Неправильная тихоня

Они шли молча, пока Юна не остановилась. — Ты не должен был это делать. — Я не обязан был, — ответил он, глядя ей в глаза. — Но хотел. На некоторое время повисла пауза. Они медленно шли по тротуару, а Чонгук все так же прожигал взглядом девушку. — Спрашивай.— будто читала мысли одноклассника, сказала Юна. И так было понятно что Гук спросит о них, он ведь всегда лезет в чужие дела, в последнее время его стало слишком много в жизни Юны. — Если я спрошу кто они, ты ответишь?— осторожно, будто прощупывая почву. — Они… — она опустила голову. — Они когда-то были всем, что у меня было. Я была такой наивной. — Это не наивность. Это значит, что ты умеешь доверять. И просто доверилась не тем. Она посмотрела на него. — Спасибо. — Я бы снова дрался за тебя, если придётся, — честно сказал он. — Но надеюсь, ты больше не позволишь никому довести себя до такого. Юна кивнула. На этот раз — уверенно. А он мысленно пообещал себе: «Я больше не позволю никому делать ей больно. Даже ей самой.»  Дальше Юна и Чон дошли до дома молча. Дождь начался неожиданно. Сначала мелкий, моросящий, будто знал, что им сейчас не нужны лишние люди на улице, и за пару минут усилился до ливня. Юна тяжело вздохнула, будто принимая неизбежное, она открыла дверь и жестом пригласила его войти. — Проходи. Я… не хочу, чтобы ты шёл под дождём, — сказала она, поднимаясь по лестнице. — Спасибо, — тихо ответил он.    Они дошли до квартиры, и девушка снова жестом пригласила его войти, попутно поставив перед парнем комнатные тапочки. Он прошёл вглубь, оглядел аккуратную гостиную. На тумбочке стояла фотография — Юна и тот самый блондин, оба с широкими, искренними улыбками. Но на этой фотографии девушка была другой, никакой челки и унылого хвоста, вместо этого модная укладка, легкий макияж подчеркивающий ее красоту. Юна была одета в темно-синее платье с открытыми плечами, парень рядом был одет не менее вычурно, его костюм явно был не из дешевых.   — Это ты, на фото?— спросил парень взяв в руки рамку. На самом деле его интересовало совсем не это а несносный блондин обнимающий ее. — Да, это мой день рождения, здесь мне исполнилось семнадцать. Мой брат в честь этого забронировал столик в ресторане, он пытался меня развеселить, так как именно перед днем рождения я сломала ногу, поэтому фото не в полный рост. — Чай будешь? — Только если ты не собираешься в него что-то подсыпать, — усмехнулся он. после этих слов Чонгук расплылся в широкой улыбке, брат значит. Теперь когда Чон был уверен, что путь свободен, настроение было отличным. — Не сегодня. Я устала.  Она налила чай, передала ему кружку и села на диван, поджав ноги, Чон последовал ее примеру. Некоторое время они просто пили молча. — Ты часто так влезаешь в чужие драки? — наконец спросила она. — Только когда не считаю их чужими, — ответил он спокойно. Юна замолчала, и он продолжил: — Ты знала, что они тебя используют? — Где-то глубоко… знала, — призналась она. — Но мне так хотелось, чтобы кто-то просто был рядом.Тогда я была трейни, жила только тренировками и мечтами, я особо ни с кем не общалась, а Юн Чжин она начала со мной дружить, поддерживать и это было мне настолько приятно, что я даже не подозревала о фальшивой дружбе. А потом в школе стало известно что я трейни и скоро должна дебютировать, так я стала популярной в школе, тогда то Чан У и обратил на меня внимание. Все казалось идеальным пока… Во время ссоры с Юн Чжин  она толкнула меня, я покотилась вниз по лестнице, сломала ногу, перелом был серьезным. Мне запретили танцевать, группа дебютировала без меня. А я стала никому не нужной, за время что я была в больнице, навестить меня никто из них так и не пришел. После того я стала более осторожной. Равнодушной. Или старалась быть.