Ты уверен в этом?

      К концу обеда студенты всё же смогли договориться. Лёшу не покидало странное чувство отстранённости. Он как будто был совершенно лишний среди этих ребят. Если начать рассуждать, то они не такие уж и разные. Их так же как и Макарова волнует где заработать денег, чтобы не сидеть на шеи у родителей, как поскорее завести друзей, чтобы не стать изгоем. У каждого кто сидит с юношей за этим столом за плечами своя личная история, полная трагедий, радостных моментов и свойственных только им переживаний. Если думать в этом ключе, то окружающее тебя, даже совсем не знакомые, люди становятся в твоих глазах личностями. Каждый из них разговаривает со своим внутренним голосом, каждый из них прямо сейчас принимает решения.       Люди перестали пугать Лёшу в тот момент когда перестало пугать что либо ещё. Будущее, одиночество, боль… После смерти Лизы его перестало пугать всё, он был опустошен, не было сил реагировать на внешние раздражители. Именно тогда он понял, что больше не боится показаться смешным или странным, больше не думает о том правильно ли его поняли, как люди видят его со стороны. Это совершенно не важно. Стало совершенно не важно. Тогда он осознал насколько легче стало жить. Юноша научился очень быстро заводить знакомства, что помогло ему в дальнейшем для плана. Он понял, что если с этим человеком не получилось, то ничего страшного- получиться с другим, с третьим, с пятым, совершенно не важно сколько будет попыток и даже если не одна из них не получит успех, то это тоже не важно.       Макаров стал ловить себя на мысли, что слова и поступки других людей перестали его трогать. Он больше не мог обижаться на кого то, на каждое слово человека он мог найти причину и понять, что человек обращаясь к нему на самом деле говорит сам с собой. Пусть кто то выкрикнет ему что то в след, для него это будет секунда, а человек будет думать об этом. Лёша отнюдь не тот кто склонен верить в концепцию справедливого мира. Нет, он не считает, что человек которой оскорбит тебя однажды будет всю жизнь страдать. Нет, скорее всего этот человек испытает чувства превосходства. Но и пусть. Это никак не касается его самого. В его жизни ничего не изменится от того, что какой то идиот у себя в голове начнёт считать себя верхом комедии или гением юмора.       Если воспринимать окружающих как себе подобных и нет, не как представителей твоего вида, а как существ с теме же глупыми беспочвенными загонами, которые селятся у нас в голове и не платят квартплаты, из-за чего тебе приходиться пахать гораздо усерднее чем до этого. Не один действительно здоровый и уверенный в себе человек не посмеет оскорбить или обидеть кого-то. У поистине счастливых людей всё время отнимает счастье, откуда же им взять и секунды для оскорбления других? Когда видишь в других не надменный взгляд, а тяжкий мозговой штурм, именно в эти моменты действительно ощущаешь себя частью социума. Ты такая же единица как и все. Вы склонны к самокопанию не меньше чем обычных прохожий, которого вы встретили на пути в учебное заведение. Быть частью чего намного приятнее чем быть одному. И для этого совершенно не обязательно выходить из дома, разговаривать с людьми, следовать какой то цели и добиваться высот. Рождаясь ты априори часть чего-то следовательно уже не одинок и никогда не будешь.       Если рассматривать Лёшино окружение с этой стороны, то ему незачем волноваться о том, что он лишний. Просто каждый раз размышляя о других он начинает считать себя чересчур исключительным. Ему ошибочно кажется, что только он так сильно страдает, что только он способен понять всю суть этого мира и только один единственный Макаров занят настоящими делами, а не крутится вокруг совсем не на что не влияющих вопросов. Стоит ему лишь на несколько минут отвлечься от своей исключительности и мысль о том, что он лишний сама собой растворяется среди остальных панических идей.       