское фото, ну как детское, подростковое. Они жили на соседних фермах. — Подожди, ферма старика Бёна — это ферма, где росла твоя мама? — у Тэхёна были настолько округлены глаза, что казалось, они сейчас выпадут. — Это прямо соседняя ферма к моей, какого хуя… — Кто такой старик Бён? — нахмурился Чимин. — Не знаю. Какой-то сумасшедший старикашка, который там жил. У него не было ни жены, ни детей, и он кидался в меня камнями, когда я с его участка яблоки тырил. — Моя мама рассказывала, что выросла в месте, где было много яблонь… Несколько минут они молча смотрели друг на друга. Чимина, несмотря на то, что он это уже знал, все же еще раз поразили все эти откровения. Словно было предначертано, что в какой-то момент жизни он должен встретиться с Тэхёном. В судьбу Чимин не верил, даже на чуточку, но он верил в неизбежные обстоятельства. На душе стало тяжело от надежды, и он решил сменить тему, пока не станет еще хуже. — Так что ты там про тату говорил… — тихо сказал парень, закатывая рукава. Взглядом он обводил свои запястья, на которых вполне легко было представить рисунки, выбитые на коже чернилами. — Да… может, тут, — Тэхён все еще был немного в шоке от разговора, но пальцами он уверенно водил по чиминовой шее. — Под ухом, опускаясь вниз по шее, и до лопатки. Более чем достаточно, чтобы было видно. Если нет, то можно набить рукава. Что-то, что докажет твою принадлежность к этому стилю жизни. — А с маленьких начать нельзя? Или хотя бы с ненастоящих? Тэхён пожал плечами, а в глазах разгорался огонь, когда он уже так привычно, но все еще некомфортно, осматривал Чимина, словно добычу: «Ну, если они будут выглядеть реальными». У Чимина резко пересохло горло, поэтому он глотнул еще немного саке: «Может, тогда маленькую птичку». Тэхён сжал губы и прыскнул. — Соловей, — Чимин ухмыльнулся. — Надо с чего-то начинать. — И где ты его набить хочешь? — Тэхён подвинулся еще ближе, ногой он теперь мог обхватить Чимина сзади, рукой спереди сделал то же самое. Его дыхание обожгло кожу, когда он оттянул вниз ворот чиминовой рубашки и нежно прикусил место между шеей и плечом, из-за чего Чимин нагнулся ниже и чуть ли не рухнул сверху на Кима. И когда Тэхён прикусил сильнее, заставляя на коже расцветать свежий засос, Чимин прогнулся в спине и захныкал. Он взял большую ладонь старшего в свою и потянул ее себе под рубашку, позволяя Тэхёну пальцами обводить линии живота. — Выше, — прошептал Чимин, когда Тэхён, почти ложась, потянул его на себя. Чимин вздохнул, когда рука под рубашкой скользнула вверх и дотронулась соска, и с легкой улыбкой закусил губу. — Я хочу набить… — промурлыкал парень, толкая тэхёнову руку чуть ниже к ребрам. Прямо туда, где вонзившийся в плоть нож оставил шрам. — Здесь, — снова прошептал Чимин, и Тэхён замер. Они оба долго молчали. Давление на шрам обычно отзывалось глубокой тупой болью: не было очень больно, но достаточно, чтобы напоминать, что что-то насильно вонзили в его тело. Однако тепло от ладони Тэхёна было приятным и убаюкивающим, отчего Чимин прикрыл глаза. — Наверное, это будет моим повторяющимся моментом, — сказал наконец-то Тэхён. Чимин резко открыл глаза: «Что?». — Повторяющийся момент в аду, ну, тот, что ты ранее упомянул. Для меня это будет он, — большим пальцем Тэхён обвел шрам. — В тот момент я понял, что все, что я люблю, я уничтожу. Ад был бы для меня выбором из нескольких вариантов, но этот я отмечу галочкой. Чимин сглотнул, а лицо неприятно начало гореть. Либо это что-то с ним не то, либо в комнате слишком сильно работает отопление. Пак убрал тэхёнову руку из-под рубашки, сел и притянул Кима ближе к себе за плечи. Чимин залез ему на колени, прикрывая глаза, когда Тэхён обвил его рукой, расправляя на спине пальцы. Чимин хотел эти пальцы в себе. Он хотел вновь вернуться туда, где все, что имело значение — оседлать член Тэхёна, его язык и пальцы, пока крики блаженства не начнут вырываться из груди. Пальцем приподнимая, и заставляя посмотреть на себя, Чимин поцеловал Тэхёна в подбородок, а затем в губы, язычком проскальзывая