Друзья детства

Через две недели, им позвонил Рой Мустанг и попросил срочно приехать к нему. Эдвард и Альфонс явились к полковнику, как только смогли. Но когда Элрики вошли в кабинет Огненного Алхимика, то встали, как вкопаные. За письменным столом сидел не полковник, а сам глава Аместриса. В помещении чувствовалась напряженная и угнетающая тишина. Помимо, Кинга Бредли, в кабинете находились: Рой Мустанг и лейтенант Хоукай, сидящие на диване. — Привет, братья Элрики, — произнес глава Аместриса. — Что же вы стоите?! Проходите, садитесь! Когда парни заняли сидячее положение, Кинг Бредли продолжил: — У меня неприятные известия и, я решил лично сообщить вам об этом! Аэруго объявила нам войну! От этих слов, все четверо напряглись. Это то, что меньше всего хотел услышать Эдвард. Парень сжал руки в кулаки и мрачно взглянул на генерала. — Но почему Южная страна решила напасть на нас?! — Спросил Альфонс. — Потому что, Аэруговцы так захотели! — Коротко бросил Бредли. — А так, как у нас военное положение, то все Государственные Алхимики и другие военные будут отправлены туда. Глаза Эда еще больше похолодели. Неужели ему придется сделать то, что он поклялся никогда не делать. " Почему, это должно произойти, именно сейчас! " Кричал его мозг. — Генерал Бредли, простите мою дерзость, но я не буду принимать участие в этом хаосе! — Твердо сказал Эд, глядя в глаза главнокомандующего. — Брат! — посмотрел на него Альфонс. — Что?! Почему не будешь?! — Полюбопытствовал Бредли. — Потому что, я Алхимик, а не убийца! Стальной думал, что за такое его могут наказать, но Бредли только усмехнулся. — Я тебя понимаю, Эдвард Элрик! Твое милосердие похвально! Но сейчас, настали дни, когда тебе придеться отбросить, это чувство и помочь защитить свою страну! К тому же, если вас ранят на поле боя, то ваша подруга вас вылечит! Эдвард и Альфонс ошарашенно уставились на генерала. Элрик-старший почувствовал, как страх резанул его по сердцу. Он ледяным взглядом одарил главнокомандующего и таким же тоном произнес: — То есть, вы хотите отправить мою подругу в этот ад?! Но зачем?! — Сейчас, у нас в стране врачей не так уж много! А насколько мне известно, родители Уинри Рокбелл были докторами! И я уверен, что их дочь не бросила их знания! — Невозмутимо ответил Бредли. — Уинри механик, а не врач! — Да, я знаю это, но всем известно, что механика автоброни и медицина идут бок о бок! Но если вы так переживаете за свою подругу, то можете не волноваться, мой человек лично проследит за тем, чтобы с ней ничего не случилось! — Какой еще человек?! — Удивился Эдвард. — Скоро вы с ним познакомитесь. А пока, готовьтесь к завтрешнему дню! — Сказал Кинг Бредли, поднимаясь. — Рой Мустанг, я расчитываю на то, что вы и братья Элрики принесете мне победу! — Так точно! — Отдал честь полковник. Когда главнокомандующий покинул кабинет Мустанга, клокочущая ярость Эдварда вышла наружу. Он был готов рвать и метать. — Будь он проклят, этот Кинг Бредли! — Заорал Элрик-старший и забегал по кабинету. — Как же я его ненавижу! — Брат, говори тише! — Сказал Альфонс. Ему было невыносимо видеть страдания Эда. Несмотря на внешнее спокойствие Ала, в душе, парень презирал Бредли. Эдвард почувствовал, как слабость подкосила его колени и он рухнул обратно на диван. Уронив голову на руки, парень с горечью произнес: — За что?! Господи, за что все это?! — Эдвард, — тихо позвала его Хоукай. — Парень взглянул на женщину, которая протягивала ему чашку с чаем. — Вот выпей, это поможет тебе успокоиться. Поблагодарив лейтенанта, Эд принял из ее рук чашку. Уловив аромат ромашки и мяты, блондин отхлебнул горячий напиток. — Теперь вы сами знаете, почему власть нужно менять! — Сухо сказал Мустанг, садясь на свое место. — Но сейчас разгорелась война и наш план придеться отложить! Эдвард поставил чашку на столик и поднялся со своего места. Парень подошел к письменному столу и твердо произнес: — Я готов помочь вам в вашем деле, полковник! Но как только, вы займете место главы Аместриса, я хочу просить у вас кое-что! — И что же это? — Пристально посмотрел Мустанг в золотистые глаза блондина. — Если мы с братом останемся живы, то я хочу уйти из армии! Уж лучше буду обычным алхимиком-ученым, чем марионеткой в чужих руках! — Вот как? И ты готов лишиться звания майора, Стальной? — Удивился Мустанг — Да, это мое окончательное решение! — Хорошо, мы вернемся к этому, когда все уладиться. А сейчас, ступайте к себе и отдохните, как следует.

