Часть II. Глава 8.
23 апреля 2023 г., 18:23
Джинни
Апрель 1999г. Она бежала, уклоняясь от проклятий Пожирателей, не разбирая пути. Как эти сволочи узнали о новом местоположении укрытия Ордена? Это немыслимо. Красный луч пронёсся возле плеча Джинни. Она едва успела отскочить, раненая нога не позволяла ловко уворачиваться от нападок Долохова. — Остолбеней! — голос Гермионы доносится лишь слабым эхом. В яблочко. Долохов падает на землю. — Спасибо, — кричит ей Джинни. Сколько раз подруга спасала её — трудно вспомнить. В этой войне никто уже не ведёт счёт. Нога предательски заныла. Нужно было скорее аппарировать, предупредить остальных о том, что среди них предатель. Что если Пожиратели уже зачистили штаб-квартиру в Лондоне? Долохов был в отключке, Гермиона уже помогала Дину отбиваться от Яксли. Этот подонок был одним из самых кровожадных псов. Он не гнушался самыми тёмными проклятиями, после которых Авада казалась спасением. Похоже, Томас тоже был ранен: его левая рука безвольно болталась. Но он, словно не замечая этого, выпускал одно заклятие за другим, однако все атаки Яксли с успехом отбивал. Казалось, Пожирателя даже веселили тщетные попытки ребят. Джинни оглянулась: она должна была найти Колина и Невилла. В штабе этой ночью находилось пятеро. Видимо, Пожиратели знали об этом, раз уж решили, что Долохова, Яксли и парочки новобранцев будет достаточно. Этот дом в Уэльсе был важен для орденовцев. Они держали здесь заложников. Видимо, Джагсон был куда важнее, чем они предполагали, раз уж за ним явились Долохов и Яксли. — Брахиабиндо! — прокричал Невилл, выбежав из-за угла дома. Верёвки мгновенно обвили ноги какого-то мудака в капюшоне. Щелчок, и верёвки исчезают. Новые псы были сильнее предыдущей партии мяса. Это настораживало. — Авада Кедавра! — луч летит прямо в Невилла. Колин бросается вперёд, защищая товарища. Всё происходит в считанные секунды. Гермиона замирает, смотря на тело Колина. Джинни оглушает еще одну свежую скотину в балахоне. — Неееет!!! — крик Дина звучит словно клич раненого животного. Он падает на колени, держась одной рукой за голову. Из его правого глаза брызжет черная кровь. Джинни оборачивается на шум, Яксли салютует ей, держа Гермиону за горло, и аппарирует. — До встречи, малышка Уизли, — хлопок, и красный луч разрезает пустоту, где секундой ранее стоял Долохов с Джагсоном. Она промахнулась. Ветер развевал волосы, а в голове была лишь одна мысль: «Среди них предатель». Казалось, Грюм продумал всё до мелочей, но в его идеально выверенном плане была брешь. Есть ошибки, которые стоят жизни. Из оцепенения её выдернул истошный вопль Дина. Она бежит к нему, падая на колени. Шарит руками по карманам Томаса. Джинсы быстро пропитываются чужой кровью. — Твою мать! Дин, где твой портключ? — парень выглядит так, словно отдаст Богам душу, если не сейчас, то в ближайшие минуты. — Долохов, он призвал, — Томас хрипел, видно было, как тяжело ему даются слова. — Наверное, они уже там, или на полпути. Он точно знал про портключ. Предатель, детка, он среди приближённых. — Экспекто патронум! — из палочки вырывается лиса. — Грюм, у Долохова портключ в Белфаст. Гермиона у них. Дин ранен, я отправлю его к Тонксам. Колин мёртв, – последние слова застревают комом в горле. Джинни вкладывает в руку Дина маленький свисток. – Какого хууу…. - он исчезает, не успев договорить. Поляна вокруг дома усеяна жёлтыми цветами, которые так любил Криви. Словно насмешка судьбы. Невилл бережно держит друга. – Ты должен перенести его в штаб. Колин боец, он заслуживает достойного прощания, – она нежно проводит рукой по щеке, в последний раз. Смахивает слезу. — Уходи! — хлопок. Она остаётся одна. На крыльце еще стоит слегка тёплая чашка кофе Гермионы. Больше сюда никто не вернётся. Это знает она, знают и Пожиратели. Медленно поднимается по лестнице в свою комнату. Выцветшая желтая штукатурка, потрескавшийся потолок. Старая занавеска в цветочек — тётушка Мюриэль бы оценила. На кровати лежит плед, который связала мама. Её нет уже полгода, как и папы. Рон и Джордж погибли около четырёх месяцев назад, выполняя миссию в какой-то пещере у моря. Джинни так и не смогла добиться объяснений от Гарри. Тогда он замкнулся в себе на долгие недели. Она кутается в плед и смотрит в окно. В кармане жжёт монета. Послание от Гарри, что он отправил людей в Белфаст... Щелчок зажигалки, дым заполняет лёгкие. На секунду всё становится пустым и неважным. Когда-то ей казалось, что весь этот кошмар закончится. Теперь война — это её жизнь. Смерть — рутина. Половицы внизу скрипят. Стервятники пришли проверить, не осталось ли чего важного в штаб-квартире. Джинни аппарирует на опушку перед домом. Сердце грустно сжимается. Они с ребятами провели тут долгие месяцы, собирая информацию о приближённых Тома. Но она должна уничтожить улики. Нащупывает в кармане кнопку на брелке. Щелчок. Дом разлетается на щепки. Густая стена пыли заволакивает всё вокруг. Это была идея Симуса — использовать магловское оружие. На самом деле это было серьёзным преимуществом, которым никогда не воспользуется противник. Что ж, она сделала всё, что от неё требовалось. Все документы уничтожены. Пожиратели лежат под завалами дома (ну или их конечности). Гермиона. Она должна её вытащить. Грюм и Кингсли, наверное, уже подняли на уши своих информаторов. Но Джинни не доверяла тем, кого они скрывали. В этой войне нужно было полагаться в первую очередь на себя.***
