сосед и соперник

— И что ты ему сказал? — поедая пачку крабовых чипсов, спросил брюнет, сидя на полу с учебником в руках. Сегодня Ойкава снова в гостях у своего соседа. — Пришлось правду рассказать. Он бы всё равно узнал все подробности от своего дяди. И так допрос устроил. — устало выдохнув, ответил Коуши, после чего лег на кровать, прикрывая лицо ладонями. — Ты что, рассказал о том, что мы гуляли? Ты ведь понимаешь, что меня вся твоя команда без каких-либо причин ненавидит? — с беспокойством обращается Тоору, отрывая взгляд от шестнадцатого параграфа по физике. — Нет конечно! Я не настолько честный. Твоего имени не называл, просто рассказал историю про анонимного друга. Плюс ко всему, тебя недолюбливают из-за твоего высокомерия в сторону Кагеямы-куна. Я никак не пойму, что такого он сделал. Ну был мальчик агрессивным и доминантным, но кто в жизни не ошибается? — пожимая плечами, Суга принимает сидячую позу на кровати. — Да, знаю я, но тут дело немного в другом. Наши отношения испортил я, а не он. Всё немного сложнее… — закусив губы, тоскливо признается юноша. Всё же он любил бы своего кохая, если бы не был таким плохим… — Вообще-то разговор не об этом. Я всё это говорил к тому, чтобы ты был аккуратнее. Тобио-чан не должен узнать. — поверив в слова своего соседа, он снова возвращает свой взор на страницы с разными законами Ньютона. Лучше не начинать тему их неприятных отношении. — О нас, кстати, Шимидзу-сан узнала. — совсем невинно и неожиданно произносит пепельноволосый. — Что?! Ваш менеджер? — бросив учебник на пол, Тоору встает с пола и садится на кровать, смотря прямо в глаза своего собеседника. — Как именно? Она ведь никому не расскажет? — нахмурив брови, капитан Аоба устраивает допрос. — В общем, дело было так…

***

— Так значит, ты решил поехать в Онагаву только потому, что твой друг был грустным? — скептически уставившись на вице-капитана своей команды, Дайчи уже даже перестал злиться. — Да, мне хотелось ему помочь и эта идея пришла совершенно случайно. Поэтому я так резко пропал, и забыл тебя предупредить. — с улыбкой добавляет связующий, стоя чуть дальше поля. Савамура уже успел на него накричать, позлиться, сделать сотню замечаний, пожаловаться о том, как беспокоился. Всё самое страшное оказалось позади. На самом деле Суга ожидал куда худшего, но все суровые взгляды и придирки достались первогодкам и второгодкам. Всё-таки Дайчи не может ругаться со своим близким другом. Коуши зря беспокоился. Только вот всю правду ему пришлось рассказать, ну почти всю. — Хорошо, в это более-менее верится. Но раз так, то что это был за друг такой? Неужели настолько близкий, раз ты без каких либо предупреждении умудрился уехать в другой поселок. — скрестив руки, спрашивает доигровщик. — Ну… Я о нем не рассказывал, но мы соседи… — медленно тянув слова, говорил белый ворон. Во время похода за продуктами в торговый центр он успел обсудить эту тему с Ойкавой. Они оба считали, что их командам не следует знать об их дружбе. Никому не хотелось получать критику и осуждение, тем более ни один из парней не любит, когда в их личную жизнь кто-то влезает. Они не то что не любят, скорее даже ненавидят. — Точно, ты ведь недавно переехал. Рад, что ты нашел друга. Так кто он? — всё сильнее любопытствуя, вытягивал ответ шатен. — Дайчи-сан! Кагеяма-кун опять дерется Хинатой! — испуганный крик Ячи-чан тут же доносится до слуха старшего, что заставляет его отвлечься. — Блять… Сейчас вернусь. — обращаясь к пепельноволосому другу, юноша уходит к первогодкам. — Кагеяма! Хината! Перестаньте дурачиться! — Хвала небесам… — облегченно выдохнув, шепчет Сугавара. — Ой, привет, Шимидзу-сан! — прямо перед носом неожиданно появляется их менеджер. — Здравствуй, Сугавара-сан. Как прошли ваши выходные с Ойкавой Тоору? — слегка наклонив голову, интересуется девушка. — Всё было здорово. Он даже подарил мне эту подвеску! — с искренней улыбкой парень показывает свою ценность на шее. — Погоди… Как ты узнала?! — резко осознав ситуацию, громко шепчет Коуши. — Так это секрет? В принципе, я так и думала. — пожав плечами, произносит Киёко. — Я вас видела сегодня утром в метро. Вы довольно милая пара. Не думала, что вы одни из таких. — сдержанно, но с умилением признаваясь, ответила темноволосая, поправляя очки на переносице. — Что? Нет! Я не такой. Мы всего лишь друзья. — заливаясь краской, возмущается старшеклассник. — Правда? Вы просто были так прижаты, и беседовали как парочка. — непонимающе ответила менеджер. — В вагоне было тесно. Мы не специально. Тем более как еще мы должны разговаривать, чтобы не выглядеть как пара? — то ли от злости, то ли от смущения, бледная кожа Коуши краснеет ещё сильнее обычного. — Поняла. Но тогда почему вы так сильно смущаетесь? — издевательски спрашивает красавица, пытаясь сдержать усмешку на лице. Реакция «влюбленного» ворона была просто бесподобна. — Я… это… — этот вопрос поставил прямо в тупик. Что тут вообще ответить? Сугавара и сам не знал почему он так завелся. — Ох, кажется, ребята стоят на позициях. Думаю, вам следует присоединиться к игре. От мыслей отвлечься поможет. И можете не волноваться. Я никому не скажу про ваши отношения, хах. — тихо хихикнув, старшеклассница оставляет юношу в одиночестве. Почему он так себя ведет? Аж самого себя пугает таким поведением… Дело в Ойкаве или в том, что Шимидзу-сан приняла его за одного из этих…? Она ведь никому не расскажет? Киеко ведь можно доверять. Как-никак старшеклассница не одна из тех сплетниц. В любом случае, сейчас не до этого. Волейболист давно не играл. Пора бы размять мышцы с костями. Задумчивый связующий шагает в сторону сетки.