***

Когда Элрики вернулись к себе, Эдвард думал о том, как сообщить Уинри неприятную весть. Настроение у Алхимика было хуже некуда, а на сердце лежал камень. Ему было бы не так плохо, если бы в эту грязь не втянули его возлюбленную. А ведь он обещал своему сыну из сна, что защитит его маму. Элрик-старший не заметил, как его ноги понесли к номеру Уинри. Эдвард долго стоял у входной двери, прежде чем постучать. Когда девушка открыла дверь, Эд увидел ее в приподнятом настроении. — Привет, проходи, — произнесла Рокбелл и отошла, пропуская парня. Пройдя во внутрь, Эдвард увидел Мэй, сидящую на диване. Судя по разбросаным вещам и чашкам на столе, девушки неплохо проводили время. — Вижу поход по магазинам прошел удачно, — сказал Эд, садясь на диван. — Еще как, нет ничего лучше шоппинга, — оптимистично заявила Мэй. — Угощайся, — поставила Уинри перед парнем чашку с чаем и шоколадное пирожное. — Спасибо, — поблагодарил Элрик девушку. Отхлебнув чай, Эдвард снял с подлокотника предмет женского белья и тихо присвистнул. Смущенная Рокбелл выхватила из рук парня кружевной лифчик и швырнула его в пакет. Элрик молча наблюдал, как блондинка собирала по комнате одежду. — Уинри, — позвал блондин девушку. Механик вопросительно взглянула на него. — Мне нужно кое-что тебе сказать, присядь, пожалуйста. Подождав пока Рокбелл займет место в кресле, продолжил: — У меня плохие вести, началась война! От сказанных слов, Уинри и Мэй ахнули. Неприятное чувство охватило механика. Если началась война, то это значит, что Эдвард и Альфонс уйдут, и возможно уже не вернутся. — Война значит, — прошептала Уинри, опустив голову. Она с силой сжимала ткань юбки, которую держала в руках. Ей хотелось плакать, но она держалась. Ведь Рокбелл обещала лить слезы, только от радости. — Эд, я не хочу, чтобы вы с Алом меня покидали. Я не вынесу того, что случилось с моими родителями, — все так же тихо сказала механик, не поднимая головы. Она услышала, как Эдвард поднялся со своего места и опустился перед ней. Девушка ощутила, как его теплая рука накрыла ее собственные, а другая нежно провела по щеке тыльной стороной ладони. Элрик мягко обхватил пальцами ее за подбородок и заставил посмотреть ему в глаза. — Если бы я хотел, то никогда не позволил тебе, этого сделать. Но ты едешь с нами, — промолвил Эдвард. — Что?! Почему?! — Удивленно посмотрела на парня Уинри. — Генерал Кинг Бредли призвал тебя на фронт в качестве врача, — мрачно ответил Эд. — Он хочет, чтобы ты лечила раненных солдат, так как докторов не хватает. От этих слов, девушка горько усмехнулась. Сначало ее родители, теперь она сама, какая ирония. Уинри молча поднялась с кресла и медленно подошла к окну. На улице, солнце клонилось к закату, а на карнизе сидели две птички. Взглянув на блондинку своими бусинками-глазами, птицы взлетели вверх. Пару раз чирикнув, пернатые улетели прочь. " Мама, папа, если вы меня видете, то знайте, что я не подвела вас. " Подумала про себя синеглазая и, глубоко вздохнув, повернулась к ребятам. — Хорошо, я сделаю все возможное, чтобы вылечить, как можно больше раненных. Ведь так поступали мои родители. Восхитившись ее смелостью, Эд подошел к ней и взял ее за руку. — Уинри, ты не перестаешь меня удивлять, — усмехнулся парень и погладил ее по голове — Другая девчонка на твоем месте, узнав, что ее везут на войну, причитала бы где-нибудь в уголке, но ты не из робкого десятка. — Я тоже еду с вами! — Сказала Мэй, поднимаясь. Уинри и Эдвард удивленно посмотрели на брюнетку. — Мэй, тебе не нужно ввязываться в проблемы нашей страны, — проговорил Эдвард, глядя на черноволосую. — Тебе лучше вернуться на родину, и к тому же, Альфонс не позволит, чтобы ты ехала с нами. — А он мне не указ! — Заупрямилась жительница Ксина. — Я буду помогать Уинри лечить раненных с помощью алхимии. И еще, ты ведь сам сказал, что у вас с врачами туго. Эдвард понял, что проиграл и выставил руки в успокаивающем жесте. — Ладно, ладно, как скажешь, но учти, с Альфонсом будешь разговаривать сама.

