Любовь и немного смерти

Джинни

      Джинни шагала по мокрой земле, вдыхая запах смерти. Холодные капли падали на надгробия, словно небо оплакивало мёртвых. Сегодня Орден прощался с Колином.       Она обнимала Невилла, помогая тому идти к гробу, в котором покоился их друг. Навечно слишком молодой для этой войны. Его светлые кудри мягкой волной лежали на шелковой подушке. Лицо как мраморное изваяние. Долгопупс закашлялся, пытаясь скрыть подступающие рыдания. Наклонившись, прошептал что-то Колину. Сжал его руку и быстро отвернулся.       Вокруг было людно. Многие пришли попрощаться с парнем. Некоторых Джинни знала лично, о некоторых лишь слышала из рассказов друга. Поразительно, скольким Колин успел врезаться в душу. Назойливый сокурсник и сумасшедшиий фанат Великого Гарри Поттера. Именно таким он показался Джинни сначала, прежде чем она узнала о его любви к магловской музыке и странным вязаным шарфам. Прежде чем узнала, каким преданным другом он мог быть. Джинни покосилась на Невилла в ярком желтом шарфе. Таком чужеродном в этой угрюмой атмосфере.              Колин не заслуживал смерти. Но он знал, на что шел. Каждый из них знал, что может не вернуться после очередного задания. Но видеть, как одного друга засыпают землёй, пока другой, цепляясь за твою руку, хоронит свою душу там же… Это уничтожает крупицы оставшейся веры.       Грюм толкает очередную посмертную речь, вверх взлетают искрящиеся палочки, отдавая последнюю дань уважения погибшему.       — Прошу, давай уйдём, — надломленный голос человека, который только что простился с любовью.

***

      На площади Гриммо каждый, кто нуждался, находил себе пристанище. Поэтому спустя долгое время борьбы дом Сириуса стал настоящим приютом для многих, кто потерял семью или скрывался от нового Закона «О Грязнокровках и Предателях».        Кто-то называл это место штаб-квартирой, но только не Джинни. После смерти родителей и братьев она не смогла вернуться в Нору. Теперь там жили только Билл и Чарли.               Джинни толкнула дверь, проникая в комнату Невилла. Парень делил её с Колином. Об этом кричало всё вокруг. Фотографии, расклеенные на стенах, полка с пластинками и проигрыватель, который притащил Финниган. Каково было сейчас Невиллу находиться тут? Лежать на кровати, вдыхая запах парня, видеть их общее фото на прикроватной тумбочке и знать, что он больше никогда не войдёт в эту дверь?              — Мне кажется, что я всё еще слышу его голос.       Это признание больно кольнуло сердце. Он был таким уязвимым в своём горе. Парень лежал, свернувшись калачиком. Подушка была мокрая от слёз, но он больше не плакал. Просто не мог. Его глаза, словно стеклянные, смотрели в одну точку. На то самое фото на тумбе. Где Криви смеялся, цепляя ромашку в волосы Невилла. Его момент счастья, в который он будет возвращаться мысленно снова и снова.       Она точно это знала. Ведь вызывая свой патронус, Джинни вспоминала утро перед первой поездкой в Хогвартс. Мама заплетала ей косы, пока папа отчитывал близнецов. Нора была заполнена смехом и запахом свежих булочек. Её момент счастья, оставшийся навсегда в ярком воспоминании.              Джинни, вздохнув, забралась в постель, легла позади Невилла, крепко его обняв. Он благодарно накрыл её ладонь своей.       — Ты не один.       Подождав, пока друг уснёт, девушка спустилась на кухню. Дин, как всегда, пил кофе, обсуждая что-то с Гарри. Но внимание Джинни сразу привлекли светлые локоны.       — Лав, — она порывисто обняла подругу.       — Тише, тише. Я еле вырвалась от Пожирателей не для того, чтобы меня придушили, — она похлопала Джин по спине. — Как он?       — Плохо. Да и как ему еще быть? Та комната просто как мемориальный дворец Колина.       Джинни села рядом с Гарри, забирая у того слегка подгоревший тост с сыром.       — Жуть, и как ты это ешь, — уплетая за обе щеки, проворчала она.       Он лишь лучезарно улыбнулся. Она всегда так поступала. С удовольствием ела его ужасную еду, попутно фыркая. В такие моменты он чувствовал необъяснимое счастье. Она была его домом.       — Лав, расскажи, как вы выбрались? — она чувствовала вину за то, что не отправилась сразу же в Белфаст. Но иначе поступить не могла.       — На самом деле, наши и псы прибыли почти одновременно. Гарри рассказал про твой Патронус. Ты очень помогла, — подруга тепло улыбнулась и подвинула еще один тост. — Ты наверняка почти ничего не ела все эти дни.       Чтобы ни происходило вокруг, Лав была той, кто заботился об остальных. В каком-то смысле она напоминала ей маму. Благодаря подруге в их общем доме всегда вкусно пахло, она следила за чистотой, заботилась о ребятах. Но Джинни знала, как ей трудно. Как иногда, запершись в ванной, она тихо плачет. Лаванда оставила свою семью, стёрла им память. Приняв решение вступить в орден, она стала предателем крови. Её разыскивали, впрочем, как и всех в этой комнате.        Положив на поднос немного еды, Лав направилась к лестнице. Они договорились присматривать за Невиллом по очереди. Да и ей не мешало отдохнуть. Насколько знала Джинни, после Белфаста Лав еще не спала, так как ей пришлось варить зелья для раненых. Сама Джин была не сильна в этом. Она была скорее боевой единицей в Ордене.       — Гарри, что ты думаешь по поводу Забини? — голос Дина вырвал Джинни из потока мыслей.       Тот оглянулся на лестницу, но Лав уже и след простыл. Махнув палочкой, он поставил заглушку. Джинни в недоумении качнула головой.       — Похоже, пришло время вам кое–что узнать. И я надеюсь, этот разговор не выйдет за пределы этой комнаты, — он многозначительно посмотрел на девушку.

Блейз

             — Они же в курсе, что мы не станем ждать этого старого хмыря вечность? — шепнула Пэнси Блейзу.       Но тот не успел ответить. Дверь с грохотом отворилась, заставляя всех умолкнуть.       — О, не волнуйтесь, мисс Паркинсон, старый хмырь здесь, — Грюм завалился в кресло рядом с Поттером, — и я хотел бы знать причины, по которым вы решили стать предателями. Мистер Забини уже исповедовался, — старик, хмыкнув, перевёл взгляд на Паркинсон. — Интересно, почему такую юную особу называют Черной вдовой, ведь замужем вы не были, насколько нам известно.       Забини опасливо посмотрел на подругу. Они старались обходить стороной эту тему. От Драко он лишь знал, что между ними всё прекратилось, и это как-то было связано с заданиями, которые поручались девушке. Лорд дорожил ею, даже впустил в ближний круг. А это говорило о многом.       Пэнс гордо вздёрнула носик, убрала черную длинную прядь за ухо. Усмехнувшись, она посмотрела в глаза Грюму. В её руке внезапно появился маленький нож, который через секунду уже торчал в стене в миллиметре от уха аврора.       Блейз удивлённо уставился на подругу. Похоже, они и правда многого о ней не знали.       — Впечатляюще. Поразительная точность, — видимо, Томас забыл, кому отвешивал комплименты.       Под пристальным взглядом всех, находящихся в комнате, она медленно подошла к Аластору, поставила ногу на кресло между его колен. Резким движением выдернула торчащий кинжал и прикрепила его к внешней части бедра.       — Я промахнулась, — холодно ответила девушка. Также бесшумно прошествовала обратно и встала возле Драко.       — Нам нужна амнистия. Когда всё закончится. И для моей матери тоже. Также вы обнародуете информацию о нашей непосредственной помощи Ордену.       — Настолько ли ценна ваша помощь, щенок? — он злобно глядел на Малфоя.       — Я видел воспоминания Забини. Они действительно могут помочь. К тому же, у них Гермиона, — Гарри перевёл взгляд на мулата.        Тот примирительно поднял руки.       — Думаю, нам всем не помешает чуточку доверия. Что на счёт магического договора? Вы обещаете нам амнистию, и что там ещё говорил Драко. Мы же, в свою очередь, обещаем предоставлять всю информацию, которая поможет Ордену. И действовать в ваших интересах.       — Это звучит разумно, — подал голос Уизли. Насколько помнил Забини, это был Билл. — Подумай, Аластор, если нам предстоит с ними сражаться, мы должны быть уверены, что они не ударят в спину.       