Как бы сильно ему не хотелось прийти в общагу и доспать те два часа которых лишили его утром, он не мог. Кирилл своими сообщениями и звонками явно дал понять, что волнуется или ему просто так не терпится узнать, что же там произошло. С одной стороны Лёша прекрасно понимал его любопытство, а с другой ему последние время не хватает сна и он всё больше испытывает недостаток сил ближе к двум часам дня. Но делать в любом случае нечего. Он должен рассказать свою версию событий и надеется, что сможет понять откуда Гречкин узнал фамилию юноши. Макаров волновался, что излишние внимание к этой ситуации скрывает под собой, то что миллиардер на самом деле вспомнил его и теперь хочет встретиться, чтобы что то разузнать. Успокаивало лишь одно, если б действительно Кирилл что то вспомнил, то наверное не прекратил бы свои попытки звонков пока студент не встанет или, ещё хуже, приехал бы к общаге.       Смерившись со своими тревожными мыслями Лёша вышел из здания университета. Миллиардер ответил, что заедет и будет как и до этого ждать на парковке. Юноша попрощался с одногруппниками, которые вышли с ним в одно время и побрёл к стоянке. Она находилась с боку от главного входа. Идти не больше пяти минут, а если знаешь где стоит машина это не займёт и трёх. Но Макаров не знал, пока шёл бегал глазами по заставленной машинами территории. С каждый днём на улице всё холоднее. Ветер перестал быть спасением и снова принял обличие бесящего существа, так и норовящего сдуть с тебя шапку и отправить с температурой домой. Лёше всегда больше нравилась прохлада, поэтому когда очередной порыв ветра заставил его не застёгнутую ветровку закосплеить плащ, не обратил на это внимания. Холодная погода помогает легче думать. Охлаждает разум, возможно. Раньше юноша не страдал постоянной головной болью, так что, не отпускающая уже второй день, давящая боль в висках вызывала лёгкую тревогу. Конечно, возможно это из-за недосыпа, наверное так и есть. Освободится, поспит и сразу полегчает.       Наконец поймав взглядом нужную машину юноша подошёл и открыл дверь. За рулём сидел привычный ему Кирилл. Не выглядел он как тот, кто раскрыл невероятную тайну существования Лёши. Нервно выдохнув студент сел. Гречкин улыбнулся и поцеловал Макарова. Юноша не мог не обратить внимания на синяк под левый глазом. Конечно видно, что миллиардер предпринял несколько попыток замазать вчерашние недоразумение, но вышло у него коряво. Он инстинктивно поморщился. Больно наверное. Ещё и лицо теперь опухло. Синяк за это время успел лишь слегка потемнеть. — Рад, что ты выжил, — начал миллиардер стараясь из далека подойти к разговору. Он сам не мог понять почему считает нужным начинать из далека. Возможно где то таится страх, что ему не понравится ответ, а может ему не хочется ставить Лёшу в неудобное положение. Если честно вспоминая вчерашний вечер, он понял что был слишком навязчив и явно не стоило трезвонить всю ночь. Ведь если бы он мог то ответил бы после первого, ну в крайнем случае второго звонка. Кирилл думал, что стоит извиниться, но решил придержать извинения пока при себе. — Как видишь выжил. И очень этому рад. Прости, что игнорировал сообщения и звонки, — Лёша уселся поудобнее откладывая портфель на заднее сидение, — вчера с Ваней выпили, сил хватило лишь прийти и лечь спать. — Составлял ему компанию? — усмехаясь переспросил Кирилл. — Блять, прости за это опухшее нечто, — начал Макаров, — если что это я за себя извиняюсь, а не за Ваню, он не собирается даже, — студент и сам бы не стал извиняется если того не требовала роль парня. Всё таки надо пожалеть, приласкать. А не получать удовольствие от того, что миллиардеру хоть немного, но досталось по заслугам. — Уверен у этого есть какие то серьёзные причины, он бил так будто отстаивал правое дело, — Гречкин повернул зеркало и ещё раз аккуратненько ощупал опухшие место. — Смотрю ты прекрасно разбираешься в ударах. Боюсь представить сколько тебя били, чтобы ты смог получить такой опыт, — пытался разбавить атмосферу Лёша. — И лучше не представляй, — усмехнулся миллиардер, — ну дак, хули он решил свою злость на мне выместить? Как я понял он твой друг? — Да, мы