Остров волков

«Стая Мин лишилась шанса стать стаей номер один». «Расследование. Почему Совет оштрафовал Минов на несколько миллионов…». «Весь Бургос взволнован: что произошло в стенах Дворца Белого Волка?» Костяшки Таро побледнели. Боль в висках усилилась. Он разом смахивает все документы с рабочего стола, а воздух рассекает волчьи когти. Тут несколько часов назад должен был лежать желанный договор! Вместо него ненавистные бумажки прямиком из Дворца Белого Волка, а на них — омерзительная печать Совета. Все самые влиятельные стаи просто испугались! Как только стало известно о замыслах Таро, волки поджали хвосты и созвали Совет — высший законодательный орган, в который входят все вожаки влиятельных стай. Всего таких пять. И какая-то тварь из них решила зарубить дело Таро, предъявляя Совету ложные свидетельства нарушений конституции стаей Мин. Таро, что есть силы, бьёт кулаком по столу, а внутренний волк только рыком отзывается. Думает, что это упокоит зверя внутри. Только вот тот сильнее огонь злости распыляет. Клыки обнажает, требует принять быстрое решение. Внутренний волк давит на человека, хочет его вытеснить, самому решить судьбу всех четырёх вожаков. — Я был так близок к своей цели, — закрывает глаза и начинает глубоко дышать. — Я разберусь. Точно заберу место под солнцем. Они боятся меня, понимают, что после сделки выкину их из Совета к чёрту, а потом отниму всё, что им дорого… Намджун молчит. Он присутствовал утром во Дворце Белого Волка, где состоялось заседание по делу Минов, и терпел осуждающие взгляды. Альфа игнорировал их. Он думал только о том, насколько Таро пошатнул тот мир, который они с трудом построили на Бургосе за несколько лет. В результате кропотливой работы все стаи без особого труда решали конфликты и порой охотно шли друг другу на встречу, пускай и фыркая время от времени от недовольства. Все давят в себе желание побыть там, на вершине, попробовать вкус власти. Любой вожак может только и мечтать об абсолютной монархии, которая вынудит всех на Бургосе склонить головы перед единственной стаей. Однако все это желание цепями обматывают и контролируют. Мало кто хочет повторить тот кошмар, который творился около пятидесяти лет назад. Война между всеми стаями за куски земли закончилась, но с последствиями столкнулись даже те, кто не застал этот кровопролитный период. Все предполагали, что волком, который попробует совершить переворот, будет выходцем из семейства Чон, либо Хосок. Только вот весь Бургос замер от удивления, узнав о тихой политике за спиной Таро. Мины никогда не давали повода усомниться в своей приверженности к нейтральной позиции. В учебниках по истории Бургоса им отдаётся меньше всего внимания. В период войн они не вели активную политику, только выбирали грамотно союзников, в результате чего остались живы. Волки острова знают их как бизнесменов с далеко не маленьким состоянием, но недостаточным, чтобы стоять рядом, к примеру, с Чонами. Они заработали себе имя за счёт любви публики и бизнеса, а не за счёт длинной истории стаи. Наверное, это причина удивления всех волков на Бургосе. К тому же, буйную реакцию вызвал и тот факт, что стая Ким, которая славилась замысловатыми стратегиями, предложила им сотрудничество. Значит, что-то назревает. Если бы Таро сумел заключить выгодный контракт с испанцем, он бы тут же вырвался вперёд за счёт состояния. А там, где деньги, как правило, есть связи и оружие. Однако Алваро вчера поздно вечером покинул страну, не сказав Таро ни слова, тихо разорвав договорённость. — Не бросайся громкими словами. Против союзов ты точно не выстоишь, — Намджун приковывает взгляд к кулаку Таро. — На твоём месте я бы залёг на дно, усилил охрану и был начеку. Таро делает глубокий вдох и выдох, прикрыв глаза. Нужно успокоить внутреннего волка, убедить