Обернись

На улице было ещё темно, когда в дверь постучали. Он быстро надел брюки и открыл дверь. На пороге стоял Забини. — Готов? — спросил мулат, хотя уже самостоятельно определил готовность друга. — Проходи, я сейчас. Он надел чёрный джемпер, сверху мантию, благодаря которой Орден отличал своих, и они вышли в гостиную, где группа уже обсуждала план захвата очередного убежища пожирателей смерти. — Наш агент, сообщил, что пожирателей там будет находиться около двадцати человек, но будте внимательны, их может быть больше. — командовал Кингсли. — Все помнят план? Вы трое входите через западное окно… — после повторения их стратегии, они двинулись к поместью. Забини и Малфой были в основной атакующий группе, поэтому сейчас они в укрытии ждали команды, когда можно бежать в дом. — Что-то не то. — сказал Уизли, сидящий в укрытии вместе с Поттером чуть дальше них и наблюдающий за домом. — Почему? — Блейз тоже развернулся к дому. — Видишь тени в окнах? Их, кажется, гораздо больше, чем двадцать. Забини стукнул Драко по плечу, чтобы тот тоже глянул. Малфой осторожно высунул голову из-за веток. — Твою мать. — не выдержал Драко. — Пол сотни точно есть. — Авада Кедавра! — послышался чей-то голос в метрах пятидесяти от них, сразу после него парень, что должен был подать сигнал бежать атакующей группе, с глухим грохотом упал на холодную землю. Парни переглянулись. Похоже все, кто обходили дом погибли. Малфой вышел из укрытия и подал знак на атаку. Все пятнадцать человек, что состояли в их группе ринулись вперёд из своих укрытий. Драко и Рон побежали к главному входу, от куда уже стали выходить пожиратели. Малфой убил третьего, когда услышал на улице звук прибывающих людей и заметил свет, исходящий от них. Он обернулся: люди в точно такой же чёрной мантии и чёрных масках все прибывали и прибывали. От лицезрения его отвлёк Уизли. — Малфой, слева! Драко развернулся, бросив пожирателю заклятье, но промахнувшись, бросил в него клинок. Он снова обернулся туда, где прибывали люди в чёрном и с удивлением заметил, что они не трогают людей из Ордена. Человек семь промчались мимо них с Уизли, расформировывая свои силы. Их они не трогают, но все может измениться, после того, как они убьют последнего пожирателя. Проклятье пролетело в паре сантиметров от него, и он вернул свои мысли в бой. Вынув серебряный клинок из горла очередного пожирателя, Малфой увидел дерущегося с ними бок о бок незнакомца в чёрном, который хромал на одну ногу. Это удача. Это шанс. — набатом билось в голове Драко. Немедля он пошёл в сторону уже знакомого незнакомца, расталкивая дерущихся и помогая убивать пожирателей. Чёрный силуэт, заметив его, стал двигаться в противоположную сторону. Он определенно не хочет мне попасться. Малфой ринулся за ним, тот, на сколько мог быстро, хромая — от него. Человек в мантии метнулся в лес, Малфой трансгрессировал, оказавшись в нескольких шагах от него. Тот попятился назад. — Не в этот раз. — ухмыльнулся Драко. Он обхватил уже знакомые чёрные плечи одной рукой, а второй вцепился в маску. — Нет! — Человек в чёрном отскочил и прижал тыльную сторону ладони ко рту маски. Драко окаменел, услышав голос. Сердце забилось так громко и быстро, что должно было уже вызвать землетрясение. Он перестал ощущать конечности, потому что их свело, а живот скрутило от нахлынувшего волнения. Глаза вперились в один силуэт и скажи ему кто-нибудь, что сзади стреляет пожиратель — он бы даже не услышал. Этот голос он узнает из миллиона, этот голос, самый желанный, самый нежный, самый нужный в его жизни, может быть только у одного человека. Он даже не понял, как оказался так близко к силуэту в чёрном, но тот сейчас не сопротивлялся, даже когда Малфой схватил стальной хваткой за плечи. Руки в кожаных перчатках легли на его грудь и пазл в мозге Драко сложился. Это она. Через секунду он почувствовал знакомые ощущения трансгрессии, еще через пару — его ноги уверенно стояли на деревянном полу какого-то небольшого домика. Он не мог разглядеть, потому что смотрел на маску в своих объятьях. Малфой сглотнул ком в горле, но это не помогло. Его руки тряслись, а глаза покраснели от напряжения. Он медленно подцепил маску и сдернул ее вместе с капюшоном. Длинные каштановые волны рассыпались на плечи и