Хранитель традиций

      Первый концерт прошёл незаметно. Зрители с нескрываемой улыбкой покидали зал, обмениваясь эмоциями и впечатлениями. На последний город Стас припас пару новых игр, и парни отлично справились. В большем счёте из-за удачно подобранных заходов от зрителей. В какой-то момент на «рэп баттле» Антон посыпался от смеха, повиснув на плечах Позова.       — Я всегда говорил, что ему тут не место! — задыхаясь от смеха, сказал Антон.       Арсений не придумал конечной рифмы для панча. Повисла короткая пауза, но Матвиенко решил заполнить её «профессиональным» битбоксом.       — Стас, я считаю, это полтора балла, — произнёс Дима. — За старания. Полтора балла ему дай.       Перерыв между концертами составлял ровно час. Импровизаторам этого хватало для отдыха, лёгкого перекуса и разбора полётов предыдущего выступления. И, конечно же, главной составляющей был перекур. Антон, Арсений, Дима и Димка Журавлёв вышли на крыльцо чёрного входа. Дул прохладный ветер, сильнее раскачивая ветви деревьев. Попов поднял голову и, увидев, как сгущались серые тучи, раздосадовался. Вот-вот пойдёт дождь.       — На «Опоздании» не затягивай с вступлением. Никому не интересно как ты их назвал. Пусть Серёжа быстрее начинает показывать. А на «Вечеринке» давайте Арсу больше подсказок. Прямых, но завуалированных, — рассуждал Шеминов.       — Прямых, но завуалированных. Это, блять, как? — Позов повёл сигаретой после затяжки.       — Ну-у-у, вы поняли о чём я! — отмахнулся босс. — Если не торопиться, то концерт затянется на часа три. Не меньше. Помните, как было в Краснодаре?       — Там мы тянули, потому что Серёженька-пироженька проспал рейс, — Шастун громко причитал.       — Я точно помню, что был чересчур длинный концерт. Да ну вас! — над Шеминовым все до одного посмеялись, из-за чего он первым докурил и ушёл в здание.       Из темноты коридора донеслось лишь «Жду вас в гримёрке!».       — Арс, ты кого-то ждёшь? — спросил Антон друга.       — Нет.       — Тот мужик на тебя косится уже который раз. Знаешь его?       — Нет, — Арсений медленно тушил сигарету о мусорку, исподлобья рассматривая незнакомца.       — Смотри-ка, актёра включил, — хихикнул Дима. — Антох, да не парься. Видно же, что он бухой. Спутал с кем-то Арса.       — Идите. Я догоню, — произнёс Попов обычным решительным тоном. Антон беспокойно зашевелился. — Я что сказал?       — Шаст, ты чего? Ревнуешь? — спросил Дима. Его удивил загадочный взгляд друга.       — Я будто его видел где-то, — тихо произнёс Антон.       — Всё-всё. Пошли! — Позов развернул друга ко входу и чутка его подтолкнул.       Настоящий хаос не шумит. Арсений оставил попытки избежать столкновения с незнакомцем и расслабленно замер, чувствуя, как успокаивается вспыхнувший внутри ураган. Подходивший к нему мужчина выглядел немного растерянным, будто чей-то папа пришёл в школу и заблудился. Его русые волосы были взъерошены, черты лица остры — дотронься и порежешься. Левую руку он держал на уровне груди и внимательно смотрел на наручные часы.       — Вы Арсений, верно? — спросил он.       — Да. Чем могу помочь? — Арсений добродушно улыбнулся, поправив подушечками пальцев дужки очков.       — Да вот на концерте вашем только что был. Хотел автограф попросить, — его лицо было покрыто частой сеткой мелких морщин. Глаза искрились.       — Конечно! Где расписаться? — уточнил актёр. Он повеселел, опасения вмиг рассеялись. Просто он очередной фанат "Импровизации". — Обычно к нам подбегают маленькие девчушки...       — Да-а, извините, если смутил! — рассмеялся мужчина.       Он достал из бананки лист с ручкой и протянул их Арсению. Автограф выводили медленно и каллиграфично. Отдавая его, глаза мужчины показались замутнёнными заботами или тревогами.       — Что-то ещё? Может, фото на память? — спросил Арсений.       — Вообще да, есть кое-что, о чём я хотел бы попросить, — мужчина осторожно подбирал слова, делал паузы. — Всё важное приходит в нашу жизнь без предупреждения. Я верен этой мудрой мысли уже много лет.       — Если честно, я не понимаю вас, — сказал Попов.       — Мия считала тебя важным человеком. Особенным. Теперь она места себе не находит. Пожалуйста, не беспокой её некоторое время. В ином случае тебе придётся иметь дело со мной, — мужчина быстро положил автограф в сумку и удалился.       Попов замер в неестественной позе. От слов "поклонника" его бросило в дрожь сильнее, чем от холода весеннего ветра. Он было рванул, желая напрямую спросить, что тот имел в виду, но мужчина уже поспешно скрылся за углом здания. Прозвучало уведомление на телефоне. Антон (20:47) Слыш, где ты? К выходу готовимся       На последний концерт Попов подошёл в смешанных чувствах. Как же он ненавидел, когда личная жизнь накладывалась жирным пятном на рабочую. Обычно он сдерживался, сохранял хладнокровие или откладывал проблемы на потом, но сегодня так сделать не получилось. Совсем.       Взявшаяся из ниоткуда одышка заставляла его замолкать на полуслове. Во время выступления Арсений сильно волновался, при этом начиная нести полную чушь, что служило предметом постоянных шуточек от других импровизаторов. Поначалу это шло во благо, но затем парни устали придумывать оправдания для неудачных шуток Попова. Иногда его голос был слишком громким, громче аплодисментов толпы. Во взгляде подопечного Стас читал страх, а по актёрской игре показалось, будто он переигрывает.       — Арс, когда будешь заглядывать в список с вашими оценками, не удивляйся, — шутливо произнёс Стас после окончания концерта. — Поздравляю всех с окончанием гастрольного тура!              В тот момент мысли Попова были далеко от итогов выступления. Он, конечно, чувствовал долю вины, но она была притуплённой. На первом плане стояли Мия и слова незнакомца. Кто он? Что он имел в виду? Покинув комнату под возмущённые оклики Стаса, он меньше чем за минуту добрался до прибывшего такси. Дорога в аэропорт тянулась, как прилипшая к подошве смола, каждое мгновение казалось вечностью. Он вновь попал в плен собственных раздумий.       Может, Мия считала его неудобным в общении человеком? Вдруг она запомнила его вечно чем-то озабоченным. Словно он глыба льда, от которой даже в воздухе какой-то холод. Он не мог увидеть себя со стороны. По крайней мере в отношениях точно. Только будучи в самолёте Арсений расслабился. Усталость взяла вверх, и Морфей с удовольствием забрал его в своё царство.