— Юна рассказала эту историю, которую знали лишь Чимин и брат, все равно бы Гук спросил, а она хотела поделиться своей болью. — А тот парень… ты его любила? — Я любила, кем казалась себе рядом с ним. Уверенной. Заметной. — Юна посмотрела на свои руки. — Но на самом деле я всё ещё была той самой девочкой, которая мечтала, чтобы хоть кто-то не ушёл. Он поставил кружку. — Я никуда не собираюсь уходить, если ты не попросишь. — Я не уверена, что умею… держать людей рядом. — Так не держи, — ответил он мягко. — Просто позволь остаться. Юна посмотрела на него долго. Без маски. Без обороны. — Дождь уже прекратился.— сказал парень, с нарочито грустным взглядом, ему не хотелось покидать, этот уютный диван и такую приятную компанию. — Я наверное пойду, увидимся в школе. Выходные прошли незаметно и настал понедельник. Юна по прежнему старалась быть в школе незаметной, но вот Чон стал еще более надоедливым теперь он на каждой перемене старался втянуть одноклассницу в очередной разговор, пытаясь обсудить с девушкой все от домашних животных до ее любимого фильма. Из-за этого внимание всего класса постоянно было приковано к ним. — Давай завтра погуляем после школы?— неожиданно предложил Чон. — С чего бы это?— фыркнула Юна. — Я из-за тебя между прочим даже в драку ввязался, а ты откажешь мне в простой прогулке? Ну соглашайся, это тебя ни к чему не обязывает. Мы просто прогуляемся.—  уговаривал Чон, строя щенячьи глазки. — Я подумаю. На следующий день Чонгука почти не было видно, и девушка уже решила что сегодняшняя прогулка отменяется. Колокольчик последнего урока прозвенел особенно громко. Юна быстро собрала тетради, намереваясь исчезнуть из школы как можно быстрее, мечтая завернуться в плед и устроить просмотр очередной сопливой дорамы. Она уже почти дошла до выхода, когда рядом появился Чон. — Подожди, — он мягко коснулся её локтя. — Мы же идем гулять, не забыла? — Забудешь тут — вздохнула она, но без злости. — Куда пойдем? — Увидишь. — Учити, это не свидание. — Юна сложила руки на груди, уставившись в окно автобуса. — Конечно нет, — с невозмутимым видом ответил Чонгук, развалившись на соседнем сидении. — Это просто образовательная поездка, необходимая для налаживания нашего общения. Я выбрал место вдали от Сеула и суеты чтобы отдохнуть, там кстати очень красиво, тебе понравится. — Ты сам это предложил я вообще не планировала никуда ехать. — И оставить меня одного со скукой? Никогда, Юна. Она хмыкнула и отвернулась, но на губах проскользнула тень улыбки. Он это заметил. Город, куда они приехали, был маленьким, но уютным: мощёные улицы, книжные лавки, кофейни и улицы, по которым приятно было просто идти молча. Они забрели в маленькую галерею, потом на набережную. Купили сахарную вату, смеялись, спорили о музыке. Чон впервые услышал, как Юна смеётся без защиты, не сквозь сарказм. — Тебе бы почаще так, — сказал он. — Смеяться. А не только рычать. — Тебе бы почаще не лезть туда, где не просят, — парировала она, но уже без укола. А Чон шел дальше настолько довольный сегодняшним днем, что чуть не забыл про то, как щелкнул таймер в его телефоне — автобус уезжал в 18:30.  Когда они вышли на остановку, улица была пуста. Ни людей, ни автобуса. Ни шума двигателя. — Не может быть… — Чонгук вытянул телефон. — Нет. Нет-нет-нет. — Что? Он повернулся к ней, виновато приподняв брови. — Он ушёл. Минут двадцать назад. Юна застыла. Потом медленно, очень медленно произнесла: — Ты. Издеваешься. — Абсолютно случайно. — Он поднял руки. — Я клянусь, я просто… забыл. — Великолепно. И что теперь? — Вроде как следующая электричка — через три часа. — Три?! Она уставилась на него. Он выглядел немного виновато, но и удивлённо довольным. — Что? — Ты ведь рад, да? — пробормотала она. — Ещё скажи, что специально всё устроил. — А ты бы поверила? — Да. Это на тебя похоже. — Может, и устроил бы… но сейчас не тот случай.  