внутрь. И пока языком он скользил по тэхёновому, такому горячему, что на вкус был как саке, Чимин, на прикрывая глаз, всматривался в глаза напротив. — Ты любишь так легко и без здравого смысла, — пробормотал Чимин. — А ты не любишь вовсе. — Несправедливо. — Ничего таковым не является, если ты докопаешься до сути. Так что, думаю, мы в тупике. — Что ты имеешь в виду? — Ты не способен на любовь, а я буду любить тебя, пока это не убьет меня или тебя, или нас двоих. — Все же, ненависть сильнее любви, — прошептал Чимин на ухо и слегка улыбнулся, когда языком провел по тэхёновой щеке и прикусил скулу. Чимин полностью вжался в Тэхёна: колени неприятно упирались в пол, а пах — Киму в живот. — И я способен на многое… У Чимина перехватило дыхание, когда Тэхён толкнул его к полу и навис сверху. Чимин инстинктивно раздвинул ноги и скрестил их на пояснице Тэ, чтобы тот никуда не сбежал. Между поцелуями, что лишали дыхания и заставляли поскуливать, Чимин повторял снова, и снова, и снова: — Скажи, что любишь меня. И Тэхён отвечал каждый раз. Чимин словно не мог дышать. Его разум был темной космической пустотой, а то, что Тэхён нуждался в нем полностью — подпитывало эту пустоту. Чимин своими губами прижался к тэхёновым и вздохнул, лишая старшего возможности дышать пока поцелуй тянулся и тянулся. Щеки у Чимина порозовели, глаза заблестели, когда они оторвались друг от друга. А Тэхён сверху обмяк и устало задышал.

***

— Я хочу сделать это под дождем. С того момента, как они забрались на задние сиденья Роллс Ройс Фантома, и Тэхён закрыл перегородку между ними и водителем, было уже понятно, что ночь для них окончится тем, что они, без одежды, будут словно животные во время гона. Чимин помнил слишком много ночей, которые были наполнены лишь вожделением и болью в конечностях, пока они оба пытались совладать со своей нескончаемой энергией на маленькой двуспальной кровати. Будет весело испытать неимоверно дорогой кондоминиум Матери. — В кондо есть целое крыло, крыша которого растягивается на восток. Там есть бассейн, вода из которого переливается за края, чтобы создать эффект, словно бассейн сливается с небом. — Бесконечный бассейн? — Да, богатей, бесконечный бассейн. Бассейн Серсеи выходит прямо в сад, и его видно с крыши. Можно смотреть вниз прямо на нее. Тем более, я знаю, что ты любишь секс в душе, так что от дождя и бесконечного бассейна у тебя точно встанет. Чимин засиял, облокачиваясь на дверь и снимая попутно туфли. Он вытянул ногу и ступней повел вверх по тэхёнову бедру, добрался до паха и пальчиками сжал член под тканью брюк. — Я знаю кое-что, от чего встанет у тебя. — Когда ты узнал о моем фут-фетише? Чимин драматично ахнул: «У тебя фут-фетиш?». — Нет, — Тэхён лукаво улыбнулся. — Ну, я снова прошерстил коллекцию нижнего белья у Матери, — промурлыкал Чимин и как можно ниже опустил брюки, показывая белое кружево под ними. Тэхён на инстинкте уже было потянулся, но Чимин предупреждающе посвистел и ступней уперся Тэхёну в лицо. — Ты, случаем, «Волка с Уолл-Стрит не смотрел»? — спросил Тэхён после того, как удивленно замолчал. Лицом он все еще прижимался к чиминовой ступне. Чимин захихикал — звук, словно разлетаются пузырьки шампанского: «Да… выебешь меня на куче денег?» — Я бы выебал тебя на алтаре в церкви Минсу, если ты этого захочешь. Чимин драматично вздохнул, передвигая ногу вбок от Тэхёна, уперся руками в его плечи и выдохнул: «Прошу, сделай это. Только надень костюм монашки, умоляю». От мягких прикосновений пальчиками, щеки Тэхёна начали приподниматься, что заставило Чимина рассмеяться, оттолкнуть Кима от себя и сесть обратно на свое место: — Ловлю на слове, Ким. Бесконечный бассейн был невероятным. Крыша была закрыта для посещения, пока владелец дома не даст разрешение, поэтому, из-за недельного отсутствия Тэхёна, Чимин не смог осмотреть эту часть дома. По крыше, которая была спроектированная как закрытые тропики, тянулись извилистые выемки, что выводили воду в переливающийся за края бассейн. На дне и по бокам тянулась подсветка, из-за которой вода