когда плачет самурай

Я же тебя никогда никому не отдам, Пело сердечко и плакали гордые льды, Наши тела бы могли отыскать по следам, Если бы мы не забыли оставить следы.

Наруто резко распахнул глаза, когда ощутил, как его рывком придавили к земле, заламывая руки за спину и обматывая верёвкой запястья. Он сопротивлялся, пытаясь взглядом уцепиться за Саске, но его не было рядом. Голубые глаза лихорадочно цеплялись за людей, считая количество и пытаясь понять, какого чёрта происходит, после сна соображать получалось туго, но в голову стали возвращаться адекватные мысли. Он смог насчитать семь неизвестных мужчин крепкого телосложения, все они смеялись над слабостью связанного самурая, потешаясь тому, как двое парней отчаянно борются за жизнь. И в лицах этих ублюдков Узумаки разглядел тех ронинов, что напали не так давно на Саске, загоняя его, как дикого зверька. И постепенно до парня стало доходить, что происходит. Он широко распахнул глаза, в ужасе озираясь по сторонам, мыча в кляп, которым ему заткнули рот, чтобы громко не орал. Учиху не было нигде видно и это чертовски пугало. — Наруто, — прохрипел слабый голос во всеобщем гаме, раздавшийся где-то позади, куда не мог оглянуться Наруто. — Заткни пасть! — послышался удар и Узумаки вздрогнул, когда ему в ноги толкнули брюнета. Наруто в ужасе кинулся к своему возлюбленному, но связанные за спиной руки позволяли мало, а ноги не слушались. Он рухнул на живот возле Саске, что тяжело дышал, когда ему между лопаток опустилась нога, да так, что послышался хруст и Учиха истошно завопил, царапая землю. Он, как и Наруто, проснулся от того, что его схватили, но позвать блондина, как не пытался - не вышло, и в итоге они оба теперь не могли себя защитить. Их катаны предусмотрительно лежали в метрах двух от них, было чертовски страшно друг за друга. Невыносимая боль душила горло разрывающим комом, хотелось рыдать от отчаяния, но показывать свою слабость врагу, значит заведомо объявлять о своём поражении. — Ничтожества, — главарь этой шайки сплюнул и мерзко ухмыльнулся, схватив Саске за волосы и рывком подняв. Брюнет закусил до крови губу, зажмурившись, а когда открыл глаза, в них было столько ярости, что даже у врагов пошатнулась уверенность в том, кто здесь жертва, а кто охотник. Но не надолго. Что мог сделать против этих амбалов, превосходящих физически, самурай без своего меча и без своей свободы? — Поумерь свой пыл, подстилка, — чужие руки схватили за подбородок, коснулись лица. Один держал голову, второй стиснул руки, третий с ухмылкой уложил руку на пояс своего кимоно, пока вторая мерзкая грубая ладонь касалась губ Саске, с нажимом проводя по их контуру, — будешь послушным мальчиком и мы не убьём твоего дружка. Лезвие катаны упёрлось в спину Наруто и они оба в ужасе переглянулись. Выбор был слишком сложный, слишком очевидный и на столько банальный, что становилось даже больно и обидно. — Ублюдки, — прошипел Саске, — мрази... Послышался громкий шлепок, на щеке появился красный след ладони, с прикушенной губы потекла кровь. Наруто вздрогнул от этого удара, тяжело дыша и с каждой секундой чувствуя, что ему просто сносит башню от ярости. Учиха медленно повернулся, его взгляд пугал. Блондин понимал, что как только они перейдут черту, ничего уже исправить будет нельзя, поэтому не собирался тянуть. Он рывком дёрнулся в сторону, перекатившись на спину, чётким ударом пнул в живот своего надзирателя, успев лишь плечом поддеть кляп, чтобы скинуть его с себя. Саске воспользовался ситуацией, вгрызся в руку, что держала его лицо и мгновенно ощутил, как его стряхнули, будто какую-то бешеную собаку. Он схватился за рукоять чужой катаны, рванул из ножен и вонзил в живот врага, но его тут же пнули прямым ударом в бок и катана осталась в теле одного из преступников, когда Учиха рухнул на спину и тут же оказался придавлен чужим телом с прижатыми к земле руками. Наруто с его завязанными запястьями тоже не мог долго сопротивляться. Его снова уложили лицом в землю и вздёрнули за волосы, заставляя