A distorted reality

"Эй, Эллиот, я иду в "Бертаби" с Генри на следующих выходных, ты с нами?" "А кто играет?" "Modest mouse". "О, правда? " - голос Эллиота стал оживлённым, - "Давно мечтал их послушать. Их звучание просто уникально. Я позвоню своему менеджеру и удостоверюсь, что смогу прийти. Так что мы сможем выпивать и подпевать вместе". - На лице Эллиота появилась широкая улыбка. "У тебя теперь есть менеджер?" "Ребята из "Kill rock star" проделывают потрясающую работу, подыскивая для меня концертные площадки и удерживая моё лицо в центре внимания". "Это здорово, я действительно счастлив, что ты растёшь и меняешь свою жизнь к лучшему. Я знаю, что у тебя всё получится, Эллиот". "Я бы не был настолько уверен в этом, Джейкоб". Джейкоб издал короткий, обсепокоенный смешок. Он мысленно задался вопросом, не говорит ли Эллиот так потому, что знает, что его собственное будущее весьма туманно. "Ну ладно, как там твоя работа? Что-нибудь интересное?" - Эллиот решил сменить тему разговора. "Статьи, статьи, статьи. Ничего по-настоящему интересного. Иногда я жалею, что не занялся чем-то более творческим, чем-то, что позволило бы мне использовать своё собственное воображение. Но, увы, я должен придерживаться того, чего хочет публика". "Ты хоть знаешь, к чему у тебя страсть? О чем ты мечтал, когда ты рос?" "Это может показаться смешным, но на самом деле я хотел стать строителем. Я хотел, чтобы каждый человек, у которого нет дома, чувствовал себя так же комфортно, как и я, чтобы у него была крыша над головой. Но на данный момент я преуспел лишь в написании статей о бездомных". "Знаешь, Джейкоб, я никогда не думал о тебе в таком ключе. Ну, это ещё раз доказывает то, что ты никогда не можешь по-настоящему узнать кого-либо. Впрочем, твоя чуткость всегда привлекала моё внимание. Вот почему я чувствовал, что ты духовно близок мне". "Это интересно, потому что я всегда был уверен, что никогда не пойму тебя до конца. Я полагаю, это нас уравнивает, не так ли?" "Похоже, что так. Ну, увидимся, Джейкоб." Эллиот быстро пошёл прочь, а Джейкоб, словно загипнотизированный, продолжал смотреть на то место, где он только что стоял. Джейкобу казалось, что тень Эллиота все ещё стоит там и его голос все ещё разносится эхом по пустым улицам. Ночная жизнь в Портленде была довольно оживлённой. Там было множество мест с развлечениями на любой вкус. "Bertabi's" был уютным рестораном, в котором время от времени играла живая музыка. Персонал был довольно дружелюбным, и вы всегда могли рассчитывать на то, что хорошо проведёте там время. Джейкоб и Генри вошли внутрь и заняли свои места за столиком у окна. "Никогда не видел тебя таким счастливым, приятель!" - заметил Генри, мужчина с густой бородой и задумчивым взглядом. "Я знаю, я чувствую себя совершенно новым человеком". - ответил Джейкоб, улыбаясь от уха до уха. "Интересно, это Эллиот изменил тебя, или, может быть, ты сам изменился?" "Нет, я думаю, что это был Эллиот. Полагаю, я наконец-то нашёл того, кто меня понимает. Знаешь, это как увидеть маяк во время шторма, всё сразу кажется намного более ясным". "Очень рад за тебя, Джей. Сохрани этот свет". "Не волнуйся, Генри, я не позволю ему погаснуть". "Эй, о чём это вы двое разговариваете? Надеюсь, не болтаете обо мне за моей спиной?" Это без сомнения был Эллиот, одетый в одну из своих любимых серых толстовок. "Мы просто обсуждаем жизнь и всё такое. Генри здесь философ, а я всего лишь парень, который видит мир по-другому. Я удивляюсь, как мы вообще поладили, но однако нашей дружбе уже восемь лет." "Ну, такова судьба: это очень странная и таинственная вещь. Кто-то говорит, что это Бог держит нас в напряжении, но я думаю, что поверю в это только тогда, когда увижу собственными глазами". С этими словами Эллиот подошёл к барной стойке, чтобы заказать себе ликёра. Атмосфера этого места была довольно уютной: оранжевые лампы, свисающие с потолка, создавали тёплый, комфортный свет, а все картины на стенах обладали определенной художественной красотой. Генри и Джейкоб почти ощущали энергию, разлитую в воздухе. "Позволь мне предложить тебе выпить, приятель". - сказал Генри, протягивая Джейкобу бокал вина, и они вместе подошли вплотную к сцене, где группа уже готовилась к началу сета. "Привет, Портленд. Мы Modest Mouse, и сегодня вечером у нас для вас особенное шоу". "Он что, пьян?" - Джейкоб повернулся к Эллиоту. "Какая разница, давай просто наслаждаться". Гитары были настроены, и стена громкого звука, которая разносилась по