Заводы

Николь давно сюда не приходила. Так давно, что теперь ужасно волновалась. Прижать учебник по биологии к груди. Повернуть за угол. Улыбнуться горожанам и ускориться. Вверх, прочь от улиц и ближе к горному убежищу короля. Продумать варианты развития диалога, вновь убедиться в идиотизме этой затеи и тяжело вздохнуть. Любой звук здесь, на высоте, кажется оглушающим. Дама вздрагивает и наконец добирается до небольшого домика. Ни охраны, ни толпы поклонников, только медный молоточек на дубовой двери. Николь стучит несколько раз. На улице холодно, однако она волнуется, и ладони потеют, как при тридцати градусной жаре. Девушка ждёт, пока на пороге появится Данте. Он и появляется: с кружкой чего-то дымящегося, без рубашки и с распущенными красными волосами до самых плеч. Домашний вид короля успокаивает. — Привет, Данте! — девушка запрыгивает внутрь, стряхивает с ног снег и протягивает учебник прямо в руки красного. — У меня тут эксперимент горит, никак не могу найти себе подопытного, представляешь?! Пик после моей шутки вообще ко мне не приближается, Куро и Ромео ужасно заняты чем-то своим… А девчонки не подходят! Она издает много шума, стягивает ботинки и куртку, говорит на одном дыхании, поправляя непослушные рыжие волосы, и Данте действительно начинает казаться, что у неё что-то горит. Король читает название врученной ему книги, и брови его медленно-медленно ползут вверх. — Тебе подопытный же… не для вскрытия нужен? — он отпивает из кружки и по разлившемуся в воздухе аромату становится понятно, что это — травяной настой. — Нет! Не волнуйся! — она смеется и движется чересчур активно, чтобы скрыть нервозность. Получается плохо. — Я хотела изучить процесс человеческого совокупления. Данте давится напитком и едва не задыхается, но Николь тут же протягивает руку помощи. Стучит по спине так сильно, что короля начинает крутить от боли. — Так, давай пройдем в гостиную и там все обсудим? — он указывает рукой на небольшую комнатку и рыжая тут же скрывается за дверью. Тишина в доме Данте оглушительная. Он ставит кружку на стол и уходит топить камин. Когда огонь наконец разошелся, чай уже успел остыть, а Николь — отсидеть себе все ноги. Рыжая поправляет очки, смотрит, как мужчина проходит к креслу и садится туда, скрещивая пальцы. — Во-первых, почему тебе в голову пришла эта идея? — девушка чувствует себя на интервью. Вновь поправляет оправу. — Вару… — начинает, но ее слова перебивает тяжелый вздох Данте. Он сдувается, как шарик, и, кажется, худеет на пару килограмм. — Ладно, могу себе представить, что тебе наплел валет… Но разве ты не могла провести эксперимент на другом человеке? Ну или… видео посмотреть там… — король краснеет с каждым словом и прячет лицо в ладони. Николь впервые видит известного “философа” настолько смущенным. Дама борется с желанием записать это в блокнот и пока побеждает. — Видео?! — возмущается. — Не мой размах, сам знаешь. Это совершенно не информативно! Они замолкают. Данте пытается переварить происходящее, а девушка, не зная чем себя занять, выпивает остывший напиток. Горечь обжигает горло, сам чай же неприятно холодит внутренности. — Не волнуйся, у меня все с собой, — разрушает тишину девушка, раскрывая учебник. В книге вырезано углубление для презервативов и смазки. Страницы самого учебника были заботливо вынуты и заменены бутафорией. — Если не ты, мне придется обратится к Феликсу или Ромео… — давит на жалость. — Дай мне время, это так быстро, наскоком, не делается, — Данте откидывается на спинку кресла, закрывает глаза ладонью. Наступает еще несколько минут тишины. Николь дышит на стекла очков и протирает их специальной тряпочкой. Подходит ближе к парню. — Ну? Готов? — уточняет у короля, осмелев. Даже оборзев, по мнению самого Данте. — Мне нужно… ух, ешки-матрешки! — ругается, заметив прямо перед собой лицо Николь. — Да ладно тебе, я читала про эрекцию, это не может быть слишком сложно, — ворчит девушка, опускаясь на колени перед креслом. Красный тут же кладет ладони ей на плечи, давит, пытаясь оттолкнуть, и вжимается в спинку бедного кресла. — Стой! Стой-стой! — заикается. — Я