Она не выдержала — хмыкнула, слабо, но искренне. Устало села рядом с Чоном на скамейку. Они сидели в тишине. Вокруг — тёплый, ленивый вечер. Где-то вдалеке — гудок поезда. Не их. — Хочешь мороженое? — внезапно спросил Чон, вставая. — Ты серьёзно? — У меня с собой мелочь. Автомат вон там. Один стаканчик на двоих — очень романтично. — Ты невозможный. — И ты всё ещё рядом. — Он подмигнул. — Значит, не всё потеряно.   Юна сидела, закутавшись в свою куртку, как в щит. Вечер начинал холодеть, и ветер уже не был приятным — он цеплялся за пальцы, в волосы, будто наказывал за забывчивость. Чонгук нервно крутил телефон в руках. — Я сам скажу. Не паникуй, — бросил он. — Паниковать? Я? Нет. Я просто жду, когда ты получишь по голове. — Она резко повернулась к нему. — Это мой брат. Я сама скажу. Экран телефона загорелся: «Тэхен: 3 пропущенных». Юна вдохнула и нажала «принять». — Алло… — ГДЕ. ТЫ. ЕСТЬ. — прозвучало в трубке так громко, что даже Чонгук вздрогнул. — Тэхен, всё нормально, правда. Мы просто немного… — Юна, ты написала что опоздала на автобус, не отвечаешь на звонки, и с тобой этот… этот… — голос брата дрожал от ярости. — Этот противный тип с завышенной самооценкой. Чонгук, услышав это, приподнял брови и шепнул: — Он меня любит, я чувствую. Юна ткнула его локтем. — Мы просто потеряли время и как-то не заметили. — Ты цела? Он с тобой? — Да, он… рядом. — Передай ему, что если он хотя бы пальцем тебя тронет — я найду его. И будет хуже, чем потеря автобуса. — Скажи ему, что я слышу, — буркнул Чонгук в сторону. Юна закатила глаза. — Всё, Тэхен. Мы найдём, как вернуться. Тут есть поезд, но позже. Всё нормально. Я тебе напишу, хорошо? — Только если ты обещаешь, что не будешь геройствовать. Юна почти улыбнулась: — Я подумаю. Пока, брат. Люблю. Она отключилась. Чонгук смотрел на неё, немного ошарашенный. — Ну, теперь я официально враг номер один? — Нет. Пока что ты просто в «списке наблюдения». — Юна повернулась к нему. — Но если ты ещё раз забудешь про автобус — он тебя точно вычеркнет из жизни. Навсегда. — Страшно. А можно, чтобы ты меня защищала? — Защищать? Тебя? — Она усмехнулась. — После мороженого подумаю. Телефон снова завибрировал. Она посмотрела на экран — Тэхен. — Ну? — Сейчас узнаем… — Она нажала кнопку и поднесла телефон к уху. — Алло? — Я еду. — Голос был коротким и сухим, как удар по тормозам. — Что? — Я не собираюсь спать спокойно, зная, что ты где-то среди ночи, пусть даже и не одна. Я уже в машине. Через два часа буду. И держись от него подальше. Он подозрительно вездесущий. — Тэхен, ты с ума сошёл? Мы сами можем… — Можешь. Но не будешь.— В трубке послышался щелчок — вызов завершён. Юна положила телефон на стол и посмотрела на Чонгука. Тот молча встал и прошёлся до окна. — Он едет? — спросил он, не оборачиваясь. — Едет. Через два часа будет здесь. — Классно. Я уже чувствую, как мои кости трещат от предвкушения. — Он не настолько жестокий, — сказала Юна с лёгкой улыбкой.— Просто волнуется за меня, папа умер когда мне было двенадцать, с того момента Тэхен всегда обо мне заботился, у него есть только я, а у меня только он и Чимин. Сколько себя помню это мои две няньки выполняющие все мои прихоти. Однажды мой брат даже сильно поругался с Чимином, Тэ пошел на свидание с девушкой, а я пошла гулять с Чимином, я бегала по парку споткнулась и упала, разбила коленку. Брат примчался быстрее пули, они спорили прямо в больнице пока мне накладывали швы, а затем не отходили от меня около недели. — Хотел бы я чтобы и обо мне кто-то так же заботился. — У тебя тоже нет родителей.