Сдайся мне

Разумовский сидел в своём кресле и наблюдал за братом. Ещё с того самого вечера когда он рванул к Лизе в участок он не мог успокоиться. Его тревожили кошмары. Или просто бессвязные картинки, или сны в которых его мозг пытался выстроить сценарий как поссорились Лиза и Рома. В данный момент Серёжа не работал с техникой, он организовал себе вынужденные выходные. Первая причина потому что уже тяжело думается, а ошибок не хочется. Второе, сегодня предстоит в очередной раз пойти к Кричевским. Несколько дней назад ему звонил Николай Васильевич, приглашал в гости, отпраздновать годовщину филиала. Серёжа не мог отказать, хоть и понимал что вечер не будет простым. Мужчина устроился поудобнее в кресле и развернул его лицом к стене со статуями. Линии человеческого тела сливались в эстетичное полотно. Взгляд туманно блуждал почти не фокусируясь. В мыслях был лишь предстоящий визит и воспоминание о последнем визите. Он помнил что это было после ее больничного. После того как она приходила к нему за помощью для техотдела, после того как он поклялся сам себе что сделает всё возможное чтобы она не пострадала. Видимо его сил было мало. Даже объединение с майором не помогло. Рома всё равно получил что хотел, а когда увидел сопротивление с ее стороны… Что именно между ними произошло Разумовский не имел понятия, можно было лишь гадать. Но явно не ерунда какая-то. Серёжа ухватился за подлокотник и крепко сжал пальцы. В голове навязчивой строкой бежало что он не только не уберёг, но и сделал хуже. Из-за обиды и ревности, Рома следил за девушкой, особенно когда она была с Сережей. Видимо его брат если не всё видел, то достаточно чтобы сделать свои выводы. Может он и сейчас старается ее выследить? — Сергей, уведомляю, уже три часа дня. От неожиданности он подскочил в кресле и резко развернул его обратно. — Спасибо, Марго. — почти твёрдо сказал он. Мужчина убрал лишнее со стола и бросил взгляд в сторону брата. Тот что-то читал в телефоне. — Рома, нам выезжать через два часа. Тот не поднимая головы кивнул. Вздохнув, Серёжа направился в свою комнату. Ровно в пять он вернулся в офис. Рома уже сидел собранный. Хоть что-то радует. По дороге они заехали в цветочный. Флорист сформировал два букета. Один для Раисы Ивановны, второй для Елизаветы. Серёжа оплатил покупку, а Рома забрал букеты. К дому Кричевских они подъехали в 17:53. Братья поднялись по лестнице и позвонили в дверной звонок. Дверь им открыла Раиса. Она их кинулась обнимать. — Это для вас с Лизой. — он протянул букет который был у него в руках, а Рома второй. Женщина забрала букет ярких тюльпанов в одну руку, а во вторую взяла ромашки с хризантемами. Рома как всегда искрутился с выбором. — Ой, мальчики, ну что же вы… Красота какая, спасибо. Она упорхнула на кухню. «Замечательная женщина» — пронеслось в мыслях у Серёжи. Пока Николай что-то спрашивал у Ромы, Серёжа заметил Лизу. Девушка была бледной. Выглядела она очаровательно, но сердце сжималось от такой хрупкой красоты. Было видно что ей нехорошо, но она держалась. В глазах было пусто. В какой-то момент Николай позвал свою кровинку. — Доча, что же ты там застыла? Она моргнула. Подошла ближе к отцу, улыбаясь почти оголяя зубы. Отец приобнял дочь за талию. — Ну, хороше же работается, да, ребята? Говорил же, Лизка-то получше меня во всём этом. — мужчина жестикулировал свободной рукой. Серёжа метнулся взглядом к Роме. Он не мог прочесть чувства своего брата. Удавалось это редко. — Папа, не смущай меня, пожалуйста. — тихо сказала она уводя