всему залу, начала набирать силу. "... Opinions were like kittens, I was giving them away." (Я разбрасывался мнениями, словно раздавал котят.) "Хаха, обожаю этот момент" - Эллиот шепнул Джейкобу- "Есть такие люди, которые просто не могут заткнуться и их мнения подобны кучке надоедливых котят, которые всегда пытаются привлечь внимание." «Надеюсь, ты не из их числа», — тихо засмеялся Джейкоб в ответ. Группа продолжала играть, и довольно скоро каждый инструмент зажил своей собственной жизнью, становясь все громче и громче вместе с музыкой, которая была столь же некрасива, сколь и прекрасна. Таким был Портленд 90-х - эпоха гранжа, время, когда густое облако наркотиков рулило городом, а музыка следовала за ним. Песни продолжали литься из динамиков, и толпа аплодировала каждой из них. После окончания шоу мужчина в чёрных солнцезащитных очках подошел к Эллиоту и помахал ему рукой. "Ты его знаешь?" - спросил Джейкоб. "Да, это Нил Гаст, мы вместе играли в группе. Он был мозгом нашей группы". "Не слушайте его, хотел бы я обладать таким талантом, как Эллиот, но, увы, я всего лишь обычный музыкант. Кстати, кто Вы собственно такой?" "Джейкоб Ньюман, журналист". "Так что же получается, Эллиот, ты покинул группу, чтобы встречаться с молодым и красивым журналистом?" "Ха-ха, хорошая попытка, Нил. Мы просто друзья, ты же знаешь, что я не такой". "На твоем месте, Джейкоб Ньюман, я бы не доверял ему. Именно он убрал из нашего альбома все женские местоимения, чтобы звучало более гейски". "О, правда? Что ещё интересного расскажешь?" "Стоит ли рассказать ему, как мы любили распевать песни "Peter, Paul & Mary"? "О, да" - лицо Эллиота озарилось, и его голова начала двигаться в такт словам, которые он пел. "- "Puff, the magic dragon lived by the sea... (Пафф, волшебный дракон, жил у моря...) Но, впрочем, мы запирали все двери, чтобы никто не мог услышать, как ужасно мы звучали". "Это были сумасшедшие времена, и я чёртовски по ним скучаю. Но я понимаю, что мы просто тянули тебя вниз. Если кто-то спросит меня, он был Джоном, Полом и Джорджем одновременно, а мы были одним большим коллективным Ринго". Мужчины рассмеялись и направились к бару за напитками. "Где Генри?" - недоумённо спросил Джейкоб, - "Я не видел его с тех пор, как группа закончила играть". "А разве это не он сидит вон там?"- Эллиот указал на столик в глубине зала. Генри был глубоко погружён в книгу, перед ним стоял стакан с виски. "Эй, почему бы тебе не присоединиться к нашей маленькой группе?" - спросил Джейкоб своего друга. Генри, который игнорировал их разговор, навострил уши и оторвал взгляд от книги. "О, простите меня, чересчур увлёкся Достоевским". "Похоже, я всё-таки не единственный поклонник русской литературы", - сказал Эллиот Генри, садясь рядом с ним, - "Преступление и наказание? Эта книга сыграла большую роль в формировании моих убеждений. Она научила меня тому, что единственный выход из тьмы - абсолютная истина. Я прочитал её так много раз, что практически выучил наизусть." "Я думаю, что это одна из лучших книг, когда-либо написанных". "Я согласен, это как поэзия, каждый раз, когда ты её читаешь, ты находишь что-то новое". "Эй, Эллиот", - Нил вмешался в диалог - "мы редко общались в последнее время, так что я думаю, нам стоит наверстать упущенное. Как насчёт небольшой прогулки на свежем воздухе?" "Конечно. Я думаю, Джейкоб и Генри не будут возражать, если я присоединюсь к тебе, не так ли, ребята?" "Разумеется, тем более мне уже пора ехать домой". - ответил Джейкоб, тоже направляясь к выходу. Когда они с Генри сели в автобус, который направлялся в центр города, он не мог перестать думать обо всём, что произошло этим вечером - о концерте, Ниле и их разговоре - обо всём. Он почувствовал, как его охватывает приятное волнение, чего он не испытывал уже очень давно. Генри был очень хорошим другом, но он был скорее отцовской фигурой, в то время как Эллиот больше походил на старшего брата. Джейкоб положил голову Генри на плечо и пробормотал: "Я просто чертовски счастлив и мне плевать, что говорят люди, я влюблён в этот город". Генри усмехнулся, зная, насколько сильно вышли из-под контроля чувства его друга. "Счастье - хрупкая вещь, так что береги его, пока можешь". "Я дорожу им, и на этот раз я его не потеряю. Я устал жить во лжи". "Жизнь - это пустой холст, мой друг, а мы - художники, которые решают, что на нём будет нарисовано. Ты хороший человек, Джейкоб, и когда-нибудь ты создашь свой шедевр. Но помни всё, что я тебе говорил."