Re:Kenobi

– Так вот он какой… рай земной, – завороженно протянул Кеноби обводя взглядом длинные ряды высоченных шкафов, под завязку набитых книгами. – Говоришь, это только первый уровень? – Да, самый большой из всех, – довольно покивал Дамблдор. – Здесь секретной информации нет, поэтому и такие масштабы. Соответственно, всякой ненужной макулатуры тут, конечно, хватает, но и полезных вещей немало. Главное уметь искать. Каждый последующий уровень уступает предыдущим в размерах, зато превосходит в ценности хранящейся там информации. – Интересно, какие книги можно найти на пятом уровне, – в голосе перерожденного послышалась легкая зависть. – Я бы не отказался туда заглянуть, пусть даже лично для меня там может не найтись ничего стоящего. – Последний уровень — это своего рода Святой Грааль для волшебников, – Альбус мечтательно зажмурился. – Немногие знают, что изначально это место не подразумевалось как школа. Это было именно хранилище. Маги всегда гребли знания к себе в род и не желали ни с кем делиться, но в те времена начало рождаться больше магглорожденных, да и всякие нагулянные на стороне полукровки появлялись как грибы после дождя, вот только учить их было некому, а в род принимали далеко не каждого. Тогда-то Основатели и задумали этот проект, как место, куда может прийти любой желающий постичь таинства волшебства. А чтобы библиотеку не разграбили, они создали очень хитрую систему защиты. Тот, кто пришел сюда с нехорошими намерениями, никогда не добрался бы до книг — Хогвартс сам выпроводил бы незваного гостя куда подальше. Это уже потом было решено расширить это место до полноценной школы. – Хогвартс… сам может принимать решения? – озадачено переспросил Кеноби. – У него есть искусственный интеллект? – Как ты сказал? Искусственный, да? – медленно повторил Дамблдор, будто взвешивая услышанное слово на воображаемых весах. – Довольно метко сказано, но все же не совсем. Тут скорее имитация интеллекта, хотя точно утверждать не берусь. Говорят, замок за тысячу лет существования действительно стал несколько… гибче в своих решениях, хотя раньше действовал как по шаблону. Впрочем, количество раз, когда Хогвартс проявлял свою волю, можно по пальцам пересчитать. «Надо бы тут поосторожнее быть», – подумал Оби-Ван. – «Кто знает, что этому магическому ИИ может в голову взбрести?» – Ладненько, дальше сам разберешься. Если будут какие-то вопросы, обратись к нашему библиотекарю мадам Стрикт, – Альбус скосил глаза в сторону чопорно выглядящей дамочки, которая сверлила их обоих недружелюбным взглядом. – Она как ходячий справочник — знает, где лежит любая из тысяч хранящихся тут книг. Правда, характер у нее не сахар… Оби-Ван встретился с пожилой женщиной взглядом и добродушно хмыкнул. Да, общий язык он с ней вряд ли найдет, но сотрудничать ей придется. Кеноби не побоялся вытянуть знания из дохлых ситхов! Что ему какая-то вредная библиотекарша? – Разберемся, – кивнул он. – Тогда не буду тебе мешать, у меня еще есть дела, – Дамблдор пожал руку мужчине и отправился восвояси. Оби-Ван же окинул библиотеку предвкушающим взглядом. – Итак, с чего бы мне начать.

***

Первым делом он хотел поискать информацию о своих братьях-форсерах. Уж очень любопытно ему было узнать о том, куда они подевались. К сожалению, о функционале библиотеки Храма джедаев оставалось только мечтать — терминалы для поиска информации в грамотно структурированной базе данных тут были не предусмотрены. Никаких тебе запросов по теме или поиска по ключевым словам. – Ручками, старина, все ручками, – тоскливо пробормотал Кеноби, закатывая рукава. Грусть накатила на него с еще большой силой, когда он потратил целый час на копошение в одном из высоких шкафов и ни нашел ровным счетом никакой информации. Он и раньше подозревал, что сведения о форсъюзерах будет непросто найти, но сейчас отчетливо понял, что это занятие может занять не дни и даже не недели, а долгие годы. Вот только у него на данный момент есть всего несколько дней, так что нужно провести их с максимальной пользой. Так-то контракт предусматривал довольно длительный допуск в библиотеку, но это будет потом, после выполнения миссии, тогда как сейчас его пустили сюда в качестве аванса и жеста доброй воли. Поэтому Кеноби решительно сдвинул приоритеты