светилась синевой. — Тут… попугаи летают, — пробормотал Чимин и указал на верхушку дерева в горшке. Листья зашелестели, и яркое пятно из перьев с клекотом взмыло вверх. Чимин чувствовал себя горе-ребенком, который восхищенно осматривался вокруг на первой школьной поездке в тропический заповедник. И, по всей видимости, попугаям давали полную свободу на этой крыше. — У вас дома не было такого на крыше, чтобы можно было быстро отдохнуть? Твои родители же были в разы богаче Матери, — спросил Тэхён, усаживаясь на скамью из мрамора с видом полного безразличия ко всему вокруг. — Мой отец счел бы это безвкусицей, — сказал Чимин. — К тому же, они не были богаче, все это — их деньги, просто удвоенные и утроенные, помнишь? Ким Соджун убрал их, ликвидировал и завладел их активами, опустошил все оффшорные счета, что у них были, за счет чего и начал процветать. Ну а дальше тебе известно. Чимин разулся и снял с себя пиджак, который потом бросил Тэхёну. — Я все еще не могу отойти от того, что твоя мама и мой отец выросли вместе, — сказал Тэхён. — Происходили куда более странные вещи, — Чимин пожал плечами. — Она родилась в полной нищете, так что… — он закатал штанины и пошел по мраморному бортику, все время бросая взгляд на подиум в середине бассейна, — широкий бетонный выложенный плиткой выступ, поднимающийся над водой, на котором стояли стол и темные стулья, лежали напольные подушки. После момента раздумий Чимин вытянул ногу и попытался переступить с бортика, но не смог достать совсем немного. Поэтому он немного присел, собираясь перепрыгнуть, как тут же эхом разнесся резкий голос Тэхёна: — Не прыгай! Ты себе шею свернешь, — он что-то набирал в телефоне, пока говорил, а потом, встряхнув волосами, поднес мобильный к уху. На мгновение отвлекшись, Чимин повернулся, чтобы спросить: «Ты кому звонишь?» — Вонхо. Чтобы он принес смазку и презервативы из моей комнаты. — Нет, не надо его заставлять это делать! Он твой телохранитель, а не личный раб. Я сам все принесу, — Чимин спрыгнул с бортика и немного потряс ногами, чтобы хоть как-то их высушить, прежде чем снова надеть лоферы. Вонхо стоял перед лифтом, который вел на крышу, и, кажется, был удивлен увидеть Чимина, словно не ожидал встретить одного из них внизу так скоро. — Куда вы идете? — спросил он. — Взять кое-что, — пробормотал Чимин, проходя мимо телохранителя. Рядом с Вонхо Чимину всегда было неловко — возможно из-за того, что тот был огромным, как скала, так и красивым в придачу, или потому, что Чимин в принципе относился с подозрением ко всем таким гипермаскулинным. Лишь на обратном пути Чимина осенило и, к тому моменту, как он повернул за угол и увидел Вонхо, осенение это сложилось в картинку и прочно засело в голове. — Что в сумке? — немедленно спросил Вонхо, головой кивая в сторону сумки, которая болталась на руке Чимина. — Там нет оружия, если ты на это намекаешь, — холодно ответил Чимин. И прежде чем Чимин смог подойти к дверям лифта, Вонхо протянул руку и выхватил сумку. Чимин нахмурился, пока телохранитель перебирал вещи в сумке. Потом он все еще без единой эмоции на лице вернул сумку обратно. — Доволен? — огрызнулся Чимин и зашел в лифт, затем ударил по кнопкам. Теперь засевшая в голове картинка мигала красным, а в мыслях словно орала предупреждающая сирена. Ревность — чувство крайне неприятное. Сказать честно, лишь мысль о том, через что проходили Чонгук и Тэхён, пока питали к нему чувства, сбивала с Чимина спесь. Ревность отвратительна, но именно она сейчас заставляла Чимина впиваться ногтями в собственную ладошку при мысли о Тэхёне и Вонхо вместе. Не то, чтобы он имел что-то против Вонхо, но в нем явно было что-то большее, чем в любом обычном парне. Он почти во всем был идеальным, а еще у него было задание — защищать Тэхёна ценой собственной жизни. И будь Чимин проклят, если это не самое соблазнительное. — Ты и Вонхо спали? Все планы подойти к этой теме плавно, шаг за шагом, разбились вдребезги, как только Чимин оказался на крыше. Тэхён сначала никак не отреагировал, а затем поднял голову и