его, что всё наладится. Он точно найдёт фигур, которые подставили его. Тогда он избавится от них, а после продолжит следовать плану. Стая Мин станет номер один. — Выбрось эти мысли из головы, — Намджун сдерживает рык, догадываясь, о чём думает Таро. — Подумай о брате. Не уйдёшь на дно сейчас — нарвёшься на неприятности. Вспомни случай пятнадцатилетней давности, когда стая Чхве начала копать под конкурентов, а они в отместку похитили омегу вожака и зверски его изнасиловали. Не рыпайся. Таро бросает раздражённый взгляд на делового партнёра. — Юнги будет учиться на материке, пока тут всё не уляжется. — А если ты погибнешь? — хмыкает. — Подумай, какого будет ему. Слабая омега, на плечи которого свалится ответственность за стаю, — слова белого волка стрелами впиваются в сердце Таро. — Ряд лиц будет заинтересован в браке с ним. Надеюсь, мне не стоит говорить, кто будет возглавлять этот список. Таро не сдерживает рык и требует прекратить разговор. Намджун-то специально давит на слабое место, таким образом пытаясь достучаться до обозлённого на весь мир альфу. Нельзя допустить, чтобы Таро что-то на чувствах предпринял. Последствия будут необратимыми.

***

Над усадьбой Мин сгущаются тучи. Ребёнок, который устал собирать вместе с друзьями огромный пазл, удивлённо указывает на небо маленьким пальчиком. Юнги, который входит в комнату с тарелкой, полной мармеладных сладостей, сначала хвалит волчат за хорошую работу, а потом обращает внимание на небо. Оно и правда мрачное, тёмное. Значит, близится гроза. — Я боюсь грозы! Не хочу домой! — волчонок по имени Хару хнычет и вытирает капельки слёз, как вдруг раздаётся гром. — Не хочу! Юнги-хён, можно мы останемся у вас, пока гроза не уйдёт? Все пятеро детишек согласно закивали. Дворецкий качает головой и думает, какие дети маленькие манипуляторы. Только бы рядом с братом вожака остаться. Ни для кого не секрет, что волчата стаи Мин любят Юнги из-за его спокойного характера и успокаивающего голоса, поэтому они находят любую причину, чтобы подольше поиграть с омегой. Юнги соглашается и оставляет тарелку со сладостями на столе. Волчата, как самые настоящие голодные волки, подбегают к столу. Первые капли дождя разбиваются об окошко гостевой комнаты. Недавно Юнги переделал её таким образом, чтобы волчатам было комфортнее проводить здесь время. Потому на стенах теперь висят детские рисунки, книжные полки заполнены раскрасками, пазлами и тонкими книжками, а в углу стоит корзина с игрушками. Всё ради любимых волчат. — Только нам придётся пообедать. Я обещал вашим родителям, — Юнги слабо улыбается, когда видит в глазах детей разочарование, а Дуонг сдерживает смешок. Нет, омега не позволит им питаться одними сладостями. Дуонг покидает комнату из-за охраны, которая вновь из-за чего-то встревожилась. Волчата благодарят Юнги и вновь принимаются собирать большой пазл. Только тогда Юнги с чистой совестью возвращается в гостиную, чтобы позвонить всем родителям волчат и предупредить, что дети останутся в его доме. На самом деле, они только будут рады. Наконец-то появятся несколько часов, которые можно посвятить любимому человеку. Юнги завершает разговор, когда Дуонг докладывает о внезапном госте. Услышав его имя, парень вмиг бледнеет. — Любовь моя, ты не рада меня видеть? В гостиную вальяжной походкой заходит вожак стаи Чон, облачённый в чёрные брюки и тёмную тонкую водолазку, которая обтягивает крепкую грудь и вынуждает омегу в панике поднять взгляд. Только бы румянцем не покрыться. На губах альфы слабая довольная улыбка, глаза — искрятся. Чонгук сдерживает своего внутреннего волка, который при виде такого нежного и домашнего волчонка с ума сходит, по кругу начинает бродить. Его омега — это само очарование, особенно в этой длинной футболке, оголяющей девственные