Любимица доли

Шёл ливень, гремел гром. Только в гостиной Червинских было сухо и тепло. После ужина вся семья сидела в зале. Анна и Григорий общались, а Пётр читал газету. - К вам гостья, - объявил дворецкий и впустил в зал странную на вид девушку. На ней был старый, мокрый, длинный плащ с капюшоном и пышное красное платье. - - Здравствуйте, представьтесь, пожалуйста. - попросила Анна Львовна. - Барышня Романовская, - гостья не спешила снимать с себя капюшон. - Какая прекрасная фамилия! Может скажете, наконец, зачем пожаловали в столь поздний час? - впервые за вечер Пётр отложил газету и внимательно присмотрелся к девушке. Это же одно из платьев, что он приказал сшить Мари! А вот и она сама. - Ты?! Как тебе смелости хватило явиться сюда! - гневно воскликнул Григорий, подрываясь с дивана. - Я думаю, Анна Львовна должна знать, - не обращая внимания на слова младшего Червенского, сказала Мария. - Что… я должна… знать? - со страхом спросила пани. - Я любовница Пётра Червинского. Именно он и именно по этому поводу расстроил мою помолвку с Гришей. - без единой эмоции рассказала Мари. - Да кто ты такая и как смеешь такое нести! - Пётр поднялся со своего места и уже хотел ударить гостью, но ее закрыл собой Григорий. - Не троньте Марию, - скрипя зубами приказал сын отцу. Анна Львовна молча наблюдала за этой сценой. - А то что? За свою несостоявшуюся невесту отца убьёшь? - с насмешкой спросил Пётр. - Нет, но вы не имеете никакого права прикасаться к Марии! - Она же утверждает что моя любовница, значит… - Хватит! - на этот раз поднялась со своего места Анна Львовна. - И так, мне надоело это всё! Сейчас Мария идёт вон из моего дома, Пётр можете отправляться в след за ней, завтра же я подаю на развод. А ты, Гриша, можешь идти к себе или куда хочешь. Оставьте меня в покое! За считанные минуты их выставили за дверь. И Пётр Червинский из богатого пана превратился в простого крестьянина с пустыми карманами. - Доигралась! Надо тебе бы это всё? - ругался мужчина, пока они шли к дому Мари. - Слушайте, я вас не насильно тащу к себе! Если что-то не нравится, идите вон. - сказала, как отрезала девушка. - А давай зайдем в кабак, выпьем, всё дела. - неожиданно предложил Червинский. - Есть за что пить? - со смешком поинтересовалась Романовская. Пан покрутил в руках кошелёк. Пара зашла в ближайшее заведение, где наливают. Заказали на двоих выпить и закуску. Стали ожидать заказ. - Тебе хоть есть куда идти, а мне что делать теперь? - вздохнул Пётр Иванович. - А что, вашего там ничего не было? - Да в том то и дело, что не было. Они выпили бутылку водки и уже были в хлам. Мария и Пётр поднялись и покинули заведение чуть покачиваясь. - А хорошая ты баба, Мария! Вот такая мне жена нужна, и приютила, и выпила со мной, и развеселила! - пьяным голосом сказал мужчина. Они шли к дому Марии держась друг за друга чтобы не упасть. По размытым дорожкам можно было легко поскользнуться. - Так давай обвенчаемся? Чего нет? - сказала Мари и рассмеялась. - Вон и церковь. Они поменяли свой курс. Правда там было закрыто, но это не особо огорчило парочку. Они уселись на крыльце и стали обсуждать жизнь. Решили, что обвенчаться могут и сами. Прочитав какую-то молитву они перекрестились и снова зашёл разговор про бытие. - Слушай, - немного шатаясь сказал Пётр. - а раз мы венчались, во... сегодня наша первая брачная ночь. - у него заплетался язык, но он старался донести суть до "супруги". - Ага, - Мария ничерта не соображала и поэтому потянулась у мужчине с поцелуем. Он придвинулся ближе и они страстно поцеловались. - Не перед церковью же это делать, - вдруг разорвала поцелуй Мари. Она встала и схватив его за руку куда-то потащила. - Ей, ты куда... не спеши, - Пётр был всё так же пьян и это сильно мешало догонять девушку. А Мария шла и как будто не замечала его просьб. Они остановились только у старой мельницы и девушка тут же поцеловала его. Они зашли внутрь после короткого поцелуя. - Это же моё было! - вдруг вспомнил Червинский и заплакал. - А теперь ничего нет! - Ну, чего ты? В самом деле, - Мария обняла Петра и погладила его по голове. Он всхлипывал и что-то говорил. Когда нахлынувшая грусть отпустила, он порылся в кармане и достал триста рублей. - Это тебе, - он протянул двести. - езжай в Киев и построй себе хорошую жизнь. Мария уцепилась в деньги как в единственное сокровище. Она с благодарностью глянула уже спящего в соломе мужчину и пошла к себе домой. Завтра у неё начнётся новая жизнь.