вытер белый порошок с носа. Чимин замер. Тэхён шмыгнул, растянулся в улыбке и пальцем подозвал парня к себе, но Чимин лишь развернулся и начал уходить со словами: «Ты не будешь меня трахать, пока ты под коксом, ты…». — Да, я спал с ним! — крикнул Тэхён, зная точно, к чему такой ответ приведет. Чимин снова остановился и развернулся, подошел к Киму и швырнул ему на колени сумку. Тэхён усмехнулся и поднял глаза, зрачки которых уже расширились. — Вообще-то я ему отсосал. Ничего более. У него довольно красивый член, — сказал Ким, вскидывая брови и тыкая языком в щеку. — Ну, тогда спускайся к нему и подавись его членом, — пробормотал Чимин. Тэхён, когда Чимин собрался уходить, схватил его за запястье и дернул так сильно, что чуть не вывихнул Паку руку. Чимин с болезненным вскриком упал на колени и прижался к тэхёновой ноге, по которой после ударил и зашипел. Но Тэхён продолжал удерживать его так между своих ног. — Ты просил не обращаться с тобой, как с трофейной женой, так какого черта ведешь себя таким образом? — прошипел Тэхён, ладонью хватая Пака за подбородок и дергая вверх, чтобы Чимин смотрел ему прямо в глаза. — Ревнуешь? Это хуево, правда же? — Я не рев… — Чимин не успел договорить, потому что Тэхён, надавливая пальцами на щеки, заставил широко раскрыть рот, а потом плюнул прямо внутрь. Чимин начал вырываться и кричать от злости, пока Тэхён затыкал ему рот, заставляя сглотнуть. — Не ври мне. Будешь врать, я харкну в следующий раз, — ухмыльнулся Ким. — Ты ебически отвратительный! — Чимин, продолжая дергаться, из-за сильной хватки еле это выговорил. — Так ты ревнуешь? — пропел Тэхён, после чего начал пытаться отхаркнуть. — Да! Да, я ревную! Блять! — закричал Чимин, пытаясь закрыть рот. — Боже, ты, блять, самый противный в этом мире, я тебя, нахуй, ненавижу! — Тебе к лицу ревность, соловушка, — Тэхён нежно похлопал парня по щеке. — Если честно, я, правда, думал, что ты мертв. — Нет, ты не думал. Ты просто хотел ему отсосать, и я тебя не виню, если честно. Он секси. Но если ты когда-нибудь посмеешь предложить тройничок, то обещаю, Вонхо выебет из меня твое имя, а ты будешь сидеть рядышком на кровати и наблюдать. Понял? — Никаких тройничков, понял, — Тэхён зажал ногами Чимина и потянулся к серебряной шкатулке, что лежала сбоку от него. Он открыл ее, маленькой специальной ложечкой залез в пакетик и набрал белого порошка. — Занюхивай. Дежа-вю. Чимин послушно наклонил голову вперед, зажал одну ноздрю и вдохнул. Ему не хотелось быть трезвым, пока его имеет Тэхён под кокаином — все может сложиться ужасно. И даже если впоследствии будут какие-то физические повреждения, то под кайфом они их не ощутят. Чимин выдохнул, опуская голову на колено Тэхёна, и стал ждать эффекта. — Покажи мне, что ты вытащил из гардероба Матери, — прошептал Тэхён ему на ухо. В ушах звенело, но Чимин смог расслышать слова. Он медленно раздвинул тэхёновы колени и пополз по полу, совсем наплевав на цену своего нового костюма. Чимин лег на спину и начал расстегивать ремень и молнию, а затем медленно стягивать штаны вниз. Под ними оказались кружевные стринги, которые еле прикрывали мягкий член и оголяли ягодицы. Глаза Тэхёна загорелись. — Его член красивее моего? — томно пробормотал Чимин, расстегивая рубашку. Тэхён сидел, упершись локтями в колени и свесив руки между ног. Уже покрасневшими глазами он смотрел прямо на Чимина и облизывал губы. — А член Чонгука красивее моего? — Да, — ответил Чимин, и когда Тэхён попытался что-то сказать, Пак усмехнулся. — Ну, визуально. Отнимаю у тебя баллы, потому что у тебя изогнутый член, но, если честно, именно он и заставлял меня кричать от удовольствия. Твоя форма… попадает всегда куда нужно, легко помещается в мой рот… и ты же знаешь, как мне нравится немного задыхаться, пока я его сосу. Мне нравится… как он изгибается немного вверх. Чимин высунул кончик языка и слегка изогнул его к верхней пухлой губе, а затем мягко выдохнул. Тэхён уже был на коленях и полз вперед, протаскивая сумку за собой. Красивый синий костюм, в который был одет