в сторону совета Дамблдора, касательно просвещения в области некромантии. Решив не тратить время на бессмысленные поиски, он сразу обратился с этим вопросом к мадам Стрикт. Пожилая дама смерила его подозрительным взглядом, поворочала что-то себе под нос, но все же сподобилась черкнуть на листе пергамента список литературы. Красивым, каллиграфическим почерком она вывела с добрый десяток книг, которые Кеноби быстро разыскал и принялся за дело. Книги по некромантии, на которые указала мадам Стрикт, таковыми на деле не являлись. Это довольно опасное направление магии и в первую очередь для того, кто им занимается, поэтому не удивительно, что на первом уровне библиотеки никаких инструкций по поднятию умертвий не было и в помине. Школьникам такая информация ни к чему, с чем Кеноби был всецело согласен. Зато в этих талмудах отлично описывались виды нежити и способы борьбы с ними, которые, однако, по большей части были бесполезны для бывшего джедая, не владеющего палочковой магией. Тем не менее принципы работы местных костяных дроидов, а также их слабые и сильные стороны расписывались довольно подробно, что не могло не радовать. Книги также развенчали некоторую снисходительность Оби-Вана по отношению к зомби. Кеноби с ними уже сталкивался в прошлом и в целом не мог их назвать какими-то уж слишком опасными противниками. Проблемными? Возможно, но и только. Оказалось, что маги куда дальше продвинулись в некромантском ремесле, научившись создавать поистине смертоносных тварей. Впрочем, мужчина, несмотря на свои мысли, все равно не собирался недооценивать врага — с драконом он один раз уже обжегся. Притом чуть ли не буквально. Чтиво, между тем, оказалось довольно занимательным. Конечно, в нем было немало воды и пространных размышлений. Авторы частенько сдабривали сухой текст своими эмоциональными реакциями, а иногда сильно приукрашивали собственный опыт, что бесспорно добавляло их писанине некоторой художественности, но затрудняло поиски полезной информации в и без того объемных книгах. К счастью, Кеноби хорошо умел читать по диагонали, отсекая ненужное и безошибочно вычленяя важные вещи. Максимум своего внимания он уделил высшей нежити, понимая, что именно этот противник доставит ему больше всего хлопот. Выяснилось, что «высшей» ее прозвали не просто так. Каждый такой труп был уникален и создавался некромантом вручную. Это была очень непростая, кропотливая и небыстрая работа, которая требовала, помимо высокого мастерства, редких материалов органического происхождения. Таких некромантов еще называли скульпторами или конструкторами, так как фактически они лепили свои творения с нуля, а не поднимали готовые трупы. Созданные ими элитные воины по своим возможностям иногда достигали таких высот, что иначе чем произведениями искусства их назвать было нельзя. На каждого такого бойца уходило от нескольких недель работы до нескольких лет в зависимости от мастерства мага и доступности материалов. Чуть ранее, когда Оби-Ван с Альбусом шагали по Хогвартсу в сторону библиотеки, последний обмолвился, что Певереллы готовили свою армию предположительно не меньше сотни лет. Тогда Оби-Ван думал, что понял, почему его собеседник говорит об этом таким многозначительным тоном. Оказалось, не совсем. Сто лет — срок немалый. На создание дроидов КНС и клонов ВАР было потрачено раз в десять меньше времени. Вот только качество таких бойцов зачастую оставляло желать лучшего. Да, клоны в целом были посмышленее жестянок, не чурались тактики и порой по праздникам даже проявляли осторожную инициативу, но до Джанго Фетта, своего донора, они все же сильно не дотягивали. Певереллы в свою очередь создавали не ширпотреб с интеллектом табуретки типа В1 с их сакраментальным «понял-понял», а воинов с превосходными боевыми навыками и хорошей… ну, можно назвать это прошивкой. Разумеется, гениями такие монстры не были — мозги у них вообще отсутствовали как орган. Однако некроманты могли каким-то образом программировать высшую нежить, внедряя в них определенную матрицу поведения. Другими словами, это были напрочь «заскриптованные» болванчики, но количество и вариативность их поведенческих моделей внушали уважение. Вот и получалось, что Певереллы потратили как минимум век не на обычную пехтуру, которая