еще не дал своего согласия! — То есть ты против? — вооруженная бутылем смазки и коробкой презервативов Николь смотрится устрашающе. На лицо девушки медленно наползает разочарование. Она убирает блокнот, лежащий на полу, и поднимается. — Тогда… Перед ее грустным лицом Данте пасует. Кусает губы до крови, пытаясь привести мысли в порядок. Она же его подруга! Бубновая дама! Не может он ради нее потерпеть? К тому же представлять, как она делает нечто подобное с кем-то другим, оказалось на удивление неприятно. — Подожди, — тянет медленно, сжимая ладони в кулаки. Николь тут же замирает, с испугом поглядывая на старшего. — Ладно, я сделаю это… Но только один раз! — Один! Мне больше и не нужно! — смеется рыжая, вновь опускаясь на пол перед коленями короля. Оба замирают, не зная, как стоит начать “эксперимент”. — Т-ты снимешь штаны или мне? Николь радуется, что Данте уже полуголый, иначе пришлось бы обсуждать вопрос с кофтой. — И без поцелуев, — добавляет красный, расстегивая ширинку. Трусы, алые, под цвет волос, слишком яркие и не подходят моменту. Девушка аккуратно запускает пальцы под резинку и снимает их, освобождая мягкий член. Николь берет его двумя пальцами, как ядовитое насекомое, и оглядывает со всех сторон. Пока Данте цепляется за подлокотники кресла, девушка записывает ощущения в блокнот. Рыжая резко обхватывает чужой член у основания. Король нервно вздрагивает и восклицает: — Больно! Он очень чувствительный, будь осторожнее! — Поняла тебя, — рука вновь отрывается от пениса, чтобы записать это в блокнот. — Как же стоит его сжимать? — Никак! — молодой мужчина едва не выпрыгивает из штанов. — Не сжимай, а как бы… поглаживай? Вверх-вниз. Еще можно задержаться у головки, — пытается объяснить Данте. — Но тут скорее от человека зависит. Когда на странице появляется очередная надпись, Николь возвращается к пенису и пытается следовать инструкциям. Но, то ли лыжи не катят, то ли атмосфера не располагающая, но даже через десять минут мастурбации эрекции не появилось. Лицо Данте к тому моменту было таким же красным, как его волосы. — Да почему не получается! — злится дама, у которой рука уже устала от этих движений. — Бред какой-то! Она даже пинает кресло коленом, но в ту же секунду жалеет об этом. — Дай я сам, — король недоволен, что с ним обращаются, как со сломавшимся вибратором. Он вздыхает, пытается устроиться поудобнее и нежно обхватывает член, прикрыв глаза. Прикосновение к раздраженному органу вызывают только неприятное жжение, но Данте старается это игнорировать. — Смазку. Николь подчиняется приказу и выдавливает на руку мужчины ароматную жидкость. — Клубничная? — удивляется, принюхавшись. — Да, — рыжая поправляет очки. — Не нравится? — Не то чтобы… Лучше брать без вкусов, так как у твоего партнера может оказаться аллергия на какой-нибудь ароматизатор, — Данте размазывает розовую субстанцию по члену, довольно вздыхая. — Или даже у тебя самой. — Я проверяла, ни раздражения, ни еще какой гадости, — уверенно и в то же время мягко произносит рыжая. — Однако мне правда стоило уточнить у тебя некоторые детали… Оба замолчали. Николь, чтобы не пялиться на ритмично поднимающуюся и опускающуюся ладонь, решила перепроверить все свои записи. Их было не особо много, но на первых порах этого было достаточно. Ученая быстро пробежалась взглядом по блокноту и вскоре — стоило надписям закончится — подняла глаза на Данте. От того, что на него смотрят, как на экспонат в музее, тверже мужчина не становился. Наоборот, взгляд рыжих глаз только нервировал его, мешая сосредоточиться на ощущениях. Даже смыкая веки король ощущал на себе взор девушки. “Долго это продолжаться не может,” — подумал Данте, вздыхая. — Давай попробуем по-другому, — решил предложить парень. — Ты про оральную стимуляцию? — поинтересовалась Николь с ошеломительным энтузиазмом. — Я как раз хотела предложить это! Данте, желавший просто включить порно, растерялся, и Николь приняла его замешательство за испуг. — О, не волнуйся! Я практиковалась на бананах! — от этого королю стало лишь страшнее, но говорить этого он не стал. Уверенная в своих способностях