Ким, намокал и собирал всю грязь. Чимин полностью лег на спину, и, как только Тэхён сел на его бедра, начал дышать чаще. — Так, что… — Чимин повел своей ладошкой по груди Тэхёна. — Член Вонхо красивее моего? Тэхён отрицательно покачал головой, в глазах его уже пылало вожделение, а Чимин потянулся к сумке и немного опрокинул ее. Из сумки выпало Сокровище Пусана. Пак трясущимися пальцами взял его и вложил в тэхёнову ладонь: — Надень его на меня, — пробормотал он, приподнимаясь на локтях и откидывая назад голову. Когда Тэхён закусил губу, пока выравнивал на шее ожерелье, его щеки впали еще сильнее. Из-за потери веса он выглядел старше, но это было сексуально. Тэхён в принципе всегда выглядел сексуально, но сейчас по-иному. Стоило только взглянуть на Кима, как красота его поражала Чимина в самое сердце. Тэхён надевал ожерелье нерасторопно: он целовал, покусывал и посасывал нежную кожу чиминовой шеи, наслаждаясь томными вздохами и постанываниями младшего. Пока Тэхён возился с застежкой, Чимин раскрыл глаза, в которые тут же ударила синева: синева воды, самого бассейна, тэхёновых волос — все было синим. Чимин снял с себя рубашку, оставляя на себе лишь кружевные трусики и ожерелье. Он медленно и аккуратно встал, чтобы не поскользнуться на покрытом водой полу или не запнуться о руки Тэхёна, который схватил Пака за лодыжки и уткнулся лицом в пах. Горячий язык блуждал по очертаниям члена, оставляя на кружевной ткани мокрые следы от слюны. Чимин медленно выдохнул и зарылся пальцами в синюю копну волос, а затем оттолкнул Тэхёна от себя, заставляя ослабить хватку на лодыжках. Мягкой поступью он подошел к ступенькам бассейна, а затем зашел в теплую воду. Над крышей простиралось черное небо, по которому растягивались тучи, как предвестники начинающегося дождя. Где-то вдалеке сверкнули молнии и послышались раскаты грома. Чимин набрал воздуха в легкие и нырнул под воду. Погода и вид крыши создавали ощущение рая. Чимин ощущал неимоверный покой, плывя под водой. Сзади он услышал всплеск и тут же вынырнул, вбирая в легкие новую порцию воздуха. Чимин очаровательно улыбнулся, когда протянул руки к Тэхёну, и тот послушно подплыл вплотную. — Хей, — прошептал Чимин. Было так трудно сдержать улыбку, когда Тэхён прижал его к краю бассейна. — Хей, — прошептал Тэхён в ответ, расплываясь в красивой ухмылке. Они двигались как единое целое, сплетаясь языками, и соприкасаясь друг с другом губами. Тэхён был полностью обнажен, его татуировки поблескивали под каплями воды, которые стекали вниз и сливались воедино с голубой водой бассейна. Чимин дал волю рукам: он водил ими везде и сжимал в тех местах, от которых голос Тэхёна становился глубже, а сам он еще сильнее цеплялся за Чимина. Они целовались, плавая в конце бассейна. В какой-то момент поцелуи переросли в плавные движения бедрами навстречу друг другу, поэтому они плавно перебрались на подиум посреди бассейна. Несмотря на дождь, было тепло, в воздухе стояла приятная влага. А на мокрых напольных подушках, которые застилали выступ в дальнем крае бассейна прямо под открытым небом, Чимину было так замечательно лежать, пока капли дождя падали ему на лицо, и он с улыбкой наблюдал, как Тэхён поднимает столик и откидывает его в сторону. — Вау, — пробормотал Чимин, когда услышал громкий треск. — Сейчас сюда прибежит твой охранник с красивым членом… — У тебя это как пластинку заело? — прорычал Тэхён. Он притянул к себе Чимина, который вскрикнул от удовольствия и начал немного брыкаться, как только руки Кима полезли к сокровенному. — Подожди… подожди… я хочу… — Чимин не смог договорить, поэтому просто стянул с себя трусики и зацепил их на указательном пальце, подманивая им Тэхёна ближе. И когда Ким приблизился, Чимин один из вырезов накинул ему на шею, делая что-то типа тянущегося поводка. Чимин обернул другой вырез вокруг руки и потянул на себя, из-за чего Тэхён, не сопротивляясь, упал сверху. — Я подумал, тебе тоже нужно ожерелье… — промурлыкал Чимин Тэхёну в щеку, продолжая тереться бедрами о старшего. — Да? — пробормотал Тэхён, дразня