дотянуться до тебя

Поездка к родителям Мэдди для Оливера стала почвой для новых стрессов. Хоть он не показывал своего волнения и был спокойнее обычного, он вообще держался молодцом! но Остин знала, что ему было некомфортно от расспросов родителей или на вечеринке в окружении множества незнакомых людей. Еще пару дней ребята гостили в доме Остинов, и Оливер всячески увиливал от вопросов и разговоров в гостиной за просмотром телепередач: то помогал Мэдди убраться в их комнате, то готовил обед вместе с ней. Один раз он даже пропустил завтрак, отправившись на пробежку в парк, чтобы не пересечься за чашкой кофе с мистером Остином. — Приезжайте еще! — Женщина обняла Оливера резко, не спросив у него даже разрешения, хотя знала, что делать это нужно. — Обязательно… спасибо за гостеприимство. — Фелпс посмотрел на Мэдисон, стоящую за спиной матери. Одним взглядом он умолял её это прекратить и поехать уже домой. — Пора ехать, — блондинка глянула на экран телефона, — Олли, нам еще нужно успеть на почту, помнишь? Все, мам, ты же его задушишь! — Верно, — женщина отстранилась, глянув в ошарашенные карие глаза, — что-то я увлеклась. — Совсем немного, — Оливер вежливо улыбнулся и поспешил сделать назад несколько шагов и подхватить сумку, стоящую на полу, лишь бы его больше не трогали, — я буду ждать в машине, — с этими словами, не оборачиваясь, он бегом направился по лестнице вниз, создавая от грохота собственных шагов эхо по всему подъезду. — Хороший у тебя парень, — задумчиво протянул вдруг отец Мэдисон, — правда, не разговорчивый. — Ему сложно, попытайся его понять, — Остин раздраженно выдохнула, тем самым намекнув на то, что в сто первый раз повторять она не будет, — увидимся.

***

— Это какой-то кошмар! — Слишком громко воскликнул Оливер, как только Мэдисон закрыла дверь. — Что конкретно? — Все это! — Видно было, что он взволнован. Парень размахивал руками во все стороны, не повернувшись к девушке ни разу, — Зачем я вообще с тобой поехал. — Между прочим, — последняя фраза здорово задела Мэдди, — я раз двадцать спросила, точно ли ты хочешь ехать? И когда мы приехали, я постоянно спрашивала, все ли у тебя нормально. — Не мог же я сказать, что мне не нравятся твои друзья и то, что они пытались со мной делать. Мне не нравится окружение, и атмосфера в вашей семье, я просто не привык к такому! — Мог. Если ты, бедный, так боялся меня обидеть, то надо было сказать сразу, я не хотела бы выслушивать это в собственной машине, когда я наполнена потрясающими впечатлениями от поездки, и что в итоге? Выслушиваю! Оливер молчал. Завел мотор, щелкнул на кнопку радио и поехал, смотря прямо на дорогу, ни на секунду не отводя взгляд. Мэдисон пугала эта тишина с его стороны, она начала чувствовать себя виноватой за то, что позволила Оливеру тащиться с ней черт знает куда. Сама бы добралась, отпраздновала и вернулась, как планировала, на следующий день. Она попыталась коснуться его руки, когда он коснулся рычага коробки передач, но никакой реакции не получила. Он даже не посмотрел. — Пожалуйста, скажи мне, что не так? Я же… не сказала ничего неправильного, — она глубоко вдохнула, сдержав слезы, — ты не сможешь игнорировать меня и дуться вечно. — Если в следующий раз, — он отдернул руку, крепко сжимая руль, — решу поехать с тобой куда-то, отговори меня. Ладно?