взгляд в пол. — Да, вы были правы. — Рома прошёлся рукой по своим волосам, голос звучал дружелюбно. — Согласен. — подтвердил второй Разумовский. Он перевёл взгляд на девушку которой уже явно становилось неуютно. — Ну что вы там все столпились, проходите! — крикнула Раиса и появилась в коридоре. Лиза выкрутилась с папиных объятий и спешно ретировалась. Возникало ощущение что ей не говорили что они придут. Серёжа всей душой надеялся что вечер пройдёт мирно. Они спокойно трапезничали и больше слушали, чем говорили. Вот Сергей заметил как Лиза выскочила из кухни с телефоном. Через несколько секунд пошёл и Рома. Что уже успело случиться? Через пару минут его брат вернулся, а Лиза нет. — Ты Лизу не видел? — обеспокоилась Раиса. — Она до сих пор говорит со своей подругой. Вроде бы выходила на лестничную площадку. — отрезая себе кусок мяса, спокойно уведомил Рома. Серёжа видел по движениям брата что он чем-то недоволен. Нож особенно жёстко надавливал на мясо при упоминании лестничной площадки. Убежала от него что-ли? Когда Раиса захотела достать торт, ушла за Лизой. Так хотелось схватить брата за воротник и выяснить всё. Понять что между ним и Лизой, зачем она ему, что вообще происходит? Тяжело вздохнув от этих мыслей Серёжа откинул часть чёлки с лица. Елизавета появилась на кухне с опущенной головой. Но когда подали торт, она немного просияла. Оказывается это был ее любимый торт. Девушка кушала с удовольствием. Серёжа наблюдал за ней и лёгкая радость разливалась в груди. Хоть что-то приносит ей радость. Ближе к девяти вечера Серёжа утащил брата домой. Пока они ехали обратно к себе, Рома снова уткнулся в телефон, а через пять минут начал довольно усмехаться и отложил девайс в сторону. Роман лишь думал о том что игра не окончена. Точно нет. Он открывает охоту и птенец скоро влетит в его объятия. Днём как только он освободился, набрал номер. — Здравствуй, птенчик. Скучала?

***

— Абсолютно нет. — выдавила из себя. — Что ты хочешь? — Ты знаешь ответ. Приземлилась на край своей постели. — Есть много догадок. — Слушай, мне конечно нравится как ты на меня реагируешь. Даже эта твоя лёгкая агония была когда-то частью моего плана. Но, теперь всё пошло наперекосяк. — мужчина вздохнул. — Ты знаешь как я это не люблю. — Рома, говори зачем звонишь. — Так не интересно. — скучающе протянул собеседник по другую сторону телефона. Дальше я слышала лишь гудки. У меня начался лёгкий озноб. Я отложила телефон и сжала кулаки. Что ему от меня нужно? Плохо что я даже приблизительно не могу понять. Тут может быть как и встреча со мной, так и стремление вернуть чёртову монету, так и простое издевательство. Плюхнулась на постель. Как можно было так влипнуть? Я раскинула руки в стороны. Надо бы что-нибудь поделать… Но что? Надо уснуть. Прикрыла глаза и снова применила технику 4-7-8. На середине второго круга сон забрал меня. Сначала я видела тёмную улицу, жёлтый свет фонарей, а вдали карканье ворон. Чем дальше я шла, тем больше было света и тепла и вот наконец очутилась в каком-то приятном месте. Там было тепло и уютно. Бежевые тона успокаивали душу. Меня позвали. Обернулась и чуть поморщилась, шея неприятно заныла. Моему взору предстал букет. Такой букет я уже видела ранее. У меня дежавю. Это был букет ромашек с красной розой посередине. Мне отдали цветы и я увидела лицо Ромы. Он подошёл ко мне близко и обнял за талию. Я задрожала. По телу разлилось тепло. Рука на талии сжалась причиняя боль. — Зря пытаешься, птенчик. Забудь обо всём. Тебе нужен лишь я. Я ощущала его