с ним с детства общаемся, — Макаров сделал большой глоток воздуха, чтобы включить всё своё умение врать и на выдохе начал. Стараясь говорить как можно убедительнее, — у него сестра есть, немного странная, в том плане, что её всегда какие то укурки привлекали. Ваня как брат постоянно защищал её. Но она в любом случае старше и предпочитала не слушать его. Вообще ты получил за то что переспал с его сестрой. Ну не просто за секс, всё же она была не против. Ты разбил ей сердце, так что, братская месть все дела. — Серьёзно? — Кирилл неуверенно посмотрел на юношу, а потом странно улыбнулся, — это же было до наших отношений. Если честно, я вообще не помню не какую девушку, их столько было. Правда, я вообще этот случай даже не вспомнил.       Лёша удивлённо взглянул на Гречкин, он оправдываться? По идеи сейчас он должен поржать или самодовольно усмехнуться. Ведь получил он якобы, за вполне обычное для него действие. За что же этот чёрт оправдывается? Макаров всматривался в лицо миллиардера который продолжал за что то оправдываться и странно улыбаться. — Что? — не выдержал юноша. — Ты же понимаешь, что это было до тебя, да? — казалось Кирилл нервничает всё больше.       Спустя несколько секунд прокручивания этой страной реакции у себя в голове Лёша устало засмеялся. Теперь уже Гречкин непонимающе взглянул на студента, пытаясь уловить, что такого он сказал. Макаров старательно сдерживался, чтобы не заржать в голос, неужели именно так выглядит осознание. Грудь наполнилась таким странным радостным чувством, откуда то взялась энергия, которой минуту назад не могло и быть. Ощущения фуррора, он так долго шёл к одному единственному и вот наконец он этого добился. Осознание посетило его так неожиданно, он будто почувствовал себя другим человеком. Больше не было тревоги о несостоятельности плана или его неактуальности. Он будто снова бежит по скрипящему снегу после первого короткого диалога с Кириллом, чувство что с этого момента всё будет по-другому. Удивительно как легко его однако обрадовать.       Прикрыв рукой дурацкую улыбку, которая больше напоминала оскал сумасшедшего. Смех без причины… Лёша откашлялся. Гречкин на полном серьёзе вместо того, чтобы самоутвердиться благодаря этой ситуации беспокоится о том, что его «парень» может ревновать его. Беспокоится о чувствах своего партнёра, когда мог бы просто поржать со страной историй. Неужели Макаров действительно смог стать для Кирилла тем человеком, которого он ставит на первое место. — Ты серьёзно? — сдерживая смех спросил юноша, — да не обвиняю я тебя. Не ревную, ничего подобного. Меня вообще особо не колышет эта ситуация. — Точно? Блять, я просто думал ты переживаешь из-за того, что я мог изменять тебе. Серьёзно, ничего такого не было, — Гречкин успокоившись выдохнул. Из-за такой пустяковой ситуации он мог лишиться Лёши? Так странно ловить себя на мысли, что действительно волнуешься за отношение какого то человека к тебе. Но эта мысль не пугает как раньше. Как будто она и должна быть там, он же его любит, конечно он о нем волнуется.       Любит? Приходило ли раньше настолько чёткое осознание его чувств к Макарову. Миллиардер не мог точно вспомнить, что до этого полностью отдавал себе отчёт в том, что испытывает находясь рядом с Лёшей. Он расслабленно наклонился на кресло и медленно дыша прикрыл глаза. Удивительно как быстро человек может привыкнуть к тому, что его любят. Что о нём заботятся, что его понимают. До юноши он не мог представить себе, что будет искренне хотеть встречи лишь с одним человеком, лишь с одним человеком желать обсудить новости и слушать истории лишь его одного. Кирилл не предлагал ему заниматься сексом, но был уверен, что и спать он хочет только с ним одним. Несмотря на то, что Гречкин отводил плотским утехам не последнюю роль в своей жизни, парень не разу за всё время их отношений не с кем не переспал. Для него действительно необычно доверять кому то. Пока он ехал к нему после сеанса психотерапии он боялся, что не справится. Что эмоции возьмут верх, он либо заплачет и утонет в истерике, либо сорвётся на юноше, выплеснет на него всю злость. Но нет, увидя студента на парковке он тут же успокоился. Сейчас Кирилл не испытывал не страха, не злости, ему просто спокойно и комфортно рядом с этим человеком. Что самое удивительное миллиардер сейчас был полностью трезв, это не его откровения на крыше, которые легко выветрились к следующему утру. Сейчас на трезвую голову всё совершенно по-другому.       