Россия 37

Юрий увидел себя со стороны в компании Макса, кота и некого дядюшки-интеллигента в незнакомой комнате. Он сидел за столом и смотрел в чашку с чаем. Вокруг царил порядок, но пахло пылью. Юрий заметил, что пылинки и мелкие пятнышки на полировке стола были симметричными и естественными, в отличии от внезапных, раздражающих беспорядков, постепенно появляющихся в его комнате на следующий день после уборки. Данный феномен легко можно было объяснить тем, что здесь вообще давно толком не убирали, но Юрий об этом не подумал. Чужой порядок вещей, но расположенный к нему и гостеприимный. Вещи и события оставались для Юрия практически единственным каркасом, сдерживающим его болезненный, призрачный внутренний мир от разрушения, исчезновения, и пока существовал порядок вещей и событий, он сам существовал. События, как ни странно, были теперь идеально последовательными и правильно расставленными. Они давали Юрию особенное понимание и ясность. Судя по отстраненности от своего тела и кристальной ясности ощущений при этом, Юрий только что пережил один из самых сильных приступов, которые случались с ним все чаще. Но такого четкого понимания происходящего с ним, внутри и снаружи, еще никогда не было. Вот Максимка, вот кот, вот дядя-профессор (вроде бы профессор, но чуть позже разберемся). Есть еще корнет, есть Лара, только их сейчас не видно… Они каким-то невероятным образом живут у Юрия в голове, потому что он их туда забрал. Чаще всего кто-то из них появляется, когда его нет, но не всегда… Где-то там еще Зоя и брат… В сердце уже не было живого места, чтобы болеть. Юрию ничего не оставалось, кроме как принять свое осознание и перестать его пересматривать. От глотка горячего сладкого чая стало заметно лучше и он вроде ощутил себя в своем теле, здесь, за столом, с друзьями. Но был еще кто-то неподалеку, кто пришел с Максом… — Максим… Ты же не один пришел?.. кого-то еще нужно спасти?.. Казалось, Юрий не то, чтобы видел, но чувствовал сквозь стены.