Хранитель традиций

      Мию привели в чувства ещё в машине. Врач скорой помощи диагностировал сильный стресс, на фоне которого произошёл обморок. Предупредил, что точнее скажут в больнице.       — Такое разве бывает? — усомнился Матвиенко.       — Если долго копить в себе, негативно мыслить, то в какой-то момент происходит внутренний взрыв. Организм отключает сознание, чтобы остановить мучения, — сказала медсестра. — Не знаете, что могло послужить причиной?       Оба импровизатора промолчали.       — Я так и думала, — сказала врач. На её лице на секунду проскользнула усмешка. — Проведём несколько анализов, девушка заодно наберётся сил.       — Спасибо, — голос Мии был крайне слаб. — Спасибо, что сейчас рядом со мной, — она бегала глазками от одного мужчины к другому.       — Серёжу благодари. Он был рядом, не я, — сказал Арсений, а лучший друг кивнул.       Она в ответ мило улыбнулась и положила свою маленькую ручку на запястье актёра, он, не раздумывая, поцеловал её тыльную часть ладони.       Весь путь до больницы дорога была свободной, но неожиданно образовалась пробка.       — Пятьсот метров не доехали! — раздраженно вырвалось у водителя.       — Ничего страшного, мы пешком дойдём. В каком здании больница? — спросил Попов.       — Мие не желательно вставать. Может вернуться сильное головокружение, — медсестра встала с места и усадила пациентку обратно на тележку.       — Я смогу дойти. Они мне помогут, — Мия кивнула в сторону импровизаторов.       Часто в жизни встречаются врачи с одышкой, говорящие вам о правильном дыхании; врачи с ожирением, толкующие о правильном питании. Героине же врач советовала лишний раз не двигаться несмотря на то, что у самой внезапно помутнело сознание. Это было вызвано переработкой, но всё равно, со стороны выглядело немного смешно.       — Где больница? — зрелище ползущих машин окончательно не выдержал Арсений.       Водитель тыкнул пальцем в высокое здание, расположенное между супермаркетами, после чего проехал ещё пару метров. Выразив благодарность мимолётным движением бровей, актёр нагнулся к любимой и лёгким взмахом поднял на руки.       — Арс! — она испуганно обвила его шею руками, прижалась щекой к щеке.       — Серый, открывай двери, — произнёс Попов.       — Вы с ума сошли? — медсестра преградила им путь. — Без нас вас не примет врач.       — Ещё посмотрим, — усмехнулся мужчина. — Серёг, давай.       Решительный настрой произвёл сильное впечатление на медсестру. Она опустила руки и ушла в сторону. Предпринимать какие-либо действия бессмысленно. Сергей повернул ручку, и двери отворились. Выйдя на свежий воздух, он развернулся чтобы помочь друзьям спуститься, однако Арсений уже спрыгнул следом. Мия ещё сильнее вжалась в него, боясь, что он не удержится на ногах.       — Тебе что сказали? — сказал брюнет и поудобнее подхватил её под коленями. — Ходить тебе противопоказано.       — Я в состоянии идти сама. Правда, — заныла Мия и демонстративно надула губы.       — Будешь капризничать, я тебя даже от палаты до туалета носить буду, — он повторил её выражение лица, слегка прищурившись.       — Эй, голубки, мы в пробке стоим. Хотите быть задавленными машинами? — спросил Матвиенко.       Моментально опомнившись, Арсений устыдился собственных мыслей. За время пока они добирались до главного входа в больницу он не проронил ни слова. Никакие раздражители не действовали: Мия спокойно дотрагивалась до густой чёлки, чтобы уложить на место, а телефон без перерыва вибрировал в кармане. Последнее волновало его сильнее всего. Он долго раздумывал, говорить ли девушке о заседании, которое стартовало как пятнадцать минут назад.       — Здравствуйте, нам нужно обследование, пожалуйста, — сказал Арсений.       Девушка за стойкой растерянно посмотрела на прибывших людей:       — Вы записаны?       