Лёша сжался стараясь не показывать свою истерику. Он чувствовал себя мелким гномом пакостником, который как то испортил чью-то жизнь и теперь со стороны наблюдает, как человек страдает. Как бы юноша не старался удержаться от фантазий, к нему в голову лезли ужасно жестокие картинки. Он видел как страдает Кирилл во все возможных красках. Удивительно как легко после этого стало дышать, совсем не сравнится с выплеском эмоций, это нечто другое. Намного приятнее. Если сейчас у Макарова не получится остановиться, то его прямиком увезут в психушку и не какого плана ему в любом случае не светит. Единственное что сейчас будет уместно и поможет скрыть его истерику, оказался поцелуй. Как бы это странно не звучало, но эти эмоции можно выплеснуть хотя бы так.       Пока Кирилл прибывал в лёгких раздумьях наклонившись на спинку кресла и закрыв глаза. Юноша одним движением пересел ему на колени, тем самым вынудив парня открыть глаза и проверить что же происходит. Не успел миллиардер очухаться, как Лёша наклонился и поцеловал. Гречкин удивился такому напору, но почти сразу ответил на поцелуй. Макаров не хотел отстраняться как можно дольше, слишком много эмоций которые нужно скрыть. Но к сожалению юноша является человеком, а люди без воздуха долго не живут. Вынужденно разорвав поцелуй студент начал судорожно глотать воздух. Миллиардер заговорчески улыбался, его грудь быстро вздымалась вверх.       Макаров отвёл взгляд в окно, он сильно не рассчитал силу своих легких и не как не мог восстановить нормальное дыхание. От такого резкого недостатка воздуха его лицо покраснело. Хотя возможно большую роль в окраске лица сыграли невероятно приятные мысли о скором сломе миллиардера. Парень смотрел прямо на Лёшу, его одновременно умилял и возбуждал раскрасневшийся юноша. — Неужели тебя так возбудил мой побитый вид, — не выдержав напряжения уточнил Кирилл. — Заткнись, — злее чем нужно было ответил юноша и снова поцеловал Гречкина. ***       Артура в комнате не было. Тихо. Большинство студентов где то гуляют, у кого то сидят.. Им охота потратить последние ясные деньки с пользой. У всех своё представление о «трате времени с пользой» поэтому Лёша лежал на кровати и наблюдал за разводами на когда то белом потолке. Откуда взялись эти разводы? Да кто их собственно знает. Может потоп, а откуда ещё? Это совсем не имеет значения. Открытое окно впускало не только свежий ветер, который новым потоком пускал по телу юноши волну мурашек, но и голоса людей. Кто то громко смеялся, кто то что то возбуждённо обсуждал, периодически это всё заглушалось машинами и снова продолжалось. Интересно как долго человек может прибывать в состоянии спокойствия. Сейчас Лёше и правда спокойно. Ему легко дышится, легко думается и так же легко мечтается. Это что то схожие с первым этапом сна, засыпанием. Мелькают какие то образы, ты пытаешься за них ухватиться, но оказывается что они давно уплыли или их вовсе не было. Но так приятно разглядывать эти странные цветные полосы на чёрном фоне. Наверно именно в таком состоянии придумываются сказочные сюжеты.       Лёша сам не уверен к лучшему или к худшему, что этот поцелуй так и не привёл к сексу. Наверное всё же к лучшему, ведь всё что не делается… Сейчас как будто не важно. Если первым эффектом от осознания был прилив энергии, то теперь ему было просто хорошо. Спокойно, тепло. Хотелось плыть по реке из спокойствия. Его радовало, что в комнате не кого не было. Он мог лежать и улыбаться потолку с разводами и представлять диалоги бывших жильцов этой комнаты, которые на своей шкуре испытали трудности потопов. Диалоги постепенно обретали образы, образы в которые хотелось верить. Макаров буквально мог поклясться, что теперь слышит то как эти двое спорят, что им теперь делать. Как один бежит на верх смотреть кто же их топит. И оба они нервно ругаются. Лёша как будто был с ними в этой комнате. Был в комнате с придуманными образами. Они не на что не влияют, нечего не значат, просто успокаивают. Сразу тепло на душе и спать охота. Такое сладкое чувство сна.       