В Косом переулке было немноголюдно, если не сказать пустынно. После захвата Министерства многие магазины закрылись, в то время как Лютный начал процветать. Джинни завернула в переулок и вошла в неприметную дверь. Забавно, как пара заклинаний могут сделать из человека абсолютно неузнаваемую личность. Этим болванам не мешало бы наложить хоть какие-то чары на вход. Кретины. Бар “Падшие” — ироничное название для злачного местечка, в котором вечно крутился разного рода сброд. С приходом власти Пожирателей многие заключенные были отпущены, а оборотни и вампиры начали развлекаться на полную. Девушка села за барную стойку и стала прислушиваться к окружающим сплетням. — Она подсыпала ему любовное зелье с волоском их старухи секретарши, вот ведь пизд… Не то. — Какие нахуй Ведуньи? Их последний альбом просто… Джинни, прихватив стакан, стала двигаться вглубь зала. — Слыхал? Поговаривают, Яксли какую-то девку схватил, — двое мужчин лет сорока в парадных мантиях сидели в углу, видимо, думая, что их никто не услышит. Судя по одежде, министерские чинуши. Джинни частенько видела таких в этом баре. — И что за тёлка? Много за поимку отвалили? — словно крысы, обгладывающие кости. Им только дай тему. — Да откуда мне знать? Доступ не тот. Видел только, что Яксли весь из себя довольный по отделу шатался. А вот Нотт сегодня как с цепи сорвался. — Нотт? Я слыхал он помер, кажись, с месяц назад, — мужик непонимающе уставился на товарища. — Да нет, не тот. Малец его. Он вроде... Стакан опустел, а никакой полезной информации она так и не получила. Дерьмо. Прихватив со стола бутылку, она вышла на улицу и спешно аппарировала.***
—Я не стану выслушивать этот бред, — Билл закипал. Джинни знала этот тон. Хотя внешне брат и мог оставаться спокойным, но внутри него бушевал пожар. — Дружки этого ублюдка убили половину нашей семьи, — Чарли уже орал. Он всегда был самым несдержанным среди Уизли. — Назови мне хотя бы одну причину не убить тебя прямо сейчас? Стоп. Что за ублюдок? О ком речь? Она открывает дверь в кухню, где, по всей видимости, сейчас было собрание. Она замирает. Внутри всё холодеет. Она моргает, стараясь отогнать навязчивую картинку. В центре стола восседает Забини. Наверное, она начинает сходить с ума. Это явно галлюцинации от стресса, иначе что ему тут делать. Но это действительно он. В штабе не работают маскировочные чары, Джинни это прекрасно знает. Она не видела его около года. Последний раз у башни Гриффиндора. Внутри всё переворачивается. Он изменился. Черты лица словно стали суровее. Но взгляд всё такой же пронизывающий. Он неотрывно смотрит на неё. Изучает. Секунды тянутся как проклятые. Джинни нервно прокручивает перстень. Тот самый. Что не ускользает от взгляда Забини. Уголки его губ слегка вздрагивают. — Я знаю, где Грейнджер, — переводит взгляд на Грюма. —Знаю много полезной информации. — Какого хрена мы должны ему верить, Грюм? С чего вдруг он решил нам помочь? — Чарли не выдерживает. — Это подстава. Он сдаст нас. Вокруг слышатся поддерживающие возгласы. Блейз потирает виски. Весь его вид говорит о том, как он устал от этого фарса. — Где она? — девушка не понимает, почему все медлят. — Она в Мэноре. Жива, — смотрит на Гарри. — Я знаю многое. Можешь сам убедиться, — палец с кольцом касается виска. — Легилименс, — Гарри не церемонится. Его глаза словно стекленеют. Он перебирает одно воспоминание за другим. Блейз не возводит стен, всё как на ладони. — Сука, — он бьёт кулаком о стену. Видно, как тяжело ему удаётся взять себя в руки. — Как давно вы знаете? — О чём ты... — но Гарри перебивает девушку. — Я спросил,— пауза, — как давно вы знаете? — голос словно лёд. Джинни ни разу не видела его таким. В глазах плещется гнев. Руки сжаты в кулаки настолько сильно, что костяшки побелели. — Около полугода. Мы должны были убедиться. Прежде хранивший молчание Люпин становится возле Гарри, кладя руку на его плечо. Успокаивая. — У меня есть лишь один вопрос к Вам, мистер Забини, — он пристально смотрит на парня, — и я пойму, если Вы солжете. Ни один мускул не дрогнул на лице парня. — Я пришёл сюда не для того, чтобы лгать, профессор. — И почему же Вы пришли? Неужели в вас взыграло благородство? Блейз лишь усмехнулся... — Серьёзно, профессор? Благородство? Я думал, Вы хорошо знаете своих учеников. — Отвечай, когда тебя спрашивают! — Аластора раздражал этот мальчишка, он едва сдерживался, чтобы не прикончить его на месте. — Месть, — глубокий вдох, — он убил мою мать.
