Любовь и немного смерти

Блейз

Апрель 1998г. Гостиная Слизерина       Тео сидел, уткнувшись в какую-то книгу. Не то, чтобы он всегда активно принимал участие в разговорах, но в последнее время он не вылезал из библиотеки. Блейз знал, что он заполучил пропуск в Запретную секцию, но вот что он там вычитывал — загадка.       Каждый из их четвёрки что-то скрывал. Беззаботные времена прошли. Впереди только черная бездна. Змея окутывала предплечье Забини каждый раз, напоминая, кому он принадлежит. Он не жалел о своём решении примкнуть к Пожирателям. Это была его неизбежная участь. Участь чистокровного. Либо его душа, либо его близкие. Выбор до смешного прост.       — Дерьмо! Сукин сын, — Теодор отшвырнул от себя толстенный талмуд и, склонившись над столом, вцепился руками в тёмные волосы.       Повисла гробовая тишина. Младшекурсники с интересом поглядывали в ожидании представления. Пэнс перестала накручивать прядь на палец и с беспокойством смотрела на Нотта.       Блейз не знал, что с ним происходит, но слухи о вспышках эмоциональности точно не пойдут на пользу его семье. Взмах палочки, и все книги легли ровной стопкой на стол.       — Тебе бы отдохнуть, а то проект по рунам занимает у тебя слишком много сил, — Забини дружелюбно похлопал Тео по спине, протягивая тому стакан воды.       — Спасибо, — секундная заминка, и на лице парня снова непроницаемая маска вселенской скуки.       — Не скажешь, над чем так трудится твой острый ум? — понизив голос, прошипела Паркинсон. — Ты привлекаешь слишком много внимания. Это может нам навредить.       — Нам? — парень непонимающе уставился на подругу.       — Мы в одной упряжке, Теодор. Если подозрение падёт на одного — пострадаем все мы.       Подозрение. Это словно эхом отразилось в голове Блейза. Он вспоминал все ночи, когда друга не было в комнате. Моменты, когда ловил задумчивый и напряженный взгляд парня. Тео что-то замышлял. Как он мог этого не понимать. Зато это, очевидно, понимала Пенси.        — Мне не нужны подробности, — она отрицательно качнула головой, как только Нотт открыл было рот. — Не утруждайся ложью. Просто помни, что за тобой всегда наблюдают.       Забини видел, как в глазах парня плескается смесь настороженности и осознания, что его поймали.       — Что ж, — он сделал глоток. — Давно не слышал вестей от Драко, — истинный чистокровный, непробиваем.       — Я не видела его с той самой ночи, — Пэнси выглядела не лучше гриндилоу. Тёмные круги под глазами. Волосы утратили свой блеск. Она словно стала старше на несколько лет.        — Ты же знаешь, он на особом счету у Лорда. И он рядом с Нарциссой. Она позаботится, чтобы с ним всё было в порядке, — Блейз говорил всё это, но сам едва ли верил в правдивость сказанного. У Малфоя было задание, и он облажался. А Волан де Морт не прощал ошибок.       Его ошибки были высечены на спине кнутом Беллы. 30 июня 1997 Поместье Малфоев (3 часа после смерти пр.Дамблдора)       — Тебе больно сладкий? — пожирательница нежно проводит острыми черными когтями по кровоточащей спине. — Давай тётя Белла пожалеет маленького мальчика, — она впивается в губы Блейза своими, а когти, словно острые наконечники, проникают в рваные свежие раны. Забини чувствует, как по спине текут тёплые струйки.       Он, как обычно, отвечает на её поцелуй. Лорд любит такие шоу. Он упивается болью, кровью и сексом. Забини всегда подстраивался под обстоятельства, умело менял маски. И если этот конченый извращенец хочет играть - Блейз позволит ему наслаждаться процессом.       Парень чувствует, как кинжал Беллы чертит узоры на его шее. Блейз закрывает глаза и представляет рыжие локоны, перебирая тёмные жёсткие кудри. Обхватывает Беллу за талию, прижимая её плотнее, и сильно кусает за губу. Горечь — такая кровь чистокровной на вкус. Как бы он хотел положить ладони на её шею и крепко сжать. Услышать предсмертный хрип. Та, вскрикивая, отстраняется.       Позади слышатся неспешные шаги.       — Наконец-то ты почтил меня своим присутствием, Люциус, — Лорд нехотя отводит взгляд от пары. — Хотя, как знать, возможно, опоздай ты еще на несколько минут, и в скором времени у Нарциссы появился бы племянник, — слышится хриплый смех Беллы и шипение Нагайны.       Малфой с отвращением бросает взгляд на мраморный пол, заляпанный кровью Блейза. Слава Богам, он явился, иначе бы Блейзу и впрямь пришлось бы трахать эту полоумную суку. К слову сказать, не в первый раз. Воспоминания мерзкой волной прошлись по телу.       — Ты можешь быть свободен, мальчик, — в голосе Лорда слышится сожаление. Он точно рассчитывал на продолжение спектакля, — но помни: не разочаровывай меня впредь. Следующая ошибка будет твоей последней.       Блейз кланяется, как того требует этикет. Боль в спине адская. Его мутит, но он не позволит никому увидеть свою слабость.       Хлопок аппарации. Он на пороге своего дома. Из знакомой двери уже выглядывают знакомые уши.       — Хозяин….       В глазах темнеет.