пальцами между чиминовых ягодиц. — Да… — простонал Чимин, ослабляя хватку на трусиках, и откинулся головой на подушки. Вскоре Тэхён перевернул его на живот: Чимин прогнулся в спине, поднимая бедра выше. Тэхён своими ловкими и длинными пальцами мял и впивался в те места, от прикосновения к которым Чимина бросало в дрожь. — Я часто думал о твоих руках… — пробормотал Чимин в подушку и застонал. — О том, как нежно они касаются моей кожи, и как мне это нравилось, хотя это было неправильно… из-за того, сколько на них… ах… человеческой… да, детка, вот так… крови… — Может, тебе просто нравятся руки убийц, — ответил Тэхён. — У всех разные кинки. — Я тоже убийца, — прошептал Чимин, приподнимаясь на руках. — Меня еще не задержали, потому что последние несколько дней я был в этом кондо. — Да, надо это как-то решить… — Тэхён смял чиминов зад в ладони, а потом прикусил кожу зубами. Руками он обхватил бедра Чимина так, чтобы тот сильно не дергался, и подался вперед, широко раскрывая рот и выпуская язык, а затем лизнул прямо по сжимающейся дырочке. — Ч-то ты сделаешь? — еле выговорил Чимин, зажмуриваясь, когда по телу прокатила волна наслаждения, заставляющая пальцы на ногах скрутиться. — Не знаю, заплачу СМИ, заставлю полицию признаться, что они ошибочно приняли человека на кадрах за стрелка… в моих руках такая власть, что я бы скакал от счастья, если б меня это все уже не заебало…. Тэхён, как только договорил, протолкнулся языком сквозь колечко мышц, отчего Чимин блаженно вскрикнул, а затем последовало стаккато стонов, вздохов и грязных одобрительных словечек. Не то, чтобы Тэхён нуждался в словечках, поскольку сам жадно с утробными стонами вылизывал Пака, словно он был на смертном приговоре, а его последнее угощение перед смертью — чиминова задница. К тому моменту, как оба осознали, что смазка осталась на другом конце бассейна, Чимин уже не мог терпеть. — Засунь мне их в рот… дай… — сказал Чимин, задыхаясь, и потянулся к тэхёновой руке. Тэхён удивленно раскрыл рот, когда опухшие губы парня раскрылись, и он за раз заглотил пальцы прямо до костяшек. Чимин немного подавился, но продолжил удерживать Тэхёна за запястье, чтобы Тэ не отвел руку. Спустя несколько секунд Чимин отпустил тэхёнову руку, полностью покрыв пальцы слюной, и Тэхён, не теряя времени, сразу поднес их к покрасневшей, сжимающейся от недавней заполненности дырочке и вошел одним пальцем. Как только стоны немного стихли, Тэхён добавил еще один палец и довольно улыбнулся: Пак поник головой и выругался. Его красивый голос заглушил гулкий раскат грома, что был уже совсем близко, темные волосы липли к лицу из-за дождя. Чимин замолчал и грудиной упал на подушки, зарываясь лицом в сгиб локтя, пока Тэхён двумя пальцами входил глубоко и каждый раз подушечками попадал по простате, заставляя Чимина всхлипывать и вскрикивать. Вставший член болтался между ног, с головки стекало предсемя, пачкая подушки снизу. — В-вот так… твою мать, малыш, твои п-п-пальцы… вот так… Тэ, не останавливайся, пожалуйста, не останавливайся, твою мааааать… — фраза Чимина окончилась криком от сильного оргазма, из-за которого он чуть ли не откусил себе язык. Тэхён продолжал двигать пальцами, только чтобы заставить Чимина покричать от удовольствия чуть подольше, но затем прекратил, когда Пак захныкал от уже неприятных ощущений. Пока Чимин приходил в себя, Тэхён спустился в нижнюю часть бассейна и доплыл до другой стороны, чтобы взять сумку. Вернувшись, он бросил смазку и презервативы рядом с головой Чимина, отчего Пак лениво открыл глаза. — Миссионерская? — поддразнивая сказал Тэхён и зубами разорвал серебристую упаковку презерватива. Чимин рассмеялся, потянулся рукой к изогнутому, толстому члену Тэхёна, и обхватил ладошкой. От одной мысли, что сейчас он вот-вот войдёт, все внизу сжалось. Чимин покачал головой, встал с места, и подошёл к стеклянному ограждению, отделяющему бетонный выступ от самого края бесконечного бассейна. — Давай посмотрим, насколько ты сильный, Мясник, — промурлыкал Чимин, похлопав по краю ограждения. — Подними