Неужели совсем скоро свершится то, чего он так долго ждал. Не просто ждал, он делал всё возможное, чтобы это произошло. Кажется впервые за долгое время он действительно счастлив. Не притворяется, не старается быть как все, нет, он действительно счастлив. Снова этот поток энергии. Он и так улыбается, но хочется ещё сильнее. Как такое вообще возможно. Ещё немного и Кирилл будет страдать. Миллиардер впервые испытает на себе всё то, что причинял лишь другим людям. Он полностью разрушил жизнь юноше и теперь должен наконец понять, какого это терять самого близкого тебе человека.       Лёша совсем как ребёнок свернулся калачиком и перевернулся на бок. Его тело трясло он смеха. Кажется он совсем не мог больше ждать. Это будет намного приятнее чем ударить его. Физическая боль не сможет сравнится с душевной. Физическая вскоре потухнет, отпустит, а вот душевная нет, он будет всю свою жизнь страдать.       Как будто ему снова семнадцать и его вдруг осенило. Его посетила идея настоящего плана мести, который действительно может привести к нужному результату. Вот бы можно было прямо сейчас в реальности увидеть реакцию Кирилла. Если б только можно было наблюдать за его страданиями со стороны. Как жаль, что его план не подразумевает дальнейший слежки за жертвой. Всё должно быть настолько прекрасно, что не может и появится сомнений в том, что Гречкин живёт как обычно. Нет уж, Лёша безусловно об этом позаботится. Несколько минут назад, как раз заботился, у него в машине. Чтобы миллиардер и не смел усомниться в ответных чувствах.       Будет ли странно бегать, по и без того маленькой комнате, ложиться на кровать сжимая всё тело в комок, напрягая все мышцы и снова вставать выпрямляясь всем телом и чуть ли не визжать? Сейчас юноше было всё равно как странно это должно быть выглядит. Если кого то угораздит войти, то это точно проблемы гостя, а не Лёши, которому просто не куда деть свои эмоции. Он не может просто сидеть. Охота кричать, поделиться тем, что у него действительно вышло. И куда делось то умиротворяющее спокойствие которое посетило Макарова минут пять назад?       Его странный ритуал прервал телефонный звонок. Рефлекторно резко Лёша схватил телефон и не смотря на номер взял трубку. Он только успел подменить, что имя контакта не высвечивалось. Неужели банки? Значит виноваты сами, у него такое чудесное настроение, что он готов испортить его другим. На том конце провода говорила мила девушка, она что то невнятно сказало, странным подавленным голосом. Откашлялась и уже громко заговорила: — Привет, ты не знаешь меня. Ваня хотел познакомить нас на днях, но всё времени не было, — она говорила на одном дыхание, казалось, что когда воздух закончиться она больше не сможет произнести не слова, — вообще, в любом случае это странно когда тебе звонит не знакомая девушка и начинает разговор вот так. Прости ладно, — она нервно выдохнула и замолчала переводя дух, — давай сначала, меня зовут Кристина, я девушка твоего друга Вани, твой номер нашла у него в телефоне. Не думай, у него не было не какого резона давать номер своего друга девушке, просто так получилось, что пришлось тебе набрать. И не думай, что я рылась в его телефоне без разрешения, я думаю он не против, — девушка явно нервничала, тараторила, половину слов Лёша разобрать вовсе не мог. Он хотел что то спросить, но ему не давали вставить и слова и каждый раз начиная набирать воздух для вопроса, его тут же перебивали. Постепенно энергичный настрой чуть чуть утихомирился и юноша просто стал слушать, — не знаю рассказывал ли он тебе о своей