Глава первая
9 ноября 2021 г., 17:11
Примечания:
Публичная бета включена :з
Первый приступ случился в обычный рабочий день.
С самого утра Альбериху было неспокойно. Что-то щемило в груди. Воздуха в какие-то моменты не хватало, что приходилось открывать окно и глубоко вдыхать. Голова гудела и кружилась. Но Кэйа смахивал все на волнение перед встречей с дипломатами из Снежной.
Сам приступ случился максимально не вовремя. Когда Альберих в своей излюбленной манере начал что-то говорить, голос внезапно охрип. Горло начало разрывать как от простуды. Боль в груди только усиливалась. Жуткий кашель пробил парня. Ощущения были будто его разрывали на части.
— Кэйа… — обеспокоено подлетела к нему Джинн, когда Альберих не мог уже держаться на ногах, и успела подхватить его. Когда мужчина смог справиться с приступом и поднять свой взгляд на находящихся в комнате, Джинн увидела скопившееся слезы на глазах Кэйи, — Прошу прощения, но капитану не здоровится, а без него я не буду проводить никакие сделки, давайте перенесём встречу, — Кэйа едва ли мог различить силуэты людей из-за слез, но если он не ошибался, Джинн активно выставляла их за дверь.
— Джинн, не нужно было прерывать встречу, — прохрипел Кэйа, еле как передвигаясь до дивана, который стоял рядом
— Чтобы ты мне тут свалился в обморок? — строго проговорила Джинн, подходя к Альбериху, поднося свою руку ко лбу мужчины — Да ты весь горишь!
— Пустяки, — пытался улыбнуться Кэйа, но вышла кривая ухмылка — Ты сейчас же отправляешься к Барбаре, чтобы она назначила тебе лекарства! — Сердито проговорила Джинн, садясь на своё место — Сегодня у тебя выходной.
— Джинн… — Простонал от досады Кэйа, пытаясь подняться, но все же валясь обратно на диван.
— Кэйа, прошу… Относись к своему здоровью ответственно, — мягко проговорила Джинн, все-таки она не умела злиться.
— Только ради тебя, — Кэйа не заметил, как Джинн уже подозвала двоих рыцарей, чтобы они помогли Альбериху подняться — Я и сам мог бы дойти.
— Нет, Кэйа, ты еле-еле идёшь, они проследят, чтобы ты нигде не упал в обморок, и доведут до собора, — «…и чтобы я была уверена, что ты в соборе, а не шляешься где-нибудь» хотела бы продолжить Джинн, но культурно промолчала.
В соборе Кэйи назначили пить травяной чай и отправили на недельный больничный, несмотря на возмущения Альбериха.
Второй приступ случился в таверне.
Кэйа распивал свою любимую полуденную смерть, как бы празднуя свой выход с больничного. — Всем вина за мой счёт! — крикнул на всю таверну, да так, что заступивший на сегодняшнюю смену Дилюк чуть не разлил вино посетителей и в мыслях уже проклиная самого Кэйю.
— Мастер Дилюк, долейте вина, — подходя к бару, обворожительно улыбаясь, проговорил Кэйа. Дилюк, как и всегда редко разговаривал с Альберихом, поэтому молча долил ему вина. Кэйа уже привык, что Дилюк даже если станет дружелюбным, но только не с ним. Альберих уже давно так и не видел его улыбку. Нет, Альбериха это не обижало. Нет, Кэйе не хотелось уродливо рыдать в подушку. Нет, сердце вовсе не болело от холодного отношения дорогого человека. Нет! Хах… Кэйа считал, что он сам во всем виноват. И голос в голове только все подтверждал:
Ты все испортил, виноват во всем! Ты виноват в смерти Крепуса и разрушении жизни Дилюка! Ты виноват! Ты будешь нести ношу предателя всю жизнь!
Голос становился все громче. Кэйа мигом осушил весь бокал, и снова его пробил этот жуткий кашель. Головная боль. Головокружение. Слабость. Слезы.
Все повторилось.
Горло и что-то внутри груди разрывало беспощадной адской болью. Он кашлял и кашлял, кашлял и кашлял. Когда изо рта Кэйи потекла алая кровь, перед глазами все поплыло.