***

— Я хочу поговорить с тобой. — Оливер, нам не о чем говорить, — Остин лежала к Фелпсу спиной, обидчиво скрестив руки на груди. Поговорить она хотела. Услышать извинений — еще больше. — Послушай, — парень резко перевернул её на спину, нависая сверху, — я сказал глупость в машине сегодня, — он запнулся, прикусив губу, — все, что я сказал сегодня в машине, — глупость. — Я тебя услышала. Дашь мне поспать? — Размечталась, — фыркнул Оливер, — я же сказал: хочу с тобой поговорить. — А я сказала, что… — Мэдисон, — он перебил её, от чего она уставилась на него, как будто видела впервые, — либо сейчас, либо никогда. — Хорошо, ладно… я тебя слушаю. Только быстро! Оливер неуверенно приподнялся, не сводя с блондинки взгляд, на мгновение запутался в одеяле, отбрасывая его куда-то на противоположную сторону кровати. Он пригладил взъерошенные постелью волосы и сложил руки в замок. — Я не жалею, что поехал с тобой, — резко и на выдохе, сразу замолкая. — Это все? — Дай мне собраться с мыслями! — он снова огрызнулся. Кто похитил Оливера? — Твои родители действительно чудесные люди, как ты и говорила, но слишком… активные. Мой ритм жизни размеренный и спокойный, а они вертятся, как белки в колесе, успевают и там, и тут, ты совсем на них не похожа! Твои друзья веселые, интересные и разносторонние, даже эта надоедливая… как там её… — Аманда. — Точно, спасибо, — Оливер щелкнул пальцами в воздухе, глуповато улыбнувшись, — даже она, вечно лезущая ко мне с вопросами и шуточками, не плохая, но я не такой, как другие в твоем окружении, в этом моя проблема. Я правда старался быть приветливым, Мэдди, и я бы не справился с собой, если бы не ты, — в заключение своего быстрого и местами прерывистого повествования, Оливер слегка хлопнул в ладоши. — Ты дашь мне подумать над всем этим? Просто я жутко хочу спать, и я все еще злюсь… — она прикусила губу и, не дождавшись внятного ответа, потянула парня за запястье, прижимая к себе, — но не сильно. — Поездка была кошмарной, — Фелпс уткнулся Мэдисон в шею, от чего его нос, вероятно, забавно загнулся, — но проблема не в твоих родителях, друзьях или тебе, это я проблемный. И импульсивный. Прости меня. — Прощу, но когда проснемся, ладно? — Договорились, — блондинка точно была уверена, что его сердце стало биться медленнее, а сам он довольно улыбнулся, — теперь я спокоен.

***

— Господи, что за ужасный запах? — Мэдисон, собирая на ходу волосы в хвост с «петухами», вошла в кухню, недовольно сморщившись, — Оливер, что ты готовишь? — Жарю бекон, — Фелпс слегка убавил огонь под сковородой и вытер руки, о близ висящее полотенце, — странно, был уверен, ты его любишь. — Люблю, — Мэдисон прикрыла рукавом спальной рубахи нос, — но сейчас почему-то резкий мясной запах не вызывает у меня приятных ощущений, и слюнные железы отказываются работать. — Ты не заболела? — Думаю, давление из-за переменчивой погоды, надо бы измерить… а ты пока открой форточку, — блондинка еще больше скривилась в отвращении и поспешила удалиться из кухни, дабы не стошнить. — Ты вообще будешь завтракать? — Фелпс поспешил следом, обеспокоено дергая свои шорты, — У нас еще осталось немного пирога твоей мамы. — Я пропущу завтрак, что-то мне нехорошо, — Мэдисон расположилась с тонометром на полу перед телевизором, — я плохо спала. — Хочешь, приготовлю тебе твой любимый облепиховый чай? — Было бы не плохо, спасибо, — когда Оливер ушел, девушка непонятливо нахмурилась, обнаружив, что ее давление в норме. — Милый, я буду наверху, — чуть громче сказала она, поднимаясь по лестнице. — Скоро приду! Мэдисон снова прикрыла нос, уловив запах жареной свинины, и поспешила наверх. Она закрыла дверь и распахнула окно, падая на кровать, спиной облокачиваясь на подушки: голова кружилась, и тошнота подступала к горлу, неприятно булькая. — Как твое давление? — В норме, — Остин недовольно промычала, быстро втягивая воздух через зубы, — может, я отравилась маминой едой? — Тогда бы я отравился тоже, — Оливер помог ей подняться. Стоило ему выдохнуть в её сторону, как она подскочила, толкая его в грудь, и побежала в туалет, прикрывая рот рукой. Фелпс поставил поднос с чаем на прикроватную тумбочку и направился следом. Мэдисон грохнулась на колени перед открытой крышкой унитаза и, успев даже поднять стульчак, тут же закашлялась, сплевывая кислую слюну. По позвоночнику пробежал холодок, в горле начало жечь. — Господи, — Оливер встал на колени позади, распуская волосы девушки, чтобы собрать их в более устойчивый хвост. — Оливер… прошу… — она и сама не поняла, как наклонилась вперед, рефлекторно выталкивая вчерашний ужин. Глотка издала неприятный звук, больше похожий на рык, и, как только она выхватила мгновение, чтобы отдышаться, тут же начала плакать, — Оливер, уйди… — Я не уйду, — устало выдыхает, — давай, девочка, тебе станет лучше, — он успокаивающе гладит её по спине, придерживая волосы, чтобы они не мешались. Вытирает слезы и остается рядом, переборов отвращение и брезгливость. Через несколько минут, Остин оторвала кусок туалетной бумаги, вытирая рот. Нажав на кнопку слива, она утерла нос и попыталась встать: ноги мгновенно затряслись, становясь ватными, и потемнело в глазах. Последнее, что она почувствовала — как её подхватили на руки.

