Контракт — дело семейное

— Камилла. Алексей был и будет дорогим для меня человеком. Я не собираюсь его увольнять или как-либо уменьшать наше общение, только из-за того, что тебя что-то не устраивает. Я понятно говорю? — мужчина поднялся из-за стола, тем самым стаскивая прилипчивую девушку. Их отношения начинались ещё осенью, как обычный служебный роман. Владимир изначально поставил все условия, что это останется между ними и что ни о каких обязательствах, а уж тем более привязанности речи быть не может. И тогда эту решительную омегу все устроило. А его устраивал постоянный, ни к чему не обязывающий секс. Но лишь стоило начальнику уделить внимание кому-то другому, то начались скандалы, ревность, непонятные обиды и обещания. Все это настолько душило альфу, что сегодняшняя выходка определенно стала последней каплей. — Знаешь, думаю нам стоит прекратить наше дальнейшее сотрудничество. И если ты не хочешь, чтобы так произошло и с работой, то тебе лучше спокойно принять этот факт. Девушка, что только что надувала губки и обиженно скрещивала на груди свои хрупкие ручки, удивлённо подняла взгляд на Владимира Александровича. Поняв, что перегнула палку со своей игрой в любящую пару, омега подскочила к мужчине и крепко обняла того за шею. Она всегда была высокой и никогда этого не стеснялась, даже носила каблук, что делало ее практически одного роста с начальником. — Володь, ну ты же это не всерьёз? — удивлённый и немного жалостливый взгляд, совершенно никак не подействовал на альфу. Тот все уже для себя решил ещё в тот момент, когда Алексей предложил ему этот нелепый контракт. — Камилла… — Владимир Александрович, прошу прощения, что врываюсь без стука, но… Пухленькая секретарша по имени Кристина всегда раздражала омегу. Та вечно врывалась в кабинет не вовремя, вечно прерывала их на самом интересном месте и похоже эта нелюбовь у них была взаимна. Но сейчас женщина была более чем взволнована или может даже испугана чем-то. — Что такое? — Там Алексей. Он приезжал в компанию и собирался к вам зайти. Я уходила как раз на обед и он подходил к кабинету… — Нет. Его здесь не было. Что-то случилось? Подсознательно мужчина чувствовал, что что-то произошло и это нервировало лишь больше. Неужели, тот услышал их разговор с Камиллой и решил не заходить к нему? А что если ему стало плохо? Что если он оступился на лестнице? Черт возьми, у них же так много лестниц, а этот ужасный лифт вечно не работает. — Не заходил? В любом случае, его увезла только что скорая. У него похоже роды начались… думаю, вам должно было… быть это интересно… — Роды? Владимир удивлённо уставился на секретаря, совсем позабыв о своей бывшей, что не менее удивлённо стояла рядом с ним. В голове никак не укладывалось, ведь до появления малыша, насколько ему было известно, было ещё две недели. Он сам дурак, не настоял на стационаре, все жалел парня и вот: результат всей этой жалости. — В какую больницу его повезли?

***

— Ну не надо так нервничать. Все будет хорошо. Лёша сильный. Справится. Стася нервно полезла в сумку за фляжкой, но вспомнив о том, что она в родильном отделении и перед ней мельтешит начальник, решила, что это не самая лучшая идея. Она и сама не понимала для кого тут распинается и толкует успокаивающие речевки, ведь мужчина совсем ее не слушал и лишь сильнее загонялся. Горестно вздохнув бета прикрыла глаза и вновь вздрогнула услышав глухой крик из-за стеклянной двери. Их не пустили в само отделение, поэтому оставалось лишь гадать в какой из палат лежит их бедный Лёша и он ли сейчас кричал. — Почему он приехал на работу? И почему роды начались так рано? Стася подозрительно взглянула на альфу, который уселся рядом с ней, и в знак поддержки положила ему на плечо вспотевшую ладонь. — Он к вам не заходил? — Нет! Он не заходил! Не успел или передумал… зачем? Почему он не мог просто лежать дома? — Он… я не могу сказать. Это будет считаться предательством, — выдохнув девушка не осмелилась посмотреть в сторону альфы, который уже начинал рычать от ожидания. — Анастасия… — Ну что?! Он хотел контракт разорвать, посмотреть, как вы к нему относиться будете! Боялся он. Что бросите вы его. А срок… соврал он. У него неделя была. — Но зачем? И между прочим, в нашем тандеме именно у него привычка бросать меня. — Владимир возмущённо уставился на подругу возлюбленного, но вмиг притих, прислушиваясь к нарастающему топоту. Но это была лишь ложная тревога. — Что значит бросил вас? Да нет, он не мог, вы… скажу лишь то, что вы многое для него значите, — хмыкнув Стася, искоса посмотрела на реакцию мужчины. Ее давно уже раздражали все эти недомолвки между этими двумя и участвовать в них она больше не желала. Да и по взглядам, нервной походке и учащенному дыханию было все прекрасно видно. Их чувства были определенно взаимны, но эти два дурака никак не хотели пойти друг другу на встречу. — Вот так. Он… для меня Алексей тоже значит очень многое. Будь моя воля к нему никто и на десять метров бы не подошёл. Но он отверг меня ещё в ночь корпоратива. Подавившись вздохом облегчения бета круто развернулась к своему начальнику, разглядывая его со всех сторон. Но тот выглядел сердитым, расстроенным, взволнованным, но точно уж никак не скрывающим какие-то свои тайны. — Как так? Ночь корпоратива Лёша… провёл с Эдуардом. Мы по к… я видела, как тот вывел его на улицу. — Правильно! И я его забрал у него! Мы… чего терять уже. Для меня это была незабываемые ночь, а для Алексея… она стала отвратительной. — Да что вы говорите? На этот раз цокот не умолк на половине пути и через пару секунд из-за стеклянных дверей вышла медсестра, на ходу снимая маску и являя всем в приемной своё довольное и немного вспотевшее лицо. — Ну что? Семья Шапковых? Поздравляю, у вас сын, папаша. — И правда папаша… — Стася завизжала от радости и бросилась обнимать ошеломлённого новостью, альфу. Но уже через минуту и тот был готов расцеловать всех и вся вокруг него.