***

— Ну, если она не расскажет, тогда хорошо. Но лишний раз лучше на глаза не попадаться. Ни то я знаю какая реакция нас ждет, если сокомандники узнают… — послушав историю Бодрячка-куна, которая была чутка искажена, Тоору делает вывод, что ничего страшного не произошло. По крайней мере, он надеется, что ничего не случиться. — Это да… Кстати об этом, как там Иваидзуми-кун? Ты ведь сегодня был на тренировках. Вы общались? — резко вспомнив ссору Ойкавы с его лучшим другом, Бодрячок уже готов внимательно слушать. — Я не особо понял причину вашего конфликта. Типа он взбесился, потому что я с тобой общаюсь? — Лучше бы не напоминал о нем. Этот идиот хочет, чтобы я не общался с тобой потому, что ты из Карасуно. — закатив глаза, отвечает капитан Аоба. — Всё стало только хуже. — присаживаясь поудобнее, юноша начинает свой рассказ. Правда придется упустить кое какие детали.

***

— Неужели вернулся? Я уже хотел было к твоей сестре обратиться, раз ты звонки не принимал. — как ни в чем не бывало говорит Хаджиме, как только видит в тренировочном зале капитана Аоба. Он как обычно пришел раньше всех, и начал зарядку сразу после прибытия. В этом весь Дуракава. Было ожидаемо его здесь увидеть. Даже если в школу не приходит, то тренировку почти никогда не пропускает. — Ты ведь уже остыл, Дуракава? Надеюсь, ты подумал о моих словах. Подойдя ближе к парню, ас команды всё ждет хотя бы ответную реакцию, но Тоору даже взглядом его не одобрил. Вместо этого решил начать делать подачи, словно на поле никого и не было. Ведет себя по-детски, но на этот раз не как всегда. — Почему молчишь? Неужели всё ещё зол? — обеспокоенно спрашивает юноша, касаясь друга за плечо. — Не трогай меня. — шагнув назад, убирая ладонь от своего тела, огрызается Ойкава. Почему Ива-чан сейчас делает вид будто их ссора ничего не значила? Разве так сложно догадаться, что у связующего нет настроения на эти дружеские беседы. — Понятно… — стиснув зубы, произносят шатен. Лучше бы Тоору опять вел себя как избалованный детсадовец, а не как обидчивая девчонка. Ива-чан и без этого вспыльчивый, а такое поведение выводило на еще большую агрессию. — Я пытаюсь помириться, а ты наоборот показываешь свою вражду. Тебе не кажется, что это эгоистично? — О, так я опять поступаю как эгоист. В первом случае, это потому что я хотел подружиться со своим соседом. А сейчас потому что не хочу фальшиво улыбаться? У тебя довольно обширное понятие слова «эгоист», Ива-чан. — от злости брюнет бросил мяч на землю, смотря прямо в глаза друга. Круглый объект пару раз ударился о поле, после чего покатился ближе к сетке. Казалось, что такой гробовой тишины зал еще не слышал. — Не выставляй меня злодеем. Ты же прекрасно знаешь, почему твоя дружба с сэмпаем Кагеямы-куна может быть плохой. — всё так же уверенно продолжает старшеклассник, и не собираясь отступать. — Буду честным, ты и без меня фальшиво улыбался. Почему же на этот раз решил сделать исключение? — издевательски говорит Хаджиме, не отводя свой хмурый взгляд от карих глаз. — Спасибо. Теперь я точно понял, что во всем виноват только я потому, что ты никогда не можешь быть неправ. Это ведь я фальшивый и эгоистичный, а не ты. — толкнув оппонента плечом в грудь, Ойкава собирается уйти в раздевалку. А может даже домой, если эта пиявка продолжит идти за ним по пятам. — Ты хотя бы попытайся нормально поговорить, не убегая от разговора. — схватив брюнета за запястье, Иваидзуми тянет его к себе, показывая, что он еще не закончил диалог. — Когда же ты уже отвяжешься от меня?! — сорвавшись на крик, Тоору сильнее оттолкнул сокомандника от себя. По всему помещению разнеслось эхо, что заставило замереть не только конфликтующих старших, но и других членов Аобаджосай, которые пришли на тренировку не совсем вовремя. — Ойкава-сан, с вами всё в порядке? — встревожено спрашивает Киндаичи, впервые видя такое состояние капитана. — Как давно вы здесь стоите? — обращаясь к своим младшим, брюнет принимает более собранную и уверенную стойку. — Да вот, секунду назад пришли. — неловко улыбаясь, отвечает Яхаба, пытаясь скрыть свое напряжение. — Так… Что здесь произошло? — Дуракава хотел уйти от сюда, чтобы пойти на свидание с одной девушкой. Я задержал, вот он и взбесился. — придумав глупую отговорку, Хаджиме толкает друга локтем, намекая на то, чтобы ему подыграли. — Такой шанс не хотелось упускать. — натянув улыбку безответственного идиота, Тоору пытается разбавить обстановку. — Ты ведь вчера пропустил тренировку, гуляя с ней. Я понимаю, что её пепельные волосы и родинка под карими глазами ну очень притягательны для тебя, но думаю, на этот раз тебе стоит остаться. — отсылаясь на Бодрячка-куна, вице-капитан команды ещё сильнее действует на нервы главному связующему. — Ого, пепельные волосы… Небось красавица. Я где-то слышал, что у нас будут тренировочные соревнования с малоизвестной школой. Она могла бы прийти и поболеть за вас, Ойкава-сан. Будем рады познакомиться с вашей девушкой. — кокетливая улыбка поплыла по лицу Яхабы, представляя образ этой «леди». Из-за странного поведения второгодки Тоору лишь почувствовал стыд. Какого будет его разочарование, если вместо представительницы прекрасного пола, придет парень. — Не надейтесь. И не забывайте, что я ни с кем не встречаюсь. Раз Ива-чан так просит тренировку, то давайте начнем. Меньше слов, больше дел. — хлопнув в ладоши, брюнет подмигивает своим сокомандникам, заставляя их встать в ряд и начать зарядку. — Мы позже поговорим. — проходя мимо парня, Хаджиме намекает на то, чтобы тот перестал избегать его. На что волейболист лишь закатывает глаза, и бьёт мячом по полу.