У Мии внутри всё оборвалось. Она вдруг поняла, что её привезли в частную клинику, где надо было записаться или позвонить, уточнить смогут ли они её принять. Вот о чём говорила медсестра в машине, когда не хотела их выпускать. Боже.       Арсений, что ты делаешь?       — Арсений Сергеевич?       Пара обернулась — перед ними стоял высокий мужчина в белом халате. Небольшая чёрная борода, маленькие овальные очки, карие добрые глаза.       — Да, здравствуйте, Николай.       — Вашей даме нужна помощь? — спросил он, и все трое героев молча кивнули. — Пройдите за мной.       Они покорно пошли за ним по коридору, вошли в небольшую палату. Доктор указал на медицинскую кровать, и Арсений осторожно положил на нее Мию. Под конец он оставил едва заметный поцелуй на макушке.       — Ей нужно завести карточку, чтобы в лаборатории знали, для кого они делают обследование, — сказал Николай.       Мужчина в очках взял в руки иглу и открыл ящик с вакуумными пробирками, а Арсений поспешил выбежать в коридор. Отвечая на вопросы при регистрации и подавая тот или иной документ, он не переставал прислушиваться к звукам в палате. Он боялся, что Мия соврёт врачу о самочувствии, как она это обычно делала, и их отправят домой. Через двадцать мучительных минут он прибежал обратно, а Мия уже была одета в больничную пижамку. Вид у неё был по-прежнему очень болезненный. Увидев Арсения, она улыбнулась, но красные, уставшие веки стали закрываться.       — Она приняла успокоительные, — поспешил успокоить Николай. — Медсестра отправила мне предварительный диагноз и заодно рассказала, как вы добрались, невзирая на пробку. Ну вы даёте.       — Всё как в дурацких фильмах, в которых он снимается. Да? Драматично, но с хорошим концом, — громко сказал сидящий в углу Матвиенко.       — Спасибо, что приняли, — Арсений пожал руку врачу.       Николай пребывал в прекраснейшем настроении. Вдоволь наговорившись с актёрами, он убедил их, что девушка находится в надёжных руках. Под конец он повторно спросил, не знают ли они точной причины столь сильного стресса Мии, на что Арсений виновато опустил взгляд. Сергей покинул комнату, оставляя друзей наедине, иначе правда не будет произнесена. На оставшегося мужчину с укором посмотрели, мол, зачем ты тратишь моё рабочее время.       — Ну?       — Я могу ошибаться, но, возможно, виновата моя жена, — тихо произнёс Попов. — Она пришла сегодня на съёмки и...       — Мия о ней не знала? — спросил Николай.       — Знала, но... — как бы Арсений не противился, но рассказать нужно было, так как от этого зависело будущее самочувствие любимой.       После короткого и не до конца правдивого рассказала врач покачал головой. За свою карьеру он слышал много всего, но такое — впервые. Учить жизни взрослого мужчину он не собирался, но кое-что всё-таки сказал:       Рано или поздно придётся делать выбор. На двух стульях не усидишь.

***

      Попов стоял в центре комнаты под взглядом взирающей на него сверху женщины. Чтобы как-то расслабиться он для себя решил, что превратит зал судебного заседания в театр, а скамью подсудимых в сцену. Алёна сидела на противоположной стороне, а Кьяра отсутствовала, но это мужчину скорее успокаивало.       — Стороны предварительно извещаются о времени и месте проведения заседания. Почему вы опоздали почти на целый час? — задала вопрос судья.       — Был на работе. Съёмки нельзя просто взять и отменить, — Попов позволил раздражению проявиться в голосе. — Давайте перейдём к делу, раз времени осталось не так уж много.       Он перевёл взгляд на Алёну. Та была напугана, очень угнетена, всё казалось ей непрочным, зыбким. Она не ожидала, что он придёт, ведь в предыдущие разы он находил отговорки, что-то случалось, из-за чего заседания срывались. А сегодня, несмотря на опоздание, он пришёл.       Неужели их любви вправду пришёл конец?       Ударил судейский молоток. Арсения заваливали вопросами, выясняли все нюансы. На некоторые он отвечал коротко и безразлично: мне нечего добавить. Женщина в строгой мантии то и дело делала паузу, вопросительно обводила взглядом всех присяжных, а затем с явным разочарованием возвращалась к своему списку.       — Сегодня будет выдвинуто окончательно решение суда по поводу вашего с Алёной развода, а также раздела имущества. Вы ознакомились с документами, высланными нашим отделом? — лицо судьи выглядело утомлённым, несмотря на толстый слой крем-пудры. От сильно накрашенных губ на чашке с кофе остались следы помады. — Есть ли у вас вопросы к суду?       — Нет, вопросов нет, — стоять за тумбой стало не так страшно. Арсений упёрся костяшками пальцев в её поверхность и гордо вскинул головой. — Я никогда не отрекался от ответственности. Всегда говорил Алёне, что готов и буду выплачивать алементы. Раздела имущества? Хорошо! — он резко провёл рукой в воздухе, отчего все заметили, что в нём просыпается актёр. — Да, я совершил одну ошибку, но признаюсь в ней только жене, — голубые глаза оставили отпечаток на Алёне, сидящей по левую сторону. — Я не мог попасть в суд раньше. У меня, как и у всех, есть работа.       У Попова сложилось впечатление, что красноречивую речь судья не слушала. Похоже, её интересовало не что он говорил, а как на это реагировали присутствующие. Судя по всему, основная часть уже была решена, все просто хотели взглянуть на актёра лично. Тем не менее, формальности необходимо соблюсти...       — Есть ли у вас к мужу какие-то вопросы? — женщина обратилась к Алёне.       Её пальцы беспокойно теребили и сжимали края пиджака. Хотелось заплакать, потом завыть в голос, но она не издала ни звука. Окончательно растерянная она начала с трудом выдавливать из себя слова:       — Вопросов нет.       — Хорошо, суд присяжных удаляется на десять минут на обдумывание решения. Просим остальных ожидать здесь, — произнесла женщина с ярко-красной помадой и вместе с коллегами удалилась в другую комнату.

***

      Спустя три дня после заседания Арсений ехал в больницу навестить Мию. На соседнем сидении лежал пакет с фруктами и другой ерундой, которую обычно разрешали передавать пациентам. Из-за семейных разборок и работы он не виделся с ней, потому очень соскучился. На очередном повороте он поправил пакет, чтобы содержимое не рассыпалось по салону автомобиля.       Как же он устал.       В конце февраля днём нередко бывает солнечная погода, с крыш капает, почти как в апреле, но вечером всё равно неуютно — холодно. Однако несмотря на это ему с каждой минутой становилось жарче. Ведь встреча с любимой так скоро. Приехав в место назначения, он сперва хотел зайти в палату, что бы спросить о самочувствии, но потом решил понаблюдать за Мией со стороны. Она тихо лежала под одеялом и ровно дышала, наверняка наслаждаясь сновидениями.       — Чем могу помочь? — вопрос Николая напугал до чёртиков.       — Добрый вечер. Как Мия? Её можно проведать? — спросил Арсений.       — Со дня поступления наблюдается положительная тенденция. Ей лучше. Разве что её через раз мучает сонный паралич, но тут уж мы бессильны.       — А как от него избавиться? — Арсений прикрыл дверь палаты, боясь разбудить девушку.       — Спокойствие, позитив и хороший мужчина рядом, — быстро ответил Николай. — Одна составляющая у неё уже есть. Уж надеюсь, что остальные два компонента будут ей автоматом обеспечены, — после этих слов он вошёл в комнату, пригласив за собой актёра.       Врач скромно умолчал, что Мия ему все уши прожужжала про Попова. В первый же день он узнал о переезде, привыкшему к новому месту питомцу и даже о новой работе. Ему не пришлось вытягивать из неё ответы, как у большинства больных. Она сама всё рассказала, разложила по полочкам. Про работу, кстати, Николай пожаловался Арсению. Сдал девушку с потрохами, что прошлым вечером она засиделась допоздна, занимаясь техническим переводом.       — Я бы сказал больше отдыхать, но она меня не послушает, — Николай указал на ноутбук девушки, стоящий на прикроватной тумбе. — Может тебя послушает.       — Не дождётесь. Теперь я буду работать круглосуточно, — рассмеялась Мия.       Арсений уверенно подмигнул. Ему столько нужно было рассказать, что у неё попросту не будет времени для работы.       — Даю вам пять минут, — произнёс врач.       — Всего пять!? — в унисон сказали Арсений и Мия.       — Время посещения пациентов закончилось полчаса назад. Я сделал для вас исключение.       Только дверь захлопнулась, Мия соскочила с койки и набросилась на мужчину с объятиями и поцелуями. Они наслаждались друг другом, словно пытаясь наверстать всё, что упустили. Попов отпрянул чтобы вдохнуть, провёл рукой по её личику, на мгновение запустив пальцы в волосы и, снова поцеловал.       Когда нежности с ласками закончились, он поведал ей о прошедшем заседании: каково было решение, чем он занимался эти дни и как еле управился с Тёмой. По его словам, Серёжу пёс полюбил больше. Мия с интересом слушала забавные причины, почему Тёма его не признаёт, а вот на новостях про Алёну слегка приуныла. Попов вёл себя честно и сдержано, рассказал всё как есть.       — После вынесения решения я катаюсь с ней по городу с утра до вечера. Занимаемся переоформлением документов. Заодно виделся с Кьярой, — рассказывал Арсений. — Теперь она — бывшая жена. Всё в прошлом.       — Да брось. У вас с ней общий ребёнок. Я всё понимаю, — в глазах Мии играла грусть, но она ничего не могла с этим поделать. — Всё нормально. Я не ревную.       — Имеешь право ревновать, но я других поводов не дам, — заверил мужчина.       — М-м-м, — она загадочно застреляла глазами.       — Что? Что я натворил?       — Новогодний выпуск "Импровизации". Видела я недавно, как ты заигрывал с каждой гостьей, — последовал ехидный смешок.       — Ой, да мы его в сентябре снимали! — мужчина от возмущения встрепенулся, а после сильнее обнял девушку. — На тот момент....       — Что?       — Я люблю тебя, — прошептал Попов, остановившись около её губ.       Повисла короткая пауза.       — Я тоже люблю тебя, Арс, — тихо сказала Мия, едва сдерживая накатывающиеся слёзы.       Увы, но финальный поцелуй не состоялся. Внезапно раздался стук, после которого в палату зашла Алёна.       — Всем привет, — спокойно сказала она.       По её виду невозможно было сказать, огорчена она увиденным или зла. Сегодня Алёна не нанесла макияж, отчего бледное лицо казалось почти неразличимым на фоне чёрных волос. Лишь ясные карие глаза беспокойно поглядывали из стороны в сторону.       — Нам нужно поговорить. Нет, не с тобой, Арсений. С Мией, — холодный тон бывшей жены настораживал.       — Оставь нас, — попросила Мия. — Не беспокойся.       По пути к выходу Попов потянулся обнять Алёну, на что она выставила руки, не позволив этого сделать. Импровизатор поджал губы от досады. Надо же было одним действием доставить боль сразу двоим девушкам.       — Как ты? — Мия с сожалением разглядывала бывшую возлюбленную Арсения.       — Какая разница? Я пришла к тебе по делу, — Алёна стояла на месте и смотрела сквозь Мию, словно её вовсе тут не было. — Ты только не перебивай.       — Хорошо.       Алёна прошла и села на стул, стоящий около стены. Сложив руки на коленях, она сцепила их в замок, а после начала говорить. Размеренно и неторопливо.       — Хотела извиниться за своё поведение на съёмках. Арсений потом рассказал, чем это закончилось. Не готова признавать, что вина полностью лежит на мне, но руку я приложила точно.       Мия молчаливо наблюдала, как Алёна смотрит стеклянным взглядом в пустоту. Кажется, всё будет сложнее, чем она предполагала.        — В тот день я поняла, что история нашей любви окончена, и что он любит тебя. Однако чтобы ты не вознесла себя до небес добавлю, что в мой адрес он тоже высказался. Арсений по-прежнему будет общаться с дочкой и помогать нам, — на это объявление Мия кивнула. — В остальном...       Финальные слова давались ей с большим трудом.       — Поздравляю. Теперь он твой.