***

— Олли… — прохрипела Мэдди, держась за голову. Девушка похлопала по кровати, не обнаруживая никого рядом. Приоткрыла глаза: в комнате было уже темно, видимо, сейчас вечер… или ночь? — Оливер? — Её охватила паника. На глаза сразу навернулись слезы, и она попыталась различить в темноте хоть что-то. — Тише, — крепки руки прижали к себе, — не плачь, все в порядке, я здесь. — Не делай так больше, — всхлипнула она, сжимая его футболку, — я думала… я была уверена, что ты меня оставил. — Дурочка, — Зашибись. — Почему так темно? — Ты спала весь день. Электричество отключили, поэтому гирлянда не горит. — Не уходи, прошу тебя, я не выношу темноты и одиночества. — Не уйду. — Я точно чем-то отравилась, а ты! А ты, везучий засранец, не отравился. — «Везучий засранец»? Как мило, — Фелпс уложил её к себе на грудь, принимая положение полусидя, — прекрати же плакать, ты вся дрожишь, как новорождённый котенок. — От этого она расплакалась только сильнее.

***

— А если тебе станет плохо? — Да не станет! — Мэдисон цыкнула, заматывая на шее зеленый шарф, который когда-то связала ей бабушка, — Ты четыре дня меня откармливаешь кашами и бульоном, если бы мне было плохо, то уже бы давно стало. Я хочу прогуляться до торгового центра. — Тогда я с тобой! — Ты же не одет. — Жди здесь, — Оливер стремительно направился к лестнице, — и не вздумай улизнуть, знаю я тебя! Мэдисон показала ему в спину язык, натягивая шапку и заправляя под края волосинки. Она закатила глаза и плюхнулась на пуфик, доставая телефон, улыбаясь быстро перемещающимся шагам на втором этаже. Знаете же, как бывает: из интереса решаешь прогуглить свои симптомы? Вот и Мэдисон решила. — Пищевое отравление, рак… — она шумно выдохнула, покачав головой, продолжая читать «диагнозы» вслух, — заболевания желудочно-кишечного тракта, болезни почек, беременность, — и что-то в последнем слове заставило все внутри неё содрогнуться и закричать, сваливаясь в глубокую, образовавшуюся только что, яму. — Я готов, — Фелпс прошел мимо, влезая в кроссовки, поворачиваясь к ней, — ты в порядке? — Да, просто… — блондинка выпрямилась, сунув телефон в карман и шлепнув себя по лбу, — засмотрелась на ленту в инстаграме. — Как хорошо, что я там не сижу, — парень посмеялся, выходя на улицу. Мэдисон быстренько закрыла дверь, на два привычных оборота, поворчала на Оливера, поправляя его воротник. — Ты выглядишь отстраненно. Тебе плохо? — Нет! — Мэдисон поспешила прервать поток его расспросов, — Лив, я действительно в порядке, просто… думаю, что ж со мной такое. Вероятно, как всегда подхватила какую-то заразу. С моей-то удачей!

