В плену твоих когтей

      Чонгук никогда ни за кого не переживал, никогда не сомневался в своих решениях, никогда не был спасителем и никогда ни о ком не заботился. Казалось бы, слово “никогда” само самой подразумевает что-то бесконечное, но… Чонгук и предположить не мог, что его “бесконечность” в один момент даст трещину. Что его “никогда” начнет растворяться в сладком аромате персика. Что в один из дней он не сможет дать четкий и уверенный ответ на вопросы о том, что с ним происходит и какие из множеств желаний являются истинными.       Кадр, где Чимин лежит на полу, а по его лицу стекают капли крови, никак не выходил из головы. На душе все еще было неспокойно, хоть врачи и сказали, что жизни парня ничего не угрожает. Просто Чонгук слишком хорошо знал Джейка, чтобы сейчас расслабляться. Как бы странно это не звучало, но теперь безопасность Чимина должна быть на первом месте. Именно поэтому Чонгук не отходил от него с того самого момента, как врачи закончили со своими процедурами. Он ждал, когда Чимин раскроет глаза, чтобы спокойно уйти к себе и поспать хотя бы несколько часов.       Чонгук сидел на краю кровати, наблюдая за своим искусителем, чьи реснички изредка подрагивали, а мягкие пухлые губы были слегка приоткрыты. Их сейчас разделяло несколько сантиметров, но ощущались они целой пропастью. Будто Чимин был самой настоящей иллюзией, которая развеется, стоит лишь к нему прикоснуться. Чон медленно протянул руку, слегка касаясь его гладкой щеки костяшками своих пальцев, чтобы убедиться, что все это реальность, а не плод его воображения. Приятная дрожь прошла по всему телу, а внутренний зверь спрятал свои клыки. Он будто полностью принимал Чимина и доверял ему без сомнений, ослабляя свою бдительность.       —Знаешь, — тихо начал Чонгук, переведя взгляд на окно, — когда я был маленьким, отец насыпал мне на ладонь горсть песка и сказал сжать руку так сильно, чтобы ни одна песчинка не высыпалась. Я сделал так, как он и просил, не задавая никаких вопросов. Потом он попросил меня слегка ослабить хватку. Песок начал медленно высыпаться, пока в моих руках не осталось ничего. И когда я разжал руку, показывая ему грязную ладонь, он сказал: “Кулак – это твой контроль, а песок – то, что ты контролируешь. Чтобы быть сильным лидером, ты должен обладать абсолютным контролем. Стоит лишь немного ослабить бдительность, и ты останешься ни с чем. Поэтому, запомни, что кулак всегда нужно держать зажатым так, что даже костяшки твоих пальцев будут побелевшими. Ты никогда не победишь, если не приложишь максимум усилий. И контроль этот должен быть не только над окружением, но и над собственным внутренним миром. Только в гармонии с собой ты сможешь достичь любой своей цели”, — он вновь посмотрел на Чимина, слегка улыбаясь. — Тогда, скажи мне, почему, чем крепче я сжимаю кулак, тем дальше ты становишься? И почему я больше не могу контролировать даже свои эмоции, когда речь идет о тебе? — вопросы были риторическими, но, почему-то, ему до дрожи хотелось получить ответы на них. — Прости, что так вышло. Джейка там не должно было быть. Этот ублюдок в последнюю секунду отменил сделку, — он ненадолго замолчал, прежде чем продолжить: — Знаю, что ты не поверишь, но, — Чонгук прикрыл глаза и слегка наклонился к уху Чимина, опаляя его своим горячим дыханием, — я бы ни за что не позволил тебе пойти туда, если бы знал, что он там. Я обещал тебе защиту, и с этого момента тебя не посмеет тронуть ни одна мразь. Клянусь, я собственными зубами перегрызу глотки каждому, кто посмеет хоть на шаг к тебе приблизиться, — Чонгук выпрямился, на секунду замирая. Сердце начало бешено стучать, когда он поймал на себе взгляд карих глаз, которые смотрели на него как-то растерянно.       —Я… — Чимин попытался приподняться, но резкая боль от пореза на животе заставила его вновь принять лежачее положение.       —Не двигайся, — спокойно произнес Чонгук, поднимаясь с кровати. Ему хотелось убежать отсюда как можно быстрее, лишь бы не чувствовать ту неловкость, которая повисла в воздухе. Он впервые испытывал что-то подобное, и ему это дико не нравилось, потому что все это было не в его стиле. Ему не нравилось, что весь тот мир, что он сам когда-то построил, начал медленно разрушаться из-за одного парня, который вообще не должен никак на него влиять. — Я позову врачей.       —П-подожди, — прохрипел Чимина, зажмурив глаза от очередной волны боли, но уже головной. — Останься, — Чонгук крепко сжал кулаки, продолжая стоять к парню спиной. Часть его все еще хотела покинуть эту комнату и позвать врачей, но другая его часть хотела побыть рядом еще немного. Та часть, которую он уже начинал ненавидеть, и которая говорила о том, что он обязан остаться и защищать Чимина. — Мы можем…       —Как ты себя чувствуешь? — перебил его Чонгук, возвращаясь на край кровати. Ему не хотелось сейчас ни о чем говорить, потому что он боялся, что это приведёт к ещё большим непонятным внутренним изменениям.       —Хорошо, только голова очень болит, и место пореза неприятно зудит, — он продолжал пристально смотреть на Чона, пытаясь найти в его глазах ответ на свой вопрос. Но найти хоть что-то в этих черных омутах было невозможно. Они были такими же притягательными и загадочными, как и их хозяин. От них веяло опасностью, но и манили они не меньше, чем отталкивали.       —Отлично, потому что твой Джин уже уничтожил большую часть моих нервных клеток своими угрозами. Кое-как получилось отправить его домой, — устало произнес он, вспоминая, как этот высокий парень носился по первому этажу, кидая в него проклятия. Но, как и сказал Намджун, они сейчас все были на стрессе из-за Чимина, поэтому Чонгук позволил им немного выпустить пар. — Из-за тебя я уже второй раз нарушаю собственные правила. Ты очень дорого мне обходишься.       —Ты сам виноват в том, что я сейчас в таком состоянии, — Чонгук усмехнулся, покачав головой. Он и сам понимал, что это его вина, но слышать подобные слова от Чимина было неприятно.       —Если бы ты держал своего пса на поводке, то ничего бы этого не было, — его голос стал значительно жестче и громче. Он злился, но не на Чимина, а на себя. Однако выглядело все совсем иначе.       —У него есть имя, — Чимин вновь приподнялся, чтобы сесть, игнорируя режущую боль. Чонгук хотел помощь ему, но тот ударил его по руке, одаривая очередным ненавистным взглядом. — Его зовут Тэхен, если ты забыл. И я оказался здесь не из-за него, а из-за тебя, потому что твое ебаное ЭГО никак не может заткнуться! — его речь прервал кашель, который приносил еще большую боль израненному телу. В ушах появился громкий звон, а по телу прошла волна неприятных покалываний. — Я заебался уже выслушивать от тебя, как ты ломаешь себя ради меня! Блять, да я хоть раз тебя об этом просил?! — с каждым новым криком звон в ушах становился только громче, но Чимину было наплевать. Вся та обида и ненависть, что накопились в нем за это время, решили в очередной раз выйти наружу. — Думаешь, я тут от счастья пляшу, что мне приходится прогибаться под тебя?! Не только ты тут идешь против своих принципов! Ты хоть представляешь, насколько сильно мне пришлось надавить на собственное горло и прийти к тебе за помощью?! Да я вообще уже жалею о том дне! Лучше бы я умер от рук Минхо, чем…       Чимин резко замолчал от неожиданности, когда Чонгук крепко прижал его к себе, начиная поглаживать по спине. Пак чувствовал тепло чужой руки, но оно скорее было обжигающим, чем приятным. Хотелось скорее выпутаться из этих оков, поэтому он уперся ладошками в чужую грудь, пытаясь оттолкнуть от себя парня. Но его сил хватило только на одну попытку, после которой он сдался, позволяя Чонгуку делать все, что тот захочет. Но парень просто продолжал крепко держать его в своих руках, не делая ничего лишнего.       