неспособна ни на что, кроме заваливания противника телами, а на кого-то вроде магнастражей или республиканских коммандос. На чем и акцентировал тогда внимание Дамблдор. «Хотя это я еще оптимистично мыслю», – мрачно заключил Кеноби. – «Высшая нежить посильнее этих ребят будет, а личи и вовсе колдовать могут». Последние — это вообще отдельный разговор. Лич — это ни много ни мало зомби-маг, что уже звучит настораживающе. У него есть собственное магическое ядро, которое, тем не менее, не способно вырабатывать энергию самостоятельно, но зато может ее втягивать извне или же запитываться напрямую от своего создателя. Такой вот уродливый гибрид волшебника и форсера получается. Кеноби даже предположил, что при разработке методики создания личей древние некроманты вдохновлялись в том числе и форсъюзерами, причем нормальными, а не тем кастрированным вариантом, которым являлись сегодняшние сквибы. Хорошая новость заключается в том, что личи способны бить только и только магией смерти, которая в боевом плане считается далеко не самой мощной, заметно уступая тем же стихийным направлениям. Звучит обнадеживающе, но там, где есть хорошая новость, обязательно будет и плохая. Если живой маг в самом деле много не на воюет боевой некромагией, то лич ввиду отсутствия в нем жизни и, как следствие, максимального сродства со смертью в этом направлении волшебства многократно сильнее. Сама его дохлая сущность помогает ему раскрывать потенциал магии смерти на полную катушку. Хорошо, что мозгов такого трупо-мага хватает только на шаблонные действия и никакого намека на творческое мышление в них нет. Благодаря этому личи хоть и способны самостоятельно поднимать нежить, но только низшую. Будь они чуть посмышленее, этот мир уже давно бы стал царством смерти. Кеноби не стал углубляться в подробности некромантии. Главное для себя он выяснил, так что теперь дело оставалось за малым — придумать, как лучше бороться с таким врагом… Потратив на изучение противника полдня, Оби-Ван ощутил острое желание отвлечься. Голова откровенно пухла от информации, но библиотеку покидать было никак нельзя, ведь скоро ее двери закроются для него на неопределённый срок. В итоге было решено сменить тему изысканий. На Кеноби висела еще одна проблема, решение которой никак не желало находиться. Речь, разумеется, шла об его падаване, чье обучение продвигалось крайне неспешными темпами. Заварушку в «Приюте» Эдвард благополучно продрых в номере. Проснулся он лишь тогда, когда Оби-Ван вернулся после заключения контракта с Альбусом и поучаствовал в импровизированном брифинге сразу после него. Кеноби еще раз провел плановую экзекуцию над учеником, необходимую для его инициации как форсера, которую тот с честью выдержал, затем наказал медитировать и свалил в Хогвартс. Процесс пробития непонятного барьера, конечно, шел, но до ужаса медленно, поэтому было бы неплохо посмотреть на эту проблему с точки зрения магов, в чем ему и должна помочь библиотека. Честно говоря, Оби-Ван не особо верил в то, что она может помочь ему с этой дилеммой. Маги были слишком невежественны в вопросах форсъюзеров, иначе не относились бы к сквибам с таким пренебрежением. Однако волшебники все же не могли полностью обойти стороной своих недооцененных собратьев. Время от времени находились те, кто пытался исследовать сквибов и разобраться в том, почему они такие, какие есть. Покопавшись в библиотеке, Кеноби пришел к выводу, что такими изысканиями преимущественно занимались маги прошлого, да и тех можно по пальцам пересчитать. Современники же даже не смотрели в сторону сквибов, считая их исследование делом бесперспективным. Возможно, оно и к лучшему. Кто знает, что случилось бы, если бы они докопались до правды. Ведь сейчас они не знают, на что способен Оби-Ван, а это для него большое преимущество — эффект неожиданности, который будет очень кстати в случае обострения ситуации с волшебниками. Поиски ожидаемо не принесли значимых результатов. Первый уровень библиотеки многого предложить по этой теме не мог, и даже мадам Стрикт на целых пять минут зависла, услышав абсурдный запрос Кеноби. Если ужать его объяснения до краткого предложения, то звучало бы оно примерно так: «найдите мне что-нибудь про сквибов-колдунов». Женщина сперва