ключицы. — Что ты здесь делаешь? Волчонок подходит ближе, а Дуонг кланяется и удивляется, когда Чонгук делает то же самое. Мало кто проявляет уважение к простому дворецкому. — Хотел пригласить тебя на прогулку, — Чонгук со всей нежностью оставляет поцелуй на лбу волчонка, вынуждает того покраснеть, но с места Юнги не двигается. Взгляд альфы опускается ниже, к розоватым губкам. Вот бы украсть поцелуй, совсем короткий, чтобы узнать, какой же его истинный на вкус. — Погода испортилась, и, к тому же, я немного занят, — хмурится. — Так что ты зря проделал длинный путь. Альфа недовольно бубнит. — И почему такой занятой человек, как я, нахожу время для своей омеги, а ты — нет… Юнги в ответ недовольно бросает: — Мы не пара. Раздаётся очередной раскат грома. Чонгук складывает руки на груди, а Юнги по-детски повторяет этот жест. Только вот в то время как Чон выглядит устрашающе и грозно, как самый настоящий вожак, Юнги напоминает малыша, которому ну совсем не идёт этот образ. Он бы ещё голову задрал и ножкой топнул, тогда бы сердце альфы точно от умиления взорвалось. Юнги видит насмешливый взгляд Чонгука, хочет кинуть что-то колкое, такое, что сразу сотрёт веселье в глазах альфы. — Может быть, чашечку кофе? Дуонг, который чуть от стыда не сгорел, наблюдая за парой, давно покинул гостиную и вернулся через несколько минут с заполненным подносом. Теперь понятно, кто завалил гостиную цветами несколько дней назад. Оказывается, между вожаком стаи Чон и крохой-омегой действительно что-то есть. Их запахи даже переплетаются и красиво сочетаются. Дуонг надеется, что он не обидит его любимого мальчика. — Если только хозяин дома разрешит, — Чонгук немного наклоняет голову в бок и смотрит прямо в недовольные глазки волчонка. — Юнги-хён, мы закончили! Все оборачиваются и сталкиваются взглядом с малышом, который покинул детскую, чтобы найти любимого хёна. Только вот увидеть незнакомого волка он никак не ожидал. Чонгук хмурится, когда Хару прячется за дворецким, с опаской выглядывая, чтобы бросить злобный взгляд на чужака. — Хару, — Юнги вмиг оказывается рядом и поднимает ребёнка на руки, чтобы быстро-быстро покинуть гостиную. Чонгук хочет пойти следом и узнать, что за малыш так смотрел на него, но сдерживает себя. Юнги тогда точно выкинет его из дома от злости. Дворецкий тем временем раскладывает столовые приборы на круглом столе, с усмешкой думая, что Чонгук всё-таки заботится о чужих чувствах. Дуонг ставит галочку в своём воображаемом блокноте и, прежде чем покинуть гостиную, бросает: — Господин не осведомлён о выговоре. Кофе готов. Юнги возвращается через несколько минут. Он объяснил волчатам, что хёну нужно принять гостя, и дал обещание, что вернётся как можно скорее. Для этого придётся разобраться с этим огромным альфой, который считает, что может вот так запросто рушить чужие планы. Юнги находит Чонгука рассматривающим мрачный вид на горы из окна. Накрытый стол остаётся нетронутым. На несколько секунд волчонок приковывает взгляд к широкой и крепкой спине, но вовремя берёт себя в руки и выдаёт своё присутствие: — Тебя не учили, что когда что-то планируешь, нужно предупреждать волков заранее? Это грубо с твоей стороны. — Тогда с твоей стороны грубо игнорировать все мои звонки и сообщения. Если ты продолжишь так себя вести, мне придётся вновь и вновь нарушать спокойствие твоей стаи, — Чонгук разворачивается и взгляд приковывает к недовольному волчонку. — Мы же договорились вчера. — Я прикажу не пускать тебя. — Тогда я буду ловить тебя на улице, — сокращает расстояние. — Я не буду выходить из дома, — не двигается. — Тогда я сломаю стены. Юнги отворачивается и переводит дух. Только бы этого альфу чем-то тяжёлым не ударить. Он глаза закрывает, когда чувствует спиной чужое горячее тело, а на талии — руки. Чонгук хочет