***

— Разделимся? — Оливер сунул шапку в карман, — Пробежишься по своим девчачьим штукам, а я — по своим. — Супер, — Мэдисон такая перспектива очень радовала, ведь у нее действительно были «девчачьи штуки», — где встретимся? — Давай у кофейни? Ну там, где еще фонтаны и… — Я помню, — она привстала на носочки, оставляя на его щеке краткий поцелуй. — Если что — звони. Хорошо? По любой ерунде. — По любой ерунде, так и запишу. — Я же серьезно! Мэдисон хихикнула и отпустила его руку, шагая к эскалаторам. Она не оборачивалась, точно зная, что Оливер провожает её взглядом. Будет стоять, пока не потеряет из виду. Первым делом, она зашла в аптеку, неловко переминаясь с ноги на ногу в очереди. — Здравствуйте, — слегка наклонилась перед малюсеньким окошком, — у вас есть тест на беременность? Самый обычный. — Вам один? — Женщина направилась куда-то к ящикам, роясь в них. — Да… нет. Давайте парочку. — Это Ваша первая беременность? — Надеюсь, что это не она вовсе, — Остин неловко улыбнулась, спрятав в карман две коробочки. — Может, Вам презервативы посоветовать? — Что? Ой, нет, не нужно, спасибо… — почувствовав прилив крови к щекам, блондинка поспешила удалиться, пробегая мимо собравшейся очереди, — какой кошмар! Девушка посмотрела на часы: она точно была уверена, что Оливер закончил свои супер-пупер важные дела и ждет её на месте. И оказалась права. — Где была, что делала? — Оливер улыбнулся, вставая со скамьи. — Я… — Остин запнулась, — ладно, расскажу, я виделась с любовником! — Какое совпадение, я тоже! — Что? — Что? — Оливер улыбнулся и прежде, чем Мэдисон что-то еще сказала, взял её за руку, — Пойдем в продуктовый, у меня составлен список покупок. — Туда, я надеюсь, входит шоколадка с орешками? — Первым пунктиком, дорогая, — он не соврал. Действительно, на бумажке первым делом был вписана шоколад с орехами, а уж дальше шли действительно нужные продукты. Мэдисон нравилось ходить за продуктами с Оливером, но не из-за процесса выбора продуктов и, нескольких часов утомляющей ходьбы, между полками и стеллажами, а из-за самого Оливера. Он выглядел очень серьёзным и задумчивым, таким… взрослым. Он частенько шутил и катал её на тележке, загадочно молчал и улыбался, когда встречался с девушкой взглядом. (Ну и, конечно, приятным бонусом было то, что он всегда соглашался на покупку какой-нибудь сладкой ерунды для Мэдди). — А что ты будешь готовить? — На выходе из торгового центра, вдруг спросила Мэдди. Оливер взял на себя готовку, они оба не знают, когда это случилось, но это негласное соглашение вполне устраивало. — Романтический ужин, — промурлыкал Фелпс, заставляя Остин, идущую рядом, любовно улыбнуться, — хочу искупить вину перед тем, что наговорил тебе недавно. — Ты все еще переживаешь из-за этого? — Да, что странно, обычно меня ничего не волнует так долго, но… — он выдохнул, — ты волнуешь меня, и с тобой я становлюсь совсем другим. — Лив, ты это чего… — Мэдди была на грани того, чтобы не расплакаться, расцеловывая каждый миллиметр его лица. — Подумал, что это нужно сказать, вот и сказал.

