В плену твоих когтей

      Чимин четко помнил, как засыпал, прижимаясь к накаченной теплой груди, но головная боль, твердая поверхность и, судя по ощущениям, связанные руки, говорили об обратном. Полуобнаженное тело обдавало неприятным холодом, а звуки капель, разбивающихся о какую-то поверхность, только усиливали пульсацию мозга. Кое-как разлепив глаза и привыкнув к солнечному свету, проникающему внутрь через отверстия в стенах, которые раньше служили окнами, он начал оглядываться по сторонам, замечая полуразрушенные стены и старые койки. Скорее всего, это была какая-то заброшенная больница, но, если честно, толка от этой информации не было никакого. Гораздо важнее было не место, где он сейчас находился, а причина, по которой он очнулся не в мягкой кровати, а привязанный к стулу. Кому ещё они могли бы перейти дорогу? Иж главные враги были повержены, а новых даже не было времени завести.       Поморщившись от боли, он поднял голову, не веря собственным глазам. Напротив него, склонившись, сидел Чонгук в точно таком же положении, как он. К счастью, на первый взгляд видимых повреждений не было, но спокойнее от этого все равно не стало. То, что они сейчас находились связанные в непонятном здании, не предвещало ничего хорошего. Сердце болезненно сжалось, а в глазах застыла самая настоящая паника. Только вчера они оба были так счастливы, что весь ужас закончился, и им больше не придется прятаться, а сегодня их сладкие мечты разбились о суровую реальность, которая, видимо, никогда их не отпустит.       —Блять! — выкрикнул он, пытаясь выпутать свои руки, хоть и понимал, что все это бессмысленно. — Чонгук! — попытался он докричаться до парня, который все еще сидел с опущенной вниз головой, оставаясь без сознания. Услышав позади себя шаги, Чимин обернулся, зашипев от очередной волны головной боли из-за резкого движения. — Кто вы и что все это значит?! — мужчина молча подошел ближе, останавливаясь всего в шаге, и положил тяжелую руку с перстнем на среднем пальце ему на плечо, склоняясь к его уху.       —Вы затеяли очень опасную игру, — низким голосом произнес он, пустив по телу Чимина неприятные мурашки.       Обойдя связанного парня, он встал перед ним, показывая свое лицо. Как и во всех заезженных фильмах про мафиози, вся его одежда была черной. Лакированные дорогие туфли, аккуратно выглаженные брюки и пальто поверх черной рубашки. Его холодный взгляд вместе с грубыми чертами лицами, заставлял невольно сжаться и почувствовать себя загнанным в угол. От его верхней губы ближе к правому уголку шел глубокий шрам практически до самого глаза.       —Чего вы от нас хотите? — уже спокойнее произнес Чимин, понимая, что они находятся в не самом лучшем положении и широкоплечий мужчина, закрывающий собой обзор на Чонгука, способен решить их судьбу в любую секунду.       —Чтобы вы заплатили за то, что забрали у нас главного информатора, — Чимин едва сдержал истерический смех, понимая, кто сейчас стоял перед ним.       —Так вы из союза “Драконов”? — предположил он, вызывая у мужчины ухмылку, которая искажалась шрамом.       —Это хорошо, что ты такой догадливый, не нужно будет тратить на тебя слишком много времени, — он махнул рукой, подзывая к себе человека, который все это время стоял позади Чимина. Незнакомец передал своему боссу пистолет с глушителем и встал возле стула. — Видишь ли, за каждое действие нужно уметь отвечать. Вы очень сильно испортили все наши планы. Мы могли бы убить вас двоих, но решили, что будет достаточно и одного. Поэтому, — он кивнул своему человеку, который достал нож и разрезал веревки, сковывающие руки их заложника, — я позволю тебе решить, кто из вас достоин жить, — он обхватил запястье Чимина, приподнимая его руку и вкладывая в нее пистолет. — И не вздумай пытаться убить нас, потому что пуля там всего одна, — отойдя в сторону, он посмотрел сначала на дрожащего парня, в чьих глазах застыли слезы, а затем на Чонгука, который по-прежнему не издавал никаких звуков.       —Где гарантии, что после этого, вы не убьете и второго? — спросил он, глядя с болью на сердце на мирно спящего любимого человека, уже сделав свой выбор. Ему не нужно было время, чтобы принять решение.       На этот раз сбежать у них уже не получится. Они находились в слишком невыгодном для них положении. Попытка справиться с соперниками голыми руками равносильна самоубийству. Если бы Чонгук был в сознании, возможно, шанс на успех был бы выше. Однако все ещё можно было спасти хотя бы одного. И его выбор более, чем очевиден.       —Ты не в том положении, чтобы сейчас говорить о подобном, — Чимин перевел рассерженный и разбитый взгляд на мужчину, сжав челюсть. Ему бы очень хотелось выстрелить в него, но он не мог. Если бы они были лишь втроем, то все было бы гораздо легче. Но Чимин сейчас не был уверен даже в том, что мужчина, развязавший его руки, был единственным присутствующим здесь, помимо них. И рисковать было нельзя. — Извини, но тебе придется поверить мне на слово, потому что в противном случае я убью вас обоих.       