меня и трахни прям так. — Я так уже делал, поэтому не понимаю твоего самодовольства, — хмыкнул Тэхён. Он выдавил смазку на ладонь и прямо по ней шлёпнул членом, распределяя лубрикант по всей длине. — Не буду облегчать тебе работу тем, что быстро кончу, — Чимин повилял бедрами. Тэхён, который был на целую голову выше, приблизился, обвил руками талию Чимина и поднял его за бедра, заставляя Пака ухватиться за ограждение: «Ты схуднул. Так что, легче простого». — Правда? — Чимин одной рукой схватил конец кружевных трусиков, которые все еще висели на шее Тэхёна, и дернул на себя, немного перекрывая воздух старшему. Но потом немного опустил, позволяя Киму сделать вдох, и прошипел: «Ты ведь псина, так трахни меня как псина». Повторять Тэхёну дважды было не нужно, но как только он начал входить, Чимину захотелось сжаться: сначала было больно, а не приятно. Но так было каждый раз, когда у них долго не было секса друг с другом. От этого кружилась голова, и если Чимин долго смотрел вниз, то казалось, что он вот-вот окажется на пограничье сознания. Даже ограждение, упирающееся в поясницу, не могло удержать его в реальности. Лишь когда Тэхён шепотом на ухо сказал «придуши меня», Чимин вернулся в реальность и понял, что ему тоже нужно что-то делать. Чем быстрее Тэхён задавал ритм, тем сильнее тянул Чимин. Ким рвано вздыхал и кряхтел от нехватки воздуха на ухо Чимину, но каждый раз, когда Пак напевно мурлыкал: «Мне ослабить хватку, детка?», — Тэхён старательно мотал головой. Чимин рассмеялся, хотя, скорее закричал, когда сильнее ступнями надавил на поясницу Тэхёну. По низу живота будто растеклась лава. Как только Тэхён кончил, тут же вытащил и упал на колени, жадно заглатывая член Чимина. Младший зарылся пальцами в синюю макушку и рвано и сильно толкнулся пару раз вперед, каждый раз задевая заднюю стенку горла Тэхёна головкой члена, отчего Ким давился. — Дааа… глотай, детка, глотай все… — Чимину еле хватало дыхания. Он нежно гладил Тэхёна по волосам. Тэхён продолжал, принимая похвалу и желая большего: он обводил языком по всей длине, слизывая сперму, пока Чимин его не оттянул из-за сильной чувствительности. Следующие десять минут они лежали на промокших напольных подушках и целовались. Дождь все еще лил, все вокруг было мокрым. Раскаты грома уже были совсем рядом, но Чимин не слышал их. Он слышал лишь тэхёново дыхание и нашептывания, которые Ким говорил лишь в постели. Нашептывания, от которых голова Чимина кружилась, а сердце сжималось. Парень оттолкнул Тэхёна и сам сверху залез на него, нетерпеливо покачивая бедрами. Количества смазки все еще было достаточно, чтобы Тэхён вошел легче. Чимин наклонился вперед за поцелуем, двигая бедрами то вперед, то назад, насаживаясь на всю длину. Капли дождя смывали с тела испарину, однако у Чимина на лбу выступала новая, когда Тэхён впивался пальцами в его бедра. Чимин потерся кончиком своего носа о тэхёнов, провел язычком по верхней губе старшего и подался бедрами навстречу толчкам Кима. Чимин слегка давил ладонями на горло Тэ, откидывая голову назад и подставляя лицо дождю, пока на шее вслед парню покачивалось изумрудное ожерелье. — Ты так прекрасен с этим ожерельем, соловушка, — выдавил Тэхён, прежде чем Чимин надавил на ложбинку в горле, отчего старший закашлял. Чимин улыбнулся и, продолжая двигать бедрами круговыми движениями, наклонился, чтобы поцеловать Тэхёна снова, и снова, и снова. Чимин знал, что выглядит великолепно, он видел себя в отражениях тэхёновых глаз, когда тот надевал на него ожерелье. Тэхён подогнул колени и Чимин уперся в них спиной, а потом взял Тэхёна за руки и переплел их пальцы. Чимин поднимал бедра так, что член Кима выходил почти до головки, а затем снова опускался вниз: стройное тело подпрыгивало, большие изумруды все время били по ключицам, доставляя дискомфорт. Чимин попытался оттянуть руку, чтобы удержать ожерелье на месте, но Тэхён крепко держал его руки и не давал и шанса вырваться. Чимину пришлось нагнуться вперед и опереться на Тэхёна, чтобы хоть как-то ослабить удары украшения. — Я