новой работе. Он устроился в доставку. Совсем недавно, только первую неделю отработал. Впрочем это не особо важно. Знаешь его загребли, — девушка замолчала видимо ожидая реакции, но нечего не последовало и продолжила, — в смысле задержали. Оказывается он устроился наркотики развозить. Но Ваня честно не знал, я ему верю. Ты по любому сейчас думаешь, как так можно не знать, там же всё сразу понятно, но нет. Он не куда нечего не прятал или что там обычно делают. Просто посылки развозил. Коробки, большие и маленькие, — её голос до сих пор дрожал, но сама она кажется успокоилась, — я тебе звоню попросить денег. Немного, сколько есть, я всем его и своим друзьям звоню, чтобы собрать на адвоката. Только что кольца и серёжки в ломбард сдала, ты не представляешь как дёшево эти безделушки стоят, — Кристина печально выдохнула, — если у тебя нет денег, то мог бы ты поспрашивать у знакомых про адвоката, да и вообще что в таких случаях делать. Ясно дело, ему никто не верит. Просто я уже не знаю, что делать, — она замолчала, — напугала тебя? Ты просто молчишь. — А, да, — спохватился Лёша, — конечно, я позже перезвоню если смогу что-нибудь найти. И насчёт денег тоже.       Девушка не успела отблагодарить Макаров сбросил раньше. В голове у него было совершенно пусто. Кажется совсем нечего. Не каких мыслей, как бы он не пытался напрячься чтобы прийти хоть к какому то выводу, нечего не выходило. Ваня, как такое могло случится. Только что же с ним виделись. Эта девушка, не было похоже, что она прикалывается. Так странно, всё же хорошо. Не может быть такого, чтобы раз и всё плохо. Не каких мыслей, чтобы хоть как то запустить свой мозговой процесс Лёша стал говорить вслух. Тараторил что то себе под нос. Мысли постепенно стали складываться и наконец принимать хоть на что то похожий вид.       Что он сейчас чувствует? Почему совсем тихо, почему пусто? Что то же должно быть. Какое то чувство есть, но совсем нет его описания, его названия. Кажется нечто треснуло? Возможно ему даже удалось услышать треск. Он продолжал говорить всё что приходило ему в голову. Лёша смотрел в пол и пытался всеми силами собрать все мысли в кучу. Надо сосредоточиться на чём то одном и тогда будет проще переходить к другим вещам. Но он не мог. Пытался, правда, цеплялся за одно, но в памяти вспыхивало другое и внимание тут же переключалось.       Кристина, мило имя, по голосу кажется, что она его ровесница, в любом случае ненамного старше, кто … Ваня, как он мог так сильно встрять, неужели он нечего не заподозрил, вообще нечего, как жаль… Деньги, можно перевести прямо сейчас, у него осталось пару тысяч, но хватит ли на него самого… Не важно, нужно что то сделать… Кирилл, он должен страдать, только что же всё было так хорошо, в его фантазиях он страдал, почему же сейчас вновь страдает Лёша?       Он говорил это одними губами. Мысли с отставанием добирались до головы и постепенно стало накатывать осознание. Сначала он проговаривал мысль вслух, стараясь как можно усерднее вслушаться и понять её смысл и лишь через секунды три наконец начинал понимать. С задержкой ему становится страшно. Паника. Лёша продолжает говорить, по-другому мысли не появляются в голове. В той пустоте страшно, если не говорить то становится просто невыносимо. Дыхание замедляется, вскоре ему всё труднее и труднее даётся сделать вдох. Ещё страшнее. Он перестаёт говорить и судорожно вдыхает, ещё раз, ещё. Вдохи получаются маленькие и частые. Кислорода не хватает. Снова вдох, ещё раз, кажется это перестаёт помогать. Голова кружится. Сейчас он не в состоянии вдохнуть. Ещё несколько секунд пустоты. Тишина вокруг него и внутри. Он больше не может говорить, поэтому не может мыслить. Совсем пусто. Холодно, окно до сих пор открыто. Кажется ветер ещё сильнее разбушевался, он больше не приносит расслабление и успокоение. Ещё страшнее. Вдруг кто то есть, кто то в комнате. Макаров смотрит, но картинка перед ним будто не комната. Он не может поверить в то, что это действительно видит он. Почему она статична? Юноша же вертится головой, она должна двигаться! Или он не шевелится, замер?       