нос где-то в районе шеи под ухом, он нежно водил им по моей коже что-то шепча. В голове стелился туман. Только лёгкими раскатами волн «забудь, забудь, забудь, забудь». Я улыбнулась и потрепала его волосы. Он отстранился на секунду для того чтобы поцеловать меня. Охотно прижалась к нему. Его губы были странными на вкус. Из-за этого отстранилась от него. Они кроваво красные. Ощущение будто на моей нижней части лица что-то есть. Липкое и отдающее прохладой. На лепестках ромашки появлялись красные капельки. Не осознавая этого до конца подняла ладонь и пальцами прикоснулась к нижней части лица. На кончиках пальцев осталась кровь. Я выпустила букет. Рома наблюдал за мной. На стенах за ним появлялись рисунки. Пламя, птицы, рыжие мальчики. Мой взгляд снова спустился на руки. Они в крови, она засыхала. Я рассматривала руки и крутилась вокруг оси. Когда подняла голову увидела зеркало. Разбитое в углу, возле рамы. В нём увидела свою растрепанную копию, в костюме чумного доктора. Моя копия прижала руки к лицу и закричала. Я разглядела ожоги и сочащуюся кровь. Попятилась назад и мотала головой в отрицании. Руки были чисты, а моя копия продолжала кричать. Я обняла себя и что-то хлюпнуло под моими ногами. Прозрачная жидкость и ужасно пахнет. От нее тянется дорожка. Почти пересекая дорожку валялся злосчастный букет ромашек с розой. В крови. Кровь создавала красивые узоры и потихоньку текла к прозрачной жидкости. Прошлась дальше глазами по той дорожке и увидела зажженную спичку. — Твою мать! — я резко села на постели. Лёгкие отказывались работать будто пробежала марафон при этом выкурив пачку сигарет. Жуть какая. Прошла на кухню и заварила ромашковый чай. С чаем пошла в гостиную и включила телевизор. Оставила на первом же канале и сделала первый глоток. Вскоре ко мне присоединилась мама. Мы какое-то время молчали. Потом она заговорила со мной. — Как ты себя чувствуешь? — Нормально, — удивлённо немного ответила. — А что? — Бледная немного, синяки под глазами… Бо́льшая чувствительность к звукам. Ты же помнишь что можешь рассказать мне все. Я тихонько кивнула и отпила с кружки. Хотела бы поговорить, но сил нет даже чтобы рот открыть. Про долгие разговоры, ещё и важные, в которых нужно высказать чувства и эмоции, вообще молчу. Чай не помогал ни согреться, ни успокоиться. Сжалась в комочек. Тёплые женские руки обняли меня и прижали к себе. Стало немного спокойнее. В горле стал ком, но застыл. Всё также держа кружку, уткнулась лицом куда-то в грудную клетку носом. Хочется стать маленьким котёнком, который только познаёт мир и все умиляются тому как ты спишь и вымазываешься в молоке. Я знаю что справлюсь со всем этим и буду жить дальше. Но когда это закончится? Почему я не вылезла из этого ранее? Как вообще влезла и не заметила? Мама продолжала гладить мою спину и волосы, пока я вдыхала ее аромат. Домашний уют и спокойствие. — Не волнуйся моя девочка, всё хорошо. Чтобы не происходило я рядом и помогу, выслушаю… — Знаю, мам. Мой голос прозвучал глухо и тихо. Она меня слышала? Если и нет, думаю она знает на подсознательном уровне… Как-то и не заметила что уснула. Спала тихо и спокойно и открыла глаза в четыре утра, в своей постели. Прислушалась к происходящему в доме и достала наушники. Включила первую попавшуюся композицию и уставилась в окно. Там ничего не происходило. Я хочу победить эти трудности. Надо последовать совету отца. Надо научиться перестраиваться. По телу пополз озноб. Снова? Надо наверное больше отдохнуть. Отключила наушники и закрыла глаза.