сейчас кончу, — прошипел Чимин, стараясь звучать громче шума усилившегося дождя. — Быстрее, малыш, растяни меня… хочу почувствовать, как ты растягиваешь меня до предела… Чимин силой вырвал свою руку из хватки Тэхёна и зарылся пальцами в его волосы, удерживая голову на месте, чтобы протолкнуться языком в тэхёнов рот. По ягодице прилетел шлепок большой ладонью, движения бедер замедлились. Чимин уже хотел запротестовать, но тут же напрягся, почувствовав, как Тэхён пытается протолкнуть рядом с членом свой большой палец. — Не похоже на то, что ты можешь растянуться еще, соловушка… пиздец печально, — издал смешок Тэхён, но палец вытаскивать не торопился. — Больно? Чимин сжал челюсти и покачал головой. Но когда Тэхён ухмыльнулся и попытался протолкнуть палец еще раз, Чимин дал ему пощечину. — Не будь своенравной сучкой, тебе это не идет, — прорычал Чимин и потянулся назад, чтобы откинуть руку Тэхёна. Тэхён повернулся к Чимину и, хихикнув, сказал: «Еще». Похоже, это заводило Тэхёна, потому что на седьмой пощечине, Ким двигал бедрами так, что Чимина пробирала дрожь во всем теле, вплоть до того, что дрожали зубы. А затем вспышка: Чимин откинул голову назад и громко застонал, наслаждаясь звуком своего голоса и тем, как тело его растворяется в приливе чистого экстаза. Тэхён с жадностью жаждущего в пустыне впитывал в себя образ, представший перед глазами. Тэ повел пальцами по ожерелью, вниз по груди, изгибам талии и добрался до члена Чимина. К моменту, когда Чимин отошел от второго оргазма, Тэхён уже подталкивал его к третьему. И к тому моменту Чимин уже бился в истерике, не способный на большее, разве что сойти с ума. Позже, когда они залезут в кровать, якобы собираясь спать, все случится еще раз, но сейчас Чимин был полностью измотан. — Хватит, хватит, хвааатиииит, — недовольно захрипел парень, с трудом удерживая руки Тэхёна вдали от своего члена. — Лежи спокойно… тшшш, просто лежи и не двигайся… боже, ты как ребенок с новой игрушкой… Чимин улегся на бок рядом с Тэхёном и закинул ногу ему на талию, оставляя поцелуи по всему лицу Кима и смешно причмокивая губами. Дождь начал понемногу стихать. Чимин пальцами ловил капли воды, что стекали с тэхёновых волос на лицо, а затем зачесал их назад и сказал: «Вот так. Так ты больше похож на босса». — Хочешь пойти завтра со мной на встречу с Минсу? — просил Тэхён. Чимин непонимающе моргнул: «На встречу с ним? Зачем?». — Не только с ним. Там будет много людей. Я назначаю новых боссов на пять основных районов. — Их выбирал Минсу? — Не всех. — Почему ты хочешь, чтобы я с тобой пошел? — Это твой выбор. Чимину не хотелось сильно задумываться о последствиях того, что Тэхён снова активно вовлекает его в дела мафии. Он лишь представил то, как невероятно скучно сидеть дома целый день, поэтому выйти в свет было хорошей идеей. — Сначала скажи, что любишь меня, — губы Чимина растянулись в улыбке. — Сколько раз еще ты заставишь меня это сказать, прежде чем слова потеряют всякий смысл? — вздохнул он, прикасаясь кончиком своего носа к чиминовому с легким рыком. — Может, это то, чего я хочу. Чтобы ты понял, что в этих словах нет смысла. А теперь скажи. — Я люблю тебя, соловушка. Чимин прижался к Тэхёну ближе, удобнее устраиваясь на его руке и макушкой утыкаясь в ему в подбородок: «Не то, чтобы это имело значение… как ты и сказал. Потому что ничего из этого не имеет значения». — Сколько раз ты будешь это против меня использовать? — Даю тебе полное разрешение отомстить мне, когда однажды ты проснешься и поймешь: то, что я сделал с Хосоком — абсолютно реально, и что я никогда не изменюсь. А до того момента я помогу тебе отмести все наши проблемы в сторону, заставляя тебя повторять снова и снова признания в любви. Сыграем в счастливую семейку убийц. Звучит как отличная сделка, правда? Тэхён молчал, уголки его губ были опущены, а в глазах ничего. Чимин целовал в уголки его губ, пока они снова не поползли вверх. И вот так Тэхён, как заведенная шарманка, снова и снова повторял эти слова. Какая забавная жизнь «понарошку» их ждет.