Наследие Евы

      Огрубевшие за время работы во дворце пальцы с силой впивались в мокрое полотенце, выжимая воду в небольшую тарелку. Лира бережно вытирала горячий лоб Офелии. Она успела затащить девушку в дом, перед тем как подоспела стража. Мужчинам Сантро сказала, что сильно испугалась крыс и поэтому так громко закричала, стеснительно пряча глаза для большей убедительности. Переглянувшись, стражники пожелали хорошего вечера и покинули закоулки. Благо дождь смыл пятна крови после драки и вопросов не возникло.       Лира ухаживала за несчастной девушкой: Офелию лихорадило, ее атаковали судороги и бред. Тело изгибалось дугой при малейшем касании.       — Бедная девочка… — шептала Лира себе под нос.       В коридоре раздался шум, и уже через мгновенье в комнату вошла Амелия. Ее грудь тяжело вздымалась, а сама Ланкастер сжимала окровавленные ладони. На бледном лице, сравнимым с цветом обработанной жемчужины, виднелся косой порез.       — Что с ней? — холодно, будто пытаясь переступить через свою гордость, поинтересовалась Амелия.       — Лихорадка и бред, — Лира поднялась с места и начала искать спирт.       — Значит, я угадала.       — О чем ты? Что между вами произошло?       Сантро достала бинты и чистый платок. Намочив ткань спиртом, она взяла Амелию за руки.       — Не дергайся.       Лира с осторожностью и лаской обрабатывала порезы. Рваные, испачканные грязью. Амелия стиснула зубы и запрокинула голову. В ушах зазвенело. Ей казалось, что по ее нервам играют, как по струнам скрипки. Неопытные, резкие и отрывистые движения смычком. Дрожь бегала табуном под кожей, тысячей иголок. Пальцы жгло, а со временем они и вовсе онемели.       — Она искала Рея, — она издала болезненный стон. — Я открыла ей дверь и пригласила войти, — крик, — но она напала на меня.       Теперь Лира взяла мазь и смазала раны. Затем наложила бинты.       — Повезло, что не слишком глубоко. Но понадобится много времени для заживления, — Лира вытерла пот со лба и вновь подошла к Офелии. Та начала успокаиваться.       — Но я быстро поняла, что что-то не так, — Амелия подошла к лежащей Офелии и начала осматривать ее. Сзади на чужой шее было пятно, напоминающее ожог. — Тут была метка. Офелия заключила сделку с демоном. Я поняла это по взгляду, когда она ударила первый раз. Он изменился, ее движения были как под гипнозом. Поэтому я использовала одно заклинание. Эти судороги и лихорадка — верный признак разрыва всякой связи с демоном.       — Какой кошмар… — Лира прижала ладони к лицу.       — Но раз она приходит в чувства, значит, все прошло хорошо. Теперь ей нужно просто отдохнуть, — Амелия коснулась царапины на лице. Это был очередной шрам в ее коллекцию. Если бы отец узнал о том, что его милая дочка, будущая королева, изуродована еще больше, устроил бы взбучку похлеще выходок Розалины.       Амелия оставила Лиру и Офелию, а сама пошла в спальню, где обычно оставался Рей. С тех пор как Ланкастер их покинула, ребята долго искали ее и периодически ночевали у Лиры. А когда Розалина ухватила власть в свои жадные руки, ребята помогали Лире по дому и отдавали часть денег с заказов… Амелия прикрыла дверь и рухнула на кровать. Сердце колотилось, билось о ребра. Знакомый и приятный запах, который впитала постель, успокаивал и в то же время будоражил. Офелия, Нора, Рей и Айка. Принцесса чувствовала вину перед каждым из них. Она боялась закрыть глаза, боялась погрузиться в тишину и пучину своего сознанья.       — Рей… — имя сорвалось с губ само собой. Девушка застыла в одном положении от одного осознания, что сейчас с глаз стекают горячие и горькие слезы.       Пальцы сжали простыню, из-за чего по рукам прошла волна боли. Но Амелия уже не реагировала на это. Она медленно, верно погружалась в сон, стараясь снять с себя хоть каплю тяжести.