***

Альфонс очень долго спорил с Мэй, по поводу ее поездки на войну. Парень утверждал девушке о том, что там очень опасно, но сама Мэй говорила, что она не трусиха. — Я сказал, что ты не поедешь! — Решительно проговорил Ал, глядя в темные глаза брюнетки. — А я сказала, что еду и точка! — Мэй, это не твоя забота! Ты должна вернуться к себе домой! — Альфонс, ты пойми, я очень хочу видеть, как твоя страна процветает, а не погибает. К тому же, я буду помогать Уинри, а она моя подруга. Ал понял, что девушку не переубедить и молча подошел к ней. Погладив брюнетку по волосам, парень тихо произнес: — Ладно, твоя взяла. Но смотри, чтобы к опасным местам близко не подходила, договорились? — Да, — кивнула Мэй и посмотрела на Ала. — Теперь, когда с этим покончили, может пойдем погуляем? Погода такая хорошая сегодня. — Почему бы и нет, — согласился Альфонс.

***

Богиня ночи накрыла своим покрывалом весь город. Из домов и уличных фонарей лился желтый свет, не давая людям сбиться с пути. В темную комнату отеля проникал серебряный свет луны. Приняв горячую ванну, Уинри надела на себя банный халат поверх ночной рубашки. Оказавшись в гостиной, девушка подошла к окну. Не смотря на усталость, спать блондинке не хотелось. Рокбелл задумчево смотрела на луну, погрузившись в свои мысли. Она услышала, как входная дверь ее комнаты тихо открылась, но головы не повернула, прекрасно осознавая кто это. Эдвард неспешно подошел к девушке и остановился позади нее, положив свои сильные руки на ее хрупкие плечи. — О чем задумалась? — Мягко поинтересовался Эд. — О завтрешнем дне, так не хочется, чтобы он наступал. Парень тяжело вздохнул и переместил свои руки на талию девушки. Алхимик сам был не в восторге от того, что ему придеться ехать на поле боя, но он ничего с этим поделать не мог. — Я и сам не хочу этого. Но ты не волнуйся, врачи обычно находятся в самом безопасном месте, так как доктора самые ценные люди на войне. — Нет. — Нет? — Переспросил Эд. Уинри повернулась к нему и посмотрела в его медовые глаза, которые излучали теплоту. — Я боюсь не за себя, а за вас с Альфонсом. Мне страшно от того, что вы можете погибнуть на этой войне и я снова останусь одна. — Уинри обняла парня за талию и прильнула щекой к его груди. Прислушиваясь к биению его сердца, девушка закрыла глаза и тихо промолвила: — Пообещай, что вы вернетесь ко мне целыми и невредимыми. — Обещаю, — мягко произнес Эдвард, поглаживая блондинку по волосам. Теперь парень не сомневался в том, что его сердце выбрало эту метательницу гаечных ключей. Кто бы мог подумать, что он влюбится с первого раза. — Уинри, — позвал девушку Эдвард. — Что? — Промолвила блондинка, отстраняясь. Покраснев от смущения, Эд нежно обхватил лицо Рокбелл и глядя в синеву ее глаз, лаского произнес: — Я не мастер красив слов и не умею говорить романтичные вещи, но хочу, чтобы ты знала. — Парень покраснел еще гуще, но все же сказал, — равноценный обмен. — Чего? — Удивленно посмотрела на Эда