Лёша не уверен не в чём. Сейчас он не может доверять себе, своим глазам. И как он вообще продолжает находится в сознании? Он же не способен сделать вдох. Кто то дышит за него? Его тело само дышит за него? Это его тело? Кажется минуту назад он перестал испытывать удушье. То есть он теперь дышит? Или нет, то есть он уже в отключке? А может юноша никогда и не был в сознании. Мысли. Наконец то, теперь их не обязательно говорить, они хлынули потоком, будто кто то прокрутил вентиль. Холодно. Это опять ветер. Точно, нужно закрыть окно. Вот, и как будто страха больше нет. Осталось только сделать шаг и дотянуться до ручки. Всего несколько действий, они не займут больше минуты и не потребуют от него огромных усилий. Лёша пытается сделать шаг, но не двигается с места. Ещё попытка. Снова страх. Страшно? Опять, но почему. Он точно здесь один? Всё хорошо, конечно хорошо, только холодно. Ещё немного и он точно простынет. Кажется уже простыл. Как часто люди умирают от простуды. Скорее всего история знает много таких случаев и Макаров точно будет одним из тех кто пополнит эту статистику.       Ваня сядет. Как странно звучит эта мысль. Совсем нереально, будто из другого измерения. Разве так вообще может быть? Лёша кажется наконец начинает понимать, что испытывает за чувство. Ему больно. Ему страшно. Он совершенно беспомощен. Потеря контроля, контроля к которому он так сильно стремился. Все последние годы были завязаны на контроле. А сейчас его у юноши отняли. Бразды правления теперь у случайности или у кого то другого? А был ли у него хоть когда то какой то контроль? Мог ли он контролировать хоть что то. Единственное что его волновало последние годы это Кирилл. Всё крутилось и крутится вокруг него. Гречкин буквально перенёс Лёшу в другую реальность. В этой реальности его сопровождает постоянная тревога и ложь, он лжёт всем и себе в том числе. А Ваня? Ваня это тот кто остался в том, прежнем мире. Лучший друг детства, сколько воспоминаний, сколько тёплых эмоций. Макаров избегал всего этого, он закрыл это в себе и запрещал навещать. Ведь во всех этих счастливых моментах фигурировала Лиза. Есть разные воспоминания, одни вызывает улыбку на лице, другие боль и грусть, но как бы это парадоксально не звучало: счастливые воспоминания ранят намного глубже.       Кирилл отнял у него не только сестру, но и всё счастье которое она несла все годы своей жизни. Ему пришлось отказаться от всего этого лишь бы справиться. Но только ли виноват Гречкин? Может это сам Лёша зациклился на нём, когда мог проживать это по-другому? Злость. Больше не какого страха. Макаров злится на всех, на Кирилла, на себя, на весь этот чёртов мир. Если б всё было устроено по-другому мальчику бы не пришлось так сильно страдать.       Юноша резко ударят по оконной раме закрывая окно и заставляя старые деревянные окна дребезжать. Невозможно, это просто невозможно терпеть. Лёша подходит к двери желая выйти, но не может. Если его увидят в таком виде? Или он встретит какого какого совсем не хотел? Он снова злится, ударяет стену у двери. Ещё раз, ещё раз. Отряхивает руку, дует на костяшки. Почему, почему так плохо. Ещё удар и начинают литья слёзы. Макаров замахивается, но больше не может ударить. Он наклоняется на дверь и медленно скатывает. Сидит, продолжая всхлипывать. Ему действительно грустно? Больно? Страшно? Не важно, скорее всего это перенапряжение. Студент буквально минут десять назад был готов смеяться вслух, а теперь прибит к полу и кажется больше не может встать.       Лёша ненавидит себя, за то что позволил Кириллу так сильно повлиять на его жизнь. Лишить даже того немногочисленного, что могло сохраниться после смерти Лизы. Гречкин, как он вообще мог позволить ему так безжалостно растоптать всё. Этого бы не произошло если бы не этот ублюдок. Как он мог смотреть на него так спокойно? Улыбаться ему, флиртовать? Разве это вообще возможно, даже оправдываясь планом. Неужели ему придётся оставить всё как есть.