подумала, что над ней шутят, потом заметила серьезное выражение лица загадочного посетителя и… прям-таки воспылала. Совершенно нестандартное и во многом безнадежное желание Оби-Вана она восприняла как вызов. В ее глазах так и читалось упрямое: «Найду! Мерлином клянусь, найду! Или не Стрикт моя фамилия!» Кеноби такому энтузиазму был только рад, хотя особых надежд все равно не питал. А зря. Кое-что библиотекарша все-таки нашла, хотя не совсем то, на что рассчитывал мужчина. Копаясь в очередной книге, подсунутой ему под нос суровой женщиной, Оби-Ван наткнулся на мемуары какого-то мужчины, жившего около тысячи лет назад, плюс-минус сто лет. Ирония в том, что написал их маггл, некий безымянный виконт, которому довелось контактировать с одаренными. Он часто выплескивал свои жизненные переживания на бумаге, что впоследствии пришлось по душе одному из магов, который случайно наткнулся на его каракули. Его настолько позабавили эти записи, что он решил их издать в качестве юмористического развлекательного произведения. И это большая удача, так как в оригинале автор писал на староанглийском, с которым у Кеноби пока что были не лучшие отношения. Действительно смешными мемуары назвать было нельзя. Просто издавший их маг имел специфическое чувство юмора, присущее (как догадывался Кеноби) большей части волшебного населения и в особенности родовитому сословию. Приводя аналогии, это все равно, что смеяться над тем, как какие-нибудь отсталые туземцы дивятся космическим кораблям высокотехнологичной цивилизации. Так и волшебники посмеивались над тем, как маглы реагируют на их способности. В какой-то мере это, конечно, потешно, словно наблюдение за приматами в зоопарке, но на высокую комедию как-то не тянет. Однако не юмор заинтересовал Оби-Вана, а несколько конкретных записей… «Плохо дело. Пришли мужики от Георга, требовали долг отдать. Да где ж я деньги возьму-то? Все на лечение сына отдал, все до последнего гроша. И ладно бы помогло — так не же, без толку. Сгорел мой Лео… Два дня и нет мальчика. Пришлось напрячься, чтобы раздобыть деньжат. Много чего распродал, даже моих любимых скакунов. Такие лошадки мало у кого есть, так что цена у них соответствующая. Денег хватило в притык. Ничего, это дело наживное, еще заработаю. Осталось придумать, кому оставить наследство, ведь годы меня не щадят. Одни девки остались, но это не то. Наследник нужен, хоть какой, но нужен, а возраст у моей жены уже не тот, чтобы детей рожать…» … «Сегодня к нам приходила ведьма. Красивее бабы в жизни не видел! Глазищи зеленые-зеленые, волосы — пшеница золотая, стан тонкий точно тростинка, а грудь какая! Ух! Не то что моя старая карга! Правда, страху нагнала такого, что чуть не поседел окончательно. Зря ей Мартин угрожал. Страшная штука, эта их магия. Гостила у нас долго, что-то высматривала все время… Не по себе немного — от этих колдунов добра не жди.» … «Моя недовольна. Не нравится ей видите ли, что у нас чаровница поселилась. Плевать. Ведьма мне спину вылечила и замок в самых проблемных местах подлатала. Любо-дорого смотреть, а главное — все бесплатно! Палкой своей махнула, и стена целехонька, лучше новой!» … «Сегодня она пришла в нашу спальню. Моя грымза сразу проснулась — учуяла разлучницу, не иначе! Да только той все ни по чем. Глазками стрельнула, и старая тут же уснула, будто бочонок вина вечером сдюжила. А ведьма вдруг обнажилась и так соблазнительно повела грудью, что я не сдержался. Не знаю, что ей в голову взбрело, но я не дурак отказываться. И я вам скажу, оно того стоило! У меня за всю жизнь такого не было! Лучшая ночь за много-много лет… … «Она вернулась! Уж год как ни слуху ни духу от нее, а тут вернулась. Да не одна, а со свертком. А в том младенец. Сын! Мой! Я был так рад, что даже не сразу подумал, как эту новость воспримут люди. Ведь моя-то без пуза весь этот год ходила! Точно слухи поползут, что бастарда нагулял. Но ведьма только улыбнулась на мои причитания. Сказала не беспокоиться, мол, все хорошо будет, люди на нашей стороне. И действительно, люди приняли сына хорошо. Слишком хорошо! Даже супруга уверена, что лично выносила Ганса! Хорошо вроде, но страшно! Уж больно умела ведьма в запутывании мыслей. Сама она, кстати, снова пропала… … «Как же быстро летит время? Гансу уже