Чимин откинул голову назад, выпуская наружу истерический смех, который нес в себе осколки его разбитого сердца. Он так надеялся, что их с Чонгуком жизнь наладится. Что за все страдания, которые ему пришлось пережить в детдоме, судьба решила подарить ему долгожданное спокойствие и любовь. Но, видимо, он просто не способен жить нормальной жизнью. Просто потому, что свет никогда не появится в жизни того, кто привык к тьме. Утонувший однажды, уже не сможет всплыть никогда. И та надежда, котрая когда-то поселилась внутри, растворилась в горечи несправедливости и боли.       —Хорошо, — полушепотом произнес он, выпрямляясь. Переведя взгляд на пистолет, который сжимали едва дрожащие пальцы, он прикрыл глаза, шумно выдыхая. — Вы мерзкие ублюдки, которые обязательно заплатят за это, — сквозь зубы произнёс, не желая оставаться полностью проигравшим. Последнее слово будет за ним. — Я сделал свой выбор, — громко сглотнув, он в последний раз посмотрел на Чонгука, расплываясь в теплой улыбке, которая омрачалась горькими на вкус каплями, которые непрерывно вытекали из глаз. И это были не просто слезы, а его душа, которая медленно покидала его тело. — Я очень сильно люблю тебя, Чонгуки. Спасибо за наши счастливые мгновения, которые помогли почувствовать себя нужным и важным. Ты бы, наверное, сейчас очень разозлился из-за моего выбора, поэтому даже хорошо, что ты спишь, — он усмехнулся, поджимая губы. — И прости меня, — не отрывая взгляда от любимого человека, он поднес дуло пистолета к своему виску, без раздумий нажимая на курок.       —Бах! — выкрикнул кто-то позади, хлопая в ладошки, когда пуля так и не пробила череп Чимина, который выронил из дрожащих рук пистолет. В висках сильно пульсировало, а собственное сердце готово было вырваться наружу от волны адреналина вперемешку со страхом. И либо он сейчас умер, либо все это было очередной игрой психа, который решил довести их до безумия. Но вопросов стало только больше, когда перед Чимином встал улыбающийся мистер Чон. — Удивлен? — спросил он у находящегося сейчас где-то не здесь парня.       —З-зачем? — дрожащим голосом произнес он, пытаясь вернуть себе самоконтроль. Но он все еще чувствовал этот неприятный привкус пороха на кончике языка. Его разум продолжал метаться между реальностью и тем местом, в котором он сейчас прятался, забиваясь от страха в угол.       —Все очень просто, — он подошел к Чимину, положив руку ему на плечо. — Я знал, что Чонгук ни за что от тебя не откажется. Этот мальчишка стал проявлять передо мной характер с твоим появлением в его жизни. Конечно, вся эта игра в любовь мне категорически не нравится, но я понимаю, что запретить эту маленькую слабость своему сыну я не могу. Ты можешь не верить, но строгость моего воспитания была необходимой вещью, чтобы он смог выжить в этом мире. Нет никого, кого я любил бы сильнее, чем его. Он всегда был послушным ребенком и никогда не заставлял меня стыдиться. Именно поэтому я хочу впервые в жизни дать ему то, что он действительно хочет сам. Но я не мог так просто позволить ему быть с тобой. Мне нужно было убедиться, что ты сможешь защитить его. Что он значит для тебя столько же, сколько и ты для него. А самая лучшая проверка, это предоставление человеку выбора между жизнью и смертью.       —Если бы, — он прикрыл глаза, пытаясь унять внутреннюю дрожь. Чимин все еще дрожал из-за пережитого стресса, а его сердце никак не могло успокоиться. Но даже если бы его снова поставили перед таким выбором, его решение не изменилось бы. Он ни за что не забрал бы жизнь у того, кого так сильно любил. — Если бы я выбрал убить его, вы бы убили меня?       —Да, — сразу же ответил мужчина. — Нельзя оставлять в живых того, кто может в любую секунду вонзить моему сыну нож в спину. В этом мире не выжить, имея рядом с собой шакалов. И я рад, что ты сделал правильный выбор, потому что ты мне, правда, нравишься, Чимин. Я вижу, что рядом с тобой мой сын счастлив, а это самое главное. И факт твоей преданности позволяет мне выдохнуть с облегчением. Сегодня я еще раз убедился, что сделал правильный выбор в тот день, — он похлопал Чимина по плечу, наконец, убирая руку. — У меня к тебе есть одна просьба, — человек, который до этого освободил руки Пака, сейчас перерезал последние сдерживающие его веревки. — Пусть эта ситуация останется только между нами. Чонгук не должен ничего об этом знать.       —Я и так не собирался ему ничего рассказывать, — откинувшись на спинку стула, произнес он, чувствуя, что сил подняться у него все еще не было. — Но почему он до сих пор без сознания?       —Не переживай, он просто спит, — он кивнул мужчине со шрамом, который сразу же подошел к Чонгуку, освобождая его от веревок и поднимая на руки, чтобы вынести из этого здания. Чимин проводил их взглядом, выдыхая с облегчением. — Это вещество ему не навредит. Он проснется часа через два, я думаю. К тому времени вы уже оба будете в новом доме.       —В новом доме? — переспросил Чимин, приподнимая одну бровь.       —Считай это моим извинением, — он помог парню подняться и отвел его в машину, в которой на заднем сиденье уже лежал Чонгук. — Отвези их в тот дом, где мы сегодня были, — обратился он к водителю, прежде чем вновь взглянуть на Чимина. — Надеюсь, ты действительно станешь его силой, — он выпрямился и отошел в сторону, с улыбкой наблюдая за отъезжающей машиной.       —Мистер Чон, — обратился к нему все тот же мужчина со шрамом, — нам уже нужно ехать на встречу с главой союза “Драконов”.       —Не подведи меня, Пак Чимин, — тихо произнес он, позволяя словам раствориться в воздухе, прежде чем сесть в машину.