смотреть на то, как Саске пытались изнасиловать. — Даёшь одному, а для других жалко? — ещё одна пощёчина прилетела по той же щеке и Учиха яростно пнул врага, но его схватили за ногу потянули ближе, рывком раздвигая бёдра, вжимаясь между ними. — Посмотрите-ка на эту шлюху. Ноги раздвигать научен. Саске тяжело дышал, сжимая зубы и дёргая руками. Узумаки видел, как чужие грязные руки трогают тело его любимого человека, пока он безвольно валялся без возможности встать и хоть как-то помочь. — Отвали от меня! — острые зубы вгрызаются в плечо. Словно зверь, Саске только и может, что кусаться и скалиться, когда не дают себя защитить ничем другим. Он пытается отползти, Наруто рвётся навстречу, но обоих прижимают к земле. Учиху хватают за волосы, ударяя головой о землю, рывком вжимая в неё и задирая бёдра выше. Брюнет резко выпрямляет ногу, попадая по кому-то и ему плевать, куда он ударил. Главное - сбежать. Слышится крик, затем его снова валят лицом в землю, не дав возможности даже немного приподняться. Под носом пахнет травой, мокрым песком и кровью, тошнит, клонит в сон, но сопротивляться надо, надо бежать отсюда, надо спасаться. — Держите эту суку, хрена вы встали! На Саске наваливается сразу три взрослых мужика и последние остатки самообладания покидают зажатых в угол парней. Чужие прикосновения вызывают отвращение, Саске тяжело дышит, он окончательно пойман, загнан в ловушку, он устал и сил сопротивляться нет. Лишь трепыхается, подобно заточённой в клетку птице. Кимоно задирают и он широко раскрывает глаза и плевать, что один уже давно заливает кровью с раны на голове. Он встречается напуганным взглядом с яростным взглядом Наруто, понимая, что это конец. Грубый толчок, острая боль и волна унижения, накрывшая его с головой от того, что это видел любимый человек и от того, как мерзко смеялись эти ублюдки. Внутри всё горело. Блондин видел страдание на бледном лице, он сжимал челюсти, кричал угрозы, но слышал лишь смех и скулёж Саске, которого насиловали эти ублюдки, лапая всё его хрупкое избитое тело. И как бы он не пытался вырваться, теперь не осталось сил даже кричать. Его взгляд потух, из приоткрытого рта доносилось тихое "хватит", повторяемое после каждого толчка. Однако все эти ублюдки были на столько увлечены своим мерзким занятием, что даже не слышали, не желали слышать. Узумаки был на столько зол, что внутри кипел самый настоящий вулкан. Силы по новой заполнили тело, адреналин выплеснулся в кровь, ярость затопила до самых краёв. Сумев сбросить с себя ронина, Наруто упал на спину у катаны, хватаясь руками за лезвие и дёргая вдоль верёвок, разрывая её и хватая меч. Саске отпустили, толкнув в сторону, они схватились за своё оружие, но прежде, чем смогли что-то сделать, трое уже лежали мёртвыми, а оставшиеся три кричали от боли, в ужасе смотря на свои отрубленные руки. Всюду была кровь, она капала с острого лезвия, пачкала лицо, делая без того безумный вид блондина ещё более пугающим. — Грёбаные животные, — прорычал Наруто, — я вас предупреждал! Он схватил одного за волосы и порывисто дёрнул лезвие катаны у горла никчёмного отродья. Схватив второго, вонзил катану ему в сердце и вожака этой банды оставил на закуску, чтобы отомстить за то, что он сделал с дорогим для Наруто человеком. Отомстить за то, что этот ублюдок посмел зайти так далеко и коснуться Саске там, где никто не смеет его трогать. Прижав эту суку к земле, светловолосый самурай со всей яростью раз за разом ударял кулаком по его лицу. Маниакальное желание забить ронина, как какой-то скот, росло по мере того, как сопротивлялось это ничтожество, моля остановиться. Будто бы он сам слушал чьи-то мольбы и крики, будто бы он остановился, когда его просили. Трещали кости черепа, хлюпала кровь и внутри у Узумаки разрасталось чувство удовлетворения от того, что эта мразь наконец замолкала. Его крики полностью заглохли, а тело обмякло, и лишь тогда Наруто смог остановиться, лишь тогда осознал, что сорвался. Саске всё ещё была нужна помощь, поэтому блондин, едва