пять. Не по годам смышленый малый и меч уже крепко сжимает! Достойный наследник будет!» … «Ведьма снова пришла. Ганса долго рассматривала, палкой махала, бровки недовольно хмурила, да в меня глазками постреливала. Тоже недовольно. У меня по спине то и дело табуны мурашек пробегали. Потом долго размышляла о чем-то, а в итоге ушла. Разочарование на ее милом личике отпечаталось в моей памяти надолго. Что-то мне подсказывало, что больше я ее не увижу.» … «Все никак нарадоваться не могу. До чего же талантливый парень растет! Меч в его с виду слабых руках так и порхает, а все науки даются ему с удивительно легкостью. С таким сыном за будущее моих земель можно быть спокойным.» … «В лесах неподалеку завелась какая-то дрянь. Уж полгода как скот задирает, а недавно за людей принялась. Охотники либо возвращаются ни с чем, либо вообще не возвращаются. Говорят, тварь не простая, а волшебная. Обычному воину ее не сразить. Что делать? Колдуны помогать не будут. Не за просто так, во всяком случае, а предложить им нечего. Выход нашел глава моей стражи. Был у него какой-то знакомый наемник — специалист по охоте на монстров. Отправил ему письмо. Посмотрим, что он может…» … «Его звали Марк. Жуткий тип. Весь такой мрачный, в капюшоне, лицо не показывает. Веет от него чем-то нехорошим. Но за работу взялся и… выполнил ее. Когда он притащил в замок голову монстра, я чуть не обделался. Такая тварь даже хороший отряд бойцов порвет в клочья. С Марком расплатились честь по чести. Он уже собирался уходить, как в приемную залу вбежал Ганс. Тогда-то я впервые испытал ужас. Марк подался вперед, словно вставшая на след гончая. Капюшон сполз с головы, обнажая лысую голову с неестественно бледной кожей, которую пронизывали страшные черные прожилки. Но больше всего пугали буквально загоревшиеся золотом глаза.» «Он не просил, не требовал, просто взял и забрал Ганса. И никто не смог его остановить. Любой приблизившийся к нему моментально лишался головы. Некоторым везло меньше — некая невидимая глазу сила переламывала их словно сухие ветки, после чего искалеченных мужиков приходилось из жалости добивать. К тому моменту, как Марк вышел из замка, от моей стражи осталась едва ли половина человек.» «Я снова лишился сына… Боги, за что мне это?» – Любопытно, – захлопнул Оби-Ван книгу. В поисках ответа на вопрос об обучении Эдварда он неожиданно наткнулся на информацию о самих форсъюзерах прошлого. Какие выводы можно было сделать из прочитанного? Прежде всего то, что коллеги Кеноби жили на этой планете еще относительно недавно. Очевидно, свое существование они старались не афишировать, хотя и не делали из этого большой тайны. И все же сведений о них осталось всего ничего, что странно. Дальше больше. Золотые глаза Марка — это отличительный признак темного адепта, и больше ни у кого в этом мире он вроде бы не встречается. Разве что у оборотней похожие глаза, но только во время трансформации. Более того, сам Ганс, видимо, тоже был одаренным, иначе на кой он сдался темному? В пользу этого говорило и поведение ведьмы. Зачем дамочке понадобился ребенок от левого мужика, вопрос открытый. Кто этих баб разберет? Вдруг она решила на зло мужу изменить? Или же этот муж оказался бесплоден, а ребенка нужно было срочно делать любыми методами, пока другие члены рода не воспользовались их слабостью. Важно другое. Ей, судя по всему, нужен был ребенок-волшебник, а он оказался сквибом, что и побудило ее оставить сына у отца. В этом не может быть сомнений, ибо (как успел узнать Кеноби) у волшебников в принципе не рождаются неодаренные. Маги, сквибы, полулюди, кто угодно, но не магглы. Марк же по всей видимости намеревался взять парня в ученики. Логично так-то. Никто в здравом уме не будет разбрасываться одаренными. Даже если исключить вариант с обучением, пацана можно было бы пустить на какой-нибудь ритуал. В мире Оби-Вана темные такое периодически практиковали, правда, в совсем уж дремучие времена, когда понятие «ситхская магия» еще не превратилось в миф. Большой пользы от этой информации для Кеноби нет, но он, по крайней мере, теперь знает, что на верном пути и забрасывать тренировки с Эдвардом не стоит. Ведь местные сквибы точно как-то пробуждались в полноценных форсеров. Отложив книгу в сторону, задумчивый