прижать кроху ближе, оставить поцелуй на каждом сантиметре шеи и любить, любить и ещё раз любить. Желания выпускать омегу из рук нет ни капли. Он готов весь день так стоять, вдыхать приятный запах истинного, греть руки на его тонкой талии и украшать омегу поцелуями. Может быть, его мечты смогут когда-нибудь воплотиться в жизнь. Юнги не вырывается. Он проверяет, закрыта ли дверь, и только тогда тянет ручки к альфе, обвивает его талию и носиком в его крепкую грудь утыкается. Чонгук на грани. Ещё чуть-чуть и он начнёт руки распускать. — Мне просто холодно, а ты тёплый, — пытается оправдать внезапный порыв обнять альфу Юнги, но Чон только ухмыляется и поцелуй на его макушке оставляет. На самом деле, одна из причин, почему он нарушил сегодня покой омеги, — это события этого дня. Очевидно, Юнги ничего не знает, и это удивительно. Из каждого переулка только и говорят о стае Мин и многочисленных штрафах, наложенных Советом, но все в усадьбе решили уберечь омегу от этой информации. Он отменил встречи, первым делом после Совета приехал к Юнги, не зная, чего именно бояться. Таро мог сорваться и причинить вред волчонку, и этот вариант событий ничто рядом с предположением, что стая Мин может прекратить своё существование в течение этого дня. Альфа быстро приходит к выводу, что ему нужно теперь не только защищать свою стаю, но и вот эту омегу, который сейчас греется в его руках, как щеночек. Даже в этом особняке теперь небезопасно, учитывая, что охрана без лишних вопросов пропустила альфу. Случись с Чонгуком такая ситуация, как у Минов, ни один волк бы и близко не приблизился к его усадьбе, а родные не покинули бы усадьбу ни при каких условиях. — Таро так и не появился. Алваро не дал мне информацию, которую я хотел. Моя стая и ты молчат. Все как будто пытаются от меня что-то скрыть. Я чувствую это. — Возможно, это так, — заправляет Красную прядь за ушко омеги. — Через несколько дней у моей стаи будет годовщина создания. Я хочу, чтобы ты присутствовал там. — И не буду! У меня дел по горло в тот день… Чонгук зарывается носиком в волосы омеги и вдыхает аромат полевых цветов. Нужно как-то заманить кроху в свою усадьбу, показать всей семье своего будущего мужа и успокоить внутреннего волка, который каждый день требует видеть своего истинного рядом. Зверь внутри в лужицу расплывается, только представляя, как окутает Юнги своим запахом. Привести свою пару на свою территорию — огромный шаг для волков. Внутренний волк альфы внутри голову от этой мысли теряет. — Например? Снова с волчатами будешь сидеть? — шепчет, глаза от удовольствия прикрывая. — Да, буду. У меня, к тому же, на секундочку, учёба. Я только на втором курсе! — отходит в сторону и шикает на внутреннего волка, который скулит и просится на ручки альфы. — А ещё… — А ещё в пятницу ты будешь со мной, — прижимает его вновь к себе, но уже так, что никакие попытки омеги не помогут вновь ему сбежать. — Чёрт, ты такой милый в этой футболке. Чонгук бы уткнулся носиком в ключицы, только Юнги слишком маленький. Ему бы пришлось очень сильно постараться, чтобы эти бледные ключицы поцеловать. Остаётся только носиком водить, губы облизывать и о большем мечтать. Юнги румянцем покрывается и сдерживает испуганный писк, когда чужие ладони пробираются под его футболочку. Ну это уже ни в какие рамки не лезет! — Прекрати ко мне приставать! — Любовь моя, ты обещал мне, что проведёшь со мной день. С утра до ночи, — говорит тихо, наслаждаясь близостью. — Считай, ты выполнил половину условия. Волки должны сдерживать свои обещания. Юнги проклинает себя. Кто его за язык тогда тянул… — Хорошо, твоя взяла, — принимает своё поражение. — А теперь отпусти меня. Нельзя, чтобы нас увидели. — Не хочу. Чонгук нагло улыбается, когда получает крохотным кулачком по плечу. Ну само очарование.

