mid-morning fog

В последний раз, когда она проведала дедушку, он был вовсе не похож на себя. Света держала ослабевшую руку мужчины в своей и плакала, пока он утешал ее охрипшим голосом. В увядших глазах отражалась едва уловимая боль. Она больше никогда его не увидит. *** Вечерело. Солнце стремительно скрывалось за горизонтом, оставляя только розово-фиолетовые пятна на небосводе, а затем и исчезло. С утра непременно будет неистовый холод и иней покроет короткую траву и крыши домов. Девушка безразлично бродила по улицам, беспечно обходя грязные лужи. Она, как и всегда, наткнулась на их с Оскаром излюбленный парк. *** – Солнышко, тебе следует одеваться теплее. Я не хочу, чтобы ты простыла. Вязанный шарф оборачивается вокруг девичьей шеи заботливыми холодными руками. Оскар переводит свой внимательный взгляд на румяное лицо, и уголки его губ приподнимаются. Затем следует ласковый поцелуй в покрасневший кончик носа. – Мне намного спокойнее, когда ты в тепле. *** Света спокойно шагала по мёрзлому асфальту и мысли ее безмятежно плыли. Она села на одну из качель, с уже давным-давно заржавевшими цепями и почти прогнившими деревянными сиденьями. Да уж, гиблое место. Солнышко достала телефон из кармана, лёгким движением снимая перчатку. Пятнадцать минут восьмого. Где-то неподалеку завязалась неясная суматоха. Девушка оглянулась в поисках источника звука. Пара бродячих собак высунула свои рыжие морды из-за кустов шиповника. Стемнело. Шелест осенней листвы под ногами. Ветер, проникающий в золотые пряди. Изредка проходящие незнакомцы и их пустые разговоры. Она не знает, сколько она там просидела. Десять минут, может быть, полчаса? Опомнилась только от нещадящего мороза. К счастью, до дома дойти всего ничего. *** Вампиры скрылись в библиотеке от лишних глаз. Их притихшие голоса разносились эхом, разбиваясь о высокие потолки и углы, покрытые паутиной. – Готика, я не знаю, что мне делать, - Оскар растерянно опустил глаза, активно жестикулируя. Готика вальяжно скрещивает руки, прислоняясь к каменной темной стене. Девушка согнула брови в сочувствии, прикусив щеку и понимающе кивала на протяжении всего их разговора. Не смотря на всю свою нелюбовь к этой человеческой девчонке, вампирша переступила через себя. Кто, как не она – самое сострадающее существо на планете? Она бросилась в эмпатию и поклялась прикрыть Оскара во время его отсутствия в школе. Чего она только не делала ради него. А пока, это сущий пустяк. Будучи студентом, Оскару приходится тратить огромное количество времени на учебу. Теперь он переживал не только из-за любимой, но и за свои многочисленные прогулы, за которые его могут с лёгкостью вышвырнуть. – Знаешь, Оскар. Должна сказать, в мире людей все несколько иначе, - говорила девушка, перебирая стопку пыльных учебников, – и преимущественно – это то, чего мы никогда в этой жизни не поймём. – Если бы только был способ, - вампир потёр ладонями предплечья, будто утешая себя. – Все будет в порядке. Пока ты с ней, я уверенна, Солнышко почувствует себя лучше. Готика по-дружески касается чужого широкого плеча, а после поворачивается, собирая книги одну за другой с деревянного лакированного стола. – Пойдем. Обсудим это за обедом. *** Пустой взгляд смотрящего. Но сколько было в этом взгляде болезненного, ускользающего от реальности. Чего-то, что мог прочесть только один. Тонкие пальцы касаются водной глади, оставляя небольшие круги. Пена стекает по оголённым женственным плечикам. Капли сонно падают, разбиваясь о воду. Солнышко проводит по влажным потемневшим волосам и окунается. Если бы не пульсирующая головная боль, она, возможно, почувствовала бы себя куда более здраво. Укутавшись в белоснежное мягкое полотенце, блондинка вышла из ванной комнаты, оглянувшись на Оскара, сидевшего на кухне. Молодой человек мог себе поклясться, что все его внутренности будто сжались, заметив, как одинокие поблескивающие на свету капли ритмично падали со стройного тела. – Я скоро приду. – Х-хорошо. - Оскар нервозно отпил из стакана, не осмеливаясь провести взглядом уходящую девушку. Солнышко вернулась с бумагой в руках, исписанной слегка наклоннёным вправо почерком. – Что это? - Оскар недоумевающе взглянул сначала на лист бумаги, а затем на Свету. Блондинка прикрыла глаза, рукой удерживаясь за край обеденного стола. – Это завещание, - Солнышко положила его прямо напротив вампира и он пробежался темно-серыми радужками с острыми зрачками по тексту, – мне страшно, Оскар. Парень тревожно изучал лицо возлюбленной, не находя нужных слов. Солнышко села рядом и обречённо положила голову ему на плечо. – Я могу тебя попросить, Оскар? - разбитый, нечёткий тон пронесся в ушах несколько раз до того момента, пока Оскар не понял всю его суть. Вампир моментально встрепенулся и выпрямился под бдительным взором синих, как глубокий океан, глаз. – Все, что угодно, Солнышко. – Приходи на похороны.