mid-morning fog

Смерть наступала тихо. Непреклонно. Наблюдать, как медленно, но верно, жизнь угасает в старых, будто окутанных туманом глазах, было невыносимо больно. Болело где-то в грудине. Словно переломали ребра. Все продвигалось к печальному и неизбежному завершению. Однако события ударяли в лицо. Теперь, опустив руки, она могла только ожидать. Опустевший холодный коридор. Мерзкий запах медикаментов. Солнышко не решается отворить дверь и войти в палату, только тупо пялится на голые облупившиеся стены. Она взялась за голову и нахмурила тонкие брови. Лицо исказилось и, кажется, в этом выражении были смешаны все самые отвратительные ощущения на свете. Блондинка потёрла переносицу и повела плечами, нервно вздыхая. Только хотела она коснуться дверной ручки, как ее опережает доктор, выходящий из светлого помещения. Мужчина сразу оглянулся на хрупкую девчонку, стоящую у дверей: – Светлана Чеснокова? - спросил врач, перебирая бумаги в планшете. – Верно. - Света сглатывает ком в горле, голос ее дрожит. – Новости не удовлетворительные. Нужны ещё некоторые лекарства, - говорит тот, прерываясь, – мы делаем все, что в наших силах. Доктор протягивает список и Солнышко с трудом забирает его из чужих рук, быстро пройдясь по размашистому, кривоватому почерку. – Я Вас поняла. Спасибо. – До свидания. Девушка слабо кивает и отводит глаза. Поступает поток слез, который она удачно сдерживает, прикрыв рот рукой. *** Она так и не осмелилась навестить дедушку. Просто не хватило духу. Уже осознавая, что это последние его дни, страх затмевал ей разум. Девушка протяжно выдыхает, чувствуя болезненную тяжесть на веках и сильнее сжимает ручку своей сумки. Это была середина ноября и с каждым днём начинало все больше холодать. Дождь лил почти каждый день и коричневая листва под ногами обмякла, превращаясь в мерзкую грязь. Солнышко сворачивает к жилым квартирам и добирается до кирпичной арки. Пару секунд стоит, оглядываясь, только бы не было никого рядом. Худая девичья рука роется в длинном кармане пальто и, отыскав в нем спички и пачку сигарет, достает содержимое. Закусив меж губ сигарету, ловко ее подкуривает и делает первую тягу. Едкий дым быстро стелится у ее лица и так же быстро исчезает. Девушка поворачивает голову в сторону многоквартирных домов, а потом на рядом проезжающую старую машину с неумелым водителем внутри. Пепел насмешливо соскочил прямо на бежевый воротник и Солнышко раздосадованно шипит, одной рукой пытаясь очистить ткань. Света всматривается в дымок, исходящий от тонкой сигареты и прищуривает глаза, будто раздумывая над чем-то. В этот же момент выбрасывает окурок, неловко потушив его подошвой ботинок. У входа в аптеку, блондинка намеревается выбросить недавно открытую пачку сигарет, но мешкается. Сомнения мучили, губы сжались в отвращении, а сигареты вновь оказались в кармане плаща. Рассчитавшись с продавцом, обнаруживает, что у нее почти не осталось денег. Света молча вышла оттуда и спускаясь по ступенькам, считает оставшееся. Этого совсем мало. Сколько она ещё продержится на эту сумму? Тихонько ругается себе под нос, но продолжает идти дальше, нервозно провожая каждого прохожего на улице взглядом синих глаз. *** Света просыпается как никогда измученной. Оскар пришел к Солнышко этой ночью, застав ее на полу, бьющейся в истерике. Он остался с ней до тех пор, пока она не уснула, поцеловал ее и ушел. Он пообещал, что все наладится. «Ничего не наладится», - подумала она про себя, потирая сонные, уставшие глаза. В ушах зазвенело и она схватилась за стену, вставая с кровати. Блондинка почти не спала после ухода вампира. Просыпалась, засыпала, просыпалась и засыпала. Постельное белье было ужасно скомкано, а одеяло намеревалось упасть на пол. Девушка последний раз оглядела спальню, зевнула и подошла к окну. Небо затянуло противными серыми тучами и ветер осторожно колыхал тоненькие ветки молодых голых деревьев. Изредка пролетали вороны и бойкие воробьи. За завтраком Солнышко не проглотила ни кусочка. Подступала тошнота. Она размешала сахар в горячем чае и долго наблюдала за паром, выходящим из кружки. Тишину заполнил стук изящных пальцев. Света погрузилась в размышления. Сегодня ночью она плакала, положив голову на ледяные колени. Сегодня ночью он склонился над ней, гладил ее по волосам и мирно шептал. Кроме Оскара у нее больше никого нет. Солнышко мысленно сжалась и опустила голову. С каждым вдохом Света ощущает все большее напряжение внутри. Помещение заполнил несносный табачный запах и тихие всхлипывания. Так выглядит отчаяние.