***

Через пару дней омегу перевели в отдельную палату, куда в приемные часы спокойно пускали посетителей. Хотя и в этом случае, врач строго ограничил посещение, лишь близкие родственники. Лёша безумно расстроился, что всю неделю он просто так пролежит наедине с малышом. Стасю к нему точно не пустят, родители в другом городе и даже не в курсе, о беременности сына. А отец ребёнка… о нем даже вспоминать не хотелось. Грустно вздохнув, омега аккуратно перевернулся на бок и взял телефон с полки. Все же вещи передать через пост Стасе разрешили, но та практически ничего не рассказывала ему по телефону. Лишь спрашивала о здоровье ребёнка, его имени, самочувствие и остальных мелочах. Стук в дверь неожиданно вырвал парня из каких-то своих мыслей, привлекая к новым. Возможно, ему наконец, оставят ребёнка, ведь для кормления было ещё рано. — Можно? — услышав знакомый голос по телу Лёши пробежался целый табун мурашек, заставляя вспомнить с чего начались роды. — Как вас впустили? Голос омеги был немного хрипловат и чересчур тих. Он практически не разговаривал, из-за отсутствия социума вокруг, а врачи приходили лишь три раза в день. — Меня не могли не впустить к своему мужу… тем более к своему ребёнку. Пройдя в глубь палаты, альфа аккуратно поставил вазу с цветами и рядом с ней же взгромоздил необъятный пакет со всевозможной едой. — Я не знал, чего бы тебе хотелось. Так что вот. Всего понемногу. — Владимир, я… нет, не так. Зачем вы здесь? Какой вы мне муж? Отец ребёнка? Контракт пришёл к своему логическому заключению. Вам нет нужды больше меня опекать. Опустив взгляд к одеялу парень стал медленно водить указательным пальцем, по еле просвечивающемуся сквозь белый пододеяльник узору одеяла. На этом их разговор должен был подойти к концу. Его гормоны медленно, но верно возвращались в норму. Плакать по поводу и без повода уже не хотелось, но гнетущее чувство одиночества так и оставалось на сердце тяжким грузом. — А я ведь обещал вернуться своему пьяному вдрызг омеге, после незабываемой ночи корпоратива. Но видимо, она оказалась не такой незабываемой, ведь по приезде спустя две недели МОЙ омега не вспомнил о ней. И в течении девяти месяцев даже не сказал о нашем ребенке ни слова… — Что вы несете? В ту ночь я… — Ушёл с Эдуардом. Да. После чего на пути в его машину я забрал вас у него и привёз к вам домой. Где вы меня злостно соблазнили. — Это неправда! Парень в негодовании поднял голову, но вместо насмешливого взгляда наткнулся на мягкие и манящие губы, которые наступали с таким напором, что сопротивляться им было себе дороже. Увлёкшись поцелуем Алексей и не заметил, как вновь оказался на подушке, а начальник нависая над ним медленно спустился рукой к нему под одеяло. Это был не сон и тому даже захотелось ущипнуть себя, но большая, тёплая рука, что залезла под резинку пижамы и нежно сжала его вмиг возбужденный член, оказалось лучше всяких щипков. — Владимир, я… мне нельзя пока, но я так… так хочу, чтобы это было правдой, — тихо простонав в губы альфы, парень чуть приподнялся на локтях, полностью разрывая между ними контакт. — О. Поверь, это правда, те царапины, что ты оставил на мне в ту ночь ещё долго проходили. А вот твои слова о наихудшей ночи в жизни, больно меня ранили… и теперь, как только ты поправишься, я просто обязан доказать тебе обратное. Ну и жениться, конечно, если… ты согласен? — Я… о господи, если это не сон и не шутка анестезии, то я согласен! Но, если я сейчас проснусь, то вы все равно обязаны будете на мне жениться! Улыбнувшись Владимир убрал свою руку и целомудренно поцеловал того в лоб. Он и не ожидал другого ответа. Теперь это точно был его Лёша, которого он не отдаст никаким Эдикам. А еще появился ребёнок, которого они назвали Стасом и которой в будущем попьёт им обоим кровушки, родившись со внешностью папы и характером отца. — Что-то я ничего не понял. Значит папа Стасу не папа? — Глупый, Сашка, конечно, папа! Я же вылитый отец, правда, пап? — А вот и не правда, ты омега, ты похож на папу! А я на отца! Я буду тебя защищать! — Нет, я старший и значит я альфа и буду тебя… — Опять вредные сказки нашего королевства? Услышав знакомый и такой родной голос своего мужа Лёша улыбнулся и отвернувшись от спорящих детей, обнял альфу в ответ. — Что я могу поделать? Саше очень нравится именно эта сказка. Даже хочет составить свой контракт для мужа-Славика из детского сада. — Ну это у вас точно семейное. Сказки, снова без подробностей, а злой король компании совсем не замечает своего любимого подданного? — рассмеявшись и слегка толкнув своего мужа, Лёша потянул Владимира к детям. Все-таки контракт, дело тяжелое и составлять его надо всей семьей.