Питер. Полночь

      Наконец в салоне загорелось табло «Пристегните ремни» и через несколько минут самолёт совершил посадку. Арсений уже места себе не находил, хотел вырваться на свободу, размять затёкший зад. Когда он наконец-то вышел из аэропорта, сразу почувствовал за собой слежку, он ощутил её интуитивно и несколько минут опасливо оглядывался. В памяти был свеж случай, когда поклонники подкараулили и вручили им подарки чуть ли не у самолётного трапа. Как они там очутились? Импровизаторы выдвигали разные предположения, но верное скорее всего было то, в котором у одной из фанаток имелись связи среди работников аэропорта. Антон (00:20) Арсюх, ты как? Норм долетел?       Лишь Шастун — человек, знавший его так долго, мог догадаться, куда он сбежал. Не Матвиенко, нет. Второй просто знал. Знал, где окажется его лучший друг и что сейчас его лучше всего оставить наедине с собой. Арсений отделался сухим ответом "Да" и заказал такси. Он не был готов к перемирию с коллегой, посягнувшим на его возлюбленную. Он решил отправиться не в квартиру, которая теперь пустовала, а в ресторан, где он с Мией не единожды ужинал. По обыкновению столик взялась обслуживать Евгения. Девушка не сразу сообразила, что мужчина пришёл один. Он был готов к ироничным фразам, сарказму и другим выпадкам официантки, однако сегодня она молчала. Возможно, заметила в голубой пучине смесь отчаянной грусти, недоумения и беззащитности. Так смотрят раненные животные. Или наивные люди, чьи розовые очки вдребезги разбили.       — И почему все любят яблоки в карамели? — Попов ненароком услышал диалог пары, сидящей за соседним столиком. Вопрос задала зрелая дама.       — Их вводит в заблуждение карамельная оболочка. Это как любовь, — ответил ей мужчина.       — Но ведь любовь вообще не об этом, — она смотрела, как её любимый внимательно разглядывал содержимое тарелки.       — Блестящая карамель притягивает взгляд. Первый кусочек такой сладкий, но каждый последующий кислее предыдущего.       У Арсения слегка приподнялись уголки губ. А ведь толковая мысль... Первый кусочек такой сладкий, но каждый последующий кислее предыдущего. Он достал телефон и, увидев, что Мия не прочла его сообщения, насторожился.