Спустя полчаса препирательств и споров обе стороны всё-таки подписали соглашение. Нарушение его пунктов было чревато смертью. Надёжно, ничего не скажешь.       — Полагаю, теперь мы можем начать, — Люпин покосился на старого аврора, тот одобрительно кивнул. — Прежде всего я хочу узнать, что с Гермионой. Нам стало известно, что её больше нет в поместье Малфоев. А это значит, что вы солгали нам, мистер Забини.       — Я забрал её к себе, — медленно отвернувшись от окна, Тео подошел с креслу в котором сидел Забини. Он положил руку на плечо друга, слегка сжав в немой поддержке. — Как раз в это время Блейз был тут, насколько мне известно. Поэтому вышла небольшая путаница. Прошу простить.       — Что значит "забрал к себе"? — голос Томаса не предвещал ничего хорошего. Если бы не молниеносная реакция старшего Уизли, перехватившего руку парня, тот бы точно наломал дров.       — Сейчас она в безопасности. Поместье Малфоев кишит Пожирателями, — он покосился на Драко. — По очевидным причинам, я пока не могу её отпустить. Но даю слово, что ей никто не навредит.       — А много ли стоит твоё слово, Нотт, — вмешался Грюм. — Помнится, твой папка тоже любил клясться. Перед поцелуем дементора готов был с потрохами продать своего господина.       — Я думаю, для того, чтобы наше сотрудничество было сносным, вам стоит прекратить эти сравнения, — Малфой подался вперёд, став по другую сторону от Блейза. — Ты прекрасно знаешь, старик, что без нас вам не справиться. Так к чему всё это? Мы лишь теряем время.       — Он прав, давайте скорее покончим с этим, — было заметно, насколько Поттера раздражало их присутствие. Он вытащил из кармана монету и кинул её Нотту, — передай это Гермионе.       Тео покрутил монету в руке, непонимающе уставившись на Избранного. Блейз кашлянул, привлекая всеобщее внимание.       — Я так полагаю, все в этой комнате осведомлены о крестражах. Мы точно знаем о нескольких. О кольце Мраксов, Диадеме Кандиды Когтевран, Чаше Пенелопы Пуфендуй и Дневнике Реддла. Есть еще некоторые догадки, но в них мы пока не уверены, — он покосился на Тео.       — Дневник, кольцо и Диадема уже уничтожены. Что вы знаете о Чаше? — Избранный был напряжен.       — Она в банковском сейфе моей тётки. Я помогу её достать. Но мне нужно время, — Малфой помедлил. — И сжигать всё адским пламенем — не вариант, Поттер. Мы должны будем сделать всё тихо.       — Значит, три уже уничтожено, мы точно знаем еще о трёх, — резюмировала Пэнси. — Нам известно, что Уизли погибли в пещере, пытаясь достать медальон.       — Мы точно не знаем, что там произошло, но…       Паркинсон не дала ему закончить.       — Это не важно. Медальона там нет. И не было. Его забрали задолго до того, как вы вообще узнали о крестражах.       — Ты хочешь сказать, что мои братья погибли зря? — голос Джинни напоминал сталь, холодный и отрешенный. — Откуда вообще такая уверенность?       Девушка молча сняла какое-то украшение и бросила его на колени Уизли.       — Я немного опередила твоих братьев. Медальон, который ты сейчас держишь в руках — подделка. Открой его.       Из медальона выпала записка.       — «Тёмному Лорду. Я знаю, что умру задолго до того, как ты прочитаешь это, но хочу, чтобы ты знал — это я раскрыл твою тайну. Я похитил настоящий крестраж и намереваюсь уничтожить его, как только смогу. Я смотрю в лицо смерти с надеждой, что, когда ты встретишь того, кто сравним с тобою по силе, ты уже снова обратишься в простого смертного. Р.А.Б.» — прочитав это, она непонимающе уставилась на Поттера.       Похоже, услышанное привело орденовцев в замешательство. Это усложняло задачу, и все это прекрасно понимали.       — Кто, черт возьми, этот Р.А.Б.? — Грюму явно это не понравилось.       Младшая Уизли еще раз пробежалась глазами по тексту и со звоном захлопнула медальон. Она резко встала. Не проронив ни слова, покинула комнату.              Поттер дёрнулся в её сторону, но старый аврор окликнул его.       — Оставь её. У нас не так много времени, чтобы тратить его на взбалмошную девчонку.       — Взбалмошная девчонка? Скольких за эти годы она прикрывала собой, сколько вытащила с того света? — Гарри гневно глянул на Грюма.       — Мелкая Уизли упустила Грейнджер. А без неё, как ты знаешь, придётся туго, — не унимался Аластор.       — Она только что узнала, что её братья погибли зря. Её гнев можно понять.       Все удивлённо уставились на Малфоя. Он лишь скучающе пожал плечами.       — Итак, что мы имеем, — девушка оглядела собравшихся. — Три крестража уничтожено, Драко понадобится пару дней, чтобы решить, как пробраться в Гринготтс. Мы должны узнать, кто такой Р.А.Б. Отталкиваясь от этой информации, поймём, где искать медальон. Есть вероятность, что он уже уничтожен.       — В таком случае, остановимся пока на этом, — Люпин, прежде тихо наблюдавший за происходящим, подал голос, — на каминной полке лежат монеты, с их помощью вы сможете связаться с каждым из нас. Всё, что нужно, это подумать об адресате и коротком сообщении.       Собравшиеся начали покидать гостиную, оставив слизеринцев с Поттером одних.       — Есть еще кое-что, что нам стоит обсудить. Но посчитал, что лучше сказать это в более приватной обстановке, — Нотт кинул взгляд на удаляющуюся спину Томаса. — Я изучил достаточно литературы, и полагаю такое возможно…       — О Боги, хватит тянуть, — Пэнси хотелось скорее покинуть это место. — Возможно, ты крестраж, Поттер.       Ни один мускул не дрогнул на лице Гриффиндорца.       — Я знаю это наверняка. Но прошу не распространятся.       — Ну раз на этом всё, — она взяла с полки монету, и, как только её нога ступила за порог Гриммо 12, девушка растворилась в воздухе.               Вскоре Тео и Драко последовали примеру Пэнс, а Блейз схватил Поттера за локоть, толкая в темноту коридора. Его ноздри гневно раздувались.       — Она не знает. Верно? Не знает, что ты ходячий труп?       — И ты не скажешь ей об этом, — он припечатывает его холодным взглядом, одергивая руку.       — Смотрю, в вашем Ордене у всех проблемы с доверием. Не был ли тогда наш договор ошибкой? — Забини вскинул бровь, прямо посмотрев в глаза Избранному. — Браун и Финнигана я тоже не видел на собрании. Видимо, ты подозреваешь каждого, даже тех, с кем спишь.       В руке Поттера оказалась палочка, но лицо осталось непроницаемым. Забини отметил, как сильно тот изменился со школьных лет. Он выглядел на порядок старше их самих. Возможно, так отразились на нём тяготы прошлых лет, а может, всё было дело в крестраже, сидящем внутри. Даже то, как незаметно он достал палочку. Однозначно, Избранный был сильным противником. От мальчишки, сидевшего за соседней партой, ни осталось и следа.       Наверху послышался топот ног. Кто-то, прыгая через ступеньки, спешил к ним.       — Гарри! — девушка неслась вниз, не замечая возмущенных возгласов портретов. — Посмотри, я была уверенна, что видела раньше этот почерк.        Она протянула какое-то письмо Поттеру, только потом обратив внимание на Забини.       — Блейз? — руки Поттера сильнее сжали письмо. — Я думала, ты уже ушел. Что ж, так даже лучше. Посмотрите на почерк.       Но два парня не мигая, смотрели друг на друг, один — с усмешкой в глазах, другой — с ненавистью.       — Ну же, — Джинни в нетерпении крутила перстень.       Блейз выхватил письмо, пробежавшись по строчкам. Какой-то парень адресовал его своей матери, описывая будни Хогвартса. Но потом он наткнулся на подпись.       — Регулус Арктурус Блэк. Р.А.Б. — Он перевёл взгляд на Джинни, — ты нашла его. Но как?       — Почерк в записке напомнил мне письма, которые я находила здесь раньше. Завитушки, кто вообще так пишет?       — Знаешь, читать чужие письма не очень прилично, юная леди, — и Блейз щелкнул её по носу. Покосившееся лицо Поттера однозначно стоило пинка от Джинни.       — У тебя слишком длинные руки, — она недовольно потёрла кончик носа.       — Тебе пора, Забини, — парень выдернул письмо из рук итальянца. — Пошли, Джин, расскажем остальным о твоей находке.