***

Ребёнок лет тринадцати откладывает ручку и закрывает размалёванную тетрадку. Он поправляет школьную рубашку, которая досталась ему от старшей сестры, и переключает внимание на школьный стадион за окном. Пускай в понимании обычного волка на Бургосе вот этот голый участок земли на территории школы является чем угодно, но точно не стадионом, волчата из Рентерии воспринимают его единственным местом, где можно развлечься и порезвиться. Бао хмурится. Он так хочет погонять мяч вместе с остальными, но учитель Пак оставил его и ещё нескольких ребят после уроков. Ну, подумаешь, просидели на математике, ничего не делая! Бао считает, что этот предмет ему даром не сдался, потому наказание совершенно не справедливое. Он будет помогать отцу в магазине: таскать ящики с продуктами. На кой чёрт ему тогда нужна математика? — Бао, я всё вижу, — учитель Пак, милейшей наружности омега, хитро улыбается и откладывает заполненные документы на край учительского стола. — Реши ещё два примера, тогда я отпущу тебя. Несколько детишек дописывают ответ и быстро кладут тетрадки на рабочий стол. Чимин не успевает проверить задания, как ученики хватают поношенные рюкзаки и выбегают из кабинета, напоследок вильнув маленькими хвостиками. Вот негодники. Бао завидно смотрит в след. — Учитель Пак, — обиженно начинает мальчишка, вновь привлекая внимание к себе. — Почему вы не оставили после уроков Хисоль? Это не справедливо! Она ведь тоже ничего не делала. Хисоль всегда в новой одёжке, её окутывают завидными взглядами, но никто к ней подойти не решается. Изгоем назвать её язык не повернётся. Всем известно, что мать девочки спит с мэром города, доверительным лицом Чонгука, уже как на протяжении нескольких лет. Это главная причина наличия надменного взгляда и модной одёжки. Знает ведь, что одна слезинка и обидчики на следующий день не придут в школу. Чимин понимает, что резкое слово в её сторону может плохо закончиться, потому помалкивает и старается делать вид, что её вовсе не существует. Но как объяснить это ребёнку, который обиженным взглядом сейчас смотрит на него и дуется? — Бао… Внезапно дверь класса распахивается, и Чимин не успевает возмутиться, как расплывается в улыбке, увидев знакомые лица. Мальчишка сразу смекает, что за волки прибыли в школу, и тихонько начинает складывать свои вещи в рюкзак. — А вот и мы! — Сато Ами поднимает руки вверх, улыбаясь так ярко и солнечно, как никогда раньше. Только вот Ким Тэхён, который переступает порог класса следом, не разделяет его энтузиазма. Он кладёт огромные пакеты с подарками на школьную разрисованную парту, закрыв все непристойные рисунки, и зыркает разгневанными глазками, Бао до мурашек пугая. Ами такой счастливый только потому, что эти чёртовы пакеты от машины до школы не нёс. А Тэхён готов огнём дышать! — Я очень рад вас видеть, — Чимин обнимает всех омег поочерёдно, окутывает всех ароматом мёда. — Но вы немного запоздали. Уроки закончились час назад. Остался только Бао… Чимин оборачивается и возмущённо руки на бока кладёт, не обнаружив волчонка на месте. Сбежал всё-таки. — Так получилось. В городе полный переполох. Мало того, что Намджун-хён охрану на нас натравил, но мы от неё избавились, так ещё какая-то авария на конце города случилась, как раз там, где мы проезжали, — Ами