***

— Так вы после занятии всё-таки поговорили? — с любопытством спрашивает Коуши, внимательно слушая рассказчика. — Конечно нет. Я в этот раз раньше всех домой смотался, чтобы с ним наедине не оставаться. — пожав плечами, гость совсем забывает о домашнем задании. — Может всё-таки поговоришь с ним? Вы же друзья. — обеспокоино предлагает Бодрячок. — Думаешь, это нормально называть друга эгоистом и запрещать ему с кем-то общаться? — уже лёжа на кровати, темноволосый задает риторический вопрос скорее грустным тоном, нежели злым. Может, всё-таки в этом случаи прав был именно Ива-чан? Может, Тоору опять ошибся… — Дело даже не в том, что правильно, а что нет. Я просто хочу, чтобы ты поговорил с ним нормально. Может, он потом поймет и перестанет так высказываться. — эти слова звучат с обидой. Такое чувство, словно Бодрячок-кун считает в конфликте виноватым Ойкаву, но не хочет этого произносить вслух. — Ты думаешь, я не прав? — поднимая хмурый взгляд, Тоору ожидает услышать лекцию о его ошибках. — Боже, нет. Не неси бред. Знаешь как мне самому неприятно, что со мной запрещают дружить? Меня даже не знают как личность. Только из-за одного критерия, который ничего значит, все уже делают выводы… — закусив губу, Мистер Бодрячок не поднимал взгляд, он пристально смотрел в пол. — Сейчас из-за вражды с командами обо мне сразу строят плохое впечатление, хотя я являюсь запасным. Даже в основной состав не вхожу… Почему команда играет такую важную роль для других, если я даже не совсем ее часть? — с печальной улыбкой, Сугавара поднял взгляд на собеседника, заплетая свои собственные пальцы. Всё же в этой ссоре обиднее всех именно ему, хотя он даже ни при чем… — Извини, я не… — как только брюнет захотел положить ладонь на плечи соседа, его резко перебили. — Я не закончил. — строгими глазами Суга смотрит прямо в зрачки юноши. — Ты здесь абсолютно прав. Даже самый близкий друг не имеет право тебе что-то запрещать и ограничивать. Тем более охарактеризовать такими словами. Ты не виноват, имеешь оправданную причину его игнорировать. Но просто запомни, что так проблему не решишь. Попробуй ему снова объяснить свое желание и его ошибки. Постарайся высказать свою точку зрения. Если продолжишь отстраняться от Иваидзуми, то в скором времени тебе и вправду будет одиноко. Перестань вести себя как обиженный ребенок! — закончив свой психологически рассказ, пепельноволосый ударил друга в живот, после чего негромко хихикнул. — Ладно, я тебя понял… Раз Бодрячок-кун так сказал, то я обязательно выполню указание. Только не бей. — слабо улыбнувшись, Тоору почувствовал легкий жар на кончиках ушей. Впервые его по-настоящему поддерживают и беспокоятся. Такое приятное чувство, словно ты кому-то нужен… — Не хочешь сыграть волейбол? — резкий и прямолинейный вопрос сбил с толку брюнета. — Хочу. — пожав плечами, тот кивнул, смотря на веселое лицо связующего Карасуно. — Пошли, — прыгнул с кровати, парень потянулся за старым мячем, что лежал и пылился на полу.