Николь на этот раз действует гораздо быстрее, так что у Данте нет ни шанса, чтобы отказаться от предложенной руки — рта? — помощи. Девушка собирает непослушные волосы, чтобы они не мешали процессу, и приступает к минету. Ее ловкие действия к замешательству короля довольно приятны. Губы обхватывают теплую головку, скользят вниз по мягкому стволу и мягко обхватывают основание. За этим процессом Данте открывает для себя две вещи: у Николь нет рвотного рефлекса, и длинные волосы ужасно хочется намотать на руку, чтобы контролировать чужие движения. От вкуса смазки у девушки начинается повышенное слюноотделение. Рука тянется к блокноту, чтобы записать эту интересную особенность, но в поле зрения рыжих глаз случайно попадает лицо Данте. Сведённые к переносице брови, красные от укусов губы, затравленный взгляд и розовые щеки показались даме неимоверно прекрасными. Она стала двигаться чуть резче, полагаясь на инстинкты. Положив одну руку на бедро красного, Николь поменяла позу. И угол, под которым член проникал ей в горло изменился соответсвенно. Теперь головка попадала в самое горло, задевая щеку. Постепенно Данте расслабился. С каждым ударом его сердца пенис становился все тверже, а через несколько минут умелого минета король даже начал слегка постанывать. Николь изначально не поняла, откуда идет звук, но вскоре догадалась. Ее тело тоже начинало реагировать на происходящее. Соски затвердели и стали тереться об одежду, доставляя дискомфорт. Оторвавшись от минета, девушка резкими движениями, показывая свое недовольство, стянула через голову футболку, а следом и бюстгальтер. Данте постарался деть свои глаза куда-нибудь подальше, чтобы не рассматривать оголенное тело девушки, но взгляд его то и дело возвращался к бугоркам-грудям и алеющим соскам. — Вот так лучше, — отрываясь от паха мужчины, произносит девушка. Эрегированный член — весь в смазке и слюнях — готов к бою. Николь берет один из презервативов и замирает. Понимание, что вся жидкость будет между латексом и кожей пениса, накрывает с головой. “Черт!” — ругается мысленно — “Надо было сначала надеть, а потом делать минет.” — Что-то не так? — интересуется король, видя, как Николь медлит. — У тебя нет ЗППП? — вопрос поражает в самое сердце. — Не слишком ли поздно? — смеется Данте. — Но, вообще-то, нет. — Это твой первый опыт? — еще один убийственный вопрос. — Н-нет! — он поспешно восклицает, уводя глаза вбок. Девушка пожимает плечами и откидывает презерватив в сторону. — Хорошо, — поднимается с колен. Начинает снимать с себя ботинки и штаны. — А ты чего сидишь? Снимай джинсы! Командному тону дамы буквально хочется повиноваться, так что красный встает с кресла и сбрасывает одежду на пол. Дама раздвигает пальцами половые губы и прикасается ко входу. Данте мнется с ноги на ногу. — Мне обратно? — Да, садись в кресло, — Николь тихо вздрагивает: подушки пальцев теплые, но недостаточно. Особенно если сравнивать с разгоряченной киской девушки. — Давай помогу, — предлагает король, делая вид, что просто вжился в роль. — Падай. И вот рыжая уже сидит в кресле, а Данте занял ее “пост” — на коленях между ног. Сначала он прикасается пальцем к клитору и ведет ниже, к внутренним половым губам. Лицо так близко к влагалищу, что он мог бы достать до киски девушки языком. Впрочем, это он и делает, когда указательный палец опускается внутрь Николь. Девушка впивается пальцами в его плечи. — П-подожди! Что ты творишь! Данте не обращает внимания, добавляет и второй палец, раздвигая эластичные стенки вагины. Язык скользит вверх-вниз, дразня клитор. Король задевает его зубами и ощутимо прикусывает, от чего Николь вздрагивает всем телом. Влагалище сокращается, и на руку красного выливается несколько капель женского секрета. — Ты сейчас кончила? — он вытирает пальцами губы и поднимает уголки губ повыше. — М-мне надо записать эт-то в блокнот, — сипит Николь, обмякшая от неожиданных ощущений. — Запишешь попозже, — парирует Данте. Член в полной боевой готовности, даже подрагивает в предвкушении. Красный помогает даме подняться и поудобнее устраивается на полу, приглашая девушку