Уинри. — Я хочу отдать тебе половину своей жизни, а ты мне половину своей. Глаза Уинри слегка расширились, а на ее губах появилась счастливая улыбка. Это было самое необычное признание парня на всем свете, но оно заставило ее сердце петь от счастья. Девушка почувствовала, как покраснела. Она лаского провела ладонью по его щеке и нежно произнесла: — Глупый, зачем мне отдавать половину, когда я хочу отдать тебе все. Через секунду, Уинри была в его объятиях. Эдвард так обнимал блондинку, будто она могла испариться. Парень стал покрывать легкими поцелуями лицо девушки, после чего страстно накрыл ее губы своими. Уинри с жаром отвечала на его поцелуй, обвив руками его шею. Оторвавшись от губ девушки, Эдвард втянул в себя сладкий аромат ее кожи, который заполнил все его существо. Он стал прокладывать влажную дорожку из поцелуев от изящной, тонкой шеи к плечу, посылая импульсы по телу Уинри. Когда Эд снова взглянул на Рокбелл, то увидел в ее глазах отражение желания его самого. В этот момент, им хотелось забыть обо всем и насладиться друг другом. Прильнув к ее припухшим губам, руки Эда скользнули по телу блондинки, снимая с нее халат. Он почувствовал, как девушка стянула с хвоста резинку и золото его волос рассыпалось по плечам. Вскоре за халатом на пол последовала рубашка Эда, и Уинри стала медленно проводить пальчиками по крепкой груди, спускаясь все ниже к животу, пока не наткнулась на ремень. Но стоило ей коснуться застежки его брюк, как Эд перехватил ее руку. Прервав поцелуй, Элрик увидел страстный блеск в ее глазах. Подняв Уинри на руки, парень направился в спальню. Уложив любимую на кровать, Эдвард снова прижался к тонкой шее теплыми губами, заставляя блондинку трепетать. Он медленно спускался к ключицам и плечам, оставляя нежные укусы. Добравшись до упругой, девичьей груди, Эдвард не отрываясь от своего занятия, стянул с нее ночную рубашку. Девушка облегченно вздохнула, так как ткань раздражала ее затвердевшие соски, которые ягодками возвышались на ее полушариях. Парень аккуратно сжал между пальцами один из них и девушка тихо застонала. Ему хотелось не просто касаться ее, а узнать какова она на вкус. Поддавшись соблазну, Эдвард втянул в себя сладкий десерт. Тело Уинри слегка изогнулось и она застонала еще громче. Эд едва заметно улыбнулся тому, что девушка находилась в его власти, а она позволяла ему все, поддаваясь навстречу. Пока его губы посасывали и покусывали ее нежно-розовый сосок, рука Эда ласкала и мяла вторую грудь. Рокбелл погрузила свои пальцы в золотистые волосы Алхимика, слегка прижимая голову парня к себе. Стоны, которые издавала его любимая девушка, были сладчайшей музыкой для его ушей, сводящая парня с ума. Вдовль насладившись грудями Уинри, Эдвард избавился от брюк, которые полетели вслед за ночнушкой на пол. Теперь его губы и язык исследовали плоский животик девушки, оставляя влажные следы на ее теле. Но чем громче стонала и извивалась Уинри, тем больше возбуждался он сам. Эдвард хотел, чтобы эта ночь для них обоих запомнилась надолго, поэтому не смотря на собственную страсть, парень делал все не спеша. Без внимания не остались и стройные ноги девушки. Эдвард поцелуями покрывал ее бедра, колени, спускаясь все ниже к икрам, далее к ступням. Когда он слегка прикусил пальчик, Уинри тихо вскрикнула, а тело изогнулось в красивом изгибе. Эд также не спешно поднимался вверх. Он ласкал внутреннею часть бедра, пока не наткнулся на кружево ее трусиков. Когда Эдвард снова поцеловал девушку