Dude, I'm Kidnapping Byun Baekhyun

– Хей, чувак, твой телефон на вкус как клубника, – заявил Чонин Кёнсу, облизывая его гаджет и улыбаясь. – Что? Ты облизал мой телефон? – Я капнул клубничного желе случайно, – Чонин с обожаем посмотрел на чашку с желе, которая была в одной руке, пока другая держала руль, и продолжил тихим голосом: – Ты сладенькое Желе! Да, ты! – разговаривал он самим с собой, точнее, с желе. – Мы ищем Бэкхёна и твоего отсталого друга, нет времени восхищаться желе, – нервно произнес Кёнсу. – Но я люблю желе! – произнес Чонин детским голосом, повернувшись к парню и уставившись на него. – Прекращай баловаться и веди нормально машину. – Кёнсу взял мобильник, загружая GPS. – Остановись здесь! GPS показывает, что они были здесь минуту назад, – он указал на заброшенное местечко под названием "Rest___". Чонин остановил автомобиль и понесся ко входу в этот самый "Rest___". Сехун почувствовал чье-то присутствие за дверью, поэтому успел открыть ее раньше, прежде ее бы снесли. Чонин и Кёнсу в замешательстве уставились на него. Сехун молча махнул рукой, позволяя войти. Первое, что увидели парни, милого плачущего молодого человека. Сехун неожиданно указал острым ножом на Чонина, и загорелый сразу запрыгнул за спину Кёнсу. – Вы здефь, фтобы тоже украффь блефк моего хёна? – Что? – Кёнсу нахмурился, оттолкнув напуганного Чонина от себя. – Я фкафал, вы товэ хотите украфть блефк моего хёна? – поднял голос Сехун. Он очень беспокоился о Лухане. – Простите, – покачал головой Кёнсу, – я не понял. Чонин же не был больше заинтересован Сехуном, он подошел к дивану, на котором сидел плачущий Лухан. – Ужас. Ты почему плачешь? – Он украл мой блеск! – Грабитель? – Кёнсу пытался быть дружелюбнее, присев рядом с Лу. – Нет, это какой-то ребенок. Он настаивал на том, что украл своего Котёнка и хочет жениться на нем. Само собой, его больше сюда не пустят, – кратко ввел в курс дела Лухан. Медленно, неуверенно Чонин обнял Кёнсу и почувствовал что-то странное, сделав это, почувствовал себя странно оттого, что ему позволили схватиться за кого-то, держать так близко, чувствовать тепло чужого тела. – Чонин, что ты делаешь? – беспомощно прошептал Кёнсу. – О, прости, – младший убрал руки, пытаясь скрыть смущение. Кёнсу обратил внимание на плачущего Лухана. – Очень похоже на наших друзей. Чанёль и Бэкхён. – Блеск? Ты плачешь из-за блеска? – спросил Чонин. – Ты не понимаешь! Этот блеск реализировал мою внутреннюю скрытую энергию, – застонал Лухан, переворачиваясь на диване. – Мы вернем блеск, обещаю, – заверил Кёнсу на мизинчике. – Меня зовут Кёнсу, а вас? – Лухан, а это мой муж. – Фехун, – произнес тот, заставив Кёнсу и Чонина нахмурить брови. – Фехун? – переспросил загорелый. – Фехун. ФЕХУН! – Хорошо, Фехун, – кивнул Чонин. – Нет! Не Фехун, а Фехун! – разозлился Сехун. – Да я ж неглухой, Фехун, – спокойно произнес младший в ответ. – Простите, его Сехун зовут, – исправил Лухан. – Ооо, – кивнули Кёнсу с Чонином. Младший наклонился вперед, к уху старшего, чтобы прошептать: – У этого Фехуна ужасная речь, ему нужно работать над своим акцентом. – Точно, – пробормотал Кёнсу. Чонин пожал плечами и снова начал ковыряться в носу. Казалось, что глаза Кёнсу сейчас выскочат из орбит. Очень медленно младший засунул палец в нос. Вверх, вниз, вверх, вниз, пока не откопал клад. Зарычав, Кёнсу схватился за пластиковую тарелку и начал творить свою Аваду Кедавру, что длилось около двух минут. Старший расстроился, потому что на деле эта Авада Кедавра не действует. Он хотел бы никогда не видеть эту картину: ковыряющийся в носу Чонин. – Идиот! Ты постоянно ковыряешься в носу! Это меня бесит! Ужасно бесит! Я не понимаю, как взрослый человек может вести себя так! – кричал Кёнсу. – Ужасно невоспитанно! – воскликнул Лухан. – Простите, что мой нос чешется. Я называю это мозговыми козявками, потому что когда их вытягиваешь, то кажется, будто мозг отчищается. Так хорошо! – пропел Чонин, будто это единственное, что случалось в его жизни хорошее. – Я сейчас заплачу, – произнес Кёнсу, покачивая головой. Кёнсу кричал в небо, выплескивая всю свою злобу, потому что Чонин не сдержал своего обещания вести себя нормально. Он ковырял в носу. Хунханы пытались успокоить его, чтобы тот никого не поубивал. Были слышны лишь кряхтение, пыхтение и ворчание, будто они дикие животные. После нескольких минут борьбы Кёнсу, кажется, успокоился. – Думаю, нам нужно идти. Мы должны найти Бэкхёна. – Кёнсу встал с дивана, схватив Чонина за волосы и потащив к выходу из этого ужасно-печального места. – Спасибо, что уделили нам время, – поклонился он, дернув младшего. Чонин пробормотал что-то вроде "желе" или "пудинг". – Стойте! – услышали они голос лухана. – Мы с вами! Я должен вернуть свой блеск. Кёнсу обернулся, неосознанно потянув волосы Чонина. – Это опасно и вредно для здоровья. – Обещаю, мы вас не побеспокоим. Мне просто нужно вернуть свой блеск. Кёнсу вздохнул, что-то пробормотал, кажется, ругая весь мир, но смиренно проговорил: – Хорошо. Помогите нам найти наших друзей, а мы поможем вам вернуть ваш блеск. Только умоляю, не лезьте ни в какие неприятности. – Обещаю, как прамис сонг. – Давайте начнем пати, – произнес Сехун, пытаясь скрыть свою радость; он хотел приключений, чтобы снять напряжение. – Заткнитесь! Разве не видите, как кое-кто здесь умирает! – кричал Чонин, и Кёнсу выпустил его волосы из захвата. Лухан пожал плечами и начала танцевать. – Бум шакалака, – пел он, помахивая платьем как принцесса. Сехун качал задницей из стороны в сторону, а потом закричал, воображая себя волшебником: – Смирно! Смирно! Не двигаться! – Господи, я в ловушке с кучкой идиотов, – Кёнсу спрятал свое лицо в ладонях. В конце концов, они договорились продолжить их миссию: найти Бэкхёна с Чанёлем, ну и магический блеск.