Оби-Ван поднялся на ноги и с хрустом потянулся всем телом. Засиделся он тут, конечно. Стоит сделать перерыв и обдумать прочитанное. Лучше всего это делать на ходу — давно замечено, что так мозги работают лучше, а по завершению прогулки не помешало бы перекусить. Ром у Альбуса, конечно, отменный, но одним алкоголем сыт не будешь. Мужчина покинул вотчину знаний, отправляясь в неспешный тур по знаменитому замку. Дамблдор долго распинался об его величии, рассказывал о древности, о наложенных на него уникальных чарах и, конечно же, о размерах, которые никто точно не знает, так как новые секретные проходы, комнаты и чуть ли не целые этажи находят по сей день. Оби-Ван слушал мага внимательно, демонстрируя вежливый интерес и уважительно кивая в нужных моментах, однако на деле не испытывал и десятой доли этих чувств. Древность? Хогвартс, по сравнению с Храмом джедаев на Корусанте, все равно что несмышлёный младенец рядом с мудрым стариком. Это, не говоря уже про воистину древние постройки на Коррибане, Зиосте или Тайтоне. Чары? Ну да, выглядит здесь все и правда волшебно, вот только не особенно практично. Чего только стоят лестницы, вечно уходящие из-под ног в последний момент. Благо стоит Кеноби надавить на непослушный эскалатор Силой, как тот услужливо возвращается обратно и больше не чудит, опасаясь гнева странного одаренного. Что заслуживало внимания, так это оборонительная система замка. Выглядела она сложной, комплексной и действительно надежной, вот только Оби-Ван с легкостью ощущал ее плачевное состояние. Очевидно, тут давненько не проводилось техобслуживание, если, конечно, этот термин применим к защитным чарам. Скрытые пространственные проходы? Интересно, но не для форсера, который их попросту чувствует. В некоторых гробницах ситхов на Коррибане были натуральные пространственные петли, из которых крайне проблематично выбраться. Вот там даже Кеноби мог потеряться, не то что тут. Интерес у Оби-Вана вызвали картины. Он сперва сильно удивился живым портретам, но Альбус быстро объяснил, что живыми они только кажутся. На деле в них заключены слепки личностей, которые крайне ограничены в своих интеллектуальных возможностях. Хотя иногда бывают случаи, когда маги каким-то образом помещают в картины свой дух, что делает получившийся предмет неким аналогом голокрона. Тем не менее даже в Хогвартсе таких портретов наберется штук десять на весь замок, причем их обитатели не горят желанием обучать кого-то своим знаниям. Спрашивается, зачем тогда добровольно заключать себя в такую клетку? Размышляя об этом, Оби-Ван зашел в общий зал, предназначенный для приема пищи. Красоту зачарованного потолка мужчина оценил по достоинству. Выглядело и правда завораживающе, хотя если долго присматриваться, можно увидеть, что визуализация погодных условий не симулируется. Она зациклена по кругу, словно какой-нибудь голофильм, что несколько рушит сказочную атмосферу. Мужчина уселся за один из длинных столов и по совету Дамблдора стукнул кулаком по столу со словами: – Ужин, пожалуйста. Секунду ничего не происходило, а затем на столе появилась большая тарелка с едой — мясо, гарнир, какие-то овощи. С небольшим промедлением рядом образовался фужер с фруктовым напитком. Последними прибыли несколько ломтей хлеба, соль и перец. – Сойдет, – кивнул Оби-Ван, принимаясь за еду. Надо признать с виду неказистая пища оказалась весьма вкусной и сытной. Ужин пролетел незаметно. Погруженный в свои мысли мужчина, старательно очищающий тарелку от остатков соуса маленьким кусочком хлеба, даже не заметил окончания трапезы. Кормили тут действительно хорошо. Хмыкнув, он закинул хлебушек в рот, за ним в вдогонку отправил несколько глотков прохладного напитка и отправился на выход. Его путь лежал обратно в библиотеку, но дойти до нее ему не дали. – Пришелец, – донесся до Кеноби шелестящий голос, пока он шел по одному из коридоров. – Ты ищешь опасные знания. Мужчина замер. Он уже давно ощущал на себе внимание кое-каких обитателей замка. Большинство из них избегало встречи с Оби-Ваном и только один неотрывно следил за гостем. Развернувшись, он увидел перед собой статного мужчину, одетого в давно устаревшие одежды этого мира, заляпанные какой-то светлой жидкостью. Длинные вьющиеся волосы будто жили своей