***
— Кэйа! Кэйа, проснись, придурок! — дрожащий знакомый голос звал его, пытаясь привести его в чувства. — Кто-нибудь, дайте воды! — раздраженно крикнул он людям, столпившимся вокруг них. И плеснул воду в лицо рыцаря. Кэйа резко открыл глаза и зажмурился от яркого света. Он попытался встать, но в теле осталась все та же слабость. Когда картинка перед глазами наконец перестала быть размытой, Кэйа смог разглядеть людей, столпившихся возле него и, кажется, взволнованного Дилюка. — Разойдитесь, — строго говорит Рагнвиндр, помогая встать Кэйе. Тот с его помощью поковылял к стулу. — Все нормально? — А что, волнуешься? — прошептал Кэйа, но Дилюк ловко увильнул от ответа. — Ты сказал, что ты выздоровел, но на здорового человека, ты не похож, — упрекнул его Дилюк. — Сиди здесь. «Сейчас, я даже не способен встать, куда мне идти» вздохнул Кэйа и стал рассматривать уже давно знакомый интерьер. Неожиданно перед самым носом Альбериху протягивают кружку с горячим молоком. — Решил отравить меня, братец? — Пей, дурак, — фыркнул Дилюк и сел рядом за столик. — Чем ты заболел? — Думаю, обычная простуда, — пожал плечами Альберих, попивая своё горячее молоко. Ему нравилось, что Дилюк все-таки позаботился о нем. «Если это сон, я не хочу никогда просыпаться» — При обычной простуде люди не кашляют кровью. — Значит это необычная простуда, — усмехнулся Кэйа, на что Рагнвиндр закатил глаза. Третий приступ случился у него дома. Уставший Кэйа возвращался с ночного патрулирования домой. Хоть домом это было назвать трудно. Белые стены, кровать с тумбочкой возле окна, шкаф и зеркало. Он никогда не был счастлив здесь. Всё, что он мог здесь делать — смотреть в окно, а ночью спать. Тут не было ничего. Возможно, это и называется домом. Хотя нет, когда-то он мог назвать одно место своим домом, но сейчас ему там не рады. Всё, что на данный момент ему было нужно — это тишина и покой. За окном шёл проливной дождь, который был не в меру холодным. Капитан укутался в плед и сел на край кровати. В комнате царил полумрак, только свет от уличного фонаря освещал комнату. Свет падал на стол и небольшую полку, на которой можно было найти несколько книг, фотографии и пара безделушек. На тумбочке у кровати стояла фотография, на ней были изображены маленький Дилюк и Кэйа. «Как же хочется все вернуть» Кэйа много раз думал о том, что, если бы в тот роковой день он не рассказал Дилюку свой секрет, не поделился бы трудной ношей, было бы сейчас все по-другому? Да, наверное, но это уже не важно… Кэйа ненавидел оставаться наедине с собой, наедине со своими мыслями, которые сжирали его. Альберих тряхнул головой, отгоняя от себя плохие мысли, собираясь, ложиться спать, но закашлял. «Неужели снова?» Странный зуд возник под рёбрами, мешая до такой степени, что хотелось разорвать грудную клетку прямо с легкими. Кэйе повезло, что он сидел на кровати, иначе он бы свалился на холодный пол. Перед глазами все поплыло. Кэйа начал отхаркивать кровь, и постукивать себя по спине, чтобы странное инородное тело вышло из него. Когда боль начала стихать, и пелена с глаз уходить Кэйа посмотрел на свою руку и увидел там лепесток розы. «Что за чертовщина?» Альберих не мог поверить в случившееся. Как он мог выкашлять лепесток? Чертов лепесток розы? Как он оказался в его груди? Зажав рот рукой Альберих, встал на ноги и подошёл к зеркалу. Его глаза были красными, а лицо нездорово бледным как снег. Только после этого, Кэйа осознал всю серьёзность ситуации. Кэйа направился обратно к своей кровати, даже не обратив внимания на то, что постель была вся в крови. Он без сил лег на кровать, но спать уже не хотелось.
Примечания:
Хотела как лучше, получилось как-то не очень :(