***

— Играй медленнее! — нахмурив брови, Коуши старался успевать за пассами своего оппонента. За все три года своей роли в качестве волейболиста, старшеклассник больше всего ощущал сложности именно в игре с Ойкавой. Даже на матчах не было так тяжело… Как можно так серьёзно воспринимать обычное развлечение? — Принимай быстрее. — крикнув в ответ, Тоору продолжил бить запястьями по мячу, делая нижнюю подачу, но в более медленном темпе. Он должен признать, что Бодрячок-кун играет неплохо, но он сильно отстает по уровню. Даже если ученик Сейджо будет сдерживать себя, то возможности не станут равными. Либо Ойкава много старался для этого, либо Бодрячок недостаточно занимается волейболом. Капитан Аоба считает, что второй вариант более правильный. — Агх, — сделав технику падения ласточкой, пепельноволосый опускает голову, когда не успевает поймать мяч. Почему так сложно? Уже сотая попытка, а он смог лишь одно очко забить, и то потому что противник отвлекся на шутку Суги. — Я устал. Давай отдохнем. — приняв сидячее положение, юноша протирает рукой пот со лба. — Окей, для тебя всё что угодно! — кокетливый и довольный подающий садится возле соседа. — Не забудь потом поменять пижаму, когда домой придешь. Ласточку сделал по всему пыльному полю. — Да знаю я. — уставший ворон отмахивается от слов победившего. — Ты вообще противников не жалеешь? Я так точно умру. — С чего это мне жалеть? — скептически одарив взглядом Мистера Бодрячка, парень ухмыляется наблюдая за реакцией собеседника. — Ты во много раз лучше меня. Хотелось бы играть наравне… — закатив губу, вздыхает подросток. — Тогда тренируйся, чтобы мы были наравне. — Даже если бы по 14 часов оттачивал навыки, то я бы все равно не достиг твоего уровня. — Ходить на занятия с командой не достаточно. Я лучше только по той причине, что отдаю волейболу чуть больше времени, чем другие. У меня всё строится на опыте, а не на таланте. — пожав плечами отвечает кареглазый, поднимая взгляд на звездное ночное небо. Красиво… — Это я знаю. Ты устраиваешь пробежки, занимаешься даже в 6 утра, а потом еще и после тренировок вечером кидаешь мячи. Знаешь, я завидую скорее не твоему умению играть, а твоим амбициям и целеустремленности. — также смотря на темные космический холст, произносит Сугавара. От слова «завидую» у брюнета сердце вздрагивает. — Ты такие мелочи замечаешь. Не думал, что мне могут завидовать. — усмехнувшись, Ойкава переводит взгляд на соседа. — Ты считаешь это всё мелочью? — удивляется юноша. — Ты либо реально идиот, либо слепой. — Эй! — возмущенно вскрикивает темноволосый. — Я серьёзно. Как можно так обесценивать свои труды? Признаюсь честно, я слабый человек как физически, так и морально. По началу я восхищался Кагеямой‐куном и грустил, что он забрал моё место. Я пытался более-менее походить на собственного кохая. Забавно, правда? Но, познакомившись с тобой чуть ближе, я понял, что хочу быть как ты. Это даже не преувеличение. В начале года я и вправду старался снова стать частью основной команды, но постоянно сравнивая себя с Кагеямой, начинаешь понимать, что это бесполезно. Он талантлив и трудолюбив. Я бы его не обошел, поэтому и тренироваться перестал. Но смотря на тебя, хочется поиграть еще и стать лучше. Знаешь, иногда я просыпаюсь по среди утра или вовсе не сплю и, выглядывая из окна, я замечаю тебя, того, кто пашет так, словно от работы зависит его жизнь. Я поэтому предложил тебе сыграть. Ты настолько целеустремленный и преданный своему делу, что заражаешь других этими качествами. Я вижу то, как ты стараешься. Этому я и завидую. — сделав короткую паузу, белый ворон собирает и формирует мысли. За эти короткие секунды Ойкава стремительно краснеет и смущается от такой похвалы. Он получал сотню комплиментов от разных людей, которых даже на лицо не помнит. И ни один из этих одобрительных слов не затрагивали душу спортсмена. Никто