жизнью, слегка подрагивая по своей воле. Пышные усы топорщились, придавая мужчине немного воинственный вид. А глаза были слегка на выкате и смотрели куда-то в пустоту сквозь самого Оби-Вана. Но самое главное — окликнувший его человек, судя по прозрачности, был полностью и безоговорочно мертв. – Призрак, – констатировал Кеноби. – С кем имею честь? – Меня зовут Кровавый Барон, – ответил тот. – Как поэтично, – усмехнулся Оби-Ван. – Приятно познакомиться, мое имя… – Я знаю, как тебя зовут, – перебил его призрак. – Я знаю о тебе больше, чем большинство живых. – Интересно… И что же ты такого знаешь обо мне? Пустые глаза едва заметно вспыхнули бледным светом и сконцентрировались на лице Кеноби. – Твоя душа… не такая, как у всех. Словно однажды она уже покидала бренное тело… словно ты уже умирал… Однако ты не похож на мертвеца или таких, как я… И ты… не отсюда… не с этих земель… Оби-Ван в миг посуровел. – Многие знания - многие печали, Барон. Тебе стоит быть осторожнее со словами. Разбираясь в некромантии, он уделил внимание в том числе и привидениям. Они отличались от Призраков Силы тем, что не манипулировали Силой и в целом были беспомощны, так как почти не могли воздействовать на материальный мир. Но, как оказалось сейчас, какими-то сверхъестественными возможностями они все же обладали. Притом крайне неприятными для того, кто не хочет афишировать свое происхождение. Призрак намека не понял и, кажется, был крайне доволен сложившейся ситуацией. – Для большинства ты лишь забавная аномалия, пришелец. Чудной зверек, за которым интересно наблюдать. Ты как паучок. Можешь быть полезен, уничтожая других насекомых, а можешь мешать, плетя свою паутину там, где этого делать не нужно. Нужно ли говорить, что делают с теми, кто мешает? Или ты думаешь, что в безопасности, ведь о подобных тебе никто не знает? – Барон вдруг хищно оскалился. – Очень опрометчиво. Есть те, кто знает. Те, кто уберег информацию от чистки. И даже те, кто помнит лично. Будет прискорбно, если они вдруг услышат о тебе. – Ты мне угрожаешь, эктоплазма? – процедил Кеноби, готовясь размазать излишне театральное привидение по древним стенам замка. Хлынувшая из него сила сжала прозрачного наглеца стальными тисками, отчего тот даже слегка потускнел. Барон, почувствовав угрозу, без особого успеха попытался попятиться. Явно не такого результата он ожидал от разговора. Оказавшись в ловушке, он заговорил быстрее и уже не так драматично. – Ни в коем случае! Я лишь хочу сказать, что могу поделиться информацией. Не за просто так, разумеется. – И что ты хочешь взамен? – Стать таким же, как ты. От тебя несет смертью, запах уже выветривается, но я при жизни был не последним волшебником и потому хорошо чувствуют такие вещи. Ты уже побывал на той стороне и вернулся. Я хочу того же, хочу вновь стать живым. Помоги мне, и я расскажу все, что знаю. – О как, – улыбнулся Оби-Ван, незаметно укрепляя свои путы на собеседнике. – Какие нынче хитрые призраки пошли. Вот что, Барон, я не против, но поступим мы строго наоборот — ты расскажешь мне все, что знаешь, и тогда я помогу тебе с перерождением. Привидение пару раз дернулось в попытке вырваться и безвольно повисло в воздухе, отчаянно вращая белесными глазами. Кажется, он не учел, что его так просто схватят. Либо не ожидал от сквиба таких способностей, либо думал, что успеет сбежать. Логично в принципе. Среднестатистический форсер таким трюкам не обучен. Оби-Ван же немало контактировал с Призраками Силы, да и сам долгое время был таковым, поэтому отлично разбирался в методах противодействия подобным сущностям. Тем более что местные призраки не чета тем, с которыми доводилось иметь дело бывшему джедаю. Кеноби не торопил размышления Барона. Выбора у того все равно не было. Он уже должен был почувствовать, что его псевдожизнь полностью в руках недооцененного сквиба. – Ну так что, согласен? Честная сделка. Ты — мне, я — тебе. – Ты правда поможешь мне обрести новую жизнь? – призрак всмотрелся в лицо Оби-Вана. – Обещаю, – серьезно кивнул тот. – Для меня это плевое дело. – Ты не врешь… Хорошо… На самом деле я немногое знаю. Они… вы всегда скрывались в тени, – наконец заговорил он. – Не сближались ни с маглами, ни с магами. Всегда одиночки, всегда сами по себе. Вы будто отвергали весь остальной мир, а мир отвергал вас. Вас… их называли… ведьмаками. Уже после моей смерти, я слышал, что они не пережили гонений инквизиции. – Ведьмаки, да? – посмаковал новое для себя слово Оби-Ван и, в общем-то, остался доволен. Звучало определенно лучше, чем «сквиб». – Ты говорил о какой-то чистке информации? Зачем она была нужна? Что такого страшного было в ведьмаках? – Я не уверен, – замялся Барон. – Но ходил слух, что во времена буйства инквизиции только часть ведьмаков противостояла церкви наравне с магами. Другая часть выступала на стороне святош, что многим сильно не понравилось. Кеноби помассировал переносицу. Про инквизицию он уже читал, но так, вскользь. Видимо, сон ему сегодня не грозит — придется потратить ночь на поиски информации в библиотеке. – Это все? – Нет, еще кое-что… вы…– Барон запнулся, будто сам сомневался в своих мыслях. – Вы не всегда были одинокими волками. Когда-то у вас на островах был свой Орден рыцарей, но потом что-то произошло и вас уничтожили… Причин не знаю, но, по слухам, в этом был замешан… Мерлин. Это все, что я знаю. Теперь выполни свою часть сдел… Белая ветвистая молния мгновенно настигла призрака и заключила его в свои сети. Тот только и успел что открыть рот в безмолвном крике, когда молния прорвалась внутрь его фантомного тела и полностью выжгла энергетическое нутро, благодаря которому призрак держался в этом мире. Вспышка света, и Кровавый Барон лопается, как надувной шарик. Глупое приведение. Кеноби отлично знал о том, что таким сущностям ничего не стоит заглянуть в душу человека и оценить степень его искренности. Вот только обмануть можно даже такой детектор лжи. Всего-то и нужно быть уверенным в своей правоте или же просто... не врать. – Приятного перерождения, – буркнул Кеноби. Свою часть сделки он выполнил честно. Душа Барона ушла в Силу и теперь долго будет в ней вариться, очищаясь от всех своих воспоминаний, после чего возродится в новом теле с совершенно чистой личностью, как и любой другой разумный. Так и работает реинкарнация. А то, что призрак хотел чего-то другого — исключительно его проблемы. Нужно было яснее выражать свои мысли. – «К слову, о мыслях. Кое-кто тут слишком громко думает и слишком тяжело дышит, а уж сердце-то как бьется», – усмехнулся Оби-Ван и резко обернулся назад, устремив свой взгляд на с виду пустой коридор. – Подслушивать нехорошо, уважаемый. Из-за угла вышел парень, внешне ненамного моложе тела Кеноби. Длинные черные волосы, узкое лицо и лихорадочный взгляд, полный обожания. – Н-не.. не гневайтесь, господин, – запинаясь, произнес он. – Не волнуйтесь, я не кому не расскажу о том, что здесь произошло. Оби-Ван же вдруг напрягся. От нежелательного свидетеля повеяло крайне знакомыми нотками Уз Силы, которые уже привычным образом пытались сформироваться, но натыкались на все тот же пресловутый барьер. «Так, это уже ненормально. Узы Силы очень редко формируются спонтанно, а тут уже второй случай подряд. Если так подумать, это как раз второй сквиб, которого я встречаю в этом мире. Интересно…» – Я… я…, – все никак не мог он унять волнение. – Успокойся, – произнес Кеноби. – Вдох-выдох, еще разок… Молодец. Итак, как тебя зовут? Парень еще немного подышал, на секунду прикрыл глаза, собираясь с мыслями, и наконец посмотрел на мужчину твердым взглядом. – Меня зовут Аргус Филч, господин. Я завхоз Хогвартса. И… это прозвучит странно, но я ждал вас всю свою жизнь. – Странно? – Оби-Ван задумчиво поднял взгляд к потолку. – А вот мне так не кажется. Скорее уж… закономерно. И что же в итоге получается? Еще один ученик? Это хорошо… и плохо. Для нового Ордена потребуется немало адептов, вот только набирать их лучше после того, как решится проблема с обучением. Впрочем, отказываться нельзя. Потенциал у этого Филча чувствуется неплохой, не меньше, чем у Эдварда. Возраст… приемлемый. Такими кадрами не разбрасываются. И что интереснее, барьер вокруг него не монолитен. Видны крошечные прорехи, словно парень уже пытался его пробить. Со стороны Кеноби будет преступно не помочь ему в этом деле. – Что значат твои слова? Как ты мог меня ждать? – Не здесь, господин, – посерьезнел парень. – В этом замке слишком много лишних ушей. У меня есть более подходящее место для разговора. Следуйте за мной…