***

      Айка возвращалась к Норе и Рею, прижимая к себе полученный трофей. Взгляд ее бегал по округе, присматривался к теням, напоминающим древних существ. Слух улавливал что-то похожее на гнетущий шепот, складывающийся из движений крон деревьев и посвистывания ветра. Казалось, кто-то смотрел за ней и тихо улюлюкал, ожидая, когда юное сердце остановится от страха. Тело тянулось к земле в поисках покоя и защиты. Ноги, которые обычно никогда не подводили, теперь же еле-еле передвигались. Дикая усталость ложилась на плечи тяжелой ношей, но останавливаться Айке нельзя. С каждой минутой становилось все темнее, а значит, оставалось слишком мало времени. Увидев уже знакомый дом, она ускорила шаг. Стоило девочке перейти порог, как она рухнула на пол, прижимая дневник к себе.       — Айка! — Рей подскочил с места и кинулся к сестре. Эльфийка щелкнула пальцами, и барьер в мгновение растворился.       Парень подбежал к Айке и крепко обнял. Он сжал ее щеки и посмотрел прямо в глаза.       — Как ты? Ранена? Все хорошо? — осыпа́л он вопросами.       Нора тоже подоспела и подобрала найденный артефакт.       — Значит, ты справилась. Молодец. Я знала, что ты не подведешь своих друзей, — эльфийка подошла к Норе вплотную и протянула руку, но в ответ волшебница лишь прищурилась и увела руки за спину.       — Сначала скажи, где нам найти Иви.       Губы хозяйки дома скривились в отвращении. Она закатила глаза, но затем ответила:       — Я думала, вы немного умней. Иви стоит прямо перед вами, — она ткнула в себя пальцем.       — Тогда к чему было все это?! — не выдержал Рей.       — У меня есть то, что нужно вам. Иначе бы вы не искали меня та-ак упорно, — слово «так» она протянуло намеренно. — А эльфы не раздают знания и умения просто так.       Иви одним ловким движением выхватила дневник и быстро пролистала его. Убедившись в его подлинности, она отложила его на стол.       — Особенно эльфы-алхимики, — ее взгляд, точно меткая стрела, был направлен на озлобленную Хонору.       — Ты потратила наше время! — продолжала Сантро.       — А вы тратите мое. Так что давайте ближе к делу. Что вам нужно?       — Ты сделала этот яд? — Рей помог подняться Айке и кивнул подруге.       Нора достала склянку, в которой еще можно было увидеть небольшой осадок отравы. Иви не задумываясь бросила краткий ответ:       — Да.       На секунду в комнате повисла тишина, после чего Нора спросила:       — Ты знала, для чего он нужен и кому?       Иви ехидно усмехнулась.       — А для чего людям нужен яд? Явно не для повышения силы или стойкости. Если вы имеете в виду, «для кого был предназначен этот яд», то нет. Не знала. А вот кто заказчик, я представляла. А убедилась в этом после его слов, — алхимик повернулась к Рею. — Это все?       — Нам нужно, чтобы ты подтвердила свое участие в изготовлении этого зелья.       — Хотите, чтобы я, умелый алхимик, пришла к людям и заявила, что я сделала тот самый яд, который был использован в убийстве короля? Да и еще в такое неспокойное время? Это самый изощренный способ приговорить меня к смерти за измену.       — Но нам нужно это подтверждение! Если Амелия сможет доказать… — Нора резко замолчала. Ей захотелось прикусить себе язык. А лучше наложить на рот несколько сотен швов, чтоб больше никогда не говорить.       — Принцесса Амелия Ланкастер… Так значит она жива, а вы ее… друзья? — слово «друзья» давалось эльфийке с трудом, словно в ее лексиконе такого понятия в целом не существовала.       — Все верно, — ровно ответил Рей.       — Это меняет суть дела. — Иви подошла к одной из полок и открыла шкатулку. Внутри оказался лист подгоревшей бумаги. Затем алхимик подошла к своему рабочему столу и выложила остатки из шкатулки. Она достала склянку с чем-то синим и капнула несколько раз на лист. Постепенно повреждения стали уменьшаться — бумага возвращала себе прежний вид.       — Что это?       — Это очень полезный документ. Он был моей гарантией.       Иви протянула Норе письмо и начала молча наблюдать. Лицо алхимика не выражало особых эмоций. Скорее наоборот: она была безэмоциональна и только иногда проскальзывали нотки надменности во взгляде.       — Это письмо от Розалины с личной просьбой сделать определенный яд. С точностью описан заказ, — Хонора тут же подняла голову на эльфийку.       — Почему она разрешила тебе его оставить. Это же прямые доказательства вашей сделки.       — А она и не позволяла. Естественно, она не пришла ко мне сама. Вместо нее пришел мужчина. По его внешнему виду было ясно, что это не простой человек. Сказал, что он посланник будущей королевы и что у нее есть для меня работа. Пообещал взамен деньги. Столько, что я могла бы позволить себе любую нужную вещь для работы в дальнейшем. А плюсом он пообещал оплатить все расходные материалы.       — Тогда почему ты помогаешь нам? Нарушаешь сделку?       Рука Иви неестественно дернулась, и на лице вновь проскользнуло недовольство.       — Я научена опытом и решила сохранить это, бесспорно, важное письмо, дабы в случае чего показать доказательства. Я сделала вид перед этим идиотом, что сжигаю бумагу, как он и приказал. Однако он так любознательно осматривал мое оборудование, что не заметил, как я подменила листы. Да, письмо пострадало, но не настолько сильно, что бы его не получилось вернуть в изначальное состояние. А пепел обычного листа — то, что увидел он. К тому же они запретили мне рассказывать эту информацию, а не торговать ею. Вы оплатили этот листок своим трудом, а значит, купили его у меня.       — Как у тебя все просто, — фыркнула Нора.       — Я просто занимаюсь своим делом, как и вы. Мне плевать на других, я сделаю все, чтобы выжить.       — Ты сможешь сделать дубликат этого письма? — задумчиво произнес Рей.       — Может, и смогу.       — Считай это личной просьбой настоящей королевы.       Иви многозначительно улыбнулась и вновь принялась за работу. Через несколько минут и парочку манипуляций над листком была воссоздана точная копия. Рей забрал письма и убрал их во внутренний карман. На этой ноте напарники попрощались с алхимиком и отошли на достаточное расстояние, дабы использовать камень, оставленный Луи. Нора подошла ближе к остальным, затем сжала хрупкий артефакт. Разбившись в руках, он моментально перенес их обратно в дом. Там их ожидала уже вымотанная Лира.       — Ну что? Что-нибудь нашли? — женщина оглядела каждого с ног до головы.       — У нас есть это, — Рей передал Лире оригинал письма. — Оно послужит хорошим доказательством виновности Розалины. Но даже так идти без поддержки опасно.       — Оставьте это для меня. Я знаю как и кого убедить. Во дворце остались такие, как Булат: рыцари, служанки, камеристки, которые не хотят служить такому деспоту, как Роза. Я позже поговорю с Амелией на счет этого.       — Разве она не тут? — спросил Рей.       — Она сейчас спит. И Рей, я думаю, тебе стоит кое с кем поговорить. Пойдем, — Лира провела парня на кухню, где его ожидала Офелия. Девушка совсем недавно пришла в себя и сейчас пила горячий чай с ромашкой. По ее растрепанному виду легко можно было понять, что что-то произошло. Лира молчаливо кивнула и оставила их наедине.       — Привет, Рей, — пальцы девушки нервно постукивали по кружке. Она боялась смотреть ему в глаза.       — Почему ты здесь? Разве я не сказал, что между нами все кончено?       — Я пришла поговорить с тобой… Но тебя не было и дверь мне открыла Амелия, — стоило девушке произнести это имя, как внутри у Рея все сжалось от страха.       — И что произошло? — уже с беспокойством спросил парень.       — Я не знаю. Как только я ее увидела, все оказалось будто в тумане. Все, что я помню, — это голос в голове. Тело не слушалось меня, словно им кто-то управлял вместо меня!       Офелия чувствовала себя маленькой провинившейся девочкой. Хотя она и правда сотворила ужасное — то, на что в здравом уме никогда бы не пошла. Зубами она закусывала нижнюю губу почти до крови. Продолжать рассказ не хотелось, ведь осознание, какова будет реакция, постоянно отдергивало, стоило ей только открыть рот. Но Рей продолжал смотреть. Топить в своих черных глазах. Уничтожать с каждым обеспокоенным и тяжелым вздохом.       — Я-я нап-пала на н-нее, — заикаясь, протараторила Офелия.       — Ты сделала что?! — Рей перешел на крик, тем самым заставив девушку дернуться и пролить на руки содержимое кружки.       — Я не хотела! — воскликнула Офелия и тут же подскочила, поставив фарфоровое изделие на стол. Горячесть пролитого напитка уже не ощущалась на фоне дрожи внутри. — Я правда не хотела ей навредить! Я понятия не имею, почему взяла нож! — Офелия наклонила голову, стыдливо скрывая глаза. Она прижимала руки к животу, сминая ткань одежды поцарапанными пальцами.       — Нож? — Рей подошел ближе, словно придавливая Офелию своим напором к месту. — Лира сказала, что Амелия спит. Но на самом деле?..       Девушка молчала. Ее колотило от страха. Вместо слов подступала тошнота.       — Отвечай! — Рей схватил ее за руку, заставляя посмотреть на себя.       — Я не помню, что делала. Но г-госпожа Лира сказала, что у Ам-мелии травмы на обеих руках… Кисти и пальцы сильно порезаны… — она на секунду замолчала, затем указала на свою щеку одним пальцем. — И тут на лице небольшая царапина.       — Как ты посмела ее хоть пальцем тронуть? Мы же говорили с тобой. Я говорил. И был лучшего мнения о тебе.       От последних слов у Офелии перехватило дыхание. Она старалась держаться до последнего, но сейчас более не могла. Слезы. По горящим от стыда щекам побежали соленые слезы. Они скатывались прямо к губам. Шрамы на них тут же неприятно защипало.       — Больше не появляйся тут. Не попадайся мне или кому-либо из нас на глаза. Больше ни-ког-да.       Рей отпустил чужое запястье и приоткрыл дверь, кивнув на выход.       — Позволь мне исцелить ее раны! Пусть моя магия и не сильна настолько, чтоб убрать шрамы… Но я смогу исправить хотя бы малую часть того, что натворила. И Амелии не придется долго восстанавливать руки.       Сначала он молчал, однако затем односложно ответил:       — Хорошо.       Офелия облегченно опустила плечи.       — Но потом уходи.       — Я поняла.       Использовав магию, Офелия залечила раны, и все же ее мастерства оказалось действительно недостаточно, поэтому на ладонях принцессы остались рубцы. Перед уходом девушка, стыдливо опуская глаза в пол, молила о прощении. Но Рей даже не смотрел в ее сторону. Своим поступком она оборвала любые шансы на дальнейшее общение. Ее сердце падало в пятки, душа покидала тело. Она пообещала покинуть город, дабы никогда больше не встречаться с возлюбленным лицом к лицу.       Лира же, дождавшись пробуждения Амелии, обсудила с ней план дальнейший действий. Ланкастер не стала вспоминать о случившемся ранее: она была полностью сосредоточена на Розалине — убийце ее отца.       — Мы вместе отправимся во дворец. Пока все внимание будет приковано ко мне, ты и Нора отделитесь и сможете заручится поддержкой служанок, а затем и некоторых рыцарей, что остались в подчинении Булата. Я постараюсь потянуть время на личной аудиенции. Надеюсь, этот перфоманс тетушка никогда не забудет, — Амелия потерла щеку, на которой должна была быть царапина. Она сразу заметила, что свежие раны превратились в блеклые рубцы, а на лице и вовсе не осталось следа.       — Хорошо, я знаю, к кому стоит идти для начала. Надеюсь, проблем не возникнет. Однако что делать с теми, кто верен Розалине? Они могут поднять шум раньше времени, и тогда раскрыть правду так просто не выйдет, — Лира тут же задумалась о безопасности Булата. Если поднимется балаган, его могут просто убрать сразу, как изменника.       — Ими займемся мы, — вступил в разговор Рей. — Я и Айка будем следить за происходящим со стороны и в случае чего настоятельно попросим вести себя спокойно и не совершать необдуманных поступков.       Амелия одобрительно кивнула, показав легкую, но уверенную улыбку. Теперь, когда у нее было четкое подтверждение того, что смерть короля не была случайностью или исходом болезни, она могла устроить самый тихий переворот в истории.       Лира достала платье, в котором Амелия выезжала в Элий. Попросив Рея оставить их, женщина начала помогать принцессе переодеться. Пусть она уже долгое время не выполняла подобную работу, но тело все помнило. Стоило ей надеть на принцессу корсет, как руки машинально начали завязывать его. Лира выглядела еще более серьезной, хоть пальцы и дрожали. Сосредоточенность во внешнем виде ее госпожи помогла отогнать страх на второй план. После платья последовали волосы. Сантро посадила девушку перед зеркалом и начала расчесывать длинные пряди. Еще пара десятков минут, и прическа была готова. Самые дорогие украшения, что Лира только смогла найти в своей шкатулке, теперь украшали принцессу, добавляя ее персоне важности.       — Словно вновь собираю тебя на вечер для важных персон, — Лира улыбнулась и взглянула прямо в глаза принцессы. Но, в отличие от их прошлой ясности и блеска, сейчас они выглядели темнее. В них читалась собранность, тоска и боль — то, что присуще глазам взрослых людей.       — Спасибо тебе большое.       — С вашего позволения я покину вас, — Лира поклонилась, чем вызвала у Амелии добрую усмешку. — Я пойду собираться. Нужно еще объяснить все Норе. Хотя бы вкратце.       Женщина оставила свою госпожу, но на ее смену через время зашел Рей. Видимо, он уже рассказал все необходимое Айке и теперь хотел сказать что-то Амелии, но не решался. Он переступал с ноги на ногу, продолжая неловко молчать.       — Как я выгляжу? — Амелия заговорила первой и провернулась по кругу.       — Как настоящая королева, — не скрывая эмоций, ответил парень.       Девушка подошла и мгновенно обняла Рея, сжимая пальцами ткань его кофты. Она прижалась лицом к его плечу, стараясь скрыть переживания.       — Почему-то, когда ты вот так рядом, мне уже не страшно. Не страшно говорить, думать, — последовала недолгая пауза, — умирать.       — Я хотел поговорить с тобой насчет…       — Офелии? Не нужно. Я не держу на нее зла, и тебя прошу этого не делать. Это ведь она залечила мои раны, верно?       — Да, но, — парень попытался успокоиться, — но она причинила тебе боль. Напала с оружием, хотела убить в конце концов.       — Она была не в себе, — Амелия отстранилась на шаг, чтоб видеть лицо Рея. — Видимо, ее печаль была настолько сильна, что она стала легкой добычей для демона. А затем заключила с ним сделку.       — О чем ты?       — На ее шее был ожог от снятой метки контракта. Вероятнее всего, моя магия очищения разорвала ее связь с тем демоном. Она была под темным влиянием, не более. Прошу, не нужно злиться.       Рей молчал. Ему не хотелось больше поднимать эту тему, чтобы лишний раз не напоминать принцессе о нападении. Тем более сейчас. Невольно он потянулся к лицу девушки: нежно приподняв ее голову за подбородок, он заглянул в ее глаза. В мгновенье показалось, что в них что-то блеснуло. Что-то резкое, яркое и горячее. Он плавно притянул Амелию к себе и, еле касаясь губ, поцеловал. Такой к ороткий, невесомый и в то же время говорящий за обоих поцелуй. Их немую беседу прервал неловкий кашель рядом с дверью. Лира была полностью готова, и теперь они могли приступить к выполнению плана. Игра началась — время пошло.