Попутчики

***

Остановка заканчивается через 2 минуты. Вагоны тронулись перед предстоящей поездкой. Люди, обмотанные в лёгкие пледы, не спеша размещались в своих купе, гоняя за собой шлейф от сигарет. Юный парень уже показал билет проводнику и ищет своё место и, изредка спотыкаясь об ковёр, тащил свой тяжёлый чемодан. Один раз к нему прилетело бурчание пожилой женщины о его неповоротливости. Зонтик, прошедший в таком темпе девять вагонов, рукавом стряхнул испарину на лбу и резко выдохнул, пытаясь привести сердцебиение в порядок, и открыл дверь купе, мигом замечая читающего юношу на нижней полке. Запихнув чемодан под койку, Зонтик сел на своё место и, обнявши рюкзак, устремил свой взор в окно, пытаясь не разглядывать новоиспечённого соседа. Вдруг незнакомец, отложив свою книгу на столик, встал с кровати и вышел из купе, оставляя Зонта наедине с убаюкивающими звуками поезда. «Нужно маме написать», — пронеслось в голове юноши и тот достал телефон, но, завидев значок E, с разочарованным вздохом убрал обратно в карман рюкзака. Проводница уже повторно проверяла билеты пассажиров и очередь дошла до Зонта. — А где... — договорить ей не дал Зонтик, что смущенно протягивал билет. — Отошёл. Внезапно за спиной женщины образовался парень с кружкой чая. Он легко протиснулся меж дверью и проводницей, и, немного порывшись в дорожной сумке, молча отдал ей билет. — Куромаку... — сверяя паспорт и билет юноши, тихо пробубнила женщина, а затем продиктовала привычные ей слова, привлекая внимание парней: — Туалет не забивать; кипяток можно попросить в конце вагона у работников, — проводница указала рукой в другую сторону коридора, а следом интригующим голосом спросила: — в лотерею играете? — Нет, спасибо, — одновременно отмахнулись парни, забираясь на свои кровати. Когда работница ушла, закрыв за собой дверь, Зонтик мысленно решался познакомиться с соседом. Ему всегда это сложно давалось за счет сниженной коммуникабельности и застенчивости. — Я Зонтик, — он смущённо протянул чуть мокрую ладонь, пытаясь унять дрожь в голосе. Сосед оторвал взгляд от книги и, поставив кружку на стол, пожал руку в ответ. — Куромаку. Будем знакомы. — и вновь уткнулся в пожелтевшие страницы. Зонтик, даже не надеясь на продолжение беседы, всё же огорчённо поджал губы и, слегка покачиваясь, достал с верхней полки белье, расстелив на своей кровати.

***

Стояла глубокая ночь. Больше половины вагона уже выключили свет в своих купе, засыпая. Зонтик глядел на проносящиеся ветви деревьев и слушал незатейливую мелодию в наушниках, благо она была изначально скачана. Его сосед ещё полчаса назад отвернулся к стене, укутавшись в одеяло и шерстяной плед. Кондиционер был включен на максимум, хотя жары за окном не наблюдалось. Зонтик, прикрыв веки, облокотился виском о прохладную стену, думая о своём успешном поступлении в ВУЗ мечты. Ему до сих пор не верилось, что все старания были не напрасны... Юноша размышлял о будущем и легко улыбался, не замечая изучающий взор серых глаз на себе, незримо осматривающие каждую его деталь во внешности. Взгляды пересеклись, а их обладатели оробело отдернулись, смущённо зажмуривая глаза и отвернувшись к стенкам, пытаясь угомонить резко зашедший гул в районе сердца. Куромаку не мог найти логичное объяснение своей заинтересованности в этом парнишке, ведь раньше он не ощущал подобного... Да и страшило его знание того, что он проявил симпатию к случайному человеку, воспоминания о котором наверняка сотрутся в ближайший день. Да и что вспоминать? У них даже бесед не было, — разве что сухое знакомство и мимолётные переглядки — а конечная уже через несколько часов. Вдруг зазвучала знакомая песня и тихое «ой» соседа, что торопливо пытался всунуть кабель наушников обратно в разъем на телефоне. — Бадда Бу? — негромко спросил Куромаку, в пол оборота оборачиваясь к сконфуженному юноше. Младшая сестра часто слушала подобную музыку на колонках дома, мешая заниматься брату, и даже писала сама, поэтому он хорошо знаком с творчеством любимицы сестры. — Не думал, что её кто-то знает, — Зонтик робко взглянул на Куромаку, и, не замечая возвражения соседа насчёт песни, чуть прибавил её. Голос певицы обволакивающе растворялся в молчании юношей, на лицах которых изредка пробегалась полоска света фонарей — знак того, что скоро очередная остановка. Вскоре поезд затормозил, а в коридоре послышался глуховатый топот пассажиров, решивших освежиться и перекурить. Юноши, наполняющие свои лёгкие прохладным ночным воздухом, безмолвно стояли на каменной кладке и смотрели во мрак, дожидаясь отправки. Прозвучал предупреждающий голос проводницы и народ, туша бычки, потихоньку залезали в вагоны. Парни последовали их примеру, последний раз делая охлаждающий вдох.

***

Утренняя суета сбивала с толку. Кто-то торопливо выходил из поезда, ища взглядом встречающих. И, найдя их, с улыбкой кидался в объятия. Зонтик и Куромаку стояли на вокзале в молчании, боясь потерять последний момент рядом друг с другом. Они мало что обсуждали, но их души явно свыклись, и болезненное осознание того, что они видятся последний раз, навевало на сонные глаза пелену слёз, но ни один из них не признается в этом. — Прощай? Куромаку мягко похлопал попутчика по плечу и, взяв в руки свою дорожную сумку, направился к выходу из вокзала, борясь с желанием обернуться. Зонтику ещё нужно дождаться опаздывающую подругу-гида в новом городе, которая вскоре будет вытирать его горячие слёзы, даже не зная в чём причина грусти. Кто же мог знать, что они поступили в одно учебное заведение? Но это уже совсем другая история...