в губы, его ладонь медленно провела по низу живота, проникая под трусики. Коснувшись влажных, теплых складок, пальцы Эда начали нежно поглаживать их сверху вниз, описывая круги вокруг щели, не позволяя себе вторгнуться внутрь. Те ощущения, которые дарил ей Эд, были неописуемыми, но ей хотелось большего, а он продолжал мучать ее, не давая кончить. Казалось еще немного и Уинри не выдержит этой сладкой пытки. Она хотела, чтобы Эд прекратил страдания. Словно прочитав ее мысли, Эдвард убрал руку. Он медленно снял с нее промокшие от возбуждения трусики и отбросил их в сторону. Возвращаясь к девушке, Алхимик избавил себя от остатков одежды. Ее хриплое дыхание и томный взгляд говорил о том, что она готова принять его. Но парень намеревался сделать все аккуратно, так как девушка была невинной. Мягко улыбнувшись, Эд снова целовал сладкие губы блондинки. Уинри почувствовала, как твердая плоть заполняет ее, разрывая плеву. Она вздрогнула и сдавленно застонала, но скорее от наслаждения, чем от боли. Войдя в нее полностью, Эд замер, давая привыкнуть к новым ощущениям, не только ей, но и себе. Элрик почувствовал, как мышцы ее лона, нежно обхватили его член. Там было так приятно, влажно и тепло, что парень едва не сошел с ума. Эд с усилием держал себя в руках, но тут, он почувствовал, как Уинри слегка качнула бедрами. Эдвард удивленно посмотрел на нее. На ее губах лежала мягкая улыбка, а взгляд был полон страстного желания продолжить. Приняв вызов, Эд начал медленно двигаться в ней, даря приятные ощущения, которые вытеснили боль. Уинри закрыла глаза, эротично закусив губу. Ее ладони блуждали по крепкой спине и плечам Эда, время от времени, оставляя неглубокие следы ногтей. Движения парня начали ускоряться, а стоны девушки вырывались все чаще и громче. Обняв Эда ногами за талию, Уинри поддавалась навстречу его толчкам всем телом. Казалось, они потеряли счет времени. Их сердца бились в унисон, а хриплое дыхание смешивалось во едино. Она чувствовала, как удовольствие внутри нее нарастает, а движения Эдварда участились, становясь все сильнее и глубже. Вскоре, Алхимик почувствовал, что его любимая уже на пределе. Парень понял, что больше не может сдерживаться. Обхватив руками бедра девушки, Эдвард начал двигаться еще быстрее. Вскрикивая от наслаждения, Уинри ощутила, как комок внутри нее взорвался, разливаясь волнами экстаза по ее телу, а за закрытыми глазами, вспыхивали огни. Сделав еще несколько толчков, Эд вздрагивая и стоная, последовал за ней на вершину блаженства. Тяжело дыша, Эдвард рухнул на Уинри, а она приняла его в свои объятия, поглаживая золотистую голову. Немного погодя, Эд взглянул на девушку. Запечатав поцелуй на ее губах, парень мягко вышел из нее и лег рядом с ней, пытаясь востановить дыхание и сердечный ритм. Уинри пододвинулась ближе к нему, положив голову на мужскую грудь. Через некоторое время, парень спросил: — Как ты себя чувствуешь? — Мне еще никогда не было так хорошо, только вот ноги немного дрожат.- Тихо промолвила Уинри. — Не хочешь принять душ? — Нет, у меня не осталось сил и мне хочеться спать, — пролепетала блондинка, закрывая глаза. Почти засыпая, она все же поинтересовалась. — Эд, что ты скажешь Альфонсу, когда он заметит твое отсутствие? — Скажу ему, что меня очаровала одна колдунья и я не смог устоять перед ее чарами, — усмехнулся парень, накрывая их обоих одеялом. Тихо хихикнув, блондинка погрузилась в сон. Через несколько минут, Эдвард покрепче обняв девушку, присоединился к ней.