аккуратно вынимает коробочку, обёрнутую в подарочную упаковку, и протягивает Чимину. — А это тебе. — Какая-то шишка в аварию попала, но я не вдавался в подробности. Я чуть от злости не сгорел из-за этих пробок, — Тэхён заваливается на стул и вытягивает ноги, в блаженстве закрывая глаза. — Ами, ноги моей больше здесь не будет. — Это мне? — учитель удивлённо глазами хлопает. Сато настаивает, чтобы омега раскрыл подарок здесь и сейчас, и Чимин слушается. Он возмущённые глазки поднимает, когда обнаруживает на дне коробки золотое колье. Тэхён решается объяснить, так как подарок — его идея. Месяц назад, в период школьных каникул, они вытащили Чимина в Ла-Корунья на короткий денёк. Сато и Тэхён друга не слушали, купили гору вещей для него, только бы друг не носил мешковатые свитера и закрытые рубашки, а что-то откровенное, сексуальное. Они понимают обстановку в Рентерии, понимают причину, почему друг пытается свою сногсшибательную фигуру скрыть, но ведь можно хоть разок с друзьями прогуляться в чём-то красивом, сексуальном. Тэхён как-то увидел Пака обнажённым и чуть завистью не подавился. Тогда он на коленях умолял друга поучаствовать в фотосессии, но получил строгий отказ. Лишнее внимание может привлечь огромные проблемы. Тэ надулся, но решил преподнести другу дорогой подарок в виде украшения. Он приобретал его с мыслью, что будущий альфа Чимина слюной подавится, увидев дорогое колье на голом желанном теле. Нынешний альфа Тэхёна завис, кстати, на секунд двадцать, увидев возлюбленного в таком наряде. — Вы… Да вы с ума сошли! — Не притворяйся ангелом, — хихикает младшая омега Ким. — Нам прекрасно известно, какой ты чертёнок на деле. Чимин отворачивается, улыбку прячет и всё-таки принимает подарок. Пакет с подарками остаётся в запертом шкафу. Чимин обещает, что обрадует детишек завтра утром. Он закрывает кабинет, покидает школу, собирается сесть в машину друзей и угостить их дома чем-то сладким. Они согласились подождать его в автомобиле, пока он выполнит все свои обязанности. Чимин успевает сделать несколько шагов от школьных дверей, как вдруг останавливается. Сердце уходит в пятки. Перед ним волк, которому все в Рентерии мечтают перегрызть глотку. — Мне тут птичка нашептала о чужаках, — Кэтсу ядовитой аурой обволакивает Чимина, зрительного контакта не разрывая. — Не могу поверить, что это ты привёл волков из вражеских стай на нашу территорию. Кэтсу является мэром Рентерии и доверительным лицом Чонгука. Когда он пришёл к власти, красивая внешность альфы покорила всех, только вот симпатия к этому волку давно разбилась о многочисленные убийства детей, жизни которых Кэтсу забрал одним движением руки. В его ладони — зажигалка с гербом стаи Чон. Под пиджаком — пистолет. Любой волк в Рентерии знает, что нельзя переходить дорогу этой твари. Он подставит тебя, сделает так, чтобы вожак стаи Чон увидел в тебе врага и глотку тебе перегрыз. Чимин уверенность со стенок души соскребает, внутреннего волка успокаивает: — Не понимаю, о чём ты? Кэтсу цокает. Глаза Чимина расширяются, когда на него направляют дуло пистолета. Внутренний волк замирает на несколько секунд, а потом оглушает человека жалобным скулежом. Взгляд цепляется на высеченный на пистолете герб стаи Чон. Вот так он погибнет от правой руки своего