спину, а в паре сантиметрах от его лица показалось лицо Гермионы Грейнджер. Такое напуганное, с нежными чертами и этими нужными чайными глазами размером с блюдца. Он коснулся ее щеки и брови нахмурились сильнее. Он ошарашено бегал по ее лицу, не понимая, совсем ли он чокнулся. — Это сон? — все, на что способен сейчас голос — это шёпот. Она медленно отрицательно замотала головой. Он только что понял, что все это время не дышал, поэтому прерывистый выдох вырвался из легких. Предательская слеза все же скатилась по щеке. Она коснулась рукой его щеки в ответ, собирая скупую, одинокую слезу пальцем. Он не сдержался и прижался к ее ладони, не отрывая от ее, наполненных слезами, глаз. — Ты выжила тогда? — Да. Сейчас было плевать, как это случилось, куда она пропала, почему оставила их и не возвращалась. Плевать! Они разберутся в этом позже. А пока он прижимается к ней всем телом, и она отвечает взаимностью, обвивая руками, как можно крепче. — Мне было плохо без тебя. — Мне было в сто раз хуже без тебя. Он оторвался от неё и зарываясь рукой в ее волосы притянул ее губы ближе к своим. Она приоткрыла рот давая согласие, и он углубил поцелуй. Немного соленый от ее слез, он стал самым сладким в жизни. Гермиона коснулась его языка своим, пробудив страсть в парне. Они не могли, да и не хотели отрываться даже на секунду. К чему кислород, если они дышат друг другом? Малфой подхватил ее одной рукой обвив талию, а другой под колено, заводя одну ногу себе на бедро. Дойдя до кровати, он аккуратно положил ее на спину, нависая сверху. — Я люблю тебя, Грейнджер. — тихий, низкий голос был полон уверенности в своих словах. Ему нужно было это сказать срочно. Он бы больше не выдержал, он так долго хотел, чтобы она знала. — Я не знаю, когда это произошло, может года три назад. — Я влюбилась в тебя на третьем курсе, Малфой. — громким, не уступающим в уверенности его, шепотом сказала девушка прямо в губы. И он снова увлёк ее в долгий, страстный поцелуй. Он больше не готов ее терять. Ни за что на свете не совершит эту ошибку второй раз. — Сегодня мне надо уйти. — сказала Гермиона, когда она уже лежала на его крепкой груди, и даже через одежду слышала его сердце. — Нет. Она подняла на него голову. — Даже не смотри, это не обсуждается. Либо мы идём вместе, либо ты никуда не идёшь. — Уже ведёшь себя, как собственник? Он перевернул ее на спину и навис над ней. Его подвеска повисла между ними. — А я и есть собственник, если это означает, что я умру, если ты уйдёшь. — Это ненадолго. Встретимся тут в час ночи. — Заманчиво. Как я могу быть уверен, что ты вернёшься? — Я бы отдала тебе свою подвеску, но она уже у тебя. — она оставила короткий поцелуй на шее. — Верь мне, я больше не исчезну. — Если это случится, я тебя найду и привяжу к себе. — Малфой поправил прядь волос, лежавшую на лбу. — Расскажи мне все. Они уселись поудобнее, Малфой обнимал девушку со спины, а она, повернувшись полу боком выводила узоры пальчиком на его плече. — В тот день когда я пошла на ту операцию, я не предполагала, что так все обернётся. Я теряла сознание от дыма, когда меня кто-то вытащил на улицу и трансгрессировал. Очнулась в маленькой белой комнате, похожей на палату. Медсестра запретила вставать и кого-то позвала… Гермиона подтянула ноги на койке, когда дверь открылась и на пороге стоял… — Грозный глаз? — она не поверила своим глазам. Нет, он же погиб, как это возможно? — Славно, что не забыла. — Грюм застучал деревянной ногой, подходя ближе. Гермиона вскочила, кинулась в объятья старого знакомого. — Ну ладно, ладно. — он похлопал ее по плечу. — Я что, умерла? — Фактически – да. Но физически – нет. Мы решили взять тебя в организацию Тень Ордена Феникса. Некогда объяснять, пошли. Девушка босиком побежала за ним, потому что ничего не понимала. Они шли по длинному коридору в конце которого были слышны голоса. Они повернули в гостиную, полную народа. Все знакомы лица, которых она точно не ожидала, но очень хотела увидеть. — Фред? Тонкс? Римус? Профессор Снейп? — Гермиона могла бы продолжать список. Здесь были люди погибшие во время битвы за Хогвартс. Гермиона бросилась в объятья друзей, почти всем, кроме Снейпа. — Что же, мисс Грейнджер, не рады меня видеть? — его тягучий низкий голос обволок ее воспоминания о