— удивленно спросила Юна.  — Только мама, папа ушел когда я был еще в средней школе у него новая семья ему не до нас…. Знаешь, — сказал Чон после паузы. — Я бы не поменял этот день ни на что. Даже если потом придётся объясняться перед твоим братом. Потому что был с тобой.     Юна на это лишь закатила глаза, но в душе разлилось приятное тепло.  Около полуночи уостановки резко замигали фары чёрного внедорожника. Он остановился с коротким, почти демонстративным визгом шин. Юна встала первой, бросив быстрый взгляд на Чонгука: — Если ты сейчас сбежишь — я не буду тебя защищать. — Не дождёшься. — Он поправил капюшон и выдохнул. — Пожелай мне удачи. Хотя бы мысленно.  Дверца машины распахнулась, и из неё вышел Тэхен — в чёрной куртке, с холодным лицом и прищуренным взглядом, в котором не было ничего утешительного. Он закрыл машину с громким щелчком и направился прямо к ним. — Юна. — Голос был твёрдый, почти без эмоций. — С тобой всё в порядке? — Да. Всё хорошо, мы просто… — Пропустили автобус, я в курсе. — Он обвёл взглядом сестру с ног до головы, затем перевёл глаза на Чонгука. Молчание. Напряжённое, как перед бурей. — Так ты и есть тот самый Чонгук? — Да, — ответил Чон, стараясь говорить спокойно. — Я проводил Юну и хотел убедиться, что она в безопасности. — Интересный способ «убеждаться», — сухо заметил Тэхен. — Ты часто таскаешь девушек в другой город без билета назад? — Мы приехали просто погулять. Это не было свиданием. — Чон удержал взгляд. — Тем хуже. Значит, ты таскаешь мою сестру без повода. — В голосе брата появилась явная угроза. Юна шагнула между ними. — Хватит. Он не виноват. Мы оба не заметили время. Это было случайно. И он был рядом, когда мог просто уйти. Тэхен посмотрел на неё. И только тогда, кажется, немного смягчился. — Ладно. Садитесь в машину. Они сели — Юна впереди, Чон сзади. Атмосфера внутри была гробовой. Ни музыки, ни слов. Только навигатор и звук дворников.  Через несколько минут Тэхен вдруг заговорил, глядя в зеркало: — Чонгук? — Да? — Скажи честно. Тебе нравится, моя сестра? Тишина в машине стала почти звенящей. — Да, — спокойно ответил он. — Нравится…Очень.— добавил Чон спустя пару секунд. Тэхен кивнул, не отрываясь от дороги. — Хорошо. Это значит, я могу тебя убить с чистой совестью, если ты её обидишь. Юна закатила глаза и ударила брата локтем: — Ты не в дораме, успокойся.  Но где-то в глубине души ей стало немного… тепло. Защита, как бы ни раздражала, была настоящей. Чон только усмехнулся: — Принято. Без обид — я постараюсь выжить. Первым домой подвезли Чонгука, после того как дверь машины за ним захлопнулась Тэхен подытожил: — Он мне не нравится. — Потому что он парень? — устало спросила Юна. — Потому что ты начинаешь доверять, а потом всё снова разбивается. Я не хочу снова собирать тебя по кусочкам, Юн. Тишина. — Я не доверяю, — наконец произнесла она. — Я просто… не отталкиваю. Это всё, на что я способна сейчас. Тэхен… я боюсь. Боюсь, что если хоть кому-то позволю быть рядом, всё закончится, как тогда. — Юна, это было не из-за тебя… — Я знаю. Но именно так я это восприняла. И с тех пор — никого. Я не позволяла себе быть важной для кого-то. Потому что потом… если уйдут… — голос её дрогнул, — будет слишком больно. Тэхен обернулся, положил руку ей на плечо, вторая так и осталась на руле: — Это не твоя вина. Ни тогда. Ни сейчас. Если ты хочешь быть с кем-то — это должно быть из желания, а не из страха. — А если он такой же, как остальные? — Тогда ты узнаешь. Но ты уже сильнее, чем тогда. Просто… не прячься всё время, Юн. И не вини себя за чужие решения. Если Чонгук такой же как Чан У то ему не поздоровится. Она кивнула, не поворачиваясь.