сесть на пенис самостоятельно. Она это и делает — не может долго стоять на ватных ногах. Упирается руками ему в грудь и ставит колени по обе стороны. Опускается, но член скользит по влажной коже и не проникает внутрь, а просто трется о промежность. Николь судорожно вздыхает, припадая лицом вниз. — Помоги, — стонет… просит, даже умоляет. — Я не смогу… Данте долго упрашивать не приходится. Он пропускает руку между их телами и направляет эрегированный член внутрь девушки. Тепло охватывает его от головки и опускается ниже. Николь прикусывает руку. Ощущения не сравнимы с пальцами, а слабость, пришедшая после оргазма, постепенно пропадает. Внутренности девушки напрягаются, она приоткрывает глаза, понимая, что член вошел только на половину. — Ты как? Жива? — мужчина нежным движением стирает с щеки девушки слезы. Он аккуратно приподнимается и целует ее в нос, глаза, скулы, помогая успокоиться. Теплые поцелуи и правда имеют расслабляющий эффект. — Да, надо только привыкнуть, — у нее ощущение, словно внутренности насажены на раскаленный металлический стержень. “Неужели это может быть приятно?” — задумывается девушка, целуя короля в губы. — “Его язык был гораздо лучше.” Красный сжимает ее грудь в ладони, задевая сосок. Николь выдыхает и продолжает медленно опускаться, пока бедра не ложаться на таз парня. Так они и сидят пару минут, пока дама привыкает к необычным ощущениям. Член внутри нее пульсирует и это чувствуется даже через слой латекса. Данте поглаживает ее бедра, целует плечи и губы, водит рукой по волосам. Его движения нежны и осторожны, словно Николь сделана из сахара и может сломаться от резкого движения. Вскоре ему надоедает лежать в одной позе и он чуть приподнимает бедра, чувствуя как член проезжает по стенкам влагалища. Данте принимается размеренно двигать бедрами, плавно продвигаясь глубже и гладя свободной рукой по пояснице. Николь вонзает ногти в мужские плечи, тихо шепча какие-то ругательства. Постепенно она привыкает и из ее рта начинают доносится стоны, а движения короля становятся жёстче. И вот его член скользит в даме до самого упора, выходя и входя обратно до крайней точки. Плавно, но резко. Грубо, но с какой-то нежностью. Ощущение горячей плоти сводит девушку с ума. Звук сбитого дыхания и легкие шлепки кожи о кожу заглушаются стонами. Теперь и Данте расходится, он неровно вздыхает и тянет звук, похожий на “о” и “у” одновременно. Николь уже не стесняется, она стонет во все горло, двигаясь навстречу мужчине. Их тела покрываются потом и соками. Король хватается за ягодицы девушки, насаживая ее на член до самого основания. Несколько резких толчков, и ее влагалище сильно сокращается, обхватывая пенис. Николь пробивает дрожь, она вскрикивает, прокусив губу до крови. Данте тут же останавливается, испуганно округляя глаза. Девушка соскальзывает с его члена, а на лицо красному падает несколько слезинок. — Что… — хочет поинтересоваться Данте, но по лицу Николь понимает “что” именно произошло. — О… Ооо! — Это было хорошо, — выдыхает Николь, не поднимаясь. Она уже вернула себе самообладание после оргазма, и теперь смотрит на короля искоса. — Однако ты не эякулировал. — Не волнуйся, — король улыбается. Они поднимаются с пола. Девушка долго переминается с ноги на ногу, словно пытается вспомнить, как стоять. Данте предлагает ей сходить в душ, и Николь быстро соглашается. Прохладная вода смывает с тела усталость и вялость. Гель для душа у короля пахнет клубникой, из-за чего ученая долго раздумывает, использовать его или нет. Выходит из душа, источая ягодный аромат. Красный уже одет, на этот раз полностью. Оба не знают, о чем говорить. Николь забирает свой блокнот со вздохом и в последний раз смотрит на короля. — Пока? — то ли прощается, то ли спрашивает он. — Мне надо занести данные, — она стучит карандашом по боку блокнота. — Могу я у тебя задержаться? — Конечно, — Данте скрывает смущение за улыбкой. Дальнейший вечер проходит как обычно, но фраза, оброненная Николь, когда та уже уходила, пригвоздила короля к земле. — В следующий раз я добьюсь твоего оргазма, — бросает девушка через плечо. — Увидимся.