Антон всё мне рассказал. Как ты могла ответить взаимностью? И не говори про алкоголь. Я знаю, сколько ты выпила. Это не оправдание. Когда я тебя первый раз спросил, случилось ли что, почему ты не рассказала? Мы дали друг другу слово, что будем честны. И вот опять... Ты знаешь, молчание в ответ — боль для меня. Я притворялся при всех, что ничего не произошло, только из-за того, чтобы не попасть в объектив лишних камер. Сейчас же хочу разобраться, а ты молчишь. Хорошо, будь по-твоему. Как будешь готова поговорить, напиши мне. Но не обещаю, что смогу простить тебя. Как и Антона.

      Наутро его разбудил звонок и разъярённый голос Шеминова. Улавливая отрывки фраз, он еле-еле сложил пазл в гудящей от перелёта голове. СМИ штамповали нашумевшую статью где только могли: интернет-журналы, инстаграм-страницы, телеграмм-каналы. Не забыли они указать и имя автора, которое вовсе не ожидал увидеть Попов.       — Она всё выдала без утайки! — кричал Стас в трубку. — Фотографии приложила. Понимаешь?       — Я уверен, что произошла ошибка. Она не могла... — сонный Арсений принялся сперва защищать девушку.       — Ещё как смогла! На целых три страницы, — похоже, Стас рвал на себе волосы.       — Скинь мне. Я посмотрю.       — Уже, — сказал продюсер, после чего завершил звонок.       Попов прошел по ссылке и попал на страницу модного журнала. Заголовок статьи гласил: "Тайны импровизации на ТНТ". От каждой строчки у него волосы вставали дыбом: райдер актёров, личные секреты ребят из их большой команды, шутливые высказывания о тех людях, кто выходил на сцену во время концертов. Всё словно записали под диктовку. И ещё много чего, связанного с "внутренней кухней" шоу. Неужели это правда написала Мия? Подпись в конце статьи подтверждала это, но манера и стиль письма не похожи на её. Он же видел, как она ночами не спала. Читал её материал. Когда она успела? И главное, зачем?       Мия по-прежнему не выходила на связь. Арсений сперва хотел позвонить и напрямую расспросить обо всём, но затем передумал. Если это её рук дело, она найдёт силы и позвонит сама. Что-что, а совесть у Мии есть. Перечитав дважды статью, он отметил тот факт, что про него там было меньше всего информации. А если и была, то выдуманная, притянутая за уши. Конечно, этого хватало для того, чтобы подпортить репутацию, но по сравнению с другими актёрами, Арсений был выставлен в выгодном свете. БЗ-З-З Лада (08:02) Привет! Я заглянула в календарь... И... Знаешь что?

Арсений (08:03)

Сегодня какой-то необычный праздник? ))

Лада (08:03) Хаха! Нет) День эфира ленты будет в твой др

Арсений (08:03)

А, ну, да. Так и есть

Лада (08:03) Будем как-то отмечать? Ты же проведёшь эфир из моей квартиры?

Арсений (08:03)

Да. Отмечать скорее всего не буду

Позже)

Лада (08:03) Жаль( но подарок будет!🤪

Арсений (08:04)

👌☺️

      Актёр отложил телефон в сторону и сладко потянулся. Надо бы ему освежиться в душе, чтобы прийти немного в себя, и приготовиться к разговору с Мией. Должна же она рано или поздно позвонить. Увы, но в течение следующих нескольких часов ему звонила Алёна. Судьба будто специально посылала ему разных девушек: официантку Евгению, соседку Ладу, а теперь бывшую жену. Но это было всё не то. Не то, о чём мечталось и чего хотелось...       Злость смешалась с любовью, и Арсений даже не знал, какое из этих чувств переполняло больше. Он неоднократно прокручивал моменты, когда Мия ходила за ними хвостом, звонко смеялась и расспрашивала о мелочах. Это выглядело так непринуждённо, что мыслей не возникало о тайном написании статьи.       — Нет... она не могла. Должна быть причина.