***

— Пахнет чудесно. — Конечно, это же не бекон! — Оливер встал из-за стола, осматривая Мэдисон с ног до головы: она была в его любимой длинной футболке, одна сторона которой была заправлена в спортивные штаны, на ногах красовались ярко-голубые теплые носки, — Ты выглядишь потрясающе. — Брось — Остин посмеялась, проходя к столу, — я же не в платье каком-то к тебе вышла, я это просто я. — Поверь, нет никого более привлекательного и чудесного, чем ты в домашней одежде. — Мистер Фелпс, вы мне нагло льстите! — Пусть так, — Оливер изобразил реверанс, взял женскую ладонь в свою и легко поцеловал ее. Ребята сели за стол. Свечка, горевшая между ними посреди стола, пахла лавандой. Запах еще надолго останется на одежде и под ней, напоминая о чудесном вечере. Они болтали обо всем на свете, вспоминая школьные годы, их первое знакомство, и как путала их с Джеймсом Мэдисон. Тарелки опустели, фитиль начал шипеть и плеваться, утопая в бирюзовом в воске, и было решено переместиться на покрывало в гостиной, располагаясь у камина. — Черт, я была безнадёжно влюблена в тебя в восьмом классе, а ты был крутым десятиклассником с кучей поклонниц! — Но ты же не знаешь, что я был так же влюблен, но боялся, что не смогу дать тебе того, чего ты заслуживаешь, — Фелпс улыбнулся, — у тебя были сложные отношения с матерью, я помню, и у меня уже в семнадцать были проблемы, я просто боялся травмировать тебя, лишить нежности, о которой ты мечтала. — Как тебе удается оставаться таким… — Мэдисон, — он снова перебил её, — это все, конечно, здорово, школьные годы, наша дружба, но… теперь серьезно. — У меня тоже есть новость, — она подползла ближе, — и почему ты вечно меня перебиваешь? — Что за новость? — Нет-нет, ты первый, давай. — Уверена? — Утвердительный кивок, — ты только не паникуй раньше времени, — он сглотнул и подвинулся еще ближе, почти касаясь губами её лба, — Мэдди, я знаю тебя вечность! Помню тебя маленькой девочкой из начальной школы, которая исправно каждый день заплетала себе высокий хвост. — Я думала, что ты уже большой мальчик, а значит злой и скучный. — Какой ужас! — Он засмеялся, — Раз на то пошло, я считал тебя маленькой девочкой, с которой мы будем видеться только из-за родителей, но… ты была умным ребёнком, тебе все было интересно, и я просто не смог тебя отвергнуть. Наша дружба длилась годами, я знаю тебя вдоль и поперек, знаю строение твоего мышления, Мэдисон, я вижу тебя насквозь! — Он смотрит глубоко в её глаза, затрагивая душу. Его лицо освещало ярко-желтое пламя камина, медленно качающееся на коже в замысловатом танце, — Я никого так сильно не любил, как люблю тебя. Я чувствую, что схожу с ума, когда мы спорим, потому что боюсь обидеть тебя, проснуться и понять, что тебя больше нет рядом. Ты помогла мне стать таким, какой я сейчас… — Импульсивный и глупый? — Не сдержалась от шутки Мэдди. — Да! — Оливер насупился, — Я пытаюсь быть романтичным. — Прости, не смогла устоять, — Остин прикусила губу, рвано вздохнув, жестом позволяя ему продолжить. — Если бы не ты, я бы, вероятно, сгнил на своей кровати в комнате, потому что ты принесла в мою жизнь смысл. Ты скрасила, казалось, одинаковые мерзкие будни, ты спасла меня… Прошло совсем мало времени, которое мы провели вместе в этом году, но, Мэдди, я хочу, чтобы ты хорошо подумала, потому что я спрошу один раз и хочу слышать такой ответ, который ты дашь мне, рассуждая не логически, а так, как ты чувствуешь, — он посмотрел в её глаза и увидел, что она точное знает, что он скажет, — ты… выйдешь за меня? — Это импульсивная глупость? — Еле слышно, чуть помолчав, спросила Мэдисон. — Нет. — И даже не шутка? — Она опустила взгляд на клацнувший звук: маленькая коробочка, с таким же маленьким, но, черт, каким же красивым кольцом. — Нисколько. — Тогда я согласна, — она нашла в себе силы приподняться, обвивая его шею, прижимаясь своим лбом к его, — и это точно. Я не передумаю и не пожалею. Никогда. Я согласна, согласна на все тысячу процентов! — Кольцо село идеально, слегка ошпаривая металлическим холодом. Теплые объятия сменились легкими поцелуями, без намека на страсть. Они наслаждались друг другом, зная, что теперь не нужно никуда торопиться, теперь можно быть рядом каждую секунду, растягивая каждое мгновение, как жвачку. — Мэдди, — нехотя оторвавшись, вдруг начал Оливер, — ты сказала, у тебя какая-то новость… — Оу, это… — к горлу подступило волнение, в животе связался тугой узел, отвлекающей от нужных мыслей колющей болью. Все по инструкции. Черт, а я правильно её прочитала? Ладно. Ну же, давай… это что, вторая полоска? Быть того не может. Нет, нет! Как же так могло случиться. Блять, ясное дело, как, но… Может, показалось? А второй стоит делать? Нет, завтра. Надо сказать ему. Сейчас. Давай, Мэдисон, глубокий вдох, медленный выдох. Так, на ногах стою, что дальше? Чем пахнет? Черт, ужин! Что ж, неплохая атмосфера, чтобы сказать. А если я все испорчу? Так, все, встала и пошла. — Я боюсь все испортить, — честно призналась Мэдисон, слегка отодвигаясь, запустив руку в карман штанов. — Ты согласилась выйти за меня, — Оливер проследил за её рукой, вновь подняв глаза, — самое худшее позади, так что… милая, я готов ко всему. — Ты только не нервничай, — Мэдисон снова заглянула в его глаза. Ничего плохого не читалось, лишь интерес и детская задорность, (еще, пожалуй, немного вина, которое он выпил). Она вздохнула и приподняла тест на уровне своего лица так, чтобы он смог видеть, — Оливер, я беременна.