не замечал и не видел как сильно Тоору старался. Все считали это талантом, что было оскорбительным и неприятным. Но прямо сейчас сердце ёкнуло от такого потока мыслей Бодрячка-куна. Тот, кто заинтересовал самого популярного волейболиста в префектуре, тот, кто стал предметом восхищения и воздыхания, тот, кто смог заставить брюнета смущаться и научил отдыхать впервые за долгое время, оказывается и сам завидовал и восхищался. Кто бы мог подумать… Даже слезы наворачивались. — Но в отличии от тебя, я умею гордиться даже за маленькое достижение. Твоя самокритичность единственный минус, что мешает жить. От самокритики идут комплексы, зависть, ненависть к себе. — обернувшись на Ойкаву, заканчивает Бодрячок-кун, одоряя его слабой улыбкой. — Это так заметно? — обеспокоенный тем, что он плохо скрывает свои недостатки, Тоору задумывается о чужих словах. Неужели им и вправду можно восхищаться? Они вроде мало общались, но Мистер Бодрячок прочитал его как открытую книгу. — На самом деле нет, но однажды встретив на улице Такеру, он рассказал мне, что ты плакал после проигрыша на матче. После этого я чутка наблюдал за тобой. — неловко почесав затылок, признается юноша. — Так и знал, что он видел. Сколько можно без стука заходить в комнату… — возмущенно шепчет связующий, закрывая красное лицо руками. Как же стыдно… О его слезах никто не должен знать. Порой хочется отрезать язык племянника. — Получается, ты тоже завидуешь Тобио-чану? — резко вспомнив рассказ про конкретную личность, Ойкава удивленно моргает. Кто бы мог подумать, что они оба так похожи… — Даже отрицать не получится. — слегка хихикнув, намеком отвечает старшеклассник. — Погоди, в смысле «тоже»? Ты поэтому так высокомерно к нему относишься??? — ошарашенно расширив взгляд, Коуши собирает в своей голове определенный пазл, который отлично складывался. — Бля… оговорился. — закисув язык, шепнул кареглазый. — Ты ведь сохранишь это в секрете? — Думаешь, я стану сплетничать после того, как сам же начал изливать душу? — задав риторический вопрос, усмехается вице-капитан Карасуно. — Я как-то не подумал. — хихикнув, отвечает темноволосый, заправляя себе прядь за ухо. — Ты ведь всё ещё хочешь вернуть место в основном составе? — упираясь подбородком об ладонь, интересуется собеседник. — Хочу. Это мой последний год в школе. А значит, скоро я перестану считаться волейболистом. Я никогда не думал связывать свою жизнь и профессию с этим спортом. Занимался только ради своего удовольствия и интереса. Но первые два года Карасуно переживала не лучшие времена… Мы тогда даже в матчах не участвовали. Время ушло впустую. Только в третьем году вороны снова смогли расправить крылья, и то благодаря первогодкам. Я надеялся, что хотя бы до выпуска смогу насладиться победами. Но я даже поучаствовать не могу потому, что застрял на скамейке запасных. Мне так стыдно за то, что я ловлю себя на мыслях о том, что это вина Кагеямы-куна. Но он не виноват в том, что лучше меня. — грустно и печально выговаривается Бодрячок-кун, который больше не казался таким бодрым. — Но ведь основной состав составляет капитан команды. Ты не говорил своему Дайчи, что тоже хочешь играть? — выделяя имя лидера, юноша сморщивается, когда вспоминает Савамуру. — Я хотел, но он изначально меня предупредил, что для команды так будет лучше. А я поддержал его решение. Всё-таки Кагеяма именно тот, кто приведет нас к победе. — Получается, играют все третьегодки, кроме тебя потому, что тебя заменил первогодка? — порожаясь с поступка «близкого друга» Бодрячка, Тоору мысленно его осуждает. Хотя стоит признать, что он скорее всего поступил бы точно также для победы. Но явно не с Мистером Бодрячком, слишком жестоко по отношению к самому милому созданию. — Получается так. — пожимая плечами, сдержанно улыбается Коуши. — Тогда переходи в Аобаджосай. — резко копируя поведение Ушиджими Вакатоши, с