вожака, которого всегда возносил и защищал. Думал, что настанет день, когда Чонгук увидит тот беспредел, который Кэтсу творит, и оторвёт ему голову. Однако не судьба. Ему так жаль, что дети, играющие на стадионе, сбегутся на звук выстрела и найдут мёртвое тело любимого учителя. Лучше бы Кэтсу пришёл за ним позже. Лучше бы он встретил смерть в своей кровати. Пускай хочется сорваться и бороться за жизнь, бежать, чтобы пятки сверкали, омега глаза закрывает и ком в горле проглатывает, чтобы позорно не расплакаться перед смертью. — Не трогай его. Кэтсу оборачивается и встречается с дулом пистолета, направленным прямо в его лоб. Хмурится, когда не видит герб стаи Ким на нём. Почву под ногами теряет, когда вместо него сияет образ луны — точная копия рисунка на оружии Кэтсу. — Откуда у тебя пушка моей стаи? — почти рычит, переводит разъярённый взгляд на омегу. Тэхён смотрит в ответ не с меньшим раздражением. Выглядит так, будто нажать на курок для него — пустое дело. Он, как только увидел эту тварь на горизонте, тут же вытащил из-под сидения своей машины пистолет и под удивлённый взгляд Ами выскочил из салона автомобиля. Нет, он не позволит смерти забрать в первую очередь своего друга. Там же ляжет, но друга не отдаст. — Я бы на твоём месте сейчас не об этом думал, — замахивается и пользуется смятением Кэтсу, чтобы нанести удар пистолетом по лицу, отчего альфа позорно падает на спину. Чимин дёргается, к двери прилипает и опускается на корточки, потому что дрожащие от напряжения ноги его уже не держат. — Тэхён, — пытается образумить друга, но замолкает, увидев нескольких альф за спиной друга. Всё-таки они не избавились от охраны. Омега не отступает. Его глаза принимают опасный блеск, и если бы не витающий сладкий аромат, Тэхёна спокойно можно было бы принять за альфу. Он подходит к Кэтсу, вновь целясь в голову, а охрана позади него повторяет жест. Кэтсу остаётся только глубоко дышать и зубы плотно сжимать, от унижения ему хочется сожрать омегу с потрохами и каждого, кто стал свидетелем этой омерзительной сцены. — Я озвучу тебе истину, которую вслух никто не в силах произнести. Молись, чтобы сдохнуть от укуса дворовой собаки, потому что как только вожак узнаёт о твоих махинациях, ты будешь истекать кровью годами. А он узнает, и я могу привести смерть к твоему порогу, — засматривается на шрам чуть ниже глаза. — Делай правильный выбор. Кэтсу сплёвывает кровь, а его внутренний волк оглушает стенки души диким рычанием. Тэхён уходит, а Чимин каждые два шага оборачивается, проверяя состояние мэра. Губы подрагивают, а внутренний волк скулит, переживая, говорит, мол, сейчас он встанет и закончит начатое, и пострадает уже не один Чимин. — Тэхён, пожалуйста, я переживаю за тебя… Северный волк открывает дверь автомобиля, и Чимин оказывается в объятиях Сато Ами. Тэхён закатывает глаза и приказывает охране исчезнуть, а сам садится за руль и переводит дух. Ну и мерзавец этот Кэтсу. — Тэхён, — вновь Чимин смотрит испуганно на своего друга. — Успокойся ты, ни меня, ни тебя не тронут. У него кишка тонка, чтобы против Кимов пойти, — взрывается омега и тянется за салфетками. — Уберёт меня — за ним придёт мой братец. А он магазина жалеть не будет. Тэхён прячет пистолет с гербом стаи Чон обратно — под сидение автомобиля.