нем и она улыбнулась. — Конечно рада, профессор. — она порывисто его обняла, что он даже опешил. — Хватит сопли подтирать. — скомандовал Грюм. — Тень Ордена Феникса я создал, когда мне нужно было за лечь на дно, чтобы все думали, что я мёртв. — Зачем? — искренне не понимала девушка. — Затем, что противник не ожидает удара от мертвого. Это дополнительная сила, Ордену нужно невидимое оружие. — Но как же вы… Многие погибли у меня на глазах. — У Грюма есть моховик времени, как раз для таких случаев. Он спасает человека и инсценирует его смерть. — Но мы ведь хоронили тебя, Римус. — Галлюцинации. — Резко отрезал Грозный Глаз. — Я собирал людей, которые понадобятся тут, чтобы были равные силы. Когда закончится война мы выйдем из тени, но сейчас мы нужны тут. Все это осознавать было чертовски необычно. Проще было поверить в то, что она умерла, но мозг, как во сне, продолжает придумывать больные фантазии. — Значит, я теперь мертва для всех? — в голову пришёл человек, которому она даже прощай не сказала, перед тем, как отправилась на эту операцию, не говоря уже о чем-то большем. Она сглотнула горечь в горле и не позволила слезам выйти за края глаз. Сколько будет идти война? Когда она увидит его ледяные глаза с прищуром? — Завтра начинаешь занятия, Грейнджер. — отрезал Грюм. — Какие занятия? — Будешь учится боевым искусствам и защите от темных искусств. Гермиона не могла уснуть в новой постели, поэтому спустилась в кухню. Группа из пяти человек только что вернулась с операции. Среди которых был Фред, Лаванда и Колин Криви. Остальных она не помнила. — Не спиться? — спросил Фред, когда она села рядом с ним. Она покачала головой. — Пойдём. Фред взял ее за руку и повёл в гостиную. Он усадил ее в кресло и бросил книгу заклинаний, которую достал из стеллажа, ей на колени. — Есть заклинание, которое отправляет тебя в сон к человеку, которого захочешь. Только веди себя, будто это сон, не выдай себя. Иначе будет плохо. — он подмигнул и вышел, оставляя девушку в темной гостиной, одним источником света, которой была Луна. Гермиона бешено побежала глазами по страницам учебника и найдя нужное заклинание, точно знала, в чей сон хочет попасть. Взмахнув палочкой, она оказалась на Площади Гриммо. Она сидела на диване гостиной, он зашёл в комнату через мгновенье и, увидев ее, побежал к ней. Она поймала его в свои объятья. — Грейнджер, я без тебя не смогу! — она не разу не видела его слёзы, но сейчас отчётливо слышала всхлипывания в свою шею. Кажется, он тоже по ней скучает. От чувства взаимности по телу пролилась нега. Она должна его поддержать, чтобы он не терял надежду. — Конечно сможешь! — она обхватило его лицо руками. — Слушай меня, ты должен бороться. Прошу не теряй надежду. — Я не хочу. — Но ты должен! Слышишь? Она потянулась к его губам, но он стал растворяться, как дым в ее руках, а затем и гостиная, возвращая ее в реальность. Перед ней стоял профессор Снейп и недовольно смотрел ей в глаза. — Не стоит пользоваться этим заклинанием, это опасно для нас, а ещё человек, которому снишься может сойти с ума. Будет желать жить только сном. Он забрал книгу из ее рук. — Мы договорились, мисс Грейнджер? — его проницательные глаза глядели прямо в ее голову. — Да. Ее год прошёл в занятиях по боевым искусствам, ЗОТИ и операций по захвату ПСов. А ещё в мыслях об одном человеке, который отвечает ей взаимностью. Что он делает, как живет, думает ли о ней? Хотелось быстрее вернутся, поэтому она прикладывала все усилия в бою. — Вот так прошёл мой год. — закончив рассказ она заглянула в его глаза. — Ты сердишься на меня? Он замотал головой. — Не хочу тратить на это время. Она нежно улыбнулась и его сердце снова кольнуло. — Только это все ещё тайна. Ты не должен никому рассказывать. — Есть проблема в виде одной стихии. — он виновато поджал губы. Гермиона приподняла брови не понимая, о чем он. — Есть человек, который читает меня, как открытую книгу. — Забини. — одновременно сказали они. — Ладно, расскажешь ему, если ничего не получится придумать. Но остальным — ни слова. — Как твоя нога? — он вдруг вспомнил, что они дрались. — Ничего страшного — вывих. Уже проходит. — А как твоя голова? — она коснулась места удара. — Уже проходит. Он притянула ее для поцелуя утягивая за собой на спину.