серьезным лицом произносит брюнет. — Ты идиот? — Да брось. Тебе отлично подойдет бирюзовый. Ты прям родился, чтобы быть в нашей команде. Мы примем как родного и ты будешь с основном составе. — шуточно приглашая в команду, противник широко улыбается. — Ага, кроме Иваидзуми. Остальные неизвестно как отреагируют, но твой друг явно засрет меня. — посмеявшись, отвечает пепельноволосый. — Ладно уж, раз ты не хочешь, то могу другой вариант предложить. — отмахнувшись от слов про Ива-чана, ученик Сейджо загарается идеей. — Какой? — Я могу каждый день тебя тренировать. Ну или по началу можем заниматься по три дня в неделю. — уже на полном серьёзе говорит брюнет. Лицо Бодрячка меняется с удивления на радость. — Правда?! Тебе не будет тяжело? — чутка беспокоясь, спрашивает белый ворон. — Если это поможет тебе вернуться в основной состав, то я готов до конца помогать. — Боже, Тоору, спасибо! — прыгнув на друга с объятиями, Суга заставляет юношу смущаться. Он только что произнес его имя, а не фамилию… Они уже близки??? Или он сказал на эмоциях? А что делать дальше? Как обниматься-то… С этими мыслями Ойкава приобнимает соседа за плечи, немного расслабив напряженное тело. Уши и щеки ужасно горят алым цветом, а в животе бабочки резко вылезли из коконов, чтобы начать порхать. Такое странное и приятное чувство… — Тоору! Мама домой зовет! — возле детской площадки слышится голос племянника, что становился всё ближе. — Ой, здравствуйте Сугавара-сан! — увидев объятия брата с его парнем, мальчик резко поворачивает назад. — Я не знал, что у вас свидание. Извините. — эти слова тут же заставили подростков отстраниться друг от друга. — Это не свидание! — Я не такой! — возмущенные парни неловко смотрят друг на друга, надеясь, что в темноте не видно их смущенных лиц. — А… Тогда простите. Вы просто единственный с кем, Тоору так часто проводит время. Так еще и обнимаетесь в двенадцать часов ночи. Я подумал, что вы теперь его парень. — на полном серьёзе прямолинейно поясняет ребенок. Самое удивительное, что уже второй человек, который видел их вместе путает соседей с парочкой. Неужели со стороны они реально как будто встречаются? Также шокирует то, что люди так просто реагируют, словно это является абсолютной нормой… Это заставляет Коуши задуматься. — Такеру, хватит! Не неси бред, иди домой, тебе спать пора. Я скоро тоже приду. — смущенно и раздражительно приказывает дядя, потирая виски. Почему его племянник так просто говорит свои лишние мысли… — Хорошо. До свидания, Сугавара-сан! — кивнув на указание, младшеклассник послушно возвращается домой, помахав другу дяди ручкой. — Прости, пожалуйста… Он слишком прямолинейный. — с комом в горле оправдывается Ойкава, чувствуя стыд. — Всё в порядке. Это значит, что мы хорошо смотримся вместе. — смущенно улыбается пепельноволосый, пытаясь разбавить эту неловкую атмосферу, но делает только хуже, ведь последнее предложение звучит как намек. — Такеру, оказывается, знает и нейтрально относится к однополым отношениям… Обычно, дети о таком не подозревают, либо наоборот осуждают из-за родителей. — успокоив свое горящие лицо, Коуши искренне удивляется такой простой реакции и ошибочному выводу мальчика. — Да, а это должно как-то по другому восприниматься? — скептический склонив голову, вопросом на вопрос отвечает капитан Аоба. — Нет, я тоже считаю ЛГБТ абсолютно нормальным. Просто у многих гомофобия. Я чутка удивлен. — неловко почечав затылок, оправдывается Суга. — Ох, Бодрячок-кун, у тебя явно не очень хорошое окружение, раз люди осуждают других за романтическое предпочтение. Тебе следует поменять круг общения. — Наверное… — пожав плечами, задумывается второй номер воронов. — Ладно, я пойду. А то завтра рано вставать, тем более меня уже зовут. Я тебе напишу позже, когда запланирую тренировку. — встав с пола, брюнет прощается с соседом и направляется к своему дому.