Они просидели так в обнимку еще пару минут, прежде чем Чонгук, наконец, отстранился, оставляя короткий поцелуй на мягких губах. Чимин хотел уже начать возмущаться, но что-то в глазах напротив, заставило его сдержать свое желание высказаться. Видимо, Чонгук всегда будет вызывать в нем противоречивые чувства.       —Ты, правда, так сильно меня ненавидишь? — ему бы очень хотелось услышать, что это не так, но взгляд, которым Чимин обычно на него смотрит, говорит об обратном. — Не надо, — он поднес ладонь к чужим губам, останавливая парня от ответа. — Не уверен, что смогу смириться с тем, что ты скажешь. А срывать на тебе свою злость мне сейчас не хочется, — Чонгук похлопал его по плечу, вновь поднимаясь с кровати. Если честно, он и сам был дико уставшим и просто мечтал провалиться в сон. Его тело болело не меньше, но он не мог доверить присмотр за спящим Чимином кому-то ещё, кроме самого себя. — Кстати, Тэхен уже в безопасном месте, поэтому можешь не переживать, — он уже дошел до двери, когда Чимин произнес то, что раз и навсегда уничтожило возможность Чонгука вернуться к себе прежнему:       —Я хочу тебя ненавидеть, но уже не уверен, что смогу, — честно ответил Чимин, прежде чем дверь захлопнулась.       Кому-то может показаться, что в этой фразе нет ничего особенного, но для Чонгука она означала многое. В особенности для его сердца, которое зашлось в бешеном ритме, заставляя все внутренности сжаться. Что-то приятное и необычное растекалось по венам вместе с кровью, а на душе стало так легко. Будто он впервые в жизни начал дышать полной грудью, наслаждаясь такой простой роскошью, как кислород.       Да, Чимин не сказал “нет”, но он и не сказал обратного. Не то что бы Чонгук не привык к ненависти, которую к нему испытывали люди. С тем образом жизни, который ведет он, врагов у него достаточно, но все они могли засунуть свою ненависть себе по самые гланды вместе с его членом. Все они были никем для него. Каждый из всех этих людей был лишь очередной преградой на его пути. Но ненависть Чимина творила с ним что-то невероятное. Она разжигала в нем те эмоции, которых он не испытывал никогда. Он думал об этом каждый день, пытаясь привыкнуть, но все его нутро кричало лишь от одного ненавистного взгляда кофейных глаз. Чонгук хотел, чтобы Чимин смотрел на него тепло, чтобы улыбался ему и мог чувствовать себя в безопасности рядом с ним. Но каждый раз его взгляд становился только тяжелее. И если в начале ему это нравилось, то сейчас Чонгук боялся, что после этой ситуации они дойдут до точки невозврата.       Чимин тоже так думал, но ничего не мог поделать с теми противоречиями, которые продолжали бушевать внутри. Возможно, так на него повлияли слова Чонгука, которые тот шептал ему на ухо, пока он спал. А, возможно, все дело в его глазах. Какими бы темными и отталкивающими они не казались, Чимин каждый раз цеплялся за что-то, что пыталось стереть всю его ненависть. Он хотел бы избавиться от всех этих мыслей, которые продолжали крутиться вокруг Чонгука, но не мог. Однако одно злосчастное сообщение все же смогло отвлечь его от раздумий:       От кого: Неизвестно       Детка, ты же не забыл обо мне? Твой хозяин обязательно тебя найдет, где бы ты не прятался. Дождись меня, сладкий. Я приду и заберу то, что ты отнял у меня еще в детском доме.       —Минхо! — выкрикнул Чимин, крепко сжимая телефон.       Вот кто был действительно виновником того, что произошло с Чимином. Если бы не он, то и всего этого тоже не было бы. Паку не пришлось бы идти за помощью и прятать собственного друга у незнакомца, доверяя лишь словам того, к кому всегда питал ненависть. Но теперь, когда Тэхен в безопасности, Чимина уже ничто не остановит. У Минхо больше не будет того рычага давления, которым он так привык пользоваться.

      Кому: Неизвестно

      Не переживай, я сам приду за тобой, когда настанет время. Тебе придётся заплатить высокую цену за то, что ты успел натворить.