подавляя страх и дрожь, бросился к нему, лежащему на земле в том же положении, в котором его бросили эти мерзкие уроды. — Саске... Саске, посмотри на меня, — блондин схватил одеяло, укутал брюнета в него, поднимая на свои бёдра, дрожащими руками касаясь его плеч и пытаясь уловить взгляд, — прошу, малыш, не молчи, всё позади, я рядом, я здесь. — Я... Я в порядке, — его голос дрожал, а взгляд расфокусированно скользил по лицу Наруто. Всё, что сейчас мог сделать Узумаки, так это быстро смыть с рук кровь, собрать вещи и, усадив на свою спину брюнета, бежать. Плевать, что было темно и что луна едва освещала дорогу, плевать, что склоны гор были крутыми. Он повязал одеяло на поясе так, чтобы Саске не падал. Слабыми руками парень всё ещё цеплялся за шею светловолосого, Наруто чувствовал, как ему на шею падают капли и была ли это кровь или слёзы он понять не мог. В груди щемило. Он вспоминал этот ужас, как кошмарный сон, он не хотел этого помнить, он не хотел, чтобы это помнил Саске, но оно мелькало в голове отвратительно реалистичными кадрами. До самого рассвета он спешил спуститься. И был почти у подножия, когда кончились силы идти. Ломило тело, тряслись колени. Он спустил Саске со своей спины и обнимал бессознательного парня, прижимая к своей груди и ощущая, как стекают слёзы по щекам. Он сидел на земле и гладил спутанные чёрные волосы, на которых уже давно запеклась кровь. Было невыносимо. Слишком много боли рвало его сердце на куски. И каждый раз, когда ему казалось, что всё налаживается, снова происходило то, что насквозь пронизывало всё нутро, выворачивая наизнанку душу и тело. Схватив Саске на руки, Наруто с трудом поднялся и перехватил мальчишку за талию, вспоминая, как точно так же нёс его, закутанного в одеяло, через горный хребет. И в этот раз сил, чтобы справиться одному, не хватало. Он долго шёл вдоль дороги, прежде чем сзади послышался топот копыт и скрип катящейся телеги. Задумчиво идя вперёд и едва перебирая ногами, блондин качался, спотыкаясь и сильнее прижимая к себе свою ношу. — Парень! Нужна помощь? — раздался взволнованный окрик и Наруто остановился, медленно повернувшись на звук и подняв потухший безжизненный взгляд на мужчину, что остановил лошадей и спрыгнул с телеги, совершенно не заботясь о том, что может подобрать преступников. Он видел кровь и видел раненых парней, поэтому хотел помочь, а заметив лицо Саске и вовсе спохватился помочь Наруто уложить брюнета на застеленное соломой дно телеги. Блондин ни на секунду не отпускал от себя парня. Он едва произнёс, куда следовал до сих пор, прежде чем отключился, прижимая к своей груди Учиху. Старик быстро повёл лошадей к нужной деревне, дёргая поводья. Он то и дело оглядывался на незнакомцев и лица их казались ему знакомыми. Он мог бы спросить, пока Наруто был в сознании, но отчего-то не решился задавать вопросы столь вымотанному человеку, тем более вопросы о чём-то на столько незначительном в сравнении с ранами, что были у этих ребят. Не столько физические, сколько душевные, отражающиеся в глубоком взгляде потухших синих глаз, видящих едва ли что-то кроме парня перед собой. Сейчас же оба позади были в отключке, чтобы узнавать, кто они такие. Путь занял пару часов, но старик без того гнал лошадей, на сколько позволяла упряжка. Заехав в деревню, он едва остановил коней около гогочущей компании самураев и спрыгнул с телеги. Едва ли не каждый житель обратил свой испуганный взор на него, а самураи и вовсе напряглись, сжимая рукояти катан. — Ребята, помогите старику! — громко попросил мужчина и несколько самураев настороженно подошли ближе, заглядывая в телегу и замирая. — Зови Хатаке, немедленно! Гаара в ужасе смотрел то на друга, то на Учиху Саске, что выглядел гораздо хуже. Когда подошёл Какаши, он смог только от злости долбануть по борту телеги. — Чёрт! — воскликнул он и запрыгнул внутрь, подхватывая Наруто и пытаясь поднять. — Тащите Учиху в дом. Зовите Харуно, скажите, пусть тащит все лекарства, что у неё имеются в аптечке. — Будет сделано, босс!