***

oiiikawa_tooru: Завтра в 8 вечера можем начать индивидуальные тренировки. Тебе удобно в это время? Неожиданно на телефон Сугавары приходит уведомление, как только он добирается до дома. Удобно лежа на кровати, юноша открывает социальную сеть. Оказалось, это был Тоору. Они уже несколько недель были подписаны друг на друга, но впервые списались.

suga_sun: Ух ты, впервые переписываемся. Да, меня устраивает. К счастью, это не утром.

oiiikawa_tooru: Ты оказывается с точками пишешь. Типа таким серьезным и загадочным хочешь казаться?

suga_sun: Нет, просто грамотный. Не люблю ошибки в пунктуации.

oiiikawa_tooru: Говорю же серьезный, лол Ну ладно уж, поверю Я спать, тебе тоже пора. Не забудь про тренировку. Если опоздаешь, то сразу пиши об этом

suga_sun: Окей, ещё раз спасибо. Ты так помогаешь, я очень благодарен тебе.

oiiikawa_tooru: Да брось, мы даже не начали. Когда нибудь отблагодаришь ;)

suga_sun: Эти скобки пугают. Ну ладно уж, тогда спокойной ночи!

oiiikawa_tooru: Тогда специально буду чаще использовать их >: ( Ладно, всё. Не хочу задерживаться. Спокойной ночи ;)

suga_sun: Ну ты реальная мразь. Но я, как добрый человек, всё равно желаю тебе сладких снов.

Закончив на этом диалог, оба парней выходят из сети. Время уже почти подошло к часу ночи. Завтра важный день для Суги, так еще и уроки утром. Следует выспаться, чтобы не быть уставшим возле Тоору. Тоору… Почему он обращается к нему по имени? Всего один раз так случайно назвал, теперь все мысли связаны с ним, так еще и обращение слишком близкое… Стоит опять перейти на фамилию. Но его имя всё же красивое, хоть и легкое… С мыслями об Ойкаве, Коуши через какое-то количество времени засыпает с хорошим настроением. Такое чувство словно всё плохое позади.