      —Уж поверь, я заставлю тебя это сделать.

***

      Звук каблуков разносился по коридору, пока Тэхен медленно следовал за мужчиной в костюме. Изначально он был настроен очень агрессивно, потому что ждать чего-то хорошего от Чонгука не стоило, но как только он попал в этот дом, его гнев подутих. Сама атмосфера была умиротворенной, а люди, которые встретили его, были очень даже дружелюбными и терпеливыми.       Стены вокруг были увешаны портретами неизвестных ему личностей, а из комнаты, к которой они следовали, доносилась очень красивая, но какая-то печальная мелодия. Будто человек, играющий ее, несет очень тяжелый груз. И вся та боль, которую он пережил, была запечатана в каждом звуке, который проникал в самое сердце, передавая все эмоции исполнителя. Тэхен был далёк от всего этого, но даже он почувствовал, как его сердце кольнуло.       Когда они, наконец, достигли нужной комнаты, мелодия стихла, а дверь им раскрыл молодой человек с белоснежной кожей, чуть ниже ростом, в белой рубашке, с закатанными рукавами, и черных брюках. Его блондинистые волосы были аккуратно уложены, а губы растянуты в мягкой приветливой улыбке. От него исходила аура спокойствия, коей совсем не обладал Чонгук. Если честно Тэхен до последнего ожидал увидеть очередного бандита, а не милого парня с одной выбившейся прядью, которая придавала ему нотку шарма.       —Я так понимаю, ты и есть Тэхен? — Ким одарил его своей фирменной квадратной улыбкой и кивнул. — Меня зовут Мин Юнги, — он протянул руку, приветствуя нового гостя. Тэхен быстро пожал ее в ответ, слегка склоняясь. — Но ты можешь звать меня просто Юнги.       —Можешь называть меня просто Тэ, если тебе так будет удобно.       —Крис, ты можешь быть свободен, — обратился он к стоящему рядом мужчине, который сделал поклон и вышел, прикрывая двери. — У меня нет каких-то особых правил, поэтому можешь чувствовать себя, как дома, — он прошел вглубь комнаты, садясь на коричневый кожаный диван. Тэхен проследовал за ним, садясь рядом. Он сделал глубокий вдох, наслаждаясь приятным ароматом свежести. — У меня будет лишь одна просьба – не трогай мое пианино, хорошо?       —Да я даже играть на нем не умею, поэтому можешь не переживать на этот счет, — все с той же улыбкой произнес он, осматриваясь. В этой комнате, как и в коридоре, висело несколько портретов неизвестных ему личностей, которые даже начали вызывать небольшой интерес. — Кто это?       —Очень значимые фигуры в мире музыки, — он окинул их взглядом, наполненным восхищением.       —И давно ты играешь? — поинтересовался Тэхен, желая узнать о своем новом знакомом как можно больше.       —Около десяти лет, — он покачал головой, будто подтверждая свои слова.       —Ты ходил в специальную школу или учился на дому? — продолжил свой допрос Ким, но уже через секунду пожалел об этом, когда в глазах напротив отразилась боль. — Прости, я не…       —Меня учил мой друг, — все же ответил Юнги, улыбаясь как-то надломленно. — Давай я покажу тебе твою комнату, — он поднялся с дивана, кивая головой в сторону лестницы.       —Хорошо, — Тэхен сделал у себя в голове небольшую пометку о том, что к этому разговору им ещё стоит вернуться.       Он, конечно, знал, что есть раны, трогать которые не стоит. Но он видел в его взгляде не просто печаль, а некую мольбу о помощи. Ему нужен был человек, который смог бы выслушать и забрать часть боли. И Тэхен собирался стать именно таким человеком, даже если их общение продлится от силы месяц. Такой уж он человек. Даже если из этого ничего не выйдет, по крайней мере, он попытается исправить ситуацию. Он уже когда-то ошибся с Чимином, поэтому больше такого не повторит, хоть и сейчас перед ним будет абсолютно незнакомый человек. Тем более, его друг сам учил его, что помогать нужно всем, если есть такая возможность и если человека ещё можно спасти.