***

Десятого августа остров Бургос сотрясает новость. Вожак стаи Мин находится на грани смерти из-за автомобильной аварии. Поговаривают, что это было заказное ДТП. Ситуация обрастает слухами. Волки, раннее не умолкающие из-за событий во Дворце Белого Волка, теперь яростно спорят, кто же займёт место вожака, какая стая отберёт бизнес Минов и, главное, самую младшую омегу - Юнги. Однако, к их удивлению, вожак стаи Мин приходит в себя через несколько дней. Врачи оповещают, что его состояние стабилизируется, и разрешают младшему омеге стаи навестить брата. Юнги, который все эти дни провёл около палаты и лил в три ручья слёзы, теперь крепко сжимает руку брата и с мокрыми глазами уверяет, насколько сильно он переживал. — Мой маленький, — севшим и уставшим голосом произносит Таро, желая хотя бы немного успокоить своего любимого брата, — мне очень жаль. — Дуонг всё рассказал мне. Я был зол, хотел рвать и метать, но потом я узнал, что ты здесь, — вытирает слёзы и шмыгает носом. — Что случилось? Расскажи мне, прошу, только не ври. — Я сделал неверный ход, — из-за следующих слов сердце кровью обливается. — Я предал свою семью. Думал только о деньгах, не понимая, насколько сильно может пострадать моя стая. Юнги, я боюсь, это конец. Кто-то пытается убрать меня. Они попытаются снова, и тогда… Юнги не даёт договорить. — Не смей! Мы найдём выход. Всё будет хорошо, — целует руку брата, — всё будет хорошо. Юнги глаза закрывает, когда в нос ударяет знакомый запах альфы. А Таро не знает, что чувствовать, увидев прошедшего в палату альфу. Он смотрит на вожака стаи Чон, который только бросил безразличный взгляд на Таро, только на хрупком омеге внимание остановил, и его взгляд в мгновение приобретает очертания переживаний. — Всё будет хорошо, — вновь повторяет тихо-тихо. Омега не двигается, когда чужие ладони опускаются на его плечи, легонько поглаживая. Оборачивается, только когда альфа поцелуй на его макушке оставляет, горячем дыханием ушко опаляет: — Всё будет хорошо, — повторяет слова омеги и оставляет поцелуй на лбу волчонка. — Мне нужно поговорить с твоим братом, позволишь? Юнги кивает и, вдохнув успокаивающий запах альфы, поднимается на ноги. Чонгук следит, как омега покидает палату на дрожащих ногах, переживая, что с его крохой может что-то случиться из-за стресса. Чон обращает внимание на вожака стаи Мин, и тогда его глаза теряют все нотки беспокойства. Остаются холод и серьёзность. — Я бы набил тебе морду, но у меня нет сил, — Таро облизывает сухие губы. — Пришёл закончить начатое? — Тут я не замешан, можешь не сомневаться. Я могу помочь тебе. Чонгук подходит к окну, а его татуированные пальцы впиваются в белый хрупкий подоконник. На нём фрукты и сумка, от которой исходит знакомый запах полевых цветов. — Мне известны все имена и дальнейшие действия твоих врагов. Одно моё движение способно предотвратить трагедию на острове, но ты должен сделать кое-что взамен. Таро морщится. Он загнан в угол. — Я догадываюсь, о чём ты говоришь. — Юнги — мой истинный, — Чонгук пронизывает взглядом лежачего альфу. — И настанет день, когда я заберу его. Это случится в любом случае. Если ты примешь мою помощь, мы обвенчаемся, а у тебя будет шанс видеть его и племянников. В противном случае, твою стаю уничтожат вместе с тобой, а Юнги останется под моим крылом. Таро закрывает глаза. Вновь клонит в сон, силы покидают его. — У тебя есть шанс спасти свою стаю, но мне нужен ответ здесь и сейчас. Потом будет поздно, — Чонгук давит. — Я согласен, — выдавливает из себя ответ Таро, а внутри что-то рычит, поглощает с каждой секунды всё больше участков души. Чонгук прячет улыбку и тянется за телефоном, чтобы Ксу, его правая рука, принёс договор. Внутренний волк доволен, ведь теперь его руки развязаны. Он может хоть сейчас дать своей истинной омеге свою фамилию, дать ему защиту и всё, что полагается, но нужно сдерживать себя. Нужно потерпеть. Ещё чуть-чуть и кроха будет под его крылом.