Meeting you in this first snow

***

Створка окна была открыта со вчерашнего вечера: ветер уже успел проникнуть в комнату и вынудил светловолосого выйти из мира грёз, прожигая своим прохладным потоком свежего воздуха, после вчерашней будоражащей, всё ещё тело ночи. Окончательно открыв глаза, парень увидел рядом с собой Чонгука, в недоумениях он пытается воссоздать в своей памяти фрагменты прошлой ночи, но получается у него это конечно с трудом. Когда Ким вспомнил все моменты жаркой ночки, которая вчера была: он залился пунцовым румянцем, покрывавшим все его, и без этого красные щёки от смущения. Парниша, что лежал рядом с ним в кровати, в сонливом состояние крепко обнимал Ви, словно не хотел отпускать его, чтобы он не сбежал от него никуда; уткнувшись как маленький и безобидный котёнок в его грудь. Тэ почувствовал на своей шее чужие, и мокрые следы от губ, слыша отчётливо фразу:  — Котёнок. — Чон крепко и столь нежданно обхватил своими цепкими руками, хрупкую талию Тэхёна: завалив его под себя. Дотронувшись до оголённого бедра светловолосого, парень облизнул свои искусанные, со вчерашнего вечера губы, и закинул ногу Тэ к себе на плечо. Вонзившись своей грудью, к груди своего оппонента: парень наклоняется к его и без этого алым, от смущения ушам, с азартом спрашивая:  — Может, повторим вчерашнюю ночь? Ты был просто великолепен, малыш. — Вытягивая каждый из себя слог, Гукки: оскаливая и без того белые, как самый чистый снег зубы.  — Но, если ты хочешь подумать, — промелькнув своей рукой, к слегка растянутому анусу старшего: парень принялся входить в него двумя пальцами. — Я дам тебе время, но учти, оно не безгранично. — Младший осторожно вошёл в узкую промежность Тэ, растягивая его максимально аккуратно, чтобы не навредить ему.  — Чонни, можно ты. — Не успев договорить свою мысль, Гукки впивается зубами в шею младшего, всасывая кожу на ней, оставляя видный засос рубинового цвета: помечая своё присутствие, на белоснежно-фарфоровой коже — это смотрелось чертовски эстетично для младшего. Прерывисто простонав, Тэ прикрыв полуоткрытый рот, обратной стороной руки, закрывая его костяшками.  — Мы ещё не начали, малыш. — Чонгук сердито посмотрел на свою пассию, сдвигая брови к переносице. Он страстно желал отыметь Кима, прямо здесь и сейчас, но не слишком просто: с сюрпризом, так скажем.  — Чон. Гм. — Жалобно простанывает старший, изгибаясь из стороны в сторону под Чонгуком, что заводило его эго ещё сильнее.  — Детка, ты так сильно хочешь, чтобы я кончил не войдя в тебя? — Грубо сжав талию Тэхёна, тот в ту же секунду страстно и внушительно громко простанывает под младшим, заливаясь алым румянцем: прожигая жаром его щёки, заставляя подрагивать в теле.  — Боже, как же ты заводишь меня до чёртиков, Тэ. — Проникая уже тремя пальцами, он слышит, как быстро бьётся его сердце: звучание двух сердец, в одно целое, как унисон — прекрасно, будто утренний кофе по утрам, согревающий в столь зимние дни, от которых веело прохладой: пробираясь через полуоткрытое окошко, создавая некую свежесть в доме. Тэхен закидывает свои руки на шею Чона, сцепляя их в замок. Слегка касаясь своими губами губ напротив.  — Откуда он научился так целоваться? — Крутился вопрос в голове Чонгука. Отстранившись, они смотрят друг другу в глаза. Такие выразительные, яркие, с неким огоньком. Младший проводит одной своей рукой по внутренней стороне бедра Тэ, от чего тот вздрагивает, а у другого заиграла пошлая улыбка на лице. Явно хотелось большего. Они продолжают смотреть друг на друга. Но в глазах Ви картина начинает расплываться, а речи темноволосого четко уже не слышны. Всё расплывается, перемешивается между собой и в конце лишь темнота. Тэхён проснулся. Лучи солнца светили прям в